Рем смотрел на лицо спящего парня.

«Одного удара хватило бы».

Достигнув уровня рыцаря, человеческое тело претерпевает кардинальные изменения.

Кожа становится прочнее выделанной шкуры, кости твердеют, а кровоток ускоряется настолько, что реакция выходит за грань человеческих возможностей.

Именно поэтому их и называют сверхлюдьми. Но это не значит, что рыцарь выживет с отрубленной головой.

Другими словами, его вполне можно прикончить во сне. А уж в таком полуобморочном состоянии, как сейчас — тем более.

Рем перевёл взгляд с лица Рагны, который спал как убитый, в сторону окна.

Иногда ему до смерти хотелось прикончить этого придурка, но…

«Только не так».

Рем — мужчина с Запада. И он — воин. А ещё муж Аюль и отец её ребёнка.

Одолеть в честном бою — это одно, но перерезать горло парню, который отрубился после тяжелейшей битвы?

Даже если Рем переродится десять раз, он никогда до такого не опустится.

Они вошли в Скверну, разрушили стену, сожгли её и вернулись. Сказать, что после всего этого организм не был истощён, было бы наглой ложью.

Даже Рему, который в одиночку завалил трёх гигантских птиц и рухнул где-то на окраине диких земель, пришлось несладко.

Скверна полностью оправдывала своё дурное название — тварей, подтверждающих её репутацию, там хватало с избытком.

Монстр-горилла с рогами, двигающийся бесшумнее совы, пытался зайти ему за спину, а гуль с вытянутой, как трубка, пастью норовил высосать кровь.

Встречались и те, кто давно потерял рассудок — то ли культисты, то ли существа, лишь отдалённо напоминающие людей. Попадались и полукровки.

Существа с клеймом на лбу, излучающие шаманскую силу.

«Да уж, те ещё ублюдки».

Он не мог просто пройти мимо и закрыть глаза. Приходилось пускать в ход сталь.

Так он пробивался через чащу, избивая и убивая всех на своём пути, ориентируясь с помощью вызванного духа волка.

Обострённое пространственное чутье и нюх зверя помогали ему найти следы товарищей. В какой-то момент на него напала стая восьмилапых пауков-мутантов.

Эти твари выстреливали паутиной, острой как стрелы, прямо из задницы. И таких «стрел» летели сотни.

Рем перебил половину стаи.

Их оказалось слишком много, чтобы просто забросать метательными топориками, поэтому пришлось поработать в ближнем бою. Противник был хитрым — пауки прятались за деревьями и грамотно использовали рельеф.

Не сказать, что это было смертельно опасно, но сил и шаманской энергии Рем потратил изрядно.

Повезло ещё, что после гибели половины сородичей, оставшиеся твари просто сбежали.

Затем он воссоединился с отрядом, метнул топорик, чтобы спасти этого ленивого ублюдка, и вернулся в деревню. Здесь он поел, поспал, а затем сделал разминку, чтобы растянуть забитые мышцы.

Но тело всё равно гудело.

«Я ещё не в форме».

Кости были целы, но измученный организм казался разбалансированным.

Впрочем, шаманизм сам по себе даёт сильную нагрузку.

И дело было не только в нём. Эльфийка, которая вечно талдычила про свою помолвку, выглядела так бледно, будто вот-вот испустит дух, а Руагарне лишилась руки по предплечье в пылу битвы.

Говорят, откусил какой-то костяной пёс с человеческим лицом.

Но хуже всех выглядел этот спящий ленивец.

Рагна выжег свою Волю до последней капли и впал в глубокое забытьё. Он очнулся лишь однажды, чтобы сожрать гору еды, а потом снова отрубился. Сейчас его не разбудил бы даже тот самый костяной пёс.

— Ха-а-ам.

Рем зевнул. Хотелось тоже немного поваляться.

В окно было видно, как двое идиотов (идиот-Пел и идиот-Рофорд) о чём-то напряжённо думают. Судя по всему, они проторчат там до самого вечера.

Местные жители, проходя мимо, бросали на них робкие взгляды. Теперь в этих глазах читался не страх, а благоговение.

Деревня была тихой и мирной.

«Ну ещё бы, мы же тут всех монстров перебили».

На краю площади валялся тот самый Роман.

— Вы можете больше, брат мой! У вас ещё остались силы!

Тереза, полукровка-гигантка, активно «помогала» ему с тренировками. А рядом стоял Аудин и улыбался так ласково, что походил на сущего демона.

«Издеваться над человеком, да ещё с такой улыбочкой — вот это настоящий демонизм».

Роман, взвалив на плечи несколько тяжёлых валунов, стиснул зубы и с трудом выдавил:

— Я больше… не могу.

— Нет. Можете. И не разговаривайте, брат мой. Когда вы говорите, пресс расслабляется.

Аудин-демон вежливо, но твёрдо отверг его мольбы.

Весело им там.

Рем отвернулся от окна и посмотрел вглубь комнаты. Он уже сделал шаг к кровати, но вдруг остановился и положил руку на своё Тотемное оружие.

Его боевой топор среагировал, уловив исходящую от кого-то густую жажду крови.

«Когда?»

В голове мелькнул вопрос, но времени на размышления не было.

Скри-и-ип.

Единственная дверь в комнату приоткрылась, и внутрь хлынула тьма. Это была не метафора — по полу действительно пополз чёрный дым.

Был разгар дня, на небе ни облачка.

Но стоило створке открыться, как в помещении потемнело, и на плечи навалилось то самое знакомое давление Скверны.

— В гости без стука не заходят, знаешь ли, — бросил Рем и метнул топор.

Его рука дёрнулась так быстро, что не оставила даже размытого следа.

С громким хлопком, разорвав воздух, лезвие топора завертелось смертоносным диском.

Бросок был настолько стремительным, что сталь должна была размозжить голову незваному гостю ещё до того, как Рем закончил фразу.

Хозяин чёрного дыма вскинул левую руку, принимая удар снизу вверх. К его предплечью был намертво прикреплён кайт-щит — широкий сверху и сужающийся книзу.

КЛАНГ! ДР-Р-Р-Р-Р!

Метательный топорик с оглушительным скрежетом чиркнул по щиту, оставляя длинную борозду, и, отскочив, пробил огромную дыру в стене над дверным косяком, после чего улетел куда-то в небеса, словно комета.

«А хорошая была вещь», — подумал Рем, глядя на пролом. Искать пропажу теперь бесполезно.

Чёрный дым немного рассеялся. Оказалось, что левая рука и щит были лишь его частью, а основная масса окутывала фигуру.

Мгла окончательно развеялась, обнажив глухой шлем с опущенным забралом.

Лязг.

Весь незнакомец был закован в сталь. Казалось, это не человек, а живой доспех — настолько не ощущалось в нём признаков жизни. Мастерство кузнеца, создавшего эту броню, покрывающую даже пальцы, было поистине выдающимся.

Гость стоял, прикрывшись щитом. Меч он пока не обнажил. Подняв правую руку, он откинул забрало.

Клац. Раздался металлический щелчок, и Рем увидел лицо, совершенно не соответствовавшее его ожиданиям.

— Фух, ну и духота. Раз ты без шлема, я, пожалуй, подниму забрало. Правда, сам шлем снять не могу — он уже как часть тела. Что ж, выбор за тобой. Мне опустить его или так сойдёт?

Рем сузил глаза, пристально разглядывая мужчину.

Что это ещё за хрен с горы?

Пел и Рофорд, которые только что торчали за окном, куда-то исчезли. Само окно заросло какой-то неровной стеной. В здании остались только двое — он и ленивец.

Ситуация была явно ненормальной.

Из-под шлема выбивались вьющиеся золотистые волосы. Мужчина был весьма недурён собой. С Энкридом, конечно, не сравнить, но миловидности ему было не занимать.

— Делай что хочешь, — буркнул Рем с равнодушным видом. Если на вопросы нет ответов, нужно делать то, что должно.

— Ну, тогда оставлю открытым, — улыбнулся мужчина. Уголки его губ поползли вверх, излучая уверенность.

ТУК.

Он с силой опустил свой массивный щит, вонзив его острым концом в пол. Камень с хрустом треснул.

Вес снаряжения был явно нешуточным.

Мужчина, не меняя позы, чуть вытянул шею и заглянул Рему за спину. Учитывая, что он и так всё прекрасно видел, этот жест был чистой воды издёвкой. Видимо, у него была привычка всё театрально преувеличивать.

Блондин приветливо и дружелюбно улыбнулся.

— Мне нужен только один. Так что, если ты оставишь того, кто у тебя за спиной, и уйдёшь — я тебя не трону. Ну как?

Состояние Рема оставляло желать лучшего. А тип перед ним выглядел опаснее любого монстра, которого он встречал в Скверне.

«Как он в сравнении с тем Апостолом или как там его?»

Рем сам нанёс последний удар Жрецу, но начала боя он не видел, поэтому судить объективно не мог.

Но реальность такова: он истощён, а силу врага оценить невозможно.

С виду Рем казался неадекватным варваром, не умеющим сдерживать эмоции, но на деле он прекрасно умел оценивать ситуацию с холодным расчётом.

Не будь он таким, вряд ли бы он взял на себя роль убийцы аристократов.

Тогда, пробивая головы вельможам и навлекая на себя гнев властей, он всё тщательно просчитал.

И сейчас его выводы были однозначны: драться здесь — затея паршивая.

«Комната тесная, а за спиной — обуза».

Уверенность закованного в броню рыцаря давила на психику.

Это не какой-то там выскочка. Тот, кто может позволить себе болтать с открытым забралом в такой ситуации, явно знает себе цену.

Но значит ли это, что нужно сдать подчинённого и спасать свою шкуру? Бросить полумёртвого парня и сбежать?

Даже в самых дерьмовых вариантах развития событий такого не было.

— Чёртов ленивец. Спать-то он горазд, сукин сын.

Пробормотав это, Рем перехватил своё Тотемное оружие, поднял его на уровень лица и повысил голос:

— Эй. Ты вообще знаешь, кто я такой?

Мужчина продолжал улыбаться:

— Откуда мне знать.

Рем тоже усмехнулся и ответил:

— Так почисти уши и слушай внимательно. Я — господин Рем, Заместитель командира Ордена Безумцев.

Рагна, спавший позади, вздрогнул во сне. В бою с Апостолом он выжал себя до дна, черпая недостающую Волю из «Восхода».

Как следствие, сейчас его организм требовал полного покоя. С виду он просто мирно спал, но на самом деле провалился в глубокое забытьё.

Он мог заставить себя проснуться, но сражаться бы всё равно не смог. Поэтому он продолжал спать.

Впрочем, этот ленивец вряд ли впадал в спячку, не будь он уверен в безопасности. Рагна доверял Энкриду. И, возможно, даже Рему.

Уголки губ варвара поползли вверх, обнажив зубы в презрительной ухмылке.

— Заместитель командира никогда не бросает своих подчинённых, Призрак.

Рем был воином и шаманом Запада. Его обоняние уловило слабый, но отчётливый кислый запах, исходивший от гостя. В этих доспехах не было живого человека. По крайней мере, Рем был в этом уверен.

— Заместитель командира? Безумцы?

Призрак — или кем он там был — об Ордене Безумцев слыхом не слыхивал. Он продолжал улыбаться и, чуть склонив голову, поднял щит и вытащил меч.

Ср-р-р-ы-ы-ынь.

Лезвие медленно покинуло ножны, и его серебристый блеск слился с окружающим мраком. Оно не отталкивало тьму, а словно растворялось в ней.

Так это выглядело в глазах Рема.

Клинок был короче и шире стандартного длинного меча. По форме он напоминал гладиус, которым раньше пользовался Энкрид, но с более прямыми краями.

Такое оружие отлично подходило для колющих ударов, а широкое лезвие можно было использовать как щит или дубинку.

— Я так понимаю, ты решил сдохнуть вместе с ним? — спросил мужчина.

— Нет, я решил убить тебя, — даже не моргнув, отрезал Рем.

— А, ну это мне понятно.

Блондин поднял щит, перекрывая узкое пространство комнаты. Воздух вокруг него сгустился, закружившись свирепым водоворотом.

Давление обретало форму.

В отличие от остальных, аура этого человека была смешана с тем самым чёрным дымом. Мгла начала уплотняться, принимая форму монолитного, неразрушимого стального куба.

Этот гигантский иллюзорный куб, казалось, заполнил собой весь общинный дом.

Дымовая геометрия давила на психику не хуже пресса.

Рем крепче сжал рукоять.

За спиной — обуза, вокруг — теснота.

Никаких преимуществ, одни сплошные минусы.

Значит, нужно избавиться от минусов и найти плюсы.

И он это сделал.

Точно так же, как Рем повлиял на Энкрида, члены Ордена Безумцев влияли друг на друга.

У Рема и без того было отличное тактическое чутьё. И сейчас он решил позаимствовать элементы Традиционного стиля Энкрида, основанного на тактическом фехтовании Руагарне.

— Сзади!

Гаркнул Рем во всё горло. Заорал так убедительно, словно сзади и впрямь кто-то стоял.

— …Думаешь, я куплюсь? — фыркнул блондин-призрак и покачал головой, не поддавшись на дешёвый трюк.

Впрочем, Рем и не рассчитывал, что враг клюнет. Ему нужно было лишь посеять секундное замешательство.

И в это мгновение рука с топором метнулась вверх.

ББАХ!

Брошенный вверх боевой топор вдребезги разнёс потолок общинного дома. Осколки кровли градом посыпались вниз. Массивные, почерневшие от времени деревянные балки, куски камня, скреплённые древним раствором, и окаменевшая пыль.

Настоящий камнепад. Топор пробил потолок ровно по центру, обрушив крышу прямо на голову рыцарю.

Рем, подхватив Рагну на плечо, прорвался сквозь этот рукотворный камнепад и выпрыгнул наружу.

— Ну и ну, — медленно шагая сквозь падающие обломки, произнёс мужчина. Он не спешил, наблюдая за проворным беглецом.

Всё равно деваться им было некуда.