Стены коридора Магического отдела были покрыты ярко-красными заклинаниями. Естественно, к этой магии Гортензия не имел никакого отношения.

— Я не позволю этому случиться!

Эльф ударяет своим хрустальным посохом о стену, разрушая заклинание. На первый взгляд кажется, что чары уничтожают грубой силой, но это не так. Один за другим, герцог добивается того, чтобы магическая форма потихоньку распалась.

— Это… древний шрифт для призыва злого дракона.

[Хм. Похоже, они всерьез пытаются призвать его.]

— Ви, Поморц, не отставайте. Будьте рядом и осторожно следуйте за мной.

— Хорошо.

[Да знаю я.]

Заклинания были уничтожены ранее, чтобы помешать магии, но магическая сила, распространившаяся на обширной территории здания, так и не исчезла. Напротив, чары, которые ранее казались разрушенными, с течением времени вернулись.

[Прямо какая-то игра в кошки-мышки.]

— Где-то должно находиться ядро, которое постоянно восстанавливает магию. Мы должны уничтожить его.

[Под землей или на крыше?]

— Сегодня полнолуние, так что скорее всего на крыше.

[Понятно. Ты позвал меня не только в свой законный выходной, но еще и в полнолуние.]

— У нас нет времени на разговоры. Пошли.

Лунный свет льется на вершину башни, возвышающейся над зданием Магического отдела. Это идеальное место для проведения церемонии. Эльф использовал магию телепортации, чтобы добраться до входа в эту башню. Обычно ее охраняют горгульи, поэтому попасть туда просто так невозможно. Однако статуи этих существ были разбиты.

— Какого черта!..

— Ужасно.

[Горгулий можно будет позже восстановить. Пошлите дальше.]

Гортензия первый вошел в здание. Стены башни были покрыты заклинаниями. Они светились ярко-красным светом, странным образом освещая проход. На мгновение эльф почувствовал головокружение и тошноту, а также еле-еле удержался, чтобы не встать на колени. Благо ему удалось устоять, крепко сжав хрустальный посох. Изначально башня использовалась древними магами для темных ритуалов. Существует также книга, в которой рассказывается история о том, как в стенах этого здания возвышался барьер из человеческой плоти.

— Как же жутко.

— По-моему обычная башня.

[Аналогично.]

— …

— Давайте двигаться дальше.

[Да.]

Виолетта и Поморц, не знающие этой истории, безропотно пошли дальше. Гортензия тоже неохотно последовал за ними.

Как и ожидалось, эта башня была жутковатой. Обида того времени, казалось, через долгое время растворилась в магической энергии, витающей в воздухе. Герцогу было тяжело дышать, и он закашлял.

— Господин Гортензия, вы в порядке?

— Ви, ты ничего не чувствуешь?

— Нет, ничего.

— …

Поморц, похоже, тоже ничего не чувствовал. То, что их не посещает это ощущение, – скорее всего, благословение. Кроме того, в теле Виолетты заключена особенно большая магическая сила. Она может и не почувствовать воздействия.

Они осторожно поднимались по винтовой лестнице, устремляясь на верхний этаж.

С каждый шагом, эльф испытывал нетерпение. Что-то есть…

Перед дверью, ведущей на вершину башни, что-то было. Гигантская змея с ромбовидными светящимися глазами, ярко-красной чешуей и жалящим хвостом.

[Грааааа!!!]

Она извивалась из стороны в сторону, двигая кончиком языка и глядя на незваного гостя, Гортензию.

— Господин Гортензия… что это?

— Ядовитый дракон.

[Дракон-людоед, вымерший в древние времена.]

— Хмф. Как по-дурацки. Это словно закуска к полноценному обеду, которая вернет злого дракона.

Превосходно. Гортензия закричал, ударив нижней часть своего хрустального посоха об пол.

— Поморц, пожалуйста, помоги мне выиграть время.

[Как ты смеешь использовать великого духа!] – сказав это, Поморц прыгнул перед ядовитым драконом.

Во время рыка это существо выплевывает слюну, смешанную со смертельным ядом. Поморц подпрыгивает, словно мячик, и уворачивается. Виолетта решила поддержать со спины.

— Плющ пламени конца, разбивающий мороз и рассеивающий таяние, сплетающийся без зазора, будь щитом, отражающим яд. Пламенный щит!

Лозы пламени выходят из магического круга и сплетаются в круглую форму, превращаясь в движущийся щит, защищающий Поморца. Когда частицы смертельного яда взлетают в воздух, то пламя, горящее в щите, поглощает их. И это не единственный его эффект. Он также наносит ответный удар. Из щита вылетает огненный шар. Вероятно, подобная атака была неожиданной. Она попала в лоб ядовитого дракона, и запах гари наполнил окрестности.

Едва Гортензия закончил читать заклинание, магия начала действовать.

— Лети и прорвись сквозь враждебных мне существ. Ледяное копье!

Копья изо льда одно за другим устремляются на врага, пронзая его.

[Грааа!!!]

Ядовитый дракон был пронзен от головы до хвоста и выплевывал пропитанную ядом кровь. Кровь на полу тут же превратилась в грязь. Казалось, это был особо смертельный яд, оставшийся на конец битвы. Однако импульс атаки ослабел. Все тело замерзло. Раздался треск, и через несколько десятков секунд ядовитый дракон превратился в ледяную статую.

— Эффект от этой магии – не пронзить, а заморозить.

Это жестокая техника, замораживающее тело в тех местах, куда попали копья.

[Какая ужасающая пара, способная использовать пламя и лед.]

— На карту поставлена жизнь. Нужно сделать все возможное.

Победив стража, они продолжили путь.