Принцесса Канария опасна, хоть и выглядит как хрупкое и ранимое прекрасное создание. Лучше не провоцировать ее, насколько это возможно.

— Ви, присмотришь за ней?

— Да, конечно.

— На всякий случай возьми с собой и Поморца.

— Вы уверены?

— Да. Если эта любительница фей что-то устроит, то это может обернуться катастрофой. Поморц, ты же слышал?

[Да. Однако я не думал, что ты почувствуешь меня.]

Из ниоткуда вдруг появился Поморц. Казалось, он слышал все от начала и до конца.

— Ты был все это время здесь.

[Я изначально был здесь. Это вы потом пришли, начали флиртовать и говорить о каких-то странных вещах, я забеспокоился и не смог уйти.]

Поморц запрыгнул на колени Виолетты, но Гортензия быстро схватил его за шею и поднял.

[Эй, как смеешь держать так великого духа!]

— Заткнись, самопровозглашенный великий дух.

[Какого черта?!]

Однако Виолетта решила вмешаться в разговор, дабы вернуться к главной теме. На вопрос, будет ли она вместе с духом присматривать за принцессой Канарией, девушка кивнула.

[Предоставь все мне. Если я увижу, что она задумала нечто опасное, то проведу специальную терапию/]

Виолетта рассмеялась, так как подумала, что он просто применит какую-нибудь успокаивающую магию, но на самом деле этот дух имел в виду физическую силу.

— Что за специальная терапия?

[Разве не знаешь? Какой глупый. Я заставлю ее почувствовать себя, как дома. Когда люди гладят что-то приятное, то успокаиваются.]

— Никогда не предполагал такое.

[Хмф, как мало ты знаешь.]

— Это выявили с научной точки зрения?

 [Нет, это я сам.]

— …

— Попахивает надувательством.

[Извини! Это результат моих многолетних исследований. Пятьсот лет, между прочим!]

— У тебя, должно быть, много свободного времени.

[Что?]

Если верить Поморцу, то люди успокаиваются, когда прикасаются к чему-то мягкому и пушистому.

— Если это так, то стоит взять с собой Белоснежку и дитя дракона. Уверен, они прекрасно поладят, раз этой принцессе доверяют сказочные создания – феи.

— Я вообще-то тоже из сказочных созданий – эльфов.

[Самопровозглашенный?]

— Я настоящий.

Поморц захихикал. Гортензия выглядел чуть расстроенным.

Если так будет продолжаться, то это негативно скажется на его магии. Тогда Виолетта решила выступить с предложением:

— Господин Гортензия, почему бы вам не погладить меня?

— Что?

Герцог посмотрел на свою бывшую жену с широко открытыми глазами.

— Можно погладить Ви?

— Да, сделаю для вас заключение.

— А, хорошо.

Гортензия отпускает Поморца и смотрит на Виолетту. Его взгляд постепенно опускается.

— Какую часть тела ты разрешишь погладить?

— Только не ту, на которую вы уставились, господин Гортензия!

Взгляд эльфа остановился на груди. Виолетта подошла к своему бывшему мужу, подняла взгляд и дотронулась до его ушей.

— Ви! Мои уши! У эльфов очень чувствительные уши!

— Это за то, что господин Гортензия смотрел куда не следует!

— Прости, прости, но только отпусти.

Виолетта пожалела его и отпустила. Кончики ушей покраснели.

— Можно погладить по голове…

— Хорошо.

— Тогда приступайте.

Девушка наклонила голову, чтобы было удобнее. Гортензия сдержанно коснулся ее волосы.

— Волосы Ви такие приятные на ощупь.

— Спасибо.

Затем, молча, он продолжил касаться волос бывшей жены. Вскоре герцог распустил прическу девушки и стал накручивать ее длинные волосы на кончики пальцев и подносить к губам.

— Хм. Это успокаивает.

[Я же говорил?]

— Прости, признаю твою правоту.

Итак, если принцесса Канария задумает что-то плохое, то с одобрения Гортензии будет проведена данная терапия.