Сэ И заснула, когда за окном забрезжил туманный рассвет. Со следующего дня после того, как Сын Джу пострадал, она спала в гостиной его дома.

Уже третий день.

За эти несколько дней произошло слишком много событий, и отпуск уже длился три дня.

Мужчина, ошибочно считающий её своей возлюбленной, сверлил её взглядом, где бы она ни находилась в этом доме. Словно в кандалах, Сэ И не могла выйти из поля его зрения. Лучше бы она следила за ним тайком, как раньше. Быть вместе было настоящей пыткой.

Сэ И проснулась, открыла глаза и долго тупо смотрела в потолок.

— Который час… Ой.

Первым, что пришло в голову, как только она открыла глаза, был Тэ Сын Джу. Нужно встать раньше него.

В последние дни её жизнь была заполнена Тэ Сын Джу. Она была с ним, чтобы ухаживать, но Тэ Сын Джу, похоже, не нуждался в её уходе.

Если уж быть усердным, то в меру.

Она не считала себя ленивой, но за усердием Сын Джу угнаться не могла. Его размеренная жизнь — зарядка и еда по расписанию, несмотря на травму — была настолько механической, что ей совсем не хотелось брать с него пример.

Увидев яркий солнечный свет, пробивающийся через незашторенное окно, тревога Сэ И усилилась.

— Что за дом, даже часов нет…

Не успела она доворчать, как почувствовала, что кто-то стоит перед ней и смотрит сверху вниз. Сэ И медленно подняла голову.

Сын Джу, который был намного выше её, наклонив голову, смотрел на неё, только что проснувшуюся. Сэ И чуть не вскрикнула, но вовремя закрыла рот рукой.

— Говорят, с сегодняшнего дня ты, Им Сэ И, уволена.

Я сплю? Уволена во время отпуска? Она слышала, что в наши дни иногда сообщают об увольнении по смс. Но она ещё не слышала, чтобы компания сообщала об увольнении через другого человека.

— Что?..

— А я в отпуске.

Меня уволили? За что? Она пропустила обед и пошла в парк, и Тэ Сын Джу пострадал вместо неё, но разве это повод для увольнения из компании? Она получила первую зарплату, и сотрудники из её отдела говорили, что, возможно, её переведут в штат, и подбадривали работать усерднее. Конечно, после того как она поела с Сын Джу в столовой, все стали холодны к ней.

Но всё же почему? Почему именно сейчас? Она и так собиралась уйти, но уйти самой и быть уволенной — это большая разница.

— Почему?

— Говорят, причина, по которой тебя взяли стажером, решена. Вчера мама звонила и сказала, чтобы ты больше не чувствовала себя обязанной и жила спокойно.

А, значит, мне больше не нужно следить за этим человеком? Впрочем, судя по тому, как бледна была Мён Хён, глядя на Сын Джу недавно, ей уже было всё равно, нравятся ему женщины или мужчины.

Лишь бы был жив-здоров.

В образе Мён Хён, молившейся со сложенными руками, она прочитала её чувства. Бремя слежки за Тэ Сын Джу с целью исчезло, и должно было стать легко, но почему на душе не хорошо и не спокойно?

Она собиралась «сдаться властям», чтобы обрести покой, и если проблема решилась сама собой до признания, это же хорошо. Но чувство было действительно странным. Не то чтобы хорошим, но и причин для плохого не было.

— Почему такое лицо? Расстроилась, что уволили? Хочешь подать в суд?

— Что?

— Хоть ты и стажер, но тебя наняли по трудовому договору, а уволили в одностороннем порядке, так что если заявишь в трудовую инспекцию и получишь компенсацию…

Сэ И вскочила с места и закрыла рукой рот этому болтуну, несущему какую-то чушь.

— Послушайте, вы, кажется, забыли, что вы — управляющий директор «Тэсын Групп».

— Точно. У меня же амнезия.

Ах да, точно.

Сэ И, ошеломленная его признанием, от которого просто нечего было сказать, уже собиралась убрать руку с его рта. Сын Джу схватил её за запястье и сжал, не давая убрать руку. Что? — посмотрела она на него вопросительно, но выражение его лица было странным.

— Неплохо. И ощущение твоей руки, и быстрое биение сердца.

Что он несет, этот мужчина?

От слов, которые внезапно ударили в самое сердце, сердце Сэ И забилось быстрее. Потеряв память, он стал совсем другим человеком? Она знала это и по опыту, но Тэ Сын Джу, которого она видела в компании, был ещё более холодным и бесчувственным мужчиной.

Ему было совершенно плевать, как на него смотрят окружающие. Мужчина, которому было всё равно, что о нем думают другие, теперь беззастенчиво сыпал словами, которые волновали её сердце.

— П-поедим? Который час?

— Перед едой…

Сын Джу, держа её за запястье, наклонил голову. Словно собирается поцеловать.

Так и сердце разорваться может.

В тот момент, когда Сэ И невольно закрыла глаза… Его лицо приблизилось вплотную к её лицу, и её губы пересохли. Он правда собирается поцеловать? Ожидание росло, и кровь в жилах закипела.

— Может, умоешься перед едой? И глаза протри.

А.

Сэ И грубо вырвала руку из его захвата и открыла глаза. На что я надеялась, закрывая глаза перед этим мужчиной?

Сэ И редко испытывала чувство стыда в своей жизни. Она была осторожной и рациональной, а не жила чувствами. Но после встречи с этим мужчиной из неё иногда вылезала какая-то другая, не похожая на неё личность. Как сейчас.

Сэ И плотно сжала губы и, стараясь казаться невозмутимой, отошла от него. И побежала. Словно забыв, почему она здесь спала, она выбежала из его дома и направилась к себе.

Бах.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, но сердце всё ещё бешено колотилось. Может, он тоже заметил? Что я неосознанно ждала поцелуя? Нет. Нет же.

— Как только к нему вернется память… надо уезжать отсюда. Здесь, видимо, плохая энергетика.

Сэ И пробормотала, прижимая руку к трепещущему сердцу. Хоть бы память вернулась к нему поскорее, пока она не влюбилась ещё сильнее. Тот Тэ Сын Джу, который был плохим, считал её извращенкой и остерегался, был гораздо удобнее в общении. Нынешний Тэ Сын Джу…

— Опасен. Очень… опасный мужчина.

Так что нужно быть осторожной, очень осторожной.

Слыша звук двери, захлопнувшейся так, словно она вот-вот сломается, Сын Джу не мог улыбнуться. Сэ И ушла, но её запах всё ещё витал рядом, разжигая желание.

Сквозь свободные спортивные штаны всё отчетливее проступали очертания его растущего члена.

— Если бы я чуть-чуть не сдержался… я бы сделал это.

Как только он увидел Сэ И, опустившую длинные густые ресницы и слегка приоткрывшую ненакрашенные нежно-розовые губы, желание нахлынуло волной.

— Раз, два, три, четыре…

Обычно достаточно досчитать до двадцати, и он сам собой успокаивается. Сын Джу усердно досчитал до десяти, до двадцати, дошел до тридцати, но «он» не успокаивался, как обычно. Наоборот, жил своей жизнью и становился больше.

— Вот беда.

Сын Джу с недоумением посмотрел вниз на себя. Он был поражен, видя, как член не только не опадает, а, наоборот, буйствует и дергается.

Сэ И не раздевалась, он с ней ничего не делал. Просто увидел, как она шевелит губами с закрытыми глазами, и такая реакция?

Из-за неуправляемой эрекции он даже не смог удержать Сэ И, когда та убегала. Но позволить ей сбежать он не мог. Он спокойно дышал, ожидая, когда «он» успокоится.

И как только ситуация более-менее нормализовалась, он направился к двери, чтобы поймать её. В этот момент раздался звонок, и Сын Джу, конечно же, подумал, что это вернулась Сэ И.

Если она хочет, и я хочу, нет причин сдерживаться.

Сын Джу вышел в прихожую и взялся за ручку двери. Она волновала его с самого начала. Зачем сдерживаться? Потому что она дочь маминой подруги? Подумаешь, велика важность.

Открою дверь, увижу её — и поцелую. Сын Джу твердо решил и открыл дверь. И в тот момент, когда он собирался схватить за руку того, кого считал Сэ И, и притянуть к себе…

— Господин управляющий директор.

Густой бас вернул его к реальности. Перед дверью стояла не Сэ И. Это был его секретарь Чан Хо Ёль, который получил повышение до начальника отдела вместе с ним.

Хо Ёль с удивленным лицом звал его, видя его напор, с которым он собирался схватить за руку. А позади него стояла ещё одна женщина. На её лице читались явное удивление, шок и нелепая уверенность.

Сын Джу покачал головой.

Это не я.

Но чем больше он это делал, тем крепче становилась ужасная уверенность на лице Сэ И.

Финал первого тома.