Ким Чжэ Хи с лёгкой усмешкой добавил к словам Со Джи Хёка:

— Среди последователей Церкви Бесконечности нет ни счастливых, ни устремлённых в будущее. Почти у всех — какие-нибудь психические расстройства, да и физически здоровых — единицы. Куда бы ты ни пошёл, ты всё равно расходный материал. Так что, имеет ли значение, где именно ты сгоришь?

Чон Сан Хён, выслушав это, уставился на него в полном недоумении:

— Если у тебя нет денег, конечно, всё будет плохо. Но если у тебя ещё и с психикой беда, и тело не слушается, разве не логичнее лечь в больницу? Зачем тогда религия? Это просто смешно!

Ким Чжэ Хи в ответ слегка усмехнулся. Со Джи Хёк уставился на него, будто проглотил камень, и процедил сквозь зубы:

— И как тебя вообще туда занесло?

— Я хотел вернуться в прошлое.

— А зачем?

— Чтобы остаться там. Некоторые просто хотят что-то исправить, но я... я хотел там жить.

Шин Хэ Рян, поддерживаемый Со Джи Хёком, повернулся к Ким Чжэ Хи и спросил:

— А реальность? Что с ней?

— Если бы я всерьёз думал о реальности, стал бы я последователем подобной секты?

На этот ответ Шин Хэ Рян ничего не сказал. Со Джи Хёк лёгким движением похлопал Чжэ Хи по плечу, пытаясь приободрить.

Мы остановились на минутку, и я достал из рюкзака два планшета. Один протянул владельцу. Шин Хэ Рян осмотрел его с обеих сторон и, поблагодарив, взял его. В это время Со Джи Хёк продолжал уговаривать Ким Чжэ Хи с ноткой усталости в голосе:

— Послушай, Чжэ Хи. Те, кто тебя любит и ценит, — все они здесь, в реальности. Назад в прошлое ты не попадёшь. А эта твоя секта — сборище мошенников, которым нужны только деньги.

— Хорошее начало.

— …Я не умею ни утешать, ни убеждать, но постараюсь. Тут уже хватает головной боли от чокнутого начальника и двух отбитых подчинённых. К этому добавь, что ещё двое вообще пропали, и один-единственный, кто более-менее в порядке — это ты. И вот ты заявляешь, что добровольно вступил в вооружённую террористическую секту? Сделаем вид, что ты всё понял и оставишь секту. Вернёмся в реальность и будем просто бороться за выживание. А всё, что ты сегодня сказал — забудем. Договорились?

Ким Чжэ Хи слегка улыбнулся, будто его действительно развеселили слова Со Джи Хёка. Тот же, тяжело вздохнув, обвёл всех взглядом и сказал:

— Остальные тоже забудут. А если кто не забудет — у нас есть молоток, одолжим у замначальницы и разочек постучим по гиппокампу. Вон, шесть человек, не так уж и сложно сохранить секрет. Стоит для примера врезать одному — остальные забудут автоматически.

Чон Сан Хён вздрогнул от страха:

— Что?.. Простите, что?!

— А то, что ты вступил в секту с террористическим уклоном — это, считай, пьяный бред. Не волнуйся. После того, что несли напившиеся канадцы и американцы — твои слова вообще ничто.

Я поднял взгляд от планшета, на котором просматривал форум базы, и случайно встретился глазами с Со Джи Хёком. В ту же секунду я моментально подыграл:

— Лично я сегодня ничего не слышал.

— Благодарю за сотрудничество, доктор. Видал, Чжэ Хи? Всё можно ещё исправить.

— Спасибо за предложение, хён. Но со мной всё в порядке.

— Да чтоб тебя... Командир! Я сдаюсь! — вздохнул Со Джи Хёк, официально капитулировав перед Шин Хэ Рян. И тут же скинул с себя обязанности по управлению командой, взятые на себя на время отсутствия вменяемого начальства.

Шин Хэ Рян тихо обратился к Ким Чжэ Хи:

— Чжэ Хи, если это секта, из которой невозможно выйти, и тебя туда втянули насильно — я тебе помогу. Найдём способ выбраться.

— Я вошёл туда по своей воле. И уйти не собираюсь.

— …Ясно.

Он больше не пытался его переубедить. Видимо, понял — сейчас он всё равно никого не услышит. На фоне мрачного Шин Хэ Рян Ким Чжэ Хи, наоборот, казался почти весёлым. Он даже показал на меня и сказал:

— У тебя прямо перед глазами стоит спаситель, способный исполнить любое желание. Почему ты тогда такой мрачный? — спросил Ким Чжэ Хи.

Со Джи Хёк, будто в забытьи, пробормотал:

— Один из моих собственных товарищей по команде оказался террористом... Ты хочешь, чтобы я плясал от радости? Типа: «Ура! Мой коллега — преступник! Обнимашки, потанцуем?»

— Было бы здорово, если бы ещё и песню спел.

Шин Хэ Рян лишь тяжело вздохнул. Видно было, как сильно Со Джи Хёк сдерживает себя, чтобы не выругаться. Я, продолжая листать записи на планшете, вмешался в разговор:

— Я, между прочим, не собираюсь исполнять чьи-то желания.

Со Джи Хёк уставился на меня с изумлением, потом энергично ткнул пальцем в сторону Ким Чжэ Хи:

— Вот, слышал?! Скажи этому психу ещё раз, чётко и внятно! Чтобы ему это вбилось в черепную коробку!

Чон Сан Хён рассмеялся от слов Джи Хёк.

— Я не спаситель для этих сектантов. И уж точно не собираюсь исполнять желания Церкви Бесконечности. Моя цель — выбраться отсюда, и только.

Смеющийся Чон Сан Хён вдруг чуть не грохнулся вперёд — Ким Чжэ Хи неожиданно отпустил его. Он остановился в коридоре и прищурился. Напряжённость, что тихо тлела в воздухе, будто испарилась, и Чжэ Хи, легко, почти лениво, сказал:

— Вот как? Ну, удачи.

После чего вновь подхватил Чон Сан Хёна под руку. Говорит так, словно его это совсем не касается. Хотя... в общем-то, не касается. Но стоп, разве я не их «спаситель»? Получается, если я не собираюсь исполнять их прихоти — сразу в утиль?

Отношение последователей Церкви Бесконечности к «спасителю» было странным: они вроде бы и преклоняются, и тут же пренебрегают. Будто любят, но легко могут выбросить, как ненужную вещь. Не понимаю. Может, это потому, что я вообще далёк от религии? Разве не должны верующие любить, беречь и верить в своего спасителя?.. Я перебрал в голове судьбы «избранных» в других религиях — и ни одна не показалась мне обнадёживающей.

Поддерживая Чон Сан Хёна за плечо, я читал все свежие записи на внутреннем форуме базы. Но среди них не было ни одной от Ким Га Ён. Это тревожило. Может, стоит наведаться в Южный район? Что, если Со Джи Хёк помог сбежать только Туманако, а Ким Га Ён до сих пор заперта в своей комнате и не может пользоваться планшетом? Мне нужно было развеять тревогу, и я обратился к нему:

— Джи Хёк-си. Ранее с вами вместе передвигались Туманако-си и Ким Га Ён-си, верно?

— Что? Со мной? — переспросил он с таким видом, будто я ляпнул нечто совершенно немыслимое и пробормотал: — Я вообще-то стараюсь не подходить к женщинам, если это не по делу. Особенно к тем, кто не из моей команды.

— …Ну, а если бы по коридорам Южного района разгуливали люди с оружием, и вам срочно нужно было бы спрятать их — куда бы вы их отвели?

Он задумался на секунду, а потом буркнул:

— Ким Га Ён — ладно, она своя. А этот... Туманако… Она что, какая-то особенная? У неё, может, кожа пуленепробиваемая или глаза стреляют лазерами?

— Нет, самый обычный человек.

— Это тест какой-то?

— Нет. Просто интересно, как бы вы поступили.

Помедлив, он всё же ответил:

— Ну, я бы отвёл их туда, где безопасно и где мне самому было бы легко добраться. Я ж не супергерой, просто гражданский.

Его наглый ответ вызвал у меня тяжёлый взгляд. Не ври себе хотя бы.

— А если это была бы Пятая подводная база?

Пятая база… Знаю только, что она на ремонте, но где она — понятия не имею. Мне туда вообще попасть можно? Или хотя бы близко ли она к нам? Зачем вообще строить новые базы, если Четвёртая уже огромная? Куда они столько денег сливают?..

Со Джи Хёк нахмурился и покачал головой:

— Инженерам-то, конечно, работа такая — вылезать наружу за пределы базы, на глубине минус три тысячи метров, в специальных скафандрах, брести по кромешной тьме среди странных тварей, похожих на обгорелое мясо… Но для обычного человека даже просто дойти до туда — уже подвиг. Скафандры тяжёлые, дышать в них сложно, да ещё и морские уродцы липнут… И, как по заказу, именно в тот момент, когда мы влезаем в костюмы, эти вооружённые сектанты решают не нападать. Удобно, да?

— А если, допустим, все взгляды вооружённых находятся сейчас на моей стоматологии “Deep Blue”?

Со Джи Хёк недоверчиво нахмурился:

— Почему это вдруг? Что, вы там поджог устроили?

— Руководитель Шин устроил захват заложников — притащил туда последователей Церкви Бесконечности и меня.

Шин Хэ Рян бросил на меня взгляд, услышав эту историю. Со Джи Хёк закатил глаза, но ответил:

— Если бы число посторонних на базе резко возросло и вокруг восцарил хаос… Я бы поймал пару сектантов, раздел их до одних трусов и дал их одежду тем двоим, которых надо спрятать. А потом отправил бы их на Дэхан-до.

Как только он это сказал, пол резко задрожал. Я едва не выронил планшет.

Гррргргргрггг!

С противным скрежетом всё здание Четвёртой подводной базы начало мелко, но неуклонно вибрировать.

Пэк Э Ён, шедшая впереди, тут же присела на корточки. Я, вместе с Чон Сан Хёном и Ким Чжэ Хи, тут же рухнул на пол. Вибрация длилась больше минуты.

Когда дрожь наконец утихла, я огляделся — портативная игровая консоль Сан Хёна валялась на полу, разбитая вдребезги. Сан Хён не пикнул даже после жесткого падения, но увидев, что консоль сломалась, завыл от отчаяния.

Со Джи Хёк, пошатываясь, но не падая, держался вместе с Шин Хэ Рян. Он нахмурился и спросил:

— Это что, землетрясение?

— Подводную базу так просто не раскачать даже землетрясением, — ответил Шин Хэ Рян.

Раньше база не тряслась так часто... или мне кажется? Всё внутри меня протестовало — что-то было не так. Единственное, что мы могли — как можно быстрее продолжать путь. Даже инженеры, прожившие тут годами, не выглядели уверенными.

Шин Хэ Рян осмотрел упавших:

— Вроде все целы.

— Моя консоль мертва! — взвыл Сан Хён, сжимая в руках пластиковые обломки.

— Ноги не переломаны? Тогда хватит ныть. Бросай её и пошли.

— Командир! Ну как можно так?!

Не обращая на него внимания, Шин Хэ Рян повернулся к Чжэ Хи:

— Продолжай список имен верующих.

— А, вы про тех из Церкви Бесконечности? Майкл Роукер, инженер-координатор всей нашей Четвёртой подводной базы!

Как только имя прозвучало, Пэк Э Ён скрипнула зубами и закричала:

— Я так и знала! Этот мерзкий, наглый, отвратительный старый хрыч!