Не знаю, связано ли это с тем, что я слишком мало времени общался с людьми других стран, но я вот думаю: лучше бы мне вообще не попадать в эти «чудеса». Азиаты и чудеса — это как масло и вода, не мешаются. Я бы предпочел, чтобы моё имя вообще не выцарапали с этих самых «чудесных» камней. Пусть начнут вырезать туда имена тех, кого они считают настоящими «спасителями».

Посмотрев на действия Бэт, я подумал, что она идеально вписывается в образ такого «спасителя». Но вот что странно: почему я оказался в центре этой заварухи?

В том, что сказал Чжэ Хи, я видел несколько странных ноток. Что-то мне подсказывало, что он не рассказал Церкви Бесконечности всего. Он, наверняка, что-то скрывает, или его слова о его пережитом опыте просто …проигнорировали в этой секте.

С другой стороны, когда Бэт спросила меня, собираюсь ли я убить Чже Хи, я задумался — может, его положение в этой религии и правда не так уж крепко? Ведь у них есть свои «классы», и, похоже, он оказался внизу. Или, возможно, Бэт думает, что я психопат, которому просто необходима жертва. И тогда вся эта ситуация приобретает странный оттенок.

— Так, подождите, — перебил меня Шин Хэ Рян, — получается, ты хочешь сказать, что этот неожиданный «азиат» может взять под контроль вашу секту? Даже в покере больше порядка!

Джозеф, привязанный к стулу, не смог даже возразить его саркастическому замечанию. Он только оскалил зубы, но молчал. Да уж, покер — не самая сложная игра, хоть я и не разбираюсь в ней.

Когда Джозеф начал бормотать о том, как сильно он бы хотел ударить Шин Хэ Ряна, я сдержал себя и отвел взгляд. Лучше притвориться, что я этого не слышал. Шин Хэ Рян, заметив это, продолжил:

— Почему это случилось именно сегодня, а не через месяц или два? В чём причина этого хаоса?

А, верно. Он собирался уволиться в скором времени. Такое событие привело бы меня к ярости, но Шин Хэ Рян был спокоен. Джозеф не спешил сохранить свою жизнь.

— Зачем мне тебе это рассказывать?!

— Просто ответьте. Мне тоже интересно.

Джозеф разочарованно посмотрел на меня, не получив от меня поддержки. Если начнешь драку с Шин Хэ Рян, пострадавшим в конце будешь ты сам. Джозеф ответил после грубокого вздоха:

— Видимо, это один из тех дней, когда всё совпало. К тому же в одном из восьми стран сегодня День Океанов. И мы должны сделать это до того, как Гренландские акулы исчезнут как вид.

Я задумался на секунду. О, как же мне это всё не нравится! Похоже, их религия реально находит смысл в самых странных вещах, и я всё больше сомневаюсь, что тут вообще хоть кто-то понимает, что происходит. Мечтают о чуде, а на деле — просто борются с какими-то сверхреальными абсурдными ситуациями.

Разве нельзя было бы направить все эти усилия в реальную жизнь — просто чтобы жить нормально? А, да…

Они ведь живут с лозунгом [Мы отправляемся в прошлое, чтобы жить], так что на настоящем им, по сути, плевать. Планы на будущее тоже, выходит, для них особой ценности не имеют. Но… что? Надо сделать это до того, как вымрут гренландские акулы?

С самого начала — зачем вообще эти акулы им нужны?

— Эта страшная на вид акула вообще умирает?

— Они живут в тишине, в ледяных глубинах Арктики. Вид на грани вымирания. Такие твари могли бы прожить и пятьсот лет, а сейчас и до пятидесяти не дотягивают. Из-за чрезмерного вылова их и так почти не осталось, а запреты ловить — ну, знаем мы, как компании их «соблюдают». То выпустят, а потом тихонько прикончат, то тянут время, обсуждая, зачем вообще защищать эту акулину, и в итоге доводят до вымирания под соусом «ну, так вышло». Лёд в Арктике растаял по чьей вине? По нашей. И теперь гренландским акулам — недолго осталось.

Меня вообще-то укусила не гренландская, а большая белая акула. Хотя… может, чтобы официально стать Избранным Бесконечной Церкви, нужно ещё и с гренландской акулой сразиться?

Прежде чем боль в боку и животе, прокушенные белой акулой, успела вернуться в сознание, я поспешил перевести разговор:

— А где, собственно, находятся последователи этой вашей Церкви Бесконечности?

Мой вопрос прозвучал как-то странно, но я постарался уточнить:

— В смысле, внутри подводной базы. Может, они как-то сосредоточены — скажем, в инженерном отделе или среди тех, кто на высших должностях?

Джозеф задумался, как будто в поисках точного ответа.

— Говорят, пытались завербовать хотя бы по одному в каждый спецотдел или среди инженеров. Кто-то присоединился, кто-то — нет. Кто-то в это верит, кто-то лишь для денег, а кто-то просто ищет новые знакомства. Всё, как в жизни. Раньше, говорят, отбирали только умных, а теперь людей не хватает, так что и дуриков берут. Новички нынче — ну, так себе.

Я удивился, услышав от Джозефа такие «мудрые» речи — прям как старпер с дивана. Видимо, равенство и братство в их секте — это не про всех.

— А вы знаете кого-нибудь из корейцев в секте? Или хотя бы кого-то из восточных?

Если уж кто-то из моих знакомых оказался тут замешан, лучше узнать об этом сразу. Так, может, и нервный срыв не будет столь сильным.

— О, если бы я был тем, кто запоминает имена, вы бы точно гордились мной, спаситель! Ха-ха-ха! В общем... в инженерной команде, где в основном китайцы, есть один тип с довольно странным именем. Он на меня смотрел, как гусь с моей родины — мерзко, холодно и с видом «я тебя сожру». Чистый психопат. Или вот как тот ублюдок. Как же его звали… Произношение у него было замороченное…

Что ж там за гуси в Канаде такие, если Джозеф сравнивает с ними потенциальных маньяков? Похоже, он говорил про команду "D", но мне ещё не довелось разглядеть лица всех её участников.

Шин Хэ Рян, услышав эту живописную характеристику, всё же уточнил:

— Хао Ран?

Если бы Хао Ран услышал это, думаю, драка была бы обеспечена. Джозеф вытаращил глаза, как будто прочли его мысли:

— В точку! Я знал, ты его знаешь! Вы ж вроде кореша?

Шин Хэ Рян, даже не глядя на него, сухо бросил:

— Если скажешь Хао Рану такое, кулак тебе в лицо прилетит. А имя Вэй Чи тебе знакомо?

Джозеф нахмурился, на секунду задумался и ответил:

— Похоже, это тот, кто всегда рядом с Хао Раном. Немного ниже ростом, молчун, мрачный тип?

— Да, это он.

Джозеф расплылся в широкой улыбке, словно ждал, что я его похвалю:

— Спаситель, я знаю сразу двоих!

— И как же вы с ними познакомились?

— Мы доставляли груз на остров Дэхан, и эти двое его забрали.

Не может быть…

— Груз был… оружием?

— Ага!

Прекрасно. Просто прекрасно. Судя по выражению лица, не я один был ошарашен — даже Шин Хэ Рян, похоже, потерял дар речи. Джозеф, почувствовав атмосферу, тут же попытался втянуть Хэ Ряна в разговор:

— А ну-ка спросите у этого парня, как он познакомился с Хао Раном и Вэй Чи! Уверяю вас, история не лучше моей!

Сомневаюсь. После того как стало известно, что ваша команда снабжает инженерный отдел Четвёртой базы оружием, трудно представить, чтобы что-то превзошло это по… экстравагантности. Хотя Джозеф, видимо, свято верил, что Шин Хэ Рян способен на большее.

Из чистого любопытства я всё же задал вопрос:

— Шин Хэ Рян-сси, как ты с ними познакомился?

— Хао Ран подставил мне подножку в коридоре.

— А… Вэй Чи?

Пожалуйста, скажи, что он тебе помог встать.

— Когда я упал, в руке был стакан с водой. Я случайно ударил Вэй Чи по лицу.

Ну конечно. Шин Хэ Рян не был жестоким. Просто… ситуации у него такие. Интересно, в какое отделение больницы первым делом побежал Вэй Чи — к стоматологу, пластическому хирургу или офтальмологу?

— В этой подводной базе есть хоть какие-нибудь… мирные истории?

Как только я произнёс это, понял, с кем говорю. Один — религиозный фанатик, второй — генератор пациентов травматологии. Какой с них покой?

Раньше, когда рядом были Ю Гым И или Ким Га Ён, мы хотя бы болтали о пекарне. А теперь мы все так же заперты в тёмной тесной комнате, только разговоры стали... другими. В темноте чьи-то глаза сверкнули и тут же отвели взгляд.

Прошло меньше часа после приёма пищи, как вдруг Шин Хэ Рян встал с оружием в руке, заставив всех в комнате побледнеть.

Приглядевшись, я заметил, что это просто Медик собирался войти. У него, как и прежде, была корзина. Хэ Рян взглянул на него с видом «опять ты» и тщательно осмотрел как корзину, так и корпус самого медика.

Медик, кстати, нарисовал на панели довольное лицо — мол, доставка прошла успешно — и медленно, почти ползком, убрался восвояси.

Лишь когда дверь закрылась, Хэ Рян расслабился. Он проверил содержимое корзины и даже слегка выдохнул.

— Что там?

Хэ Рян подсветил корзину фонариком, давая мне заглянуть внутрь. Думал, что снова еда — и угадал. В этот раз там была гора десертов: мытые фрукты, пирожные, печенье. Вилки не положили — значит, ешь руками, не гордись.

Пудинг с ложечкой, нарезанные рулеты, даже вино и пиво — всё лежало там, в аккуратной укладке. Неужели последователи Церкви Бесконечности и правда думают, что мы взаперти будем пить? Хотя… если мы напьёмся и потеряем форму, им проще будет контролировать ситуацию.

Разглядывая банки и бутылки с разными напитками, я вдруг заметил тёплый термос и затаил дыхание. На всякий случай открыл — и тут же в нос ударил аромат горячего кофе. Кофе. Настоящий. Свежезаваренный. С ума сойти — это чёртов кофе!

Я всего лишь открыл небольшой термос, а запах кофе моментально разнёсся по всей комнате для допросов. На моём лице расплылась улыбка, стоило только вдохнуть этот аромат. Как только я увидел дьявольский напиток с кофеином, пальцы сами начали дрожать. Я с трудом сдерживал желание немедленно сделать хотя бы один глоток.

Я слишком хорошо знал, как приятно, когда горячий кофе согревает рот и мягко скользит по горлу, — поэтому устоять перед соблазном было невероятно трудно. Чёрт, он, наверное, божественно вкусный. Я сделал глубокий вдох, проглотив запах кофе, и с дрожащими пальцами закрутил крышку обратно. Кофе в ситуации, когда и так уже тяжело и стрессово...

Увидев в свете фонарика знакомую марку на банке пива, Джозеф попросил одну баночку, но никто его не послушал. Шин Хэ Рян и в этот раз отказался от угощений. Потом он поднял термос и спросил у меня, совершенно потерянного от запаха:

— Выпьете?

Сразу отказаться не получилось. В голову закралась мысль: как же хорошо, что фанатики Церкви Бесконечности плохо разбираются в корейцах. Я проплыл через залитую водой каюту, прошёл через столько всего, а тут не в силах отказаться от одной чашки кофе... Сейчас думаю: будь среди прошлых угощений чашка рамена — чёрт с ним, съел бы и всё.

Ответ "Да!" уже почти сорвался с губ, но я на всякий случай сначала покачал головой, а потом со вздохом сказал:

— Не буду.

Сдержавшись, я аккуратно поставил термос обратно в корзину, но даже после этого аромат кофе продолжал следовать за мной, словно приглашение, от которого невозможно отказаться.

Шин Хэ Рян, не особо впечатлившись, просто сунул корзину обратно в угол, не проявив интереса к ее содержимому. Ну и выдержка у него... Мне, взрослому человеку, за себя стыдно.

В темной комнате снова наступила тишина. Я пытался узнать побольше о культе, задавая вопросы Джозефу, который отвечал, но его слова с каждым разом становились всё более утомленными. Молча сидящий Шин Хэ Рян, время от времени потягивая свои руки или ноги, мог бы легко забыться в этом месте, если бы не рация, которая вдруг подала голос.

П.П. Не сдержалась и поменяла Бет на Бэт.