Расфа выпил чёрное лекарство из бутылька, после чего Чэнь Чжао сказал: “Сейчас ты должен почувствовать себя очень голодным… голодным как волк… Тебе захочется кушать.”

“Я не хочу кушать, я не…”– не успел Расфа и договорить, как из его живота раздалось урчание: “Похоже… немного проголодался. Зо́ла, помоги мне найти перекусить.”

“Хорошо”– сказала дочь и направилась к двери, взглянув на Чэнь Чжао настороженным взглядом. Выйдя, она сказала Полу, который охранял снаружи: “Входи. Пристально следи за тем азиатом. Если его действия покажутся тебе подозрительными, можешь прикончить его.”

Чэнь Чжао уселся на стул и закинул ногу на ногу. Вскоре Зо́ла вернулась, принеся немного еды.

Расфа нетерпеливо набил рот едой. Пол следовал за Расфой уже двадцать лет, но никогда не видел, чтобы его хозяин ел с таким аппетитом.

Фактически уже тогда, когда он познакомился с Расфой, тот был в плохой форме и имел плохой аппетит.

Но почему в данный момент Расфа как будто превратился в кого-то другого? Прямо-таки стал олицетворением умершего от голода призрака!

“Зо́ла, найди ещё еды. Я не хочу фрукты, я хочу мясо! Мой желудок очень голоден, мне требуется сытно поесть.”

Зо́ла и Пол вытаращили глаза. Что это за симптомы?!

Может перед наступлением смерти все люди испытывают страшный голод?

Женщина принесла ещё немного еды, Расфа снова принялся глотать как волк и пожирать как тигр.

“Я чувствую себя намного бодрее. Очень комфортное чувство, гэ-э…”

Неужели опять временное улучшение перед смертью?!

Пока Зо́ла строила предположения, всё ещё вольготно сидящий Чэнь Чжао спросил: “Госпожа, не могла бы ты и мне помочь с едой? Я и мои питомцы не ели с самого утра.”

“Пол, принеси что-нибудь поесть.”

То, что она лично сходила за едой для своего отца, вовсе не означает, что она снизойдёт, чтобы обслужить Чэнь Чжао.

Пол ушёл и вскоре вернулся, прихватив несколько гамбургеров. Один из них он оставил себе.

“Ты ещё и держишь змею? Ты на самом деле принес в больницу что-то настолько опасное?!”– когда Чэнь Чжао открыл ящик с инструментами, Зо́ла увидела, как изнутри выползла разноцветная змея.

Чэнь Чжао не счёл правильным отношение Золы: “Белый старик, заинтересован ли ты в том, чтобы твоя вещь снизу вновь “воспрянула духом” перед твоей кончиной? По крайней мере, если и умирать, то умирать от радости, не так ли?”

“Что за чушь ты говоришь?!”– нижняя часть тела Расфы давно уже утратила мужественную функцию, но его дочь об этом не знала и всегда считала, что её отец по-прежнему страдает развратными похождениями.

“Хорошо, раз тебе не требуется…”

“Погоди… ты способен сделать?”

“Если тебе необходимо, то разумеется без проблем.”

“Отец!”

Лицо Расфы стало немного неприглядным: “Зо́ла, выйди подыши свежим воздухом…”

“Я давно уже не маленькая девочка, я мать двоих детей. Всего-навсего… отец, когда…”

“Я не хочу обсуждать эту тему.”

“По его лицу я могу судить, что он уже приблизительно десятилетие не “входил” в контакт с женщинами.”– Чэнь Чжао даже и не думал оставлять результат своего анализа конфиденциальным и с большим энтузиазмом поделился с Зо́лой.

“Доктор, пожалуйста уважайте чувства и приватность больного, можно?”

“Чувствую себя виноватым, но у меня действительно нет какой бы то ни было симпатии к расистам.”

В этот момент до Зо́лы наконец дошло, почему Чэнь Чжао при разговоре с её умирающим отцом использовал такой саркастический тон.

Ей также всегда было известно, что её отец имеет наклонность в том аспекте.

“Ты только что говорил, что я могу прожить не только сегодняшний вечер, но и ещё три дня, верно?”

“Для начала продержись сегодняшний вечер, а потом обсудим последующее лечение. Кроме того, моё лечение отнюдь не дешёвое, в особенности для расистов – цена ещё более высокая.”

Расфа был очень подавлен. Возможно, если бы днём он немного сдержался, то не оскорбил бы этого азиатского доктора.

После того как Расфа наелся, его начало клонить в сон.

“Давайте посидим снаружи.”– предложил Чэнь Чжао.

Увидев, что её отец уснул, Зо́ла немного забеспокоилась.

“Незачем переживать. Если его показатели жизнедеятельности начнут колебаться, сработает сигнал тревоги. Здесь как-никак палата интенсивной терапии.”

“Хорошо…”

Сев на свободные места в коридоре, Зо́ла инициативно начала разговор: “Господин, я прошу прощение за все чрезмерные высказывания, которые мой отец наговорил тебе.”

“Твои извинения мне не требуются, ты ведь ничем не провинилась . Однако расиста я простить не могу.”

“Господин, мадам, вы желаете кофе?”

“Благодарю, я хотел бы выпить чашечку. Я уже очень давно не бодрствовал ночью.”– принял предложение Чэнь Чжао.

“Будь любезен, и мне чашку.”– попросила Зо́ла слугу, а затем обратилась к спасителю отца:“Как тебя зовут?”

“Chen Zhao”

“Чэнь Чжао?”

“Да, зови просто Чэнь”

“В какой больнице ты работаешь? Или же являешься личным врачом?”

“Нет, у меня нет лицензии.”– улыбнулся Чэнь Чжао.

В отношении этого Зо́ла не стала глубоко допытываться. Ей нет дела до личности Чэнь Чжао, лишь бы он излечил её отца и отложил его смертный час.

В это время к ним подошла рыжеволосая красотка: “Зо́ла”

“Рейдра”

“Твой отец как?”

“Более-менее. Буквально только поел и сейчас спит.”

Рейдра взглянула на наручные часы и с сомнением спросила: “Ты уверена, что он спит?”

“Да, я полностью в этом уверена. Он просто спит.”– ответила Зо́ла твёрдым тоном.

Расфа знает о личности Рейдры и Зола, разумеется, тоже. Поэтому её тон был несколько враждебным.

“Очень сожалею, я не это имела в виду.”

“Ничего. Мне кажется, что здесь ты ничем не поможешь. Можешь вернуться домой отдыхать.”

“Красавица, оставишь номер? В свободное время можем сходить в ресторан.”

“Это…?”

“Это – Чэнь, мой друг.”

“Извини, Чэнь, у меня уже есть парень. Ему не понравится, если я пойду в ресторан с другим мужчиной.”

Чэнь Чжао скривился, Зола посмеялась и, глядя на уходящий силуэт Рейды, сказала: “Как на счёт того, чтобы сходить в ресторан со мной? Возможно, после еды мы найдём и другое развлечение…”

“Э-э… я не любитель разрушать чужие семьи.”

“В данный момент я одинока.”

“В таком случае без проблем. Пока это будет в свободное от работы время, я с превеликим удовольствием разделю трапезу с настолько красивой госпожой.”

Возраст Золы не мал – уже сорок с лишним лет. Тем не менее, она хорошо ухаживает за собой, а её фигура ничуть не проигрывает в сексуальности молодым женщинам.

Чэнь Чжао не против разделить чудесную ночь с темпераментной зрелой женщиной перед глазами. В любом случае не нужно вкладываться в чувства, почему бы тогда и не поступить так?

“Это мой личный номер телефона”– Зо́ла вытащила визитную карточку. На ней не указана какая-либо должность, только имя с номером телефона.

“Ты собираешься сидеть здесь всю ночь? ”

“Я должна позаботиться о моём отце.”

“Я даю тебе гарантию, что с ним ничего не случится. Не лучше ли нам найти место прилечь?”