Когда карета проехала под аркой врат, Инглис и остальные девушки увидели вечерние огни, которыми был усеян весь дворец. Инглис была поражена, насколько тщательно это место было освещено. Слыша, как играют музыканты свою музыку, этот антураж делал это место ещё более фантастическим.

— Вау, здесь так красиво… — улыбнулась Леона.

— Потрясающе! В столице жизнь течёт иначе. Здесь всё совсем по-другому. Ты так не думаешь, Крис? — спросила её Рафинья, глаза которой были полны восторга.

— Ага, я с тобой согласна.

— И только представь, какая там еда! Она по-любому должна быть вкусной.

— Я уже в предвкушении, чтобы отведать её.

— Мы прибыли. Давайте войдём во дворец, — сказала им директор Мириэла, выводя троицу из кареты.

— Хорошо! Пойдём, Крис! Я настолько голодна, что не могу уже ждать!

Первой вышла Рафинья и, не в силах сдерживать свою терпимость, тут же помчалась со всех ног.

— Эй, Рани?! Если ты будешь бежать, то точно споткнёшься! — предупредила ей Инглис.

— Что?!.. А-а-ай! — вскрикнула Рафинья.

Так как теперь она была одета не только в одно платье, но и в туфлях на высоких каблуках, в которых она даже никогда не ходила, не смогла совладать с равновесием во время бега. Спустя недолгое время она всё-таки споткнулась и плюхнулась на землю.

— Ух, не успела я тебя предупредить… Я вижу твоё нижнее бельё! Скорее, прикройся, — и Инглис потянула вниз подол платья Рафиньи. Совсем скоро она помогла ей подняться.

— Ха-ха-ха… Извини. Спасибо, Крис.

Однако не только одна Инглис подбежала к ней.

— Рани! Ты не ушиблась?!

Тот, кто тоже подбежал к Рафинье, оказался её старшим братом, Рафаэлем, который ожидал их у входа. Он также помог Рафинье подняться на ноги.

— Вставай. Ты ведь точно не ушиблась? Тебе стоит перестать больше беспокоить Крис!

— Ой… Да, братец, — ответила ему Рафинья.

— Крис, прости, что тревожим тебя, и спасибо, что всегда приглядываешь за Рани.

— Нет, я не против, — ответила ему Инглис с улыбкой. Рафаэль, увидев это, словно потерял дар речи, будто мысленно он очутился совершенно в другом месте. — В чём дело, Рафаэль?

— Ах, п-прости. Просто я раньше никогда не видел т-тебя такой, потому я был удивлён. Т-ты и вправду п-прекрасна, — проговорил он это как-то скованно и неуверенно.

— Спасибо. Всё это заслуга Рани, которая хотела, чтобы я выглядела прекрасно.

Инглис нравилось, когда остальные люди лестно о ней отзывались, да и к тому же она получала от этого удовольствие. Она вовсе не нуждалась, чтобы её постоянно хвалили за её красоту, но и в то же время не была против услышать несколько приятных комплиментов в свой адрес.

— Конечно! Ведь я очень ей дорожу! — воскликнула Рафинья.

— Ну да, ты и правда хороша в таких делах.

Рафинья пребывала в таком счастье, когда хвасталась преображением Инглис. Если она была счастлива, то и Инглис тоже была счастлива.

— А… я вижу, что вы взяли с собой Лин?

Как и попросил их Рафаэль, девушки взяли с собой маленького магицитового монстрика с собой. Инглис не совсем понимала, зачем ему пригодилась Лин. Ну а пока что этот монстрик высунул свою голову из декольте Инглис, чтобы посмотреть, что происходит сейчас снаружи.

— О-о-о, Рафаэль, ты сейчас смотрел на грудь Крис? Если бы не Лин, ты бы точно смотрел прямо туда, — подразнивала его Рафинья.

— П-прости! П-просто… то есть, я и п-правда смотрел на Лин! — заикаясь, ответил Рафаэль.

«Если парень так смотрит на девушку, то его можно было понять. Это инстинкт», — подумала Инглис. Когда-то давно она прожила целую жизнь в теле мужчины, но нравилось ли ей сейчас мужское внимание — это отдельный вопрос. Инглис всё же оценила, насколько сейчас свекольно-красными были кончики ушей Рафаэля от чувства стыда. Хоть он и повзрослел, будучи находясь и обучаясь в столице, в нём всё ещё сохранилась та же юношеская невинность. Это осознание согревало сердце Инглис.

— Рафаэль, кого-то заинтересовала Лин? — спросила его Инглис.

— Да. Теодор — так зовут нового посла Небесного острова — очень надеялся увидеть её на этой встрече, — ответил он.

— Что?! Лин, ты не будешь против, если кто-то другой хочет посмотреть на тебя? — обеспокоенно вмешалась Рафинья.

— Я не думаю, что стоит переживать за неё. Я разъяснил принцу Уэйну о том, что произошло в Нове по вашим вестям. Уэйн не стал делиться с послом Муэнте о Лин, и решил рассказать о ней уже новому послу. Это говорит о том, что принц полностью доверяет ему.

Диалог Рафаэля прервали звуки желудков Инглис и Рафиньи, которые заурчали одновременно.

— А? Что это было? — удивился он.

— Я умираю с голоду. Я ничего не ела с самого утра, — пожаловалась ему Инглис.

— И я. Здесь столько всего вкусного, а мы…

— Тогда это плохо, а разговоры могут подождать. Давайте я проведу вас к столам, — сказал им Рафаэль.

— Пожалуйста! — глаза Инглис и Рафиньи засверкали в блаженстве.

— Ха-ха-ха… Похоже, что у вас обеих совершенно пустые желудки, — посмеялся Рафаэль.

— Я благодарна вам, рыцарь Рафаэль. Мне неловко стоять рядом с ними, когда их них издаются такие неприятные звуки, — заговорила Леона. С ней также была согласна директор Мириэла.

У этих девушек были обеспокоенные выражения лиц.

— Ага! Будет лучше, если мы хоть чем-то перекусим.

— Тогда пойдёмте! Следуйте за мной! — воскликнул Рафаэль.

И Инглис вместе с остальными девушками быстро последовала за ним во дворец. Когда она проходила мимо толпы мужчин, все взгляды были устремлены прямо на неё.

— Ух ты! Эй, ты видишь? Эта девушка такая красивая!

— Ага, я никогда не видел никого симпатичнее её… Может, она знакомая Рафаэля?

— Она как кукла — всё в ней идеально! Даже женщина может в неё влюбиться…

— А её подружки тоже ничего. Если их сопровождает директор Мириэла, получается, что они — курсантки Академии рыцарей?

Все присутствующее перешёптывались между собой, как вдруг всех их остановил резкий и пронзительный звук.

— А? Что это было?!

— Чей-то желудок сейчас заурчал?

— Это был не мой. Может, это была одна из девушек?

Рафаэль тут же ответил им:

— Ха-ха-ха… Простите меня. Я бы так занят, что у меня совершенно не было времени, чтобы чего-нибудь поесть.

— Братец! Ты такой добрый! Я люблю тебя! — сказала ему Рафинья.

— Спасибо, Рафаэль, — сказала Инглис.

— Не берите в голову. Мы почти пришли. Еда находится в этом зале.

Помещение, наполненное аппетитными ароматами, в которое привёл их Рафаэль, было заставлено столами, на которых находилось огромное множество разных блюд. Здесь были очень дорогие на вид стейки, которые были сложены в одну кучу, огромное разнообразие блюд из макарон с роскошными морепродуктами, и огромный шоколадный торт на десерт, который выглядел как высокая башня, но и, помимо этих блюд, здесь также можно было бы перекусить. Куда не глянь, везде была одна сплошная еда. Инглис и Рафинья, которые ничего не ели с самого утра, не могли больше стоять на месте. Они будто бы собирались расхитить какую-то гробницу.

— Отлично! Ну, Крис, давай уже приступим?! — подталкивала её к действию Рафинья.

— Ага! Всё здесь выглядит так аппетитно.

Инглис и Рафинья с нетерпением подошли к столу со стейками…

Инглис почувствовала, как задрожал воздух, словно пространство вокруг неё начало искажаться. Помимо этого, она ощутила колебания маны ровно в тот момент, когда над ней пролетела тень. Столы, на которых находились различные блюда, были повалены и разрушены чем-то огромным, которое приземлилось прямо перед ними сверху.

— Что?! Магицитовые монстры?! Но откуда?! — закричала Леона.

Как и во время прошлой встречи с магицитовыми монстрами, с которым встретилась Инглис в столице, они тоже являлись полулюдьми со звериными ушами на голове и длинными хвостами. Эти монстры опустились вниз с высокого потолка, и что самое неприятное для Инглис и Рафиньи, приземлились прямо на те места, где находились столы с блюдами. Люди в панике и ужасе закричали, когда увидели незваных гостей.

— А-а-а-а!!! Моё мясо! — болезненно вскричала Рафинья. Еда, к которой она готовилась весь этот день, лежала уже на полу. — Угх… Три секунды пока ещё не прошли!

— Фвой, Вави! Фы фе фовфвна ефвь ф вофа [Стой, Рани! Ты не должна есть с пола], — предостерегла её Инглис с набитым ртом.

— Эй, Крис?! А ты что ешь? — спросила ей Рафинья.

— Фяво. Фя уфвефа войфавь ефо вефё фо вофо, фав офо уфаво фа фоф. [Мясо. Я успела поймать его ещё до того, как оно упало на пол].

За несколько секунд до глобальной катастрофы Инглис удалось выхватит столько кусков стейков в воздухе, сколько смогла уместить у себя на руках, и, не дремля, тут же запихнула их себе в рот. Она не только применила на себе усиленную гравитацию, к которой теперь прибегала на тренировках, но и «Эфирную оболочку». Когда на кону стояла вкусная еда, ей пришлось пренебречь осторожностью.

— А-а-а?! Это нечестно, Крис! — в ужасе воскликнула Рафинья, глядя на раздутые щеки Инглис от еды.

— Фе фвивь. Фа вавфе вфивафифа и фвявефя [Не злись. Я также прихватила и для тебя], — и Инглис поднесла ко рту Рафинье кусок стейка.

— Фувефая фавова, Фис! Фа фвава, фво фы фефа фе фвофиф! [Чудесная работа, Крис! Я знала, что ты меня не бросишь!].

После того как Инглис проглотила, ей хотелось съесть ещё, однако сейчас в её глазах Рафинья была похожа на внучку. А какая бабушка или какой дедушка сможет устоять перед тем, чтобы не накормить свою дорогую внучку?

— Здесь ещё остались не перевёрнутые столы! Давай защитим их!

— Фа! [Да!].

— Чтоб вас! Лучше бы побеспокоились о жизни людей, а не о еде! Мы ведь рыцари и должны защищать людей!

Как и подобает любой воспитанной девушке, Леона упрекнула их обеих.

— Ну, всё равно результат поединка будет одним и тем же, — сказала Инглис.

Что-то появилось неподалёку… И в этот момент монстр приблизился к Инглис.

— Инглис! Сзади! — предупредила её Леона.

— Я знаю, — ответила ей Инглис, уже давно ощутив его. Ей даже не пришлось поворачиваться, чтобы остановить его. Инглис прицелилась в его голову указательным пальцем, и на его кончике показалась бледно-голубоватое сияние. Это было «Эфирное копьё» — техника, которая выпускала маленький луч эфира из кончика пальца. За один миг луч пронзил голову монстра. Инглис никак не могла попасть мимо.

Вдруг перед её глазами встала чья-то спина. Она собиралась произнести «Эфирное копьё» ещё раз, чтобы убить им другого магицитового монстра, но вовремя успела его отменить.

— Крис! Отойди в сторону!

Это был Рафаэль, который проделал немалый путь за столь короткий промежуток времени. Инглис была удивлена и, признаться честно, впечатлена скоростью его движений. «Он быстрый!.. Будто порыв ветра или молния. Настолько я этого не ожидала, что чуть ли не поразила его».

— Я ни за что вам не позволю причинить вред Рани, Крис или их подругам! — прокричал Рафаэль.

Артефакт, который он держал в руке, представлял собой длинный меч с изображением дракона, который находился на его поясе. Когда он вытащил его из ножн, всё его лезвие было сделано из полупрозрачного красного драгоценного камня. В какой-то момент могло показаться, что он мог светиться. От одного лишь его вида можно было поразиться его ковкой. Однако он был изготовлен не только для внушения страха своим видом, но и для стремительных ударов, которые наносил Рафаэль. При каждом взмахе за ним оставался едва уловимые красные следы, которые с трудом мог уловить любой наблюдавший. В мгновение ока тело магицитового монстра разлетелось в дребезги.

— Ух ты! Ничего себе… — удивилась Инглис.

Его меч был изготовлен не только для красоты и внушения страха, но и с ним можно было с потрясающий силой и скоростью разобраться с неприятелем. По своему мастерству Рафаэль уже превосходил святого рыцаря Леона, с которым Инглис когда-то удалось сразиться, и даже не уступал мастерству Бедствий Хайрула Эрис или Систэи. Инглис могла только порадоваться этому известию. Рафаэль уже вырос; в самом начале, когда она увидела его впервые, она ощутила в нём потенциал, но сейчас его навыки были отполированы до блеска. Возможно, всему виной была его врождённая серьёзность и чувство ответственности, которые всячески поддерживали герцог Билфорд и его мама Ирина. Как бы то ни было, всё это привело к тому, что прямо перед глазами Инглис стоял превосходный святой рыцарь, который теперь мог мастерски управляться таким удивительным мечом. Смотря на него, она пребывала в восторге.

Инглис задрожала… Конечно же, когда поняла его силу. Сейчас она даже была готова провести с ним спарринг.

— Это потрясающе, братец! Единственной была Крис, за которой я не могла уследить! — сказала Рафинья.

— Рафаэль, я думаю, что твой пятый боковой замах и прямой семнадцатый были особенно искусны. Твои движения также удивили меня, — похвалила его Инглис.

— Ты всё видела, Инглис?! — удивлённо посмотрел на неё Рафаэль.

— Да. Всего было двадцать один ударов.

— Так много? Эй, Рафинья, а сколько увидела ты?.. — прошептала Леона Рафинье на ухо.

— Только первые два… или три, — прошептала она в ответ.

— И я. Рада, что не только я одна такая…

— Ха-ха-ха… Так ты, Крис, всё видела, значит? Может, тебе даже и не нужна была моя помощь. Я среагировал по привычке… Прости, — сказал Рафаэль.

— Нет, всё хорошо. К тому же я стала свидетелем твоего изящного мастерства. Я бы хотела провести с тобой поединок… но уже всерьёз, — сказала Инглис, надеясь на этот шанс.

— Ну-у-у… Я не хочу, чтобы кто-либо из гостей пострадал. Так что я буду готов в любое другое время сразиться с тобой, — хоть Рафаэль и выглядел немного растерянным, всё же он принял её вызов.

И как только Инглис удалось убедить его? Она даже сама не смогла этого понять.

— Рафаэль, с остальными мы справимся сами, — вмешалась директор Мириэла. — Иди к принцу Уэйну и послу Теодору. Если с ними что-то случится, то мы не сможем смириться с этим.

Рафаэль расправился только с одним магицитовым монстром, который приземлился откуда-то сверху, однако в зале оставалось ещё несколько других монстров, не говоря уже о том, что здесь могли появиться ещё несколько других. Рафаэль всё же хотел сразить оставшихся монстров, однако зашита принца и посла была главным приоритетом. Директор Мириэла была права, что лучшим решением будет распределить силы.

— Вы абсолютно правы. Рани, Крис, Леона, оставляю вас! Разберитесь с остальными монстрами!

— Да, братец!

— Я поняла!

— Остальное оставь на нас!

Рафаэль развернулся на сто восемьдесят градусов и покинул зал. Тем временем магицитовые монстры окружили Инглис и её подруг.

— Какая редкость сражаться с ними, когда на мне сейчас надето прекрасное вечернее платье! — проворчала Рафинья, прицеливаясь своим артефактом.

— Угу. Я бы хотела по-другому провести этот вечер!.. — согласилась с ней Леона.

Директор Мириэла материализовала их артефакты, казалось бы, из воздуха. Наверное, она применила какую-то магию, или это всё же была сила её артефакта? Тёмный двуручный меч Леоны был сломан после крушения линкора Небесного острова, поэтому сейчас в руках она держала совершенно другой артефакт среднего ранга, который можно было получить только будучи курсанткой Академии рыцарей.

— Я уже развлекаюсь: мне нравится сражаться с магицитовыми монстрами! — возразила Инглис Леоне.

— Крис, ты — исключение. Ты как дикий зверь в нарядном платье! — ответила ей Рафинья.

— Ха-ха-ха. И это даже не намёк! — посмеялась Леона.

— Вы уж меня простите, но сегодня я буду сражаться как настоящая леди, — запротестовала Инглис. В конце концов, она не хотела ни порвать, ни испачкать своё вечернее платье, потому что оно ей очень нравилось. К тому же, она хотела надеть его снова, но в другой раз.

— «Как настоящая леди»? Это как? — спросила её Рафинья.

— Вот как.

Из кончика пальца Инглис внезапно вырвался бледно-голубоватый луч «Эфирного копья». Он попал точно в цель и пронзил лоб стоящего впереди магицитового монстра. Тот рухнул на пол и, дёргаясь, мучался от смертельной раны. Осталось только добить его. Можно было заметить, что эти магицитовые монстры были довольно сильны, так как приём Инглис не убил их сразу.

— Видишь? Так я не порву и не испачкаю платье! — объяснила Инглис.

Шквал эфирных лучей пронзал лбы каждого магицитового монстра, словно Инглис стреляла по стоячим мишеням, которые от попадания тут же валились на пол.

— Видишь? Как настоящая леди.

— Ну, наверное… Но, честно сказать, вот так запросто повалить их — это куда страшнее, чем можно себе представить, — сказала Рафинья.

— Эм… Даже скучновато, добавила бы.

Эта тактика имела свои плюсы, однако она всё равно не смогла удовлетворить Инглис. Этот бой был предопределён с самого его начала. Лучше было бы дождаться, пока противник покажет все свои сильные стороны, чтобы победа была приятной. Другими словами, повалить магицитового монстра голыми руками или атаковать его элементом, против которого он наделён сопротивлением. В любом бою Инглис хотела выйти победителем только благодаря достижению чего-либо нового, если это было, конечно же, возможно. Бой с магицитовыми монстрами, великолепные платья и вкусная еда — всё, что нравилось Инглис Юкс, находилось прямо здесь, но, видимо, смешивать это в одну большую кучу было не самой лучшей идеей. Но что есть, то есть.

— Но другого выбора у меня не было, потому что я не хотела порвать платье… Ой, Рани, Леона, вы можете добить их?

— Подожди! Позади нас идут другие! — предупредила её Леона.

Не желая становиться её мишенями, магицитовые монстры всей стаей бросились на девушек, пытаясь остановить источник лучей — Инглис. Она заметила, что для монстров сейчас они поступили довольно разумно, и подумала, что, возможно, в этих телах всё ещё оставалась частичка прошлых хозяев. Сейчас Инглис пришлось увеличить количество своих выстрелов, чтобы за короткий промежуток времени подавить их натиск.

— Как вам это? — продолжая выпускать «Эфирные копья» из правой ладони, Инглис вытянула левую руку назад. — Хм-м-м!.. — кончик указательного пальца левой руки тоже засиял бледно-голубоватым светом. Она выстрелила позади себя, пробив насквозь магицитового монстра, который находился прямо за её спиной.

— Отлично! Я справилась! — заликовала она.

Одновременный залп с двух рук в разные стороны — то, что раньше ей никогда не удавалось сделать. Это послужило явным доказательством того, что ежедневные тренировки приносят свои плоды. Она точно понимала, что сейчас выглядела намного сильнее магицитовых монстров. Инглис была рада этому как никогда раньше.

— Смотри, Рани! Смотри внимательней! Теперь я могу стрелять из двух рук одновременно!

Улыбка, с которой она производила выстрелы, была прекрасна, как цветок. Сейчас ей было очень, очень весело! Ничто не доставляло ей такого удовольствия, как удовольствие от испытания новых приёмов, которым она научилась. Как итог, ни один магицитовый монстр так и не смог приблизиться к ней. Вокруг Инглис образовалась куча поваленных трупов.

— Фух… Захватывающий бой! — и улыбка на её лица была прекрасна для глаз.

— Ха-ха-ха… Давненько ты так не веселилась, — сказала Рафинья.

— Мне даже стало немного жаль их: они вообще ничем не смогли ответить, — сказала Леона.

— Эм… Я была так счастлива, что слегка увлеклась, — заметила Инглис.

— Я бы сказала «намного»… Однако некоторые столы остались не тронутыми! — отметила Рафинья.

— Ага. Покушаем? — предложила Инглис.

— Да! Я уже не могу ждать!

— Эй, вы двое? Мы сперва должны убедиться, что их больше нет во дворце. Да и некоторым, возможно, нужна наша помощь, — вмешалась Леона.

— Небольшая передышка им не помешает. К тому же нам нужно добить ещё оставшихся в живых поваленных магицитовых монстров. Я пока что займусь этим, а вы пока позаботьтесь о том, чтобы вы были сыты.

— Хорошо! Спасибо, директор Мириэла! — сказала обрадовавшаяся Рафинья.

— Спасибо, — сказала Инглис.

Только с одобрения директора Мириэлы обе девушки подошли к нетронутому столу, однако в этот же миг появился ещё один магицитовый монстр. Как только они заметили его появление прямо под потолком, спустя ещё какое-то мгновение он всё-таки соизволил приземлиться прямо на стол.

— Смотри! Ещё один… — заметила его первым Инглис.

— Наша еда! — воскликнула Рафинья.

И, как все остальные, это стол тоже мог оказать в их числе, после чего вся еда окажется лежать на полу. Инглис не могла ему этого простить! Однако если она на всей скорости броситься в сторону монстра, то она может порвать дорогое ей платье. Она могла воспользоваться «Эфирным копьём», но не стала, потому что тогда бездыханное тело монстра точно упадёт на прямо на стол; она также могла воспользоваться «Эфирным ударом», но вместе с ним она могла стереть с лица земли половину дворца. Тогда она начала думать, а не преобразовать ли ей эфир в ману…

И пока она размышляла об этом, кто-то бросился в сторону магицитового монстра, который всё ещё находился в воздухе. На вид этому «кто-то» было около двадцати лет, прекрасная, с блестящими светлыми волосами леди. Это была Бедствие Хайрула, Эрис.

— Ха-а-а-а!!!

Эрис с молниеносной скоростью бросилась к монстру, одновременно нанеся ему два удара обеими клинками в каждой её руке. Она разрубила тело монстра надвое, а сила, с которой она его поразила, поспособствовала тому, чтобы части тела монстра не упали прямо на стол. Насколько запомнила её Инглис, техника Эрис была до ужаса прекрасной, и когда она просто наблюдала за этим, то её колени вдруг стали ватными. И опять у Инглис появилось желание посостязаться с ней.

Но кое-что было намного важнее состязание с Эрис — вся еда на столе осталась нетронутой.

— Слава богу! Спасибо, Эрис! — с ликование поблагодарила её Рафинья.

— Большое тебе спасибо. Ты спасла мне жизнь, — добавила Инглис, глубоко перед ней поклонившись.

— В чём дело? Ты бы сама… — попыталась сказать Эрис в замешательстве, но…

— Нет. Благодаря тебе удалось защитить стол! Вы спасли оставшуюся еду! — Инглис перебила её, попытавшись ей всё объяснить.

— Что?.. Еда?! — озадачилась Эрис.

— Давай есть! — объявила Рафинья.

— Эй, это нечестно, Рани! Оставь что-нибудь мне! — возразила Инглис.

— Как обычно, вы двое обитаете в своём собственном мирке… — вздыхала Эрис, увидев, как двое девушек принялись уплетать за обе щёки. — Мириэла, они же твои курсантки. И ты просто закроешь на это глаза?

— Хе-хе… Разве ты не считаешь милыми девушек, у которых здоровый аппетит? — прикинувшись дурочкой, глупо улыбнулась ей Мириэла.

— Исходя из времени и обстоятельств…

— Ну, есть правда в твоих словах, но они сейчас выглядят такими голодными.

— Офефевёна! [Определённо!] — подтвердила её слова Инглис.

— Афа! [Ага!] — сказала Рафинья.

— Я не могу понять, что вы говорите! Боже… Сейчас здесь стало тихо, но не могла бы ты пойти со мной, когда поешь? Кажется, с Риппл, что-то не так… — проговорив это со спокойным тоном голоса, выражение лица, наоборот, выражало обеспокоенность.

С Риппл что-то случилось? Девушки не могли просто сидеть и трапезничать, когда услышали, что с ней происходит что-то неладное, поэтому Инглис и Рафинья, запихнув себе в рот столько еды, сколько могли, поспешили последовать за Эрис, попутно прихватив в собой Леону. Следуя за Эрис, вся компания направилась в зал, где сейчас находилась Риппл, и, когда они оказались на месте, повсюду были разбросаны множество трупов магицитовых монстров.

— …Похоже, она была их главной целью, — объявила Инглис после паузы.

— Да. Их здесь намного больше, — согласилась с ней Рафинья.

— Но они уже убиты. Рыцари сделали свою работу, — отметила Леона.

Всё же этот дворец являлся сердцем страны, и не мудрено, что рыцари, которые вели свою службу, не могли сидеть и смотреть со стороны. Так как это нападение никто не ожидал, всё же некоторые из них были ранены, однако они даже не намеривались покидать это помещение, а просто стояли в стороне и стояли в центре, оцепив периметр. Проследовав за их взглядами, в центре образованного круга девушки увидели Рафаэля, принца Уэйна и несколько островитян со стигматами на лбу. Сейчас, скорее всего, Рафаэль решил быть с ними рядом, и, когда увидел Эрис, прокричал:

— Эрис! Как обстановка?

— Больше их нигде нет. Большое количество было обнаружено в нижнем зале, но эти девушки хорошо постарались, — ответила она.

— Понятно. Как и ожидалась от Рафиньи и её подруг.

— А как здесь обстановка?

— Без изменений. Она пока что ещё в норме, — и взгляд Рафаэля был направлен на Риппл, которая находилась без сознания — да не просто без сознания, а окутанная какой-то пеленой из зловещего тёмного света.

— Что здесь происходит?! — спросила их Рафинья, охватившую панику. Пространство вокруг Риппл казался миражом, и она с первого взгляда поняла, что здесь происходит что-то серьёзное.

— Вокруг неё странная аура? Это явно ненормально, — заметила Инглис.

— Может, это как-то связано с внезапным появление магицитовых монстров? — предположила Леона.

— Да, — кивнула ей Эрис. — Её полностью обхватила эта аура, и после появились магицитовые монстры. Но что это такое?..

«Когда в столице появились магицитовые монстры, Риппл тоже нездоровилось. Возможно, в ней и кроется причина. Но какая?»

Рыцари начали переговариваться между собой:

— Чтобы происходило такое… Неужели Бедствие Хайрула способно вызывать магицитовых монстров, чтобы они нападали на нас?

— Может, она переметнулась на сторону «Братства Железной крови»?

Беря за пример Леона, даже не стоило сомневаться, почему рыцари пришли к такому выводу. Эрис понимала, что именно в этом и кроется их источник сомнений, и потому из-за очевидного замечания держала свои возражения при себе. Инглис также следовала её примеру и просто молчала, и ни у кого не хватило смелости опровергнуть эти высказывания. Конечно же, кроме Рафиньи.

— Нет! Риппл точно бы так не поступила, и Эрис тоже! Во время инцидента в Юмире Эрис пыталась остановить Леона и спасти нас! И вы все должны знать её лучше, чем мы, что она — хорошая! Эрис и все остальные Бедствия Хайрула сделали многое для защиты страны и её народа! Верьте в Риппл!

Это бы сильный аргумент, хотя и неубедительный, учитывая, что святого рыцаря Леона тоже все хорошо знали. Можно было сказать, что это была детская наивность, но никто не стал возражать, что после её слов все пересмотрели свои взгляды, потому что Рафинья обладала чистой, искренней невинностью. Инглис в этот момент восхитилась своей подругой. Она также хотела и дальше оставаться рядом с ней, чтобы увидеть, в кого она вырастит.

Рыцарь, казалось, просто не находили ответа, чтобы ответить ей, но, поколебавшись, один всё-таки сказал:

— Я это и так знаю. Ты права, но…

— Что есть, то есть. Не сердись на них, — Эрис похлопала по плечу Рафинье. — У них должны быть сомнения. В случае угрозы они всегда должны быть начеку. Это мы должны показать им, что нас не нужно бояться.

— Эм, да… — Рафинья почувствовала себя виноватой, потому что увидела, что Эрис будто бы на неё сердится.

— Но… спасибо тебе, — продолжила Эрис.

— Ага!

Услышав их разговор, Рафаэль шепнул на ухо Инглис:

— Фух. Я нервничаю, когда вижу Рани такой настойчивой. Даже если я попытаюсь прикрыть её, это будет расцениваться как фаворитизм, потому я даже не могу ничего сказать…

— Она всегда такая. В любом месте, в любом разговоре, она всегда ведёт себя так. И я думаю, что это даже к лучшему, — ответила ему Инглис.

— Если ты так думаешь, то это радует.

В этот момент из центра круга вышел кто-то. Это был молодой островитянин со стигматой на лбу.

— Я полностью согласен с юной леди. Бедствия Хайрула — это стражи, ниспосланные с небес. Если не верить в них, не объединяться с ними, то на поверхности будет трудно выжить, учитывая такое явление, как Призменный поток. Прошлые жизни Бедствий тоже когда-то жили на поверхности. Чтобы взять на себя такую тяжёлую ношу, они пожертвовали собой, дабы стать Бедствиями Хайрула. Надеюсь, вы сможете понять их происхождение.

Был ли он тем послом, о котором говорила девушкам директор Мириэла? Если это он, то первое впечатление Инглис о нём было таким: интеллигентный джентльмен, но со своим решительным характером. Она даже признала, что он являлся прямой противоположностью предыдущему послу.

— Получается, что Эрис родом с поверхности? — поинтересовалась у него Инглис. Если вспомнить прошлые замечания Риппл, то можно было это даже предположить.

— Посол Теодор, меня не интересует моё прошлое.

Однако Эрис, казалось, вовсе не собиралась затрагивать эту тему.

— Простите, я не хотел вас обидеть. В любом случае, пожалуйста, верьте им, пока правда не станет явной. Их существование является доказательством того, что между Небесным островом и поверхностью существует связь. К тому же я тоже поучаствую в прояснении данного вопроса; это будет моим первым долгом в качестве посла.

За этим разговором внимательно наблюдал принц Уэйн.

— Теодор, у тебя есть какие-то зацепки?

— Пока это всего лишь мои домыслы, но да, это они. Однако к ней может быть причастны островитяне.

— Вы думаете, что это были островитяне? — выражение лица Рафаэля стало внимательным.

— Да, святой рыцарь Билфорд. Подобно множеству наций на поверхности, многие страны не монолитны. Тоже самое касается и Небесного острова. Многие фракции придерживаются своих идеологий и убеждений, но вы ничего не могли об этом знать, поскольку правительство у нас едино.

— Другими словам, фракция Алтаря стремится испортиться планы фракции Трона? — уточнил у него принц Уэйн. Инглис предположила, что он имел кое-какое представления о внутренней политике Небесного острова, когда проходил обучение.

— Да, Уэйн. По моим личным убеждениям — нет, не только по личным — мы, фракция Трона, разрешили торговлю не только артефактами, но и флайгирами и Парящими портами. Против такого решения выступали против фракция Алтаря. Они считают, что в обозримом будущем такое решение обернётся Небесному острову ударом в спину.

В прошлом инциденте в небе даже Фарс, который на самом деле являлся Рамбахом, пытался убить посла Муэнте. В свете этого на Небесном острове разгорелись политические споры о том, какие оружия и орудия войны следует поставлять жителям поверхности, и так как ставки были слишком высоки, включая в эти споры убийство посла, конфликты достигли точки кипения. На Муэнте вели охоту не только один Фарс, но и «Братство Железной крови», так же не забывая про причастность самих рыцарей с поверхности. С какой точки зрения на это не взгляни, это ситуация являлась самой напряжённой. Даже если бы на том подношение не было Инглис, всё равно бы ничего не получилось изменить.

— Так вы пытаетесь сделать нас пешками в своём внутреннем конфликте? Мы стали Бедствия Хайрула, чтобы защищать поверхность от магицитовых монстров, а не быть соучастниками ваших грязных дел! — возмутилась его словам Эрис. В конце концов, она всё же являлась Бедствием Хайрула, потому у неё явно были свои мысли на этот счёт.

— Да. Бедствия Хайрула — это стражи, созданные островитянами, и каждая из них является частью той или иной фракции. Скорее всего, у той фракции есть свои планы, чтобы уничтожить вас изнутри. Леди Риппл была создана на их стороне, но, что касается вас, леди Эрис, то вы были созданы на нашей стороне. Так что мы поддерживаем баланс в этом королевстве, но, когда эти связи стали проявляется значительно чаще, этот баланс начинает разрушаться, — объяснил ей Теодор.

— Получается, если бы обстоятельства сложились иначе, то, вполне вероятно, на месте Риппл могла бы оказаться я? В каком-то смысле я даже понимаю это. Прошло столько времени с того момента, как я стала Бедствием Хайрула, но и одновременно ненавижу быть ею за то, что я ничего не знала, пока вы не рассказали мне. Не могу заявлять, что я рада была это услышать, — глубоко вздохнула Эрис.

— Но, Эрис… — воскликнула Рафинья.

— Что?

— Я думаю, что это хорошо, если у нас будут флайгиры и Парящие порты. С ними мы можем передвигаться быстрее и дальше, чтобы защищать людей, на которых напали магицитовые монстры.

Многие люди кивнули, услышав её слова. Присутствующие здесь люди понимали важность защиты страны и её народа от магицитовых монстров. Невинное мнение Рафиньи нашло в их головах отклик. Даже принц Уэйн и её брат Рафаэль были с ней согласны.

— Рафинья права, Инглис? — спросила Леона Инглис, прошептав на ухо.

— Да. Мы должны участвовать в таких боях, — прошептала она в ответ.

— Мне кажется… или мы думаем о разных вещах?..

— Но результат одинаков, так что всё хорошо.

— Ха-ха-ха, прости, что спросила тебя об этом.

— П-простите за мою грубость! — извиняюще опустила голову Рафинья.

Эрис, посмотрев на неё и сделав небольшую паузу, сказала ей:

— Нет, всё в порядке. Возможно, ты на самом деле думаешь намного адекватнее, чем кажется на первый взгляд.

— Я буду стараться на пределе своих возможностей. Я надеюсь, что Риппл сможет вернуться в прежнее состояние… — сказал Теодор. — Поэтому, прошу вас, потерпите ещё немного.

— Да, как пожелаете, — кивнула ему в ответ Эрис.

— Благодаря тебе мы успокоили её, — Теодор положил руку на плечо Рафиньи, вследствие чего на её щеках появился лёгкий румянец.

Инглис впервые увидела на её лице подобную реакцию и тут же она поняла всю опасность ситуации. «Это… Это точно паразит, которого я должна уничтожить». В голове Инглис Рафинья всё ещё была довольно молода для таких отношений, потому она всячески хотела избежать дальнейшего развития событий.

— Могу ли я узнать ваше имя? — спросил Рафинью Теодор.

Инглис моментально вклинилась между Рафиньей и Теодором.

— Её зовут Рафинья Билфорд. Она — младшая сестра святого рыцаря Рафаэля, а я — её оруженосец, Инглис Юкс.

Это было опасно. Инглис нужно как можно скорее разъединить их.

— Эй, Крис, в чём дело?! Что с тобой? — возражала Рафинья.

— Ничего. Не бери в голову. В конце концов, я твой оруженосец.

Однако посол Теодор, казалось, даже не обратил внимание на Инглис, которая была не рада такому проявлению внимания к её подруге.

— Билфорд… значит, вы младшая сестра святого рыцаря Рафаэля. И, Инглис, я тоже слышал о вас. Это вы спасли жизнь моей сестре.

— Сестре? — удивлённо спросила его Инглис.

— Да. Сэйлин — моя младшая сестра.

— Что?! — вскрикнули Инглис и Рафинья одновременно.