— Ты старший брат Сэйлин?!.. Чем-то вы мне её немного напоминаете. Вы такой же добрый, как и она. Ты так не думаешь, Крис? — спросила её Рафинья.

— Наверное, да… — согласилась с ней Инглис.

Она не могла соврать, что Рафинья и Сэйлин хорошо друг с другом поладили, но Теодор, как бы он не был похож на свою сестру, явно пытался сблизиться с Рафиньей, и это было опасно. «Близкие» отношения могут перерасти во что-то более личное, а Рафинья, в силу своего юного возраста, пока что не нуждалась о возлюбленном. Инглис хорошо осознавала, что такая близость её подруги с противоположным полом категорически ей не нравилась, и всё равно настаивала только на одном, но, несмотря на внутренние переживание Инглис, Рафинья улыбнулась Теодору. Она хотела с ним сблизиться, узнав, что он является старшим братом Сэйлин. Это было плохим предзнаменованием.

— Я должен глубоко поблагодарить вас за спасение жизни моей сестры. Я слышал, что её обратили в магицитового монстра, но где она сейчас? — спросил её Теодор.

— Здесь, — и Инглис указала на свою грудь, откуда выглядывала маленькая голова Лин.

— Сэйлин?! Ах, я узнал её по мане, хоть она и слабая… Так вот в кого она обратилась…

— Мне жаль. Спасти ей жизнь, сохранив её в таком облике… это всё, что мы могли сделать… — сказала Рафинья.

— Нет, я не держу за это на вас зла. Вы обе молодцы. Пока она жива, ещё есть надежда. Я клянусь найти способ вернуть её в первоначальное состояние!

— Если мы можем чем-либо вам помочь, пожалуйста, только скажите нам! — настояла Рафинья.

— Безусловно. Я буду очень вам благодарен. Вы не возражаете, если я возьму её к себе?

— Вовсе нет, — сказала Инглис, засовывая свою руку себе в грудь, в котором пряталась Лин. Она не могла отказать тому, кто являлся её плотью и кровью. Инглис передала её в руки Теодору.

— А теперь, Сэйлин, не волнуйся. Я что-нибудь придумаю, так что… — в тот момент, когда Теодор собирался погладить её своей рукой, Лин укусила его за кончик пальца. — Ай! Что случилось, Сэйлин?

Игнорируя все его жалобы, она снова зарылась в грудь Инглис.

— Лин? Это же твой старший брат! — удивилась Рафинья.

— Что с тобой? — спросил Теодор Лин.

Лин, задрожав, покачала головой в стороны и, ёрзая, полностью спряталась в платье Инглис.

— Эй, Лин! Мне щекотно!

— Может, она не хочет возвращаться? — наклонила Рафинья голову, наблюдая за происходящим, и выразила свои мысли вслух.

Теодор на протяжение короткого промежутка времени продолжал звать свою сестру, а Инглис и Рафинья подбадривали её, однако ситуация так и осталась прежней.

— Кажется, что сейчас она ведёт себя совсем иначе… Возможно, мне придётся на время оставить её у вас.

Посол Теодор явно любил свою сестру, и не было ничего удивительного в том, что такой поворот событий его разочаровал.

— Всё в порядке. Мы вовсе не против, — сказала ему Инглис.

— Сперва нужно выяснить кучу других проблем, но, когда придёт время, вы не приведёте её ко мне?

— Да, конечно.

— Спасибо. Однако сейчас я больше беспокоюсь о Риппл, чем сейчас о Сэйлин. Нам нужно найти способ, чтобы развеяться эту тёмную пелену… Мириэла, не могла бы ты помочь мне с этим? — голос, с которым обратился к ней, как к давней подруге, стал более обыденным. В конце концов, Мириэла упоминала девушкам о своём прошлом.

— Хорошо, — ответила она.

— Спасибо. Так как ты обучалась на Небесном острове, твои знания о наших технологиях должны сейчас нам здорово помочь.

— Я ценю твои ожидания и сделаю всё, что в моих силах.

— Но что делать нам, Теодор? — вмешался принц Уэйн. — Если магицитовые монстры продолжат появляться, то ты не сможешь сосредоточиться в такой суматохе.

— Полагаю, ты прав. Сперва нам нужно отвести Риппл в более безопасное место, так как мы не можем допустить, чтобы дворец подвергся повторному нападению.

— Я пойду с ней, — выступила вперёд Эрис. — Если вновь появятся магицитовые монстры, я смогу их моментально уничтожить, но… куда нам её нужно отнести?

Похоже, что никто не знал ответа на такой простой вопрос.

— Эм, всё хорошо, я и сама могу дойти, — сказала Риппл, наконец-то вернувшись в сознание. Все повернулись, чтобы посмотреть на неё с широко раскрытыми глазами. От тёмной пелены, которая покрывала всё её тело, будто не осталось и следа.

Прямо к ней бросилась Эрис, которая поспешила помочь ей подняться на ноги.

— Риппл! Ах, слава богу. Ты в порядке?

Казалось, что с ней ничего не случилось, будто с ней ничего вовсе не происходило.

— Я почувствовала, словно меня окутало волной, но я смутно вспоминаю, что произошло, пока я находилась в отключке. Простите. Хоть я и Бедствие Хайрула, чтобы оберегать поверхность от магицитовых монстров, вместо этого я приношу вам неприятности… — ответила она, сама находясь в шоке.

— Ты здесь абсолютно не при чём. Это не твоя вина, — сказала ей Эрис.

— Да! Это произошло не потому, что ты так захотела! — настаивала Рафинья.

— Она права. В этом нет твоей вины, — согласилась с Рафиньей Леона.

— Это дело рук кого-то другого, — сказала Инглис.

Риппл выслушала добрые слова всех девушек.

— Спасибо вам… но я не могу этого вынести. Тогда почему я вообще должна быть Бедствием Хайрула и дальше? Уэйн, скажи мне, что мне делать? Если ты не найдёшь причин для моего существования, то нет ничего страшного в том, если ты меня убьёшь или прогонишь прочь со своих земель.

— Этому не бывать! Я не могу обращаться так со защитницей нашей страны. Пока что давайте лучше наберёмся терпения, а тебе, Риппл, всё же стоит как следует отдохнуть. Мы за тобой присмотрим, — ответил ей принц Уэйн.

Всем собравшимся теперь стоило подумать о том, где Риппл может спокойно набраться сил и где стоит лучше всего занять оборону.

— Я соберу все силы, которые только смогу, и найду нам подходящее место.

— Да. Спасибо, Рафаэль, — поблагодарил его Уэйн.

Находясь в такой ситуации, Инглис сделала шаг вперёд:

— Прошу прощения. У меня есть предложение, если вы не возражаете его выслушать, конечно.

— У меня нет возражений. Говори, — кивнув головой, ответил ей принц Уэйн.

— В чём дело, Крис? — спросил её Рафаэль.

— Почему бы Риппл не перебраться в Академию рыцарей, пока мы не найдём решение? — сверкнули глаза Инглис от вполне разумной идеи. Если Риппл будет там, то она сможет получить хороший боевой опыт в сражении с магицитовыми монстрами, которые могут появится без предупреждения.

— В Академии рыцарей? — принц Уэйн совершенно не брал в расчёт эту идею, и из уст Инглис для него это прозвучало довольно неожиданно.

— Да. Так как Риппл сейчас бессильна, это уменьшает боевой дух рыцарям. Более того, если доверить охранять её именно рыцарям, в лучшем случае так они только разочаруются в успехе, а в худшем — подорвёт все их силы для отражения возможного нападения извне. Я слышала, что скованною во льду Призму из Эрлмана перевезли недалеко от границы с королевством Венефик, что только говорит, что от этого противника стоит ждать серьёзных неприятностей. Так что не будет лучше избежать такой идеи? Ведь тогда это королевство точно может нанести удар. Это ситуация, если мы так поступим, может стать нашей ловушкой. К тому же я уверена, что у Венефика есть посол с Небесного острова, — и, вполне вероятно, этот посол принадлежит противостоящей фракции, о которой вы упоминали, посол Теодор.

Принц Уэйн внимательно её выслушал и кивнул, затем повернулся к послу Теодору:

— Теодор? Что скажешь?

— Она права. Я не могу исключить их заговора, — нерешительно ответил он.

— Логично сказано, — продолжил принц. — Как и ожидалось, у Билфордов мудрый оруженосец. Ты с этим согласен, Рафаэль?

— Да. Сколько я себя помню, Инглис была умна и талантлива в обращении с клинком. К тому же она всегда присматривает за Рафиньей, — ответил Рафаэль.

Принц повернулся к Инглис:

— Должно быть, Рафинье приятно, когда ты находишься рядом с ней.

— Я просто делаю то, что умею, — поклонилась ему Инглис.

По правде говоря, ей не стоило глубоко задумываться о правильности выбора защиты рыцарями, но, на самом деле, это был простой вывод. Девушки только недавно узнали о противоборствующих фракция Небесного острова; если посол в Венефике окажется из фракции, в которой состоит посол Теодор, то до враждебного вторжения в королевство Карелия, скорее всего, дело не дойдёт. Так как поверхность являлась для Небесного острова сырьевой базой, различные фракции боролись за каждую возможность заполучить более полезный кусок. Из-за того, что Инглис в прошлом являлась королём страны, она это прекрасно осознавала. Придя к таким вывода, она изначально была готова проигнорировать эти факторы, так как Инглис Юкс — вторая жизнь короля — не собиралась вмешиваться в политические дела или во всю политику в целом. Даже если бы она не высказала своего мнения, то принц Уэйн или Рафаэль сами бы пришли к такому выводу. Инглис просто разгадала это намного раньше — но этот шаг был жизненно необходимым.

— Всё равно может лучше Риппл отвести в Академию рыцарей? — снова она спросила принца Уэйна.

Она объяснила ему только потому, чтобы её просьба выглядела наиболее уместной. Было бы намного убедительный мягко подвести его к такому решению, добившись его расположения, чем настаивать на своём с самого начала, ничего не рассказав. В данном случае сейчас не играло роли о правильности выводах, а больше рассматривалась ценность её мнения.

Принц Уэйн взял паузу, взвешивая все «за» и «против», прежде чем дать ответ:

— Я могу понять твою логику, почему нужно воздержаться от защиты рыцарями, чтобы не ослаблять наши силы, но…

— Пожалуйста! Может, мы всё ещё простые курсанты академии, но наши чувства тоже важны, как кого-либо ещё! — надавливала Инглис.

Больше всего сейчас в ней, конечно же, играло желание воспользоваться этой ситуацией как тренировкой в личных целях. Не знать, когда страшный магицитовый монстр может нанести свой удар, являлась для неё самой эффективной тренировкой. Хотя бы раз она хотела почувствовать напряжение от поединка. У неё не было никакого желания вновь посвящать свою жизнь народу или стране, но и не возражала, если бы остальные считали, что это ей подходит больше всего. Инглис не врала — она просто казалась в глазах других людей загадкой.

Позади себя она услышала, как Леона и Рафинья перешёптывались между собой.

— Эй, Рафинья. Инглис сейчас выглядит очень серьёзной, не находишь? Я начинаю теперь ею восхищаться.

— Ты просто заблуждаешься…

— А?

— Это же Крис! Она просто хочет сразиться с магицитовыми монстрами, которые появляются из-за Риппл!

— Что-о-о?!

— Я знаю, как она ведёт себя, и сейчас она нацелена только ради одного. Всё же она найдёт какую-либо нелепую причину, чтобы убедить тебя в обратном, но… Мгхнм!!!

— Мгмхнм!!!

Инглис, закрыв ладонями их рты, глупо улыбалась.

— Ну же, девочки, сейчас решается серьёзный вопрос. Не надо перешёптываться друг с другом.

К её счастью, кажется, что принц Уэйн не услышал, о чём шептались девушки.

— Мириэла? Как директор Академии, каково твоё мнение? — спросил её принц.

— Ну… Вывод Инглис имеет месту быть… но такое решение подвергнет опасности многих курсантов… — Мириэла также избегала чётких высказываний.

— Дело не только в них, — сказал Рафаэль, — но и в жителях. Территория вокруг Академии заселена жилыми домами, и если туда нахлынул магицитовые монстры, то и жители будут вовлечены в сражение. Я против. Мы должны прибегнуть к рыцарям.

Он явно был обеспокоен тем, что Инглис и Рафинья будут находиться в опасности.

— Но, чтобы понять, что сейчас происходит с Риппл, нам необходимы оборудования, — вмешался посол Теодор. — Мириэла, у вас должна быть в Академии лаборатория. В других же местах подготовка к исследованию точно будет сопряжена с большими трудностями.

— Можно ли отвести Риппл на Небесный остров? — теперь вмешалась Эрис.

— Эрис, — неловко дрогнул посол Теодор, — простите, но я считаю, что лучше будет воздержаться от этой идеи. Говоря прямо, члены фракции Трона, скорее всего… просто убьют её, если бы они точно поняли, что она является частью заговора фракции Алтаря. Они могут состоять в той же фракции, в которой состою я, но это вовсе не значит, что они думают точно также, что сейчас думаю я. Если говорить начистоту, то они больше похожи на моего предшественника, посла Муэнте.

— Я поняла… — Эрис опустила голову вниз.

Теперь заговорил принц Уэйн:

— То есть, если отнести её в Академию рыцарей, то это будет самым быстрым способом урегулировать ситуацию?

— Скорее всего, она только ухудшиться, и какое принятое сейчас решение будет безопасным, мы не можем сказать. Это вовсе не тот вопрос, на который уже известен ответ, — ответила Мириэла.

— Мда… Наша совместная жизнь на Небесном острове была намного проще, чем сейчас, — улыбнулся принц Уэйн. В ответ ему улыбнулся Теодор.

— Наверное, ты прав. Но я считаю, что нынешняя ситуация является доказательством того, что мы становимся на шаг ближе к нашим идеалам.

— Даже не стану спорить.

Принц Уэйн и посол Теодор, казалось, что-то скрывали между собой, и Инглис, смотря на них, почувствовала нечто похожее, когда она была молодой в своей прошлой жизни. В юном возрасте она приняла на себя роль короля, посвятив свою жизнь народу и стране, однако то время осталось только её воспоминанием. Помимо простых слов, кроме «Это будет трудно», она хотела, чтобы они старались изо всех сил. Новая эпоха, как известно, определяется ныне живущими людьми, а собственный мотивы Инглис в это время — это присмотр за Рафиньей и то, что хотела лично сама Инглис.

— Я слышал, что эти девушки не только спасли жизнь Сэйлин, но и также защищали канцлера Арсию. Они также внесли огромный вклад, чтобы линкор не упал прямо на дворец. Возможно, они не такие, какими кажутся на первый взгляд, — посоветовал Теодор.

— Канцлер Арсия подал в отставку, — объяснил принц Уэйн. — Как ты знаешь, недавние события были поданы совсем иначе, и получилось так, что его даже не привлекли к ответственности, однако он настаивал на том, что подавал плохой пример своим подчинённым. Скорее всего, он публично будет ссылаться на проблемы со здоровьем ввиду отставки, но… он ни с кем не считается — он прямолинеен и справедлив. Эти качества и сделали его канцлером. Жаль, что он ушёл в отставку, и потому я взял на себя часть его обязанностей на недлительный срок.

— Тогда часть работы, которой занимался Уэйн, будет возложена на руки святому рыцарю Рафаэлю и леди Эрис. Получается, что все будут заняты, — заметил Теодор.

— Тогда включите и нас! Я хочу чем-нибудь помочь Риппл! — настояла Рафинья.

Инглис как раз ожидала, что Рафинья не останется стоять в стороне, хоть и по другой причине. Чувство справедливости, с которым она живёт с ранних лет, не позволило ей молчать, когда Бедствие Хайрула Риппл находится в опасности.

— Рани, тебе ещё многому нужно научиться, — предупредил её Рафаэль. — Тебе стоит набраться сил и подрасти, и именно тогда ты станешь настоящим рыцарем. По этой причине тебя и твоих подруг отдали под присмотр Мириэлы. Сейчас не время прыгать выше собственной головы…

— Дело не в этом, братец. Я благодарна Риппл, и потому хочу отплатить ей! В конце концов, она всегда защищала эту страну, защищала его людей, и то, что я не являюсь настоящим рыцарем, вовсе не имеет значения. Я хочу сделать всё, что в моих силах!

Инглис улыбнулась, наблюдая за их общением. Она вспомнила, как Рафаэль и тётушка Ирина не могли найти точку компромисса. Сейчас позиция Рафаэля в её глазах казалась позицией его матери Ирины, а позиция Рафиньи — его позицией, с которой он спорил с матерью.

— Ха-ха-ха…

— Крис? — сбитая с толку Рафинья посмотрела на Инглис.

— Что с тобой? — спросил ей Рафаэль.

— Ой, ничего страшного. Я просто вспомнила, что Рафаэль слышал в сторону предостережения своего отца и матери. Я будто бы вернулась обратно во времени, — объяснила им Инглис.

— А?.. Р-раз уж ты об этом заговорила, то и я начинаю припоминать… Но, Крис, ты очень хорошо запомнила то, что произошло довольно давно, — подметил Рафаэль.

— У меня отличная память, — ответила она ему.

— В любом случае, братец, ты превратился в такого же упрямого барана, как наш отец. Продолжай и дальше быть таким, и тогда в тебе точно разочаруется Крис!

— Что?! — воскликнул Рафаэль.

— Это неправда. Мне нравится герцог, — сказала Инглис.

— Ну разве для тебя это не новость, братец?

— Л-ладно, ладно. С-сейчас не время ворошить прошлое… — Рафаэль, чувствуя стыд, запинался.

За этим разговором наблюдал Принц Уэйн.

— Ха-ха-ха… Даже «идеальный святой рыцарь» Рафаэль ничто против своей же семьи…

— А-а-а… прошу прощения, — сказал Рафаэль.

— Нет, не стоит извинятся. Наоборот, от ваших разговоров мне становиться веселее. Тогда, Леона, а что ты думаешь? Я бы хотел услышать твоё мнение по данной проблеме, — сказал принц Уэйн.

— Э?.. Моё?

— Да. Я хочу выслушать каждого.

— …Я согласна с предложением Инглис и Рафиньи, — ответила она после недолгой паузы. — Я бы хотела отплатить за доброту Бедствиям Хайрула… и, что ещё важнее, я бы хотела как можно быстрее добиться собственных целей, и, похоже, это решение точно поможет мне достичь их.

— В твоих словах есть смысл… Если ты хочешь очистить запятнанное имя своей семьи, то это вполне разумное решение.

Семья Леоны, Олоф, когда-то являлась гордостью города Эрлман благодаря святому рыцарю Леону, старшему брату Леоны. Когда он отрёкся от рыцарства и присягнул «Братству Железной крови», вся жизнь Леоны будто бы перевернулась с ног на голову. Теперь на её семью — и на неё в том числе — смотрели как на предателей. Она говорила, что хотела бы стать святым рыцарем, чтобы изменить мнения людей своими подвигами, и старалась изо всех сил, даже несмотря на то, что страдает от обвинений со стороны своих однокурсников в Академии рыцарей. Насколько могла рассудить Инглис, из всех её товарищей-курсантов Леона первой изъявляла желанием поучаствовать вместе с ней в тренировках, и поэтому слова Леоны о том, что она хочет добиться определённых успехов как можно быстрее, были ей вполне понятны.

— Поскольку не было официального заявления, что ты помогла предотвратить катастрофу в тот день, твой огромный вклад также остался нераскрытым. Наверное, за это ты сейчас чувствуешь обиду. Прости нас, — сказал ей принц Уэйн.

Прежде чем она хотела ответить ему, к Леоне подбежала Инглис и прижала палец к её губам. Она сделала так потому, чтобы избежать того, о чём могла на самом деле рассказать ему Леона. К тому же Инглис посчитала это приятным, что вся заслуга досталась именно ей. То, что нужно было Леоне, не нужно было Инглис, поскольку Инглис не сколько нужна слава после битвы, сколько сама битва. Ей хватало и того, что она могла гордиться своими результатами, в которые вкладывала в свои тренировки.

— Почему бы тебе рассказать, что мы сделали это вместе? — шёпотом спросила её Инглис. — Я не хочу быть белой вороной. Ведь тебе же нужна слава, верно?

Поэтому Инглис посчитала, что всю славу, которую признала королевское правительство, можно было отдать Леоне, которая смела шагала вперёд навстречу своим желаниям.

— Ах, прошу прощения?.. — отвлёк их принц Уэйн.

— Э-эм… д-да, — заикалась Леона. — Я бы хотела снова получить возможность доказать свою полезность. Я отдам всю себя, чтобы истребить всех магицитовых монстров.

— Ну а я бы хотела ей в этом помочь, — сказала Инглис. — Я тоже хочу защитить Риппл.

— Ну, по правде говоря, тебе не нужно меня защищать. Это из-за меня всем потребуются твои силы, так как они будут находится в опасности, — сказала Риппл.

Хоть в тоне её голоса не было обычной весёлости, какой запомнила её Инглис, фраза Риппл была немного игривой.

— Я понимаю, что ты ощущаешь себя виноватой, Риппл, но если мы одолеем всех магицитовых монстров, не позволив им прикоснуться даже к жителям столицы, то не стоит беспокоиться. Я просто хочу защитить тебя, — сказала Инглис.

— Инглис… — разрыдалась Риппл.

— Значит, и ты думаешь о том же, о чём думаю и я? — сказала Эрис.

Инглис посмотрела на их с улыбкой, что и было её ответом. Она вовсе не возражала помочь Риппл, которая также сейчас находилась в опасности. Если что и двигало ей сейчас, так это хорошая и напряжённая тренировка.

И неожиданно по плечу Инглис кто-то похлопал.

— Ты совершенно права, Крис! Я растрогалась твоей речью, хотя и понимаю твои истинные мотивы! Да, ты абсолютно права! Мы защитим Риппл! — глаза Рафиньи, когда она проговаривала это, заблестели от слёз счастья, потому что Инглис удалось задеть её за живое.

— Ха-ха-ха… Спасибо, Рани.

— Я понимаю твои чувства. Принимая во внимание твой настрой, я поручаю защиту Риппл Академии рыцарей. Теодор, помоги им. Я объясню ситуацию королю — моему отцу, — приказал всем Уэйн в своей уверенной манере.

— Есть! — в унисон ответили Инглис, Рафинья и Леона.

Всё пришло к тому, на что надеялась Инглис, и в их академической программе обучения появился ещё один интересный предмет.

◆◇◆

— После того, что случилось, я не уверена, что то, чем сейчас мы занимаемся, вполне нормально… — сказала Риппл, погружая голову наполовину под поверхность воды и пуская пузыри.

— Всё будет хорошо. Я готова ко всему! Даже если это произойдёт прямо сейчас. Я всегда буду рада, — сказала Инглис, усаживаясь рядом с ней.

Сейчас девушки находились в женском общежитии академии — в купальне. После того как принц дал им своё добро, их первой остановкой была купальня, чтобы снять усталость и напряжение с их тел.

— Ну, я не могу это контролировать… Может ты перестанешь смотреть на меня такими глазами?

— Эй, Крис. У Риппл сейчас проблемы. Не пытай её, — мягко отругала её Рафинья.

— Я не это имела в виду. Если ей это будет несложно, то нас ждёт хорошая тренировка, — сказала Инглис.

— Только ты так думаешь, Крис. Не надо и нас втягивать, — сказала Леона, кивнув словам Рафиньи.

Директор Мириэла, которая являлась зачинщицей предложения отправиться в купальню, встала на сторону Инглис.

— Ну, это зависит от того, с какой стороны на это посмотреть. Инглис ни в чём не виновата, потому что вы точно получите ценный опыт.

— Но… я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал… Бедствия Хайрула так точно не поступают…

— Всё хорошо. Если это вновь повторится, я немедленно создам барьер, и ни один магицитовый монстр не пройдёт сквозь него, — и Мириэла покачала посохом взад-вперёд, чтобы придать уверенности Риппл. Да, она взяла его с собой даже в купальню.

Когда рядом с девушками находился директор Академии рыцарей, Инглис было трудно отвести взгляд в сторону, чтобы не смотреть на сексуальность взрослой женщины.

— Затем, когда я обеспечу нам безопасность, — продолжила Мириэла, — то мои талантливые курсантки Инглис и её подруги смогут убить магицитовых монстров. Никто не пострадает, я тебе это гарантирую.

— Хорошо… Но как мне быть, Мириэла, если тебя не будет рядом? Ты же не можешь всё время быть рядом с нами, верно же? — спросила её Риппл.

— Теодор делает для нас артефакты с теми же эффектами. Кстати, я также попросила у него сделать новый артефакт Леоне!

— Вау, спасибо! — ответила она.

— Такая редкая возможность никогда не появляется, поэтому я должна получить всё, что смогу, хи-хи-хи…

Директор Мириэла довольно хорошо подготовилась. Это была определённо хорошая идея — иметь при себе несколько артефактов, которые могут создавать барьеры.

— Мы можем подготовить несколько групп, которые по очереди будут следить за окружающей обстановкой, — продолжила она. — И раз уж мы теперь запасаемся терпением, то просто считайте это маленьким праздником.

— Но я всё равно не могу так просто закрыть на это глаза… — сказала Риппл.

— Ничего страшного, мы будем стараться изо всех сил! Мы знаем, что ты будешь переживать, если с нами что-то произойдёт! — сказала Рафинья, расплескав вокруг себя всю воду, когда за один миг встала на ноги. В этом действии не было ничего плохого, но сейчас она была совершенно голой. На неё было совершенно неловко смотреть. — Но и к тому же… это редкий шанс получить удовольствие. Мы хотим стать к вам ещё ближе…

— Рафинья… — удивлённо и спокойно посмотрела Риппл на неё.

— И всё же… пожалуйста, потерпи ещё немного, ладно?

— Мгм… Ты права. Если я не перестану переживать, то всех только буду расстраивать. Спасибо, Рафинья. Надеюсь, ты не будешь ругаться, если я вам буду мешать?

Впервые за долгое время на лице Риппл появилась улыбка.

— Конечно! — кивнула ей Рафинья.

Некоторые люди могли бы почувствовать раздражение из-за бесстрашия, честности и весёлости Рафиньи, но Риппл и Эрис принимали её такой, какая она есть на самом деле. Инглис глубоко ценила это, и ей было приятно наблюдать, как сильно они заботятся о ней и защищают её.

— Рани, если ты решила всех воодушевить, то для начала лучше бы прикрылась. Это некрасиво.

— Всё в порядке! Нам нечего скрывать друг от друга! Крис, покажи, что у тебя есть!

— Э-э-эй! Рани, прекрати! Это грубо!

— Всё хорошо, не стесняйся! И ты, Леона!

— Я пас. Вы двое без меня как-то!..

— Нет! Никто не сможет уйти не облапанным!

— Ай! — вскрикнула Леона, и перешла на ругань. — Чертовка ты, Рафинья! Если ты не прекратишь свои шалости, посол Теодор точно разочаруется в тебе! И ты смеешь вытворять такое даже тогда, когда он похвалил тебя, чёрт подери…

— Что?.. Правда?

— Да. Он подумает, что ты слишком распоясана.

— Бли-и-ин… Тогда я просто, пожалуй, прекращу…

— Нет! — сразу же закричала Инглис. — И здесь, и там… ты можешь меня трогать везде, Рани! Трогай сколько хочешь! И не стесняйся!

Риппл улыбнулась, наблюдая этой троицей.

— Наверное, это хорошо — быть симпатичной и молодой. Они веселятся, когда вытворяют такие вещи.

— Ты абсолютно права. Когда я смотрю на них, они сразу же поднимают мне настроение, — ответила ей директор Мириэла.

— Аха-ха-ха… Если ты чувствуешь это, значит, ты уже давно состарилась.

— Угх!.. Я понимаю, что у меня есть, о чём переживать, но моя душа никогда не состарится!

— Оу? Но, если так подумать, то внешне ты выглядишь куда моложе. Но вот Бедствия Хайрула, наоборот, никогда не стареют, поэтому мне немного завидно, когда вы можете состариться…

— Как я уже говорила, прошу, остальное оставь нам, а сама — отдохни. В Академии рыцарей есть множество талантливый курсантов, которые ничем не уступает этой троице. Это большая редкость!

— Замечательно, — неожиданно вмешалась в их разговор Инглис. — Кто и где сейчас находятся эти студенты? В старших классах? У нас будет с ними совместная практика?

— Инглис, ты всегда проявляешь интерес к подобным темам, — ответила ей Мириэла.

— Ага. Чтобы стать сильнее, мне нужно сражаться с более сильными противниками.

— Н-нет, нельзя, юная леди! Только не при нынешних обстоятельствах. Показательные бои между студентами находятся под запретом. Мы не можем позволить, чтобы наши студенты пострадали.

— Что?! Это немыс…

— Прекрати, Крис. Всё в порядке. Магицитовые монстры должны скоро появиться. Ты можешь испытать себя на них, — остановила её Рафинья.

— Но, Рани! Чем больше боев, тем лучше! Только так я стану сильнее. А жизнь, как ты знаешь, коротка, чтобы тратить время впустую.

— Глупо вести себя так, будто сегодня наш последний день. Не стоит напрягаться. Наша старость никуда от нас не денется, так что просто расслабься.

— Угу…

Инглис не могла с этим согласиться, потому что из-за этого она уже испытала сожаление, когда была Королём-героем в прошлой жизни. В этой жизни она старалась сделать как можно больше, чтобы достичь высот, и вкладывала в это все свои силы, и потому она глубоко убедила себя, что будет хвататься за любую возможность.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась директор Мириэла. — У тебя и правда удивительный характер, Инглис. Когда ты молчишь, то кажешься милой и безобидной крошкой, которая даже мухи не обидит, но стоит тебе открыть рот…

— Спасибо. Это было очень любезно с вашей стороны.

— Крис… это вовсе не было комплиментом, — упрекнула её Рафинья.

— Но она сказала, что я милая.

— Именно это ты услышала?

— Ну, я не собираюсь меняться. Так что лучше концентрировать всё своё внимание на положительные вещи.

— Иногда мне хочется, чтобы ты хоть немного…

И прежде, чем сказать последнее слово…

— Нет. Это, скорее всего, невозможно, — сказали все хором.

— Угу, наверное, — вздыхала Рафинья. — В конце концов, ты — это ты.

— Да, это я.

Риппл, глядя на них, посмеялась.

— Вы обе так хорошо ладите между собой. Однако эти показательные бои между студентами никуда не годятся, так что я не буду против сразиться с тобой.

— Большое спасибо! Сейчас ты как себя чувствуешь?! И где мы будем сражаться?! Может, прямо здесь и сейчас?! — Инглис со сверкающими глазами от предвкушения встала на ноги.

— Ну, только не сейчас. Когда Мириэла и остальные девочки проверят меня и убедятся, что со мной всё хорошо, они могут дать добро.

— Эй, Крис? Прикрылась бы ты. Неловко на тебя смотреть! — выругалась на неё Рафинья.

— Мда… с ними точно никогда не соскучишься, — вздыхая, пробормотала про себя Леона.