БУХ! БУХ! БУХ!
Я смотрел на компьютере матч старшей школы Кито, когда кто-то с невероятной силой заколотил в дверь моей комнаты.
Гадая, что же произошло, я открыл дверь.
На пороге стояла София: в глазах блестели слёзы, а щёки были сердито надуты.
Её вид вызвал у меня сильнейшее дежавю, и я перевёл взгляд на трёх девушек за её спиной.
Арису-тян и Миуми-тян тут же отчаянно замотали головами, а Кудзоуин-сан изобразила милую улыбку, словно надеясь отделаться невинным «э-хе-хе».
Да уж... опять вы, верно?
Стоило мне выйти в коридор и закрыть за собой дверь, как София тут же бросилась мне на грудь.
От неожиданного зрелища Миуми-тян и Арису-тян застыли.
Впрочем, Арису-тян быстро пришла в себя и уставилась на Софию с нескрываемой завистью.
— Учитывая, что вы собирались мыться вместе, я допускал подобное... Но вы опять её дразнили?
Поглаживая Софию по голове, я укоризненно посмотрел на Кудзоуин-сан.
Она обладала исключительной способностью учиться на ошибках, поэтому я надеялся, что прежнего не повторится...
Однако, судя по всему, Кудзоуин-сан устроила нечто очень похожее.
Как я только что сказал, такую возможность я допускал.
И всё же искренне хотел, чтобы она этого не делала.
Миуми-тян и Арису-тян не знали, насколько ласковой и избалованной могла становиться София, поэтому наверняка были ошеломлены. К тому же, войдя в такое состояние, София возвращалась в норму далеко не сразу.
— София-тян была такой милой, что я не удержалась...
— Ладно, сильно ругать вас не стану...
Я знал, как сильно Кудзоуин-сан обожала Софию, и не хотел поднимать из-за этого шум.
Кроме того, теперь мне оставалось лишь баловать Софию, пока она не придёт в себя.
— ...Нечестно.
Почему-то Арису-тян смотрела на нас так, словно ей очень хотелось высказаться.
Но, если честно, имеющихся проблем мне уже хватало...
— Ты смотрел матч старшей школы Кито?
Похоже, Кудзоуин-сан намеревалась полностью переложить заботу о Софии на меня: она тут же спросила, чем я занимался.
— Как вы догадались?
— В первом круге турнира Мэйдзи Дзингу мы играем именно с ними. Зная тебя, Кенто-кун, ты наверняка посвящаешь их анализу каждую свободную минуту.
Как и сказала Кудзоуин-сан, нашим соперником в первом круге невероятным образом оказалась старшая школа Кито — действующий чемпион летнего Косиэна.
Более того, их сила была настолько подавляющей, что Косиэн они выигрывали два года подряд.
Будто финальный босс появился уже на первом уровне, но таков бейсбол.
Турнирную сетку Мэйдзи Дзингу заранее составляли организаторы, сразу распределяя места в ней.
Мы лишь попали в ячейку, отведённую чемпиону региона Тюгоку.
Иными словами, знаменитому везению нашего капитана при жеребьёвке даже не дали шанса проявиться.
— Давай посмотрим вместе. Я тоже хочу изучить их ещё внимательнее.
Кудзоуин-сан пригласила меня с милой улыбкой.
Наверняка она и без того пересмотрела этот матч бесчисленное количество раз, а в понедельник мы уже разбирали его на собрании.
Но она всегда отличалась серьёзностью.
— Вообще-то у вас ночёвка...
— Изначально это должно было стать празднованием победы.
Кудзоуин-сан беспомощно пожала плечами.
Ах да.
Получив приглашение от Кудзоуин-сан, София затем позвала Арису-тян и Миуми-тян.
Видимо, так празднование постепенно и превратилось в ночёвку.
— Я тоже хочу посмотреть, так что всё нормально!
Поняв, что я беспокоюсь об остальных, Миуми-тян энергично вскинула руку.
— Я-я тоже хотела бы посмотреть матч школы Кито...
Арису-тян, вероятно, просто решила поддержать остальных.
Как и следовало ожидать от девушек, которыми так дорожила София, все они были по-настоящему добрыми.
— Тогда перейдём в комнату Софии.
Решив, что совместный просмотр поможет заметить нечто новое, я повёл всех туда.
К счастью, запись матча уже хранилась у Софии, поэтому возвращаться за ней в свою комнату не пришлось.
Однако...
София прижалась к моему боку и заняла место с одной стороны кровати. А затем Арису-тян тут же села с другой.
Само по себе это не было проблемой.
Беспокоило другое: она придвинулась так близко, что наши руки почти соприкасались.
— Тогда я устроюсь здесь.
Следом Кудзоуин-сан забралась на кровать, расположилась позади меня и положила обе руки мне на плечи.
Оглянувшись, я увидел, что она стоит за мной на коленях.
Это что, полное окружение?..
— О-о... Так вот что называют гаремом...
Оставшаяся без места Миуми-тян тихо пробормотала что-то, рассматривая нашу композицию.
Я не расслышал слов, однако смысл примерно понял.
Увидь нас кто-нибудь сейчас — случилась бы катастрофа.
Хотя Миуми-тян уже всё видела.
Она беспокойно оглянулась, словно подыскивая место и для себя.
Затем, видимо, обнаружив идеальный вариант, внезапно просияла.
Меня охватило дурное предчувствие, но оставалось лишь наблюдать за её следующим шагом.
И тогда...
К всеобщему потрясению, Миуми-тян уселась прямо ко мне на колени.
— Прошу прощения.
Все разом застыли.
Никто не ожидал от неё такого поступка — и я тоже.
Особенно отчётливо удивление читалось на лицах Софии и Арису-тян.
Вся София словно кричала: «Ч-что эта девочка творит?!»
А выражение Арису-тян говорило: «Она нас опередила! С ней действительно нельзя расслабляться ни на секунду!»
Обернувшись, я увидел, что даже Кудзоуин-сан смотрит на Миуми-тян так, словно стала свидетельницей невозможного.
Похоже, этого хода не предвидела даже она.
— Э-хе-хе... Кенто-сэмпай высокий, а я маленькая, поэтому, как я и думала, сидеть здесь очень удобно.
Сама виновница лишь весело посмотрела на меня снизу вверх.
Она выглядела так, будто без всякого умысла ластилась к доброму старшему брату или кузену.
На реакции остальных девушек Миуми-тян будто совсем не обращала внимания.
По-своему она была просто невероятной.
— ...Риндо-сан, можно вас на минутку?
Неожиданный поступок Миуми-тян настолько потряс Софию, что та почти мгновенно оправилась от прежней подавленности.
Она встала с кровати и несколькими быстрыми жестами подозвала Арису-тян.
Та послушно последовала за ней, и обе отошли в угол комнаты.
— Погоди, что происходит?.. Миуми-тян нравится онии-чан? — прошептала София.
— М-м, думаю, нет... Скорее всего, она видит в нём доброго старшего брата, — так же тихо ответила Арису-тян. — Кенто-кун до нелепости добрый и надёжный... Хотя они ровесники, Миуми-тян всё это время практически одна заботилась о Рику-куне. Наверное, ей всегда хотелось, чтобы появился кто-то, кто станет заботиться и о ней самой...
— У-у... Как его младшая сестра, я понимаю это лучше кого бы то ни было... Но такого я совсем не ожидала...
— Нам следует быть очень осторожными... Никогда не знаешь, когда подобные чувства могут превратиться в романтические. А сам Кенто-кун, понимает он это или нет, очень любит заботиться о людях. Особенно мягок с Миуми-тян... Иногда балует её, даже не замечая этого...
— Что? Это слишком опасно...
Совершенно не обращая внимания на остальных, София и Арису-тян продолжали тайное совещание в углу.
Даже всегда беззаботная Миуми-тян наконец поняла, что происходит нечто странное, и тревожно посмотрела на них.
Она была очень привязана к Софии, а Арису-тян помогала ей с учёбой. Наверное, Миуми-тян боялась, что одна из них её невзлюбит.
— Всё хорошо. Не нужно так переживать.
Выглядела она настолько испуганной, что я машинально протянул руку и погладил её по голове.
— Э-хе-хе...
Одного этого хватило, чтобы Миуми-тян счастливо рассмеялась.
Тревога исчезла с её лица, и, увидев облегчение, я уже решил, что поступил правильно...
Но тут почувствовал исходившее сзади молчаливое давление.
— Эм...
— Кенто-кун, ты хоть осознаёшь, что делаешь? После такого уже нельзя винить людей за то, что они называют тебя бабником.
На мою осторожную попытку заговорить даже Кудзоуин-сан, отличавшаяся почти чрезмерной добротой, ответила беспощадным замечанием.
Раз уж даже она высказалась настолько прямо, то наверняка злилась по-настоящему.
— П-простите...
После моего извинения Кудзоуин-сан мельком посмотрела на Софию и Арису-тян, всё ещё серьёзно совещавшихся в углу.
Затем села рядом со мной.
Не со стороны Софии.
А там, где прежде сидела Арису-тян.
После этого она наклонилась и подставила мне макушку.
Погодите...
Неужели она требовала, чтобы я погладил и её — прямо здесь и сейчас?
Неожиданный поворот заставил меня застыть.
Хотя во время обеденного перерыва я уже гладил её по голове.
Если теперь Кудзоуин-сан намеренно подставляла макушку, это могло означать лишь одно.
Правая рука уже гладила Миуми-тян, а Кудзоуин-сан села слева, поэтому я воспользовался левой.
— М-м... ♪
Не знаю, радовалась ли она тому, что я понял её просьбу, или же ей просто нравилось, что её гладят, как Софию.
Но Кудзоуин-сан издала довольный звук.
В этот момент она напоминала кошку.
И, глядя на неё, я невольно подумал совершенно искренне:
«Какая милая...»
— В любом случае я не хочу, чтобы онии-чан отобрал у меня Миуми-тян. И будет плохо, если её милота совершенно его очарует, поэтому нужно что-нибудь при... Погодите-ка...
Пока я продолжал гладить обеих девушек, София и Арису-тян, видимо, закончили совещание.
София повернулась к нам.
Увидев представшую перед ней картину и осознав происходящее, она замерла.
А затем тут же воскликнула:
— Что здесь происходит?!
Её расширившиеся глаза словно спрашивали: «Что случилось, пока я не смотрела?!»
Что ж...
Реакция была совершенно справедливой.
— Не может быть. Эта сэмпай уже даже не пытается ничего скрывать... Раньше казалось, что она изо всех сил старается, чтобы никто не заметил. Неужели, пока я отвлеклась, у неё что-то изменилось?..
Арису-тян тоже дрожала от потрясения, не сводя глаз главным образом с Кудзоуин-сан.
Любой отреагировал бы так, увидев, как школьная мадонна, привлекавшая всеобщее внимание и восхищение, открыто ласкается к парню.
Тем более когда речь шла о Кудзоуин-сан.
Прежде она никогда не проявляла интереса к парням.
Со всеми обращалась одинаково и всегда сохраняла определённую границу.
Во всяком случае, так казалось.
— Всё, я больше не могу. Мой мозг сейчас сломается...!
София прижала обе ладони к голове, словно у неё внезапно началась мигрень.
Будучи виновником этой ситуации, я не мог не ощутить лёгкую вину.
— Фу-фу...
Честно говоря, я уже понятия не имел, что делать.
Кроме Софии, у меня почти не было опыта общения с девушками, поэтому я совершенно растерялся.
И всё же, пока я продолжал гладить Кудзоуин-сан, с её губ сорвался тихий смех.
Это была не улыбка победительницы, свысока смотрящей на поверженных соперниц.
Скорее ласковая улыбка старшей сестры, словно говорившая: «Ну что за хлопотные девочки...»
Наверное, именно поэтому ею так восхищались.
И некоторые даже называли богиней.
— Ну же, вы двое. Давайте уже посмотрим запись матча, хорошо? И вы тоже, Хаймия-сан.
Она мягко подвела разговор к концу.
Всё с той же ласковой улыбкой Кудзоуин-сан вернулась на прежнее место позади меня.
По пути дважды легонько погладила Миуми-тян по голове, словно говоря: «На сегодня хватит».
— Д-да...
София и Арису-тян нерешительно ответили и снова уселись по обе стороны от меня.
Изначально это и были их места, но подумать только — Кудзоуин-сан уступила так легко...
Как и ожидалось, психологически она была самой взрослой из них.
Или же... с самого начала использовала поглаживание лишь для того, чтобы подразнить остальных?
Наблюдая за тем, как невозмутимо она держалась перед двумя девушками, я невольно об этом задумался.
Кудзоуин-сан вернула всех к просмотру матча. Я взял пульт и включил на телевизоре Софии запись игры школы Кито.
Нельзя сказать, что, оказавшись со всех сторон окружён красавицами, я ничего не чувствовал.
Отовсюду доносился девичий аромат, а их мягкие тела время от времени прижимались ко мне, и я ощущал себя совершенно не в своей тарелке.
Если честно, я изрядно напрягся.
Но если мы не посмотрим матч сейчас, атмосфера наверняка вновь станет странной, поэтому я последовал предложению Кудзоуин-сан.
— ...Миуми-тян всё ещё сидит у тебя на коленях...
Сидевшая рядом Арису-тян пробормотала что-то недовольным тоном, но так тихо, что я не расслышал.
Она даже не смотрела на меня, поэтому, вероятно, просто жаловалась сама себе.
— Старшая школа Кито... Сейчас она сильнейшая, верно? Вам с ними и правда будет настолько тяжело, Кенто-сэмпай?
Всё такая же простодушная Миуми-тян отвела взгляд от телевизора и посмотрела на меня снизу вверх.
Её младший брат, похоже, собирался поступать в эту школу в следующем году, поэтому вопрос был вполне естественным.
— Хочешь услышать вежливый ответ или честный?
— Честный.
Я не мог решить, какой вариант ей дать, и поэтому предоставил выбор.
Миуми-тян кивнула без малейших колебаний.
Такая прямота была полностью в её духе.
— Думаю, матч будет чрезвычайно тяжёлым.
Не потому, что они действующие чемпионы Японии.
Просто их общая сила чудовищна.
Практически каждый полевой игрок обладал талантом, позволявшим ему занять место четвёртого бьющего в большинстве сильных школ.
Защита у них тоже была первоклассной. Особенно связка второй базы и шорт-стопа: после некоторых розыгрышей хотелось кричать «Как это вообще стало аутом?!» или «Мы что, в манге?!»
На Косиэне они разыграли дабл-плей после мяча, который должен был стать чистым хитом через центр. Игрок второй базы поймал его и, даже не перекладывая мяч в бросковую руку, отправил прямо из перчатки шорт-стопу, а тот бросил на первую базу и завершил двойной аут. Этот эпизод потряс бейсбольных болельщиков по всей Японии.
Оба инфилдера учились на втором году и остались в обновлённой команде.
Более того, в составе сохранились летний четвёртый бьющий, ас-питчер и кэтчер.
Большая часть ключевых игроков, победивших летом считавшуюся «сильнейшей в истории» старшую школу Коё, никуда не ушла.
Обычно после формирования новой команды любая школа заметно слабеет. Но действующий чемпион Косиэна почти не потерял в силе...
Это казалось откровенной несправедливостью.
А их связка питчера и кэтчера вдобавок была для меня...
— Исход матча не решён, пока он не сыгран. Да, будет тяжело, но я не считаю их непобедимыми. В конце концов, вы победили даже школу Коё под руководством Ядзимы-сана.
Мои слова, видимо, задели Софию, и она присоединилась к разговору с немного недовольным видом.
Как она и сказала, в соревнованиях не бывает абсолютной определённости.
Какой бы огромной ни казалась разница в мастерстве, неожиданный поворот порой способен её перечеркнуть.
Так рождаются сенсационные победы аутсайдеров.
В школьных матчах, где и техника, и психологическая устойчивость ещё не до конца сформированы, подобное случается довольно часто.
Однако...
Кэтчером этой команды был Рёма Касэ-сан.
Лучший кэтчер школьного бейсбола, выходивший в стартовом составе даже на международных турнирах.
Его стиль несколько отличался от моего.
Я использовал данные, но одновременно учитывал состояние соперника, его технику и форму питчера, подбирая наиболее эффективную схему подачи против каждого отбивающего. Касэ-сан же, тоже опираясь на данные, прежде всего стремился разрушить ожидания бьющего относительно следующей подачи.
Я ни разу не видел, чтобы он уступал более слабому сопернику — не только в официальных, но даже в тренировочных матчах.
— Я тоже думаю, что команда Кенто-сэмпая сможет победить.
Вероятно, воодушевлённая словами Софии, всё ещё сидевшая у меня на коленях Миуми-тян ободряюще улыбнулась.
Хотя она была нашей ровесницей, выглядела как младшая сестрёнка. Я нашёл её настолько милой, что машинально снова погладил по голове.
И тут с обеих сторон от меня разом затаили дыхание.
А затем я ощутил два осуждающих взгляда.
К счастью, на этот раз сзади никакого давления не исходило... но такими темпами я сам себя погублю.
Матч тем временем продолжался.
— Этот питчер... Он же невероятно высокий? И фастбол у него безумно быстрый...
Миуми-тян указала на стоявшего на горке аса Кито и вновь подняла на меня глаза.
Арису-тян уже собиралась её одёрнуть, но я с улыбкой остановил девушку.
Я понимал, что человеку, пытающемуся анализировать матч, поведение Миуми-тян могло показаться отвлекающим.
Однако лично я не видел причин раздражаться.
Главное, чтобы она наслаждалась игрой.
А анализировать я мог и так.
— Этот питчер — ас старшей школы Кито, Коя Сумэраги. Согласно сведениям, собранным Кудзоуин-сан, сейчас его рост составляет сто девяносто пять сантиметров.
— Сто девяносто пять?! Неудивительно, что он такой огромный... Он выше меня больше чем на пятьдесят сантиметров...
Миуми-тян уставилась на экран с недоверием.
Среди японцев рост в сто девяносто пять сантиметров встречался редко, так что её реакция была понятна.
— Скорость его фастбола достигает ста пятидесяти пяти километров в час. По прогнозу тренера, к лету он должен преодолеть отметку в сто шестьдесят.
Похоже, свежие и милые реакции Миуми-тян нравились Кудзоуин-сан, и та мягко добавила объяснение из-за моей спины.
Одних этих слов хватило, чтобы Миуми-тян потрясённо распахнула глаза.
Арису-тян реагировала не так бурно — вероятно, потому что уже неплохо разбиралась в бейсболе и часто приходила на матчи.
— Сто шестьдесят километров в час... Будто в манге...
— Сейчас в профессиональном бейсболе таких уже немало. Некоторые начали бросать с подобной скоростью ещё в старшей школе.
Правда, теперь эти игроки блистали не только в Японии, но и в Главной лиге бейсбола...
Как и ожидалось, талант Сумэраги-сана стоял на одном уровне с талантом Ядзимы-сана.
— Он быстрее Куроганэ-сэмпая... да?
— Быстрее. Однако фастбол Шуто обладает невероятной «живостью», поэтому нельзя однозначно назвать одного из них лучше другого.
Фастбол определяется не одной лишь скоростью.
На мой взгляд, именно в этом заключались одновременно прелесть и сложность бейсбола.
— ...Хм? Разве та подача сейчас не выглядела странно? Мяч закрутился будто по спирали... совсем как «волшебная подача» из манги или игры...
Возможно, зрение у Миуми-тян было лучше, чем я предполагал.
Она заметила подачу, сыгравшую важнейшую роль в превращении Сумэраги-сана в лучшего питчера Японии.
— Гиробол. По имеющимся данным, его максимальная скорость достигает ста пятидесяти восьми километров в час.
— Что-о-о?! Разве такая подача существует не только в выдуманных историях?!
Миуми-тян отреагировала со всей своей энергией, явно потрясённая.
До чего же мило она удивляется буквально всему.
И скорость полностью проигнорировала...
— Нет, некоторые действительно умеют его бросать. Даже среди профессионалов. Говорят, отец Сумэраги-сана стал одним из ведущих асов Японии отчасти благодаря гироболу. По словам тренера, после перехода в профессионалы он отрабатывал каттер, и однажды вращение случайно получилось гироскопическим. Он начал изучать подачу, освоил её и довёл до совершенства.
Впрочем, тренер и сам, видимо, услышал эту историю от кого-то другого.
Подобная случайность или внезапное озарение порой полностью меняет судьбу спортсмена и поднимает его мастерство сразу на несколько уровней.
Если Сумэраги-сан овладел гироболом в совершенстве, то либо сумел перенять технику отца, либо тот обучал его с раннего детства.
— Между начальной скоростью гиробола при вылете из руки и конечной скоростью у перчатки кэтчера почти нет разницы. Поэтому кажется, будто мяч «несётся» или даже «поднимается». А вместе с фастболом Сумэраги-сана, который воспринимается совсем иначе, это создаёт огромные трудности.
Даже с точки зрения тайминга отбивающий сталкивался с двумя совершенно разными вариантами невероятно быстрых подач.
Теоретически различить их можно по вращению, однако мяч на скорости почти сто шестьдесят километров в час летит слишком быстро, чтобы после распознавания успеть изменить замах.
Кроме того, Сумэраги-сан бросал ченджап, полностью сбивавший тайминг отбивающего, и сплиттер, по скорости почти не уступавший фастболу.
В отличие от сплиттера Шуто или Рику-куна, его мяч почти не проваливался — лишь едва опускался перед самой битой. Но именно это малозаметное движение мешало попасть сладкой точкой биты.
Контроль Сумэраги-сана считался нестабильным, временами даже диким. Однако его огромный арсенал и множество вариантов каждой подачи объясняли, почему его ставили в один ряд с Ядзимой-саном, обладавшим почти машинной точностью.
Иными словами, он был настоящим чудовищем.
Оставалось лишь гадать, почему в одном поколении появились сразу два настолько нечеловечески сильных питчера.
А если учесть Шуто, который был на год младше, нынешняя эпоха могла оказаться самой богатой на питчерские таланты за всю историю японского бейсбола.
— А! Того отбивающего опять чуть не задело...! Мяч летит с убийственной силой. Разве не страшно, что от него так часто приходится уворачиваться?!
Увидев, как отбивающий отчаянно уклоняется и падает навзничь, Миуми-тян побледнела.
Её слова были вполне справедливы.
Ещё как.
Когда питчер бросает с такой скоростью, но не обладает безупречным контролем, отбивающему страшно уже не только потому, что он не попадёт по мячу, но и потому, что мяч может попасть по нему.
Из-за этого соперники Сумэраги-сана часто заранее напрягались и невольно отклонялись ещё до того, как подача достигала базы.
— Хотя его называют диким питчером, на деле он «дик лишь в пределах зоны страйка», поэтому уоков и попаданий по бьющим у него не так много, как принято считать. Но в этом матче, возможно из-за уровня соперника, он выглядит немного рассеянным.
Сумэраги-сан славился молчаливостью и бесстрастным лицом, однако лично я считал, что он любит прямые дуэли с отбивающими.
Поэтому против тех, кого не считал достойными, он порой терял концентрацию и отправлял мячи в более удобные для удара точки.
А редкими уоками он, вероятно, был обязан Касэ-сану, который прекрасно держал его под контролем.
Попадание настолько быстрым мячом могло привести к серьёзной травме, поэтому Касэ-сан наверняка следил, чтобы Сумэраги-сан не отвлекался.
С другой стороны, по-настоящему страшным Сумэраги-сана делала его невероятная сосредоточенность против сильных отбивающих.
Он всё так же оставался «диким в пределах зоны страйка», однако почти полностью избавлялся от уоков и переставал бросать в удобные места.
Вместо этого он рассыпал мячи по самым краям зоны, и одного этого хватало, чтобы отбивать их стало невероятно трудно.
Если честно, именно с такой непредсказуемостью мне не хотелось иметь дела.
— Если смотреть вот так, он и правда до несправедливости силён, да?
До сих пор молча наблюдавшая за записью Арису-тян осторожно заговорила, следя за моим выражением.
— Ас — само собой, но и весь их состав забит чудовищами. Если бы не Шуто, у нас не осталось бы ни единого шанса.
Говоря прямо, кроме Шуто, в нашей команде не было ни одного питчера, способного сдержать линейку отбивающих Кито.
В отличие от школы Коё, в нападении Кито не ощущалось ни чрезмерного напряжения, ни заметных ошибок, и рассчитывать, что их сдержат старшие игроки, тоже не приходилось.
Не будь их питчерский состав настолько чудовищно силён, можно было бы хотя бы попытаться устроить перестрелку с огромным количеством ранов...
Но против лучшего питчера Японии даже один ран давался с огромным трудом.
Вернее, он был не просто лучшим в Японии... Когда-то его считали лучшим в мире.
Когда матч закончился, в комнате повисло тяжёлое молчание.
Не только Миуми-тян и остальные, но даже София с Кудзоуин-сан выглядели крайне серьёзно.
— И всё же отказываться от победы нельзя. Разумеется, я выйду на поле, чтобы выиграть. Именно поэтому всё это и анализирую.
Пытаясь разогнать мрачную атмосферу, я произнёс это с улыбкой.
Наверное, сработало: лица Миуми-тян и остальных постепенно ожили.
— Верно. Я тоже верю, что команда Кенто-куна сможет победить.
Кудзоуин-сан заговорила первой и, наклонившись из-за моей спины, заглянула мне в лицо.
Из-за этого наши лица оказались совсем рядом, и я ощутил её дыхание на коже.
— М-м-м-м!..
Кудзоуин-сан мгновенно покраснела до ушей.
Её взгляд заметался, и она резко отпрянула, словно сама испугалась неожиданной близости.
Похоже, она сделала это неосознанно и теперь смутилась.
Хотя Кудзоуин-сан уже без колебаний просила гладить её по голове, такая мелочь по-прежнему выбивала её из равновесия. Я совершенно не мог её понять.
— Удивительно, как Кенто-куна до сих пор не пырнула какая-нибудь девушка...
— Арису-тян?! О чём ты вдруг заговорила?!
Пока я озадаченно смотрел на Кудзоуин-сан, сидевшая рядом Арису-тян произнесла это с обеспокоенным выражением.
Теперь даже она начала отпускать настолько опасные шутки?!
— Нет, мне просто кажется, что это лишь вопрос времени.
— София?! Почему в подобных вопросах ты настолько проницательна и с чего вы все постоянно говорите, что меня пырнут?!
— Хмф...
На мой протест София отвернулась, надув губы.
Ага. Обиделась.
Проблема лишь в том, что я совершенно не понимал почему.
— Пожалуйста, не дайте никому себя пырнуть, Кенто-сэмпай... Если это случится, Рику-кун расстроится...
— Миуми-тян, не принимай всерьёз, хорошо? София и остальные просто шутят.
Но всё-таки беспокоилась она не обо мне, а о том, что расстроится Рику-кун.
Понятно...
Хотя на колени ко мне сама забралась именно она...
Где-то внутри шевельнулась лёгкая обида.
— Ха-ха... Вообще-то это не совсем шутка... Я говорю серьёзно...
— Бесполезно. Он действительно совсем не осознаёт собственных грехов.
Арису-тян неловко рассмеялась, а София укоризненно прищурилась.
В какой-то момент обе отодвинулись от меня, однако было ясно: высказать им хотелось ещё очень многое.
— Ладно, я вернусь в свою комнату. Вам тоже стоит готовиться ко сну.
Хотя завтра была суббота, нас ждала тренировка.
Пусть Миуми-тян и Арису-тян могли не спешить, Софии и Кудзоуин-сан следовало лечь пораньше.
Однако...
Стоило мне это сказать, как София застыла, словно превратилась в камень.
А затем покрылась холодным потом.
Да что случилось?
— София?
— ...Я забыла... А где мы будем спать?..
Она посмотрела на меня отчаянными глазами.
И о чём она теперь?..
— В каком смысле? На кровати хватит места для двоих, и у нас есть два комплекта гостевых футонов, верно?
Мы заранее всё это проверили.
Кровать Софии была достаточно велика для двух человек. Даже мы с ней помещались без особых неудобств.
Если честно, на ней, казалось, могли уместиться даже трое.
Для футонов понадобится место, но раскладывать их именно в комнате Софии необязательно. А если всё же здесь — один можно постелить на полу и уложить на нём двоих.
Я не понимал, из-за чего она так паникует.
— ...Проблема в том... что двоим придётся спать вместе... Что же делать?.. Нужно что-нибудь придумать...
Бормоча себе под нос, София опустила голову и отчаянно задумалась.
И тогда...
Из-за её спины с улыбкой выступила Кудзоуин-сан.
— София-тян, давай поспим вместе, хорошо?
Плечи Софии резко вздрогнули.
София отреагировала так, словно это пробудило в ней травматичные воспоминания.
Точно, я и забыл: совсем недавно Кудзоуин-сан снова изводила её в ванной.
Что именно она там сделала?..
Пока я спокойно наблюдал за происходящим...
— Я-я-я-я буду спать с онии-чаном...!
София сбросила настоящую бомбу.
— ...София?!
Я невольно громко назвал её имя.
Никак не ожидал услышать от неё подобное.
Да и кто вообще мог предсказать такой поворот? Это было полным безумием.
Разумеется, остальные девушки молчать не стали.
— Ты будешь спать с Кенто-куном?.. Значит, вы и обычно спите вместе?..
— Не может быть, не может быть, не может быть...!
— София-сэмпай... как смело...
Лицо Кудзоуин-сан стало непривычно серьёзным. Арису-тян со слезами на глазах надула щёки и повторяла одну фразу, словно заклинание. А Миуми-тян раскраснелась и выглядела так, будто происходящее её искренне забавляло.
Одних слов Софии хватило, чтобы атмосфера в комнате полностью преобразилась.
— Что ты вдруг такое говоришь? Совсем не смешно.
Если сейчас что-то пойдёт не так, уже завтра об этом могла узнать вся школа.
Поэтому я попытался выдать её слова за простую шутку.
Однако...
— В-всё нормально! Мы иногда и правда спим вместе...!
Вместо того чтобы исправиться, София сбросила ещё одну бомбу.
«Да что она вообще несёт?» — только и мог подумать я.
Приглядевшись, я заметил, что её глаза почти ходят кругами. Она явно находилась не в своём обычном состоянии.
Мысль о необходимости спать с Кудзоуин-сан довела её до такого отчаяния.
Серьёзно, что же та натворила в ванной, раз настолько её напугала?!
— Значит, вы действительно спите вместе... Понятно...
— Нечестно! Это нечестно!
— Так София-сэмпай уже состоит с ним в таких отношениях...!
После подтверждения Софии подозрения остальных превратились в уверенность.
Обычно Кудзоуин-сан окружала атмосфера мягкости и спокойствия, однако сейчас от неё не осталось и следа.
Она смотрела на нас с лёгкой ревностью и бормотала многозначительные слова.
Арису-тян тем временем отчаянно протестовала, едва не плача.
А Миуми-тян покраснела и заметно разволновалась, будто поняла всё совершенно неправильно.
Погодите... разве она не должна быть самой невинной из них?..
Хотя, наверное, Миуми-тян просто вела себя соответственно возрасту...
— Мы не спим вместе каждый день. Только во время грозы, когда Софии страшно.
Поняв, что иначе ситуация окончательно выйдет из-под контроля, я сдался и всё объяснил.
— Ах?! Зачем ты это рассказал?! Как стыдно...!
София запротестовала: она явно не хотела, чтобы кто-либо узнал о её страхе перед громом.
Но продолжи я молчать, недоразумение оказалось бы куда серьёзнее, поэтому её жалобу пришлось проигнорировать.
Хотя исправлять ущерб, похоже, было уже поздно.
Даже после объяснения обвиняющие взгляды Кудзоуин-сан и Арису-тян не смягчились.
Скорее они стали ещё недовольнее.
— ...Что такое?
— Кенто-кун... Похоже, тебя очень легко обмануть девушке.
— Стоит кому-нибудь показать слабость, и ты позволишь ей приблизиться, даже ничего не заметив...
— Аха-ха... Кенто-сэмпай и правда похож на человека, которого плохая девушка легко обведёт вокруг пальца.
На мой вопрос девушки ответили всё более колкими замечаниями.
Впрочем, по-настоящему суровой была лишь Кудзоуин-сан.
В глазах Арису-тян блестел подозрительный огонёк, а Миуми-тян просто наслаждалась ситуацией.
— Не думаю, что это правда...
— Но ты согласился спать рядом с девушкой лишь потому, что она боится грозы?
— Ух...
Стоило мне возразить, как Кудзоуин-сан тут же ударила по слабому месту.
Справедливости ради, в первый раз я сопротивлялся. Но недавно сдался перед Софией довольно легко, поэтому спорить было трудно.
— А ещё однажды ты попытался спасти девушку, на которую якобы напали, и попал в ловушку, верно?
— Кха!..
Кудзоуин-сан безжалостно продолжила наступление.
Однако удар неожиданно пришёлся совсем по другому человеку.
Только что говорившая Миуми-тян внезапно болезненно прижала ладонь к груди.
Именно она устроила тогда ловушку, поэтому неудивительно, что слова задели её сильнее всех.
— И всё же я не жалею, что помогаю людям.
Даже если происходящее окажется ловушкой, мгновенно определить, действительно ли человеку грозит опасность, почти невозможно.
Я стараюсь быть осторожным, но не хочу колебаться там, где промедление может привести к непоправимому.
Поэтому, окажись я в той же ситуации, всё равно вмешался бы без раздумий.
Услышав мои слова, Кудзоуин-сан серьёзно и молча посмотрела мне в глаза.
Обычно она всегда улыбалась, поэтому от внезапно строгого взгляда я невольно напрягся.
Кудзоуин-сан определённо относилась к людям, которые становились по-настоящему страшными в гневе. Одного её взгляда хватало, чтобы я выпрямил спину.
Но затем...
Она глубоко выдохнула, словно сбрасывая накопившееся напряжение.
И снова посмотрела на меня мягче.
— М-м, я понимаю, почему ты так думаешь, Кенто-кун. Это тоже одно из твоих достоинств. Но тебе и правда следует быть осторожнее, иначе девушки буквально начнут окружать тебя со всех сторон.
Ещё мгновение назад Кудзоуин-сан меня отчитывала, а теперь говорила мягко, почти наставительно.
Она искренне за меня переживала, но разве слова о девушках, которые сомкнут вокруг меня кольцо, не были преувеличением?..
Именно так я подумал, однако...
— ...Если я скажу, что боюсь грозы, он тоже ляжет со мной?.. В одной кровати даже Кенто-кун может в конце концов перейти черту... Может, мне стоит оставаться у них в грозовые дни?..
Арису-тян, на которую только что покосилась Кудзоуин-сан, бормотала себе под нос с подозрительно сияющими глазами.
Да... пожалуй, осторожность мне действительно не помешает.
— К слову, София-тян и Кенто-кун уже спали рядом, верно? Впрочем, я тоже однажды спала с Кенто-куном...
Кудзоуин-сан подлила масла в огонь, непринуждённо упомянув собственный опыт.
Арису-тян выглядела так, словно её поразила молния.
Погодите... Для человека, не знающего обстоятельств, всё это наверняка звучало так, будто я намеренно создавал ситуации, позволяющие спать с разными девушками.
София была признанной на всю страну красавицей и главным школьным кумиром, а Кудзоуин-сан пользовалась невероятной популярностью ещё и благодаря своему характеру.
Бесчисленное количество парней наверняка мечтало бы оказаться рядом с ними.
Поэтому, узнай люди, что мне действительно доводилось спать рядом с обеими, они вполне могли решить, что я всё подстроил.
Иными словами, в их глазах я выглядел бы законченным негодяем.
В действительности всё происходило либо случайно, либо против моей воли, но большинство людей ни за что бы этому не поверило.
Наверное, и Арису-тян решила, что я заигрывал с девушками, и потому была настолько потрясена.
Ведь как бейсболиста она всегда меня поддерживала...
— ...Вообще-то, когда Кудзоуин-сан говорит «спала со мной», она имеет в виду, что спросонья сама забралась в мою постель...
— Н-не говори об этом так! Это стыдно...!
Стоило мне честно всё рассказать, как Кудзоуин-сан запаниковала и поспешила меня остановить.
Обычно она была настолько собранной, что раскрасневшееся смущённое лицо делало её ещё милее... Но ведь начала эту тему сама Кудзоуин-сан.
Если теперь она рассердится, винить сможет лишь себя.
— Тогда... если всё будет выглядеть случайностью, я тоже смогу пробраться в кровать Кенто-куна?!
Пока я криво улыбался растерявшейся Кудзоуин-сан, Арису-тян внезапно выдала нечто совершенно возмутительное.
На шутку это совсем не походило.
Скорее выражение её лица напоминало человека, внезапно достигшего просветления и обнаружившего лазейку в правилах.
Так, погодите.
— Арису-тян, о чём именно ты говоришь?..
Я снова неловко улыбнулся и обратился к ней. Она выглядела так, будто всерьёз размышляла: «Может, мне тоже так сделать?»
Теперь я невольно задумался, действительно ли она способна пробраться ко мне после того, как я усну.
Нельзя сказать, что Арису-тян мне не нравилась. Напротив, я считал её очень хорошей девушкой. Она всегда поддерживала меня и помогала не только с Софией, но и в истории Миуми-тян.
К тому же Арису-тян была одной из тех девушек, которыми в школе восхищались молча: красивая, обаятельная и заметно выделявшаяся среди ровесниц.
Однако в последнее время мне становилось всё труднее понимать ход её мыслей. Я уже не всегда за ней поспевал, и это вызывало лёгкую тревогу.
— Я-я не сказала ничего странного! Да, я вообще ни о чём таком не думала...!
Мой голос вернул Арису-тян к реальности, и она отчаянно замахала руками, всё отрицая.
Теперь она выглядела куда энергичнее, чем раньше, когда производила вялое впечатление.
Возможно, подобно Софии, Арису-тян менялась под влиянием окружения.
Это было хорошо, но всё же...
Меня беспокоило, что София и Кудзоуин-сан пристально разглядывают её холодными взглядами, словно им есть что сказать.
Я поверил словам Арису-тян.
Но эти двое — явно нет.
Наверное, девушки видели друг в друге то, что оставалось недоступно мне.
— Ладно, пожалуй, я всё же вернусь к себе.
Решив, что разговор естественным образом прервался, я попытался покинуть комнату Софии.
Вернее, хотел сбежать, пока всё не стало ещё страннее.
Однако...
— Хм? Мы ведь ещё не закончили.
Изящно улыбнувшись, Кудзоуин-сан взяла меня за руку, словно говоря: «Не уйдёшь».
— ...Что?
— Нам ещё нужно решить, кто будет спать с Кенто-куном.
О чём она вообще говорит?..
Это должна была быть девичья ночёвка. Я вовсе не собирался в ней участвовать...
Но атмосфера в комнате уже стала совершенно серьёзной.
Только Миуми-тян продолжала невинно улыбаться, будто всё это её не касалось. София, Арису-тян и Кудзоуин-сан тем временем подозрительно поглядывали друг на друга, словно оценивали соперниц.
От весёлой и дружелюбной атмосферы ночёвки не осталось и следа.
— И... как вы собираетесь это решать?
В тяжёлом молчании я задал вопрос Кудзоуин-сан, которая всё и начала.
— Как насчёт турнира? Каждая запишет на бумаге карточную игру, в которой сильнее всего. Мы перемешаем листки, а Кенто-кун вытянет один случайным образом. После каждого раунда будем тянуть снова, а занявшая последнее место выбывает. Победит та, кто останется последней. Что скажете?
Говоря со мной, Кудзоуин-сан одновременно посмотрела на остальных.
Её взгляд словно предупреждал: «Если возражаете, говорите сейчас».
Иными словами, если возражений не последует, план будет принят.
— ...То есть вы хотите, чтобы я стал судьёй. Я нейтрален, поэтому никто не сможет жульничать.
Невероятно сложный способ решить простой вопрос о том, кто где спит.
Но я догадывался об истинной цели.
Кудзоуин-сан наверняка хотела лечь вместе с Софией. Поскольку та почти наверняка отказалась бы сразу, Кудзоуин-сан намеревалась «выиграть» это право с помощью турнира.
Скорее всего, именно это и было её настоящим замыслом.
Понятно. Она действительно обожает Софию.
— Да, именно так.
— Если перед каждым матчем тянуть новый листок, что будет, если попадётся уже сыгранная игра?
— Карточных игр довольно много, но большинство людей всё равно выбирают одни и те же. Думаю, беспокоиться о результате вытягивания не стоит.
Верно, чаще всего играют в «Старую деву», дайфуго или «Семёрки».
Покер неизменно появляется в казино, но в обычных домах, пожалуй, встречается реже.
— Значит, победительница первой выберет, с кем спать?
— М-м, нет.
— ...Что?
Я считал, что они соревнуются за право спать с Софией, поэтому растерянно склонил голову.
— Мы решаем, кто будет спать с Кенто-куном. Победительница всего одна. Все ведь понимают?
— Э?!
Так они соревновались за право спать со мной?!
Почему всё обернулось именно так?!
— Чему ты удивляешься? После нашего разговора это было очевидно, разве нет?
— Нет-нет-нет! Мне никто такого не говорил!
— Но я только что сказала.
Ах да.
В споре с этим человеком у меня практически не было шансов...
Сама её спокойная, почти святая аура мешала возражать. А благодаря острому уму Кудзоуин-сан прекрасно понимала, как незаметно подвести собеседника к согласию.
Победить такого человека трудно.
Порой рядом с Кудзоуин-сан ты, наверное, даже не замечал, что уже начал следовать выбранному ею пути.
— ...А право вето у меня есть?
На мой осторожный вопрос Кудзоуин-сан с идеальной улыбкой склонила голову набок.
Не произнеся ни слова, она ясно сообщила: «С чего ты решил, что мы его позволим?» — или: «Ты ведь не станешь обижать девушек отказом?»
Она говорила совершенно серьёзно...
— К слову, мне разрешено участвовать?
— Нет. Мы ведь решаем, кто будет спать с Кенто-куном.
Разумеется...
Большинство парней наверняка обрадовалось бы возможности спать рядом с любой из них, поэтому, возможно, странно сопротивлялся именно я.
И всё же раз Кудзоуин-сан настолько настойчиво проталкивала эту идею, то наши с Софией совместные ночи явно её задели.
Хотя мы вовсе не спали вместе каждый день...
Я ожидал, что София вмешается и остановит происходящее, но она молчала.
Наверное, София решила: если прервёт всё сейчас, то сама будет вынуждена лечь с Кудзоуин-сан. А если промолчит, шанс оказаться с ней вдвоём резко уменьшится.
Значит, она решила пожертвовать братом...
— ...А если я категорически откажусь?
Поскольку возможности победить и выбраться из этого с помощью игры у меня тоже не было, я предпринял ещё одну попытку.
— Разумеется, заставлять тебя мы не можем. Но, Кенто-кун... полагаю, ты не хочешь, чтобы в школе узнали, что вы с Софией-тян спите вместе?
Произнеся слова, очень похожие на угрозу, Кудзоуин-сан посмотрела на Арису-тян.
Та тут же заговорила, словно внезапно вспомнила свою роль.
— Э-эм, я... могу случайно проговориться...
Что это ещё за ужасная монотонная игра?
Актёрские способности Арису-тян были настолько плохи, что мне едва не захотелось это прокомментировать.
Но в глубине души она была хорошей девушкой, поэтому подобные роли ей совершенно не подходили.
Даже подавшая сигнал Кудзоуин-сан теперь криво улыбалась.
Разумеется, я знал, что Арису-тян ни за что так не поступит, и потому мог не соглашаться...
Однако моя милая сестрёнка молча давила на меня взглядом, будто повторяя: «Не отказывайся, не отказывайся, не отказывайся...»
Она и правда до ужаса не хотела спать с Кудзоуин-сан.
— ...Ладно. Хорошо, я согласен.
Если я откажусь и Софии придётся лечь с Кудзоуин-сан, а та по какой-либо причине снова устроит странную шалость, София непременно затаит на меня обиду.
Этого хотелось избежать любой ценой.
— Фу-фу, спасибо. Тогда пусть каждая запишет карточную игру, которую хочет выбрать.
Кудзоуин-сан достала из сумки бумагу с ручкой и раздала всем.
Погодите-ка...
— Миуми-тян тоже участвует?
Я ожидал участия Софии и Арису-тян, но не думал, что бумагу с ручкой дадут и Миуми-тян.
Разве она вообще хотела спать со мной?
— А, я тоже хочу сыграть. Всё равно мне не победить Софию-сэмпай или Кудзоуин-сэмпай.
Миуми-тян с сияющей улыбкой прямо высказала истинные мысли.
Понятно... Пока рядом находились София и остальные, она могла спокойно участвовать, не опасаясь победы.
До чего беззаботная...
София обладала выдающимся умом, но друзей для карточных игр у неё почти не было. Поэтому, даже зная правила, она наверняка играла слабо.
Впрочем, София стояла прямо передо мной, и я оставил эти мысли при себе.
— Звучит так, будто меня ты победить способна...
— Ага, думаю, Арису-тян я одолею. Тебе ведь не везёт.
— Хмф.
Между Арису-тян и Миуми-тян уже начали проскакивать искры.
Наверное, они были близкими подругами, но именно поэтому совсем не сдерживались и постоянно сталкивались.
— Вот, Кенто-кун.
Когда все закончили писать, Кудзоуин-сан собрала листки и передала мне.
Я машинально перемешал их, глядя на неё.
— Хм? Что-то не так?
— Нет... Просто я подумал: зачем исключать по одному человеку? Разве не логичнее считать общее количество побед или провести единственный матч?
Этот вопрос немного меня беспокоил, поэтому я всё же задал его.
Кудзоуин-сан слегка пожала плечами.
— Наверное, так интереснее.
Неужели?..
По-моему, и общий зачёт, и один решающий матч могли быть по-своему увлекательными...
Возможно, ей просто казалось, что постепенное сокращение участников до финальной дуэли усилит напряжение.
Правда, некоторые игры плохо подходили для такого формата...
Размышляя об этом, я вытянул один листок.
Милым почерком на нём было написано: «Дайфуго» — «Великий богач».
Для четырёх игроков это подходило идеально. А вот для двоих было бы неудобно.
— Дайфуго, значит.
Я показал листок остальным.
Арису-тян тут же помрачнела.
— Ура! Это написала я!
А Миуми-тян, выбравшая игру, радостно вскинула руки.
— Почему именно дайфуго?..
— Потому что мне нравится!
На недовольный взгляд Арису-тян Миуми-тян ответила сияющей улыбкой.
Получается, Арису-тян плохо играет в дайфуго?..
— София, ты знаешь правила?
Я спросил, покосившись на остальных.
— Да, знаю, но...
София ответила неуверенно. Как я и предполагал, подобные игры почти наверняка были ей непривычны.
Если она знала лишь основные правила, то оказывалась в невыгодном положении.
— Существуют разные местные варианты, поэтому давайте сначала обо всём договоримся.
Поняв это, Кудзоуин-сан помогла согласовать правила.
Поскольку матч состоял из одной партии, понижение ранга значения не имело. Мы решили использовать лишь «сброс восьмёркой», последовательности и революцию.
Джокер был один, а привязку к масти отменили, так что набор правил получился довольно простым.
Я тщательно перетасовал колоду, затем разложил карты рубашками вверх на полу, ещё несколько раз перемешал их и раздал по одной.
Закончив, я посмотрел на лица девушек.
По лицу Софии было трудно что-либо понять.
Не ужасно, но и не хорошо... Наверное, рука была слабой.
Миуми-тян, наоборот, выглядела слегка довольной — возможно, ей досталась неплохая рука.
Что до Арису-тян... Она выглядела совершенно убитой.
Видимо, ей досталась особенно плохая рука.
Только Кудзоуин-сан умело сохраняла бесстрастное лицо.
По её выражению невозможно было понять, сильные у неё карты или слабые.
И всё же, судя по реакциям остальных, рука Кудзоуин-сан наверняка была хорошей...
Подумав об этом, я заглянул в её карты из-за спины.
И потерял дар речи.
С первого взгляда я заметил три двойки, туза и джокера... Нелепо сильная рука.
Более того, остальные карты тоже были старшими, а самой слабой оказалась семёрка.
Она что, жульничает?..
Такая мысль промелькнула в голове, однако карты раздавал я.
Да и колода принадлежала нашей семье, поэтому обман был невозможен.
Иными словами, Кудзоуин-сан просто невероятно повезло.
Это же безумие...
Если судить по её лицу, Арису-тян, возможно, действительно досталась худшая рука из всех мыслимых.
— Хорошо, София-тян, начинай.
Ход шёл по часовой стрелке: София, Миуми-тян, Арису-тян и Кудзоуин-сан.
София открыла партию стандартно — слабой тройкой, а остальные ответили столь же младшими картами.
Но затем Кудзоуин-сан внезапно выложила туза.
Все трое ошеломлённо застыли.
Предыдущей картой была пятёрка, поэтому девушки наверняка не понимали её намерений.
С такой рукой Кудзоуин-сан вовсе не требовалось тратить туза: вариантов хватало и без него...
Значит, она что-то готовила.
Побить туза можно лишь двойкой или джокером.
На столь раннем этапе никто не стал бы их разыгрывать. Более того, поскольку три двойки и джокер находились у Кудзоуин-сан, ответить мог в лучшем случае один человек. Все спасовали, и право хода вернулось к ней.
— Тогда два валета.
Ещё один необычно сильный ход снова заставил всех застыть.
Но почти сразу на лицах Арису-тян и Миуми-тян появилось понимание.
Лишь неопытная София не успевала понять происходящее.
Понятно. Вот оно что.
— П-пас...
Всё ещё растерянная София вновь спасовала, и очередь перешла к Арису-тян.
— Два короля.
На этот раз Арису-тян не стала пропускать ход и сразу выложила пару королей.
Следом Миуми-тян сыграла двумя тузами.
Ещё мгновение назад все осторожничали, а теперь смело бросали на стол сильнейшие карты, словно прежней нерешительности и не было.
Уголок губ Кудзоуин-сан едва заметно приподнялся.
Наверное, заметил это только я, потому что наблюдал не столько за картами, сколько за реакциями игроков.
— Пас.
Хотя Кудзоуин-сан могла ответить, она решила пропустить ход.
Разумеется, София тоже спасовала, как и Арису-тян.
Вернее, им, вероятно, просто нечем было ответить.
— Девятка!
Получив право начать новый круг с любой карты, Миуми-тян уверенно положила девятку.
Хотя у неё наверняка оставались младшие карты, она продолжала действовать агрессивно.
— Э?!
Сильные карты выходили одна за другой, и София удивлённо вскрикнула.
Её обычное представление о «правильной игре» полностью разрушилось, и она искренне не понимала происходящего.
Обладавшая сильной рукой Кудзоуин-сан спокойно положила десятку, а растерянная София — валета.
Арису-тян на мгновение замешкалась, но вместо дамы выложила короля.
Миуми-тян без паузы ответила двойкой.
Похоже, это была её последняя двойка, и тузов у неё уже не оставалось.
Убедившись, что никто не сыграл джокером, Миуми-тян смело начала новый круг с десятки.
Да уж... она слишком честная.
— Я-я больше ничего не понимаю...
Растерявшаяся София посмотрела на меня умоляющими глазами.
Вероятно, Софии казалось, что, если она не разберётся в происходящем, то вот-вот останется последней.
До чего же нелепо развивалась эта партия.
Трое девушек, не считая Софии, продолжали безжалостно выкладывать одну сильную карту за другой.
Вскоре Арису-тян и Миуми-тян начали замечать неладное.
Но было уже слишком поздно.
— Тогда джокер.
Когда у неё осталось всего четыре карты, Кудзоуин-сан накрыла джокером выложенного Софией туза.
Теперь у Кудзоуин-сан оставалось лишь три карты.
Лица Арису-тян и Миуми-тян мгновенно застыли.
— П-почему?..
— Революция?..
Да... именно в этом и заключалась их ошибка.
Увидев, как Кудзоуин-сан с самого начала разыгрывает сильные карты, обе решили, что она готовится устроить революцию.
Их можно было понять: карты соперницы оставались скрыты.
В действительности рука Кудзоуин-сан была настолько сильной, что она могла действовать как угодно.
Возможно, она действительно держала в уме вероятность революции. Но, имея джокера и три двойки, сумела бы ответить даже на самую неожиданную смену порядка старшинства, поэтому чрезмерная осторожность ей не требовалась.
Более того, Кудзоуин-сан, скорее всего, намеренно создала условия, при которых неопытная София могла победить более привычных к игре соперниц.
Сделала ли она это из любви к милой Софии или же потому, что рассчитывала легче обыграть её в финальной дуэли?..
Ответ знала лишь сама Кудзоуин-сан.
— Но я ведь ни разу не говорила, что собираюсь устроить революцию. Вот, две двойки.
Миуми-тян и Арису-тян смотрели на неё с окаменевшими лицами, словно перед ними сидел не человек, а финальный босс. Кудзоуин-сан тем временем с ласковой улыбкой выложила две двойки.
Да уж... С ней лучше не враждовать.
Даже у меня, простого наблюдателя, по спине пробежал холодок.
Разумеется, ответить никто не смог, и все спасовали.
Кудзоуин-сан выложила оставшуюся семёрку, первой избавилась от карт и передала право хода Софии.
А затем произошло следующее.
По количеству оставшихся карт София находилась в худшем положении. Но поскольку раньше она совершенно не понимала происходящего, у неё сохранилось довольно много средних и старших карт.
В отличие от неё, Арису-тян и Миуми-тян, готовившиеся к революции, остались в основном с мелочью. Поэтому вскоре София полностью захватила инициативу и избавилась от своих карт следующей.
В борьбе двух оставшихся девушек Миуми-тян с небольшим преимуществом опередила Арису-тян.
— У-у... Она настоящий демон...
Арису-тян, первой выбывшая из турнира, обиженно надулась — с непривычно детским выражением лица.
Она забралась на кровать, обняла колени и свернулась в комочек. Мне стало её жалко, и я машинально протянул руку, чтобы погладить по голове.
— Ах...
Стоило мне несколько раз ласково провести ладонью по её волосам, как в глазах Арису-тян снова появился свет.
Более того, её щёки мгновенно залились румянцем, и она посмотрела на меня снизу вверх блестящими глазами.
— К-Кенто-кун...
— И всё же партия получилась напряжённой. Ты хорошо сыграла.
— М-м-м-м!..
Когда я улыбнулся и похвалил её, Арису-тян вытянула ноги и от смущения легонько забарабанила пятками по кровати.
Что ж... если она приободрилась, то всё в порядке.
— ...Это распространяется...
— М-м, думаю, отчасти в этом виновата и София-тян.
— Что? Почему я?!
Услышав голос Софии, я обернулся и увидел, что она разговаривает с Кудзоуин-сан в углу комнаты.
Теперь они стояли лицом друг к другу, но у меня возникло ощущение, будто ещё мгновение назад обе наблюдали за нами.
— Потому что София-тян настолько привыкла к его заботе, что Кенто-кун уже сам перестал замечать, как балует девушек. Теперь он почти не сопротивляется подобным просьбам...
— Я-я вовсе не настолько избалована...!
— Правда?
Покрасневшая София попыталась возразить, однако Кудзоуин-сан не восприняла её слова всерьёз и лишь многозначительно покосилась на неё.
— Н-Надешико-сэмпай, онии-чан теперь балует и вас...!
— Да. Благодаря Софии-тян мне тоже стало проще позволять ему себя баловать.
— М-м-м! Э-это неправда!..
Я не очень понимал суть их разговора, однако София явно всё сильнее смущалась.
Продолжать следить за ними означало лишь создавать новые поводы для недоразумений, поэтому я вытянул листок со следующей игрой.
На нём было написано: «Старая дева».
— А... это выбрала я...
Арису-тян заглянула на листок в моей руке и печально пробормотала.
— Значит, «Старая дева». Ты хорошо в неё играешь?
— Н-нет... Просто подумала, что лишь в ней у меня есть шанс победить этих двоих. В умственных играх они совсем на другом уровне...
Понятно. Арису-тян выбрала игру, исход которой зависел не от сложной стратегии, а в основном от удачи и умения читать эмоции по чужим лицам.
Учитывая, что София и Кудзоуин-сан входили в число лучших учениц школы, решение выглядело разумным.
— Я тоже люблю «Старую деву»!
— Кроме того, с нами играет вот эта девочка. Думаю, проиграть невозможно.
— Э?! Что это должно означать?!
Стоило Миуми-тян радостно вмешаться, как Арису-тян тут же указала на неё пальцем. Та возмущённо нахмурилась.
Они и правда могли начать спорить за одно мгновение, несмотря на всю свою близость.
Но смысл слов Арису-тян я понимал.
Эмоции Миуми-тян мгновенно отражались у неё на лице.
В следующей партии участвовали Кудзоуин-сан, София и Миуми-тян.
И, как нетрудно было предположить, проиграла Миуми-тян.
София тянула карты у Кудзоуин-сан, Кудзоуин-сан — у Миуми-тян, а Миуми-тян — у Софии. Непарная карта рано оказалась в руке Миуми-тян, и скрыть это она так и не сумела.
Таким образом, в финале, как и ожидало большинство, встретились Кудзоуин-сан и София. Им предстояла «Мемори» — карточная игра на память.
— Хм? Я тоже написала «Мемори»... Но это не мой почерк.
Увидев показанный мною листок, София в недоумении склонила голову.
Кудзоуин-сан ответила ей улыбкой.
— Это мой. Значит, София-тян тоже выбрала «Мемори».
Получается, по чистой случайности обе выбрали одну игру.
Они отличались выдающимся умом, поэтому предпочли «Мемори» тем играм, где важнее хитрость и психологические уловки.
Подобные совпадения порой случались.
Хотя... точно ли это было совпадением?
Такая мысль всё же промелькнула.
Кудзоуин-сан проводила с Софией много времени и могла знать, какие игры у той получаются лучше всего.
Если две из четырёх участниц выбрали одно и то же, вероятность вытянуть именно эту игру составляла пятьдесят процентов. Следовательно, Софии было проще добраться до позднего этапа турнира.
Нет, наверное, я слишком многое выдумываю...
Иначе я вообще перестану понимать, зачем Кудзоуин-сан вступила в эту «битву» и почему сама же её начала.
— Ну что, приступим?
Спокойным уверенным движением Кудзоуин-сан села напротив Софии.
От неё исходила такая внушительная аура сильной соперницы, что остальные невольно затаили дыхание.
Мы же всё ещё играем в «Мемори», верно?
На мгновение мне показалось, будто я попал в другую боевую мангу.
Я снова тщательно перетасовал колоду, после чего при помощи Арису-тян и Миуми-тян разложил карты на полу рубашками вверх.
Началась дуэль двух девушек, которые из года в год занимали высшие места в рейтинге успеваемости.
Поначалу всё определяла удача: соперницы по очереди то находили пару, то ошибались. Но, запомнив расположение большей части карт, обе начали собирать пары одну за другой.
— Невероятно! София-сэмпай нашла три пары подряд...!
— Но Кудзоуин-сэмпай не отстаёт! У неё тоже три подряд...!
Борьба шла на равных.
София забирала пару, а Кудзоуин-сан в следующий ход тут же сокращала разрыв.
Но когда карт на полу осталось совсем немного...
— На таком этапе Кудзоуин-сэмпай собирает сразу четыре пары подряд?!
Кудзоуин-сан наконец нарушила равновесие и решительно вырвалась вперёд.
София отставала на две пары, а на полу лежали последние четыре карты.
Победить она уже не могла.
— ...!
На лбу Софии выступил пот.
Пусть победа была упущена, у неё ещё оставалась возможность свести партию к ничьей и добиться переигровки.
Но стоило Кудзоуин-сан сейчас найти пару — исчезал и этот шанс.
Все четыре карты до сих пор ни разу не переворачивали, поэтому вероятность успеха составляла ровно пятьдесят процентов. Однако Кудзоуин-сан обладала такой аурой, что казалось: именно в решающий момент она непременно выберет правильно.
Кудзоуин-сан молча изучала карты, словно решая, с какой начать.
Проиграть она уже не могла, и всё же именно этот ход определял, одержит она победу или согласится на ничью. Поэтому осторожность была понятна.
Наконец Кудзоуин-сан перевернула две карты.
— Фу-фу... Какая жалость.
Они оказались разными.
— Фух...
София с облегчением выдохнула и выпрямила спину.
Если только она не допустит совершенно нелепой ошибки, ничья уже обеспечена.
Но тут...
— А что будет в случае ничьей?
— Наверное... придётся сыграть ещё раз.
Миуми-тян спросила почти без раздумий. Арису-тян приложила ладонь к подбородку и озвучила очевидный ответ.
Я предполагал то же самое, однако...
— К сожалению, уже поздно. Завтра у нас тренировка, поэтому на переигровку времени, пожалуй, не осталось.
Кудзоуин-сан тут же отвергла этот вариант.
— Э? И что тогда делать?..
Простодушная Миуми-тян задала естественный вопрос.
Но в то же мгновение я, София и Арису-тян поняли, к чему вела Кудзоуин-сан.
— К счастью, кровать Софии-тян достаточно велика, чтобы на ней, вероятно, поместились трое. Почему бы нам так и не поступить? Разумеется, Кенто-кун ляжет посередине.
Значит, они разделят награду...
У меня возникло ощущение, будто Кудзоуин-сан изначально к этому стремилась — или даже спланировала всё заранее. Но если бы я спросил напрямую, она наверняка не ответила бы.
А ещё я никак не мог избавиться от чувства, что меня ловко провели.
В сложившейся ситуации у Софии оставался лишь один вариант.
— Д-да... Уже поздно, поэтому я тоже считаю, что лучше лечь втроём...
Она легко согласилась и кивнула.
Разумеется.
Больше всего София боялась остаться с Кудзоуин-сан наедине.
Она могла потребовать переигровки, однако Кудзоуин-сан, сославшись на время, почти наверняка не согласилась бы.
А если вообще отменить турнир и позволить мне ускользнуть, Софию ждала перспектива спать вдвоём с Кудзоуин-сан.
При таком риске отказываться было нельзя.
К тому же умей София просто уступить победу Кудзоуин-сан и уйти, она изначально не ревновала бы и не дулась.
— П-погодите... Если мы ляжем втроём, то окажемся очень близко друг к другу.
Технически это было возможно, но кровать всё же предназначалась для одной Софии.
Вдвоём на ней можно было разместиться, если немного потесниться. А вот втроём становилось откровенно тесно.
Однако...
— Разве это проблема?
Кудзоуин-сан ничуть не беспокоилась.
Неужели...
Может, в этой ситуации странно возражаю именно я?..
— Нечестно... нечестно... нечестно...
— Арису-тян, проигравшие не жалуются...
Краем глаза я видел бормотавшую в углу Арису-тян. Миуми-тян утешала её с неловкой улыбкой, однако происходящее и правда вызывало тревогу.
Если об этом узнают в школе, мне конец.
Причём, скорее всего, в буквальном смысле.
— Ладно-ладно. Завтра рано вставать на тренировку, поэтому давайте ложиться.
Не обращая внимания на моё смятение, Кудзоуин-сан спокойно направляла всех к выбранному ею исходу, перекрывая любые пути к отступлению.
Покрасневшая София то и дело бросала на меня короткие взгляды, но ничего не говорила.
Кстати...
— Арису-тян, Миуми-тян, а где в итоге будете спать вы?
Меня уже окончательно загнали в угол и, похоже, собирались уложить в кровать Софии между двумя главными школьными красавицами. Но тут я вспомнил, что эти двое так и не решили, где устроятся сами.
— Здесь.
Они без малейшей паузы указали на пол.
Похоже, девушки собирались расстелить футон и лечь вместе.
Несмотря на постоянные споры, они и правда были удивительно близки. Но сильнее меня заинтересовало выражение Арису-тян.
Почему-то она выглядела немного сердитой.
— Значит, в итоге все пятеро будут спать в одной комнате...
Если об этом поползут слухи, меня ведь наверняка примут за отъявленного бабника...
Из-за внешности меня и без того постоянно подозревали в подобном.
София и Кудзоуин-сан были знаменитыми красавицами, Арису-тян тоже пользовалась популярностью, а члены бейсбольной команды единодушно считали Миуми-тян очень милой.
Да... Ничем хорошим такая ситуация закончиться не могла.
Любой парень наверняка обзавидовался бы.
— Нужно присматривать, чтобы Кенто-кун не натворил ничего странного...
— А я не хочу одна остаться в стороне, поэтому тоже буду здесь!
Видимо, Арису-тян восприняла мои слова как упрёк. Она немного занервничала и, поглядывая на моё лицо, попыталась оправдаться.
Миуми-тян, напротив, совершенно не заботилась о чужом мнении и, как всегда, прямо высказала желание.
В каком-то смысле их присутствие действительно могло предотвратить недоразумения и не позволить ситуации выйти из-под контроля.
— «Ничего странного»? Будто я способна на такое...
Услышав замечание Арису-тян, Кудзоуин-сан слегка покраснела и застенчиво возразила.
Она сама устроила ситуацию, в которой предстояло лечь в одну кровать с парнем, а теперь смущалась?..
Несмотря на обычные спокойствие и невозмутимость, Кудзоуин-сан оказалась на удивление невинной.
Более того, непривычным казалось именно её поведение до этого момента.
Словно она вдруг стала другим человеком.
Возможно, ради воплощения плана с совместной ночёвкой Кудзоуин-сан всё это время заставляла себя вести куда смелее обычного.
Хотя я по-прежнему не понимал, зачем ей вообще понадобилось заходить настолько далеко.
Раз Миуми-тян и остальные тоже оставались в комнате, я принёс гостевой футон и расстелил его на полу.
— Если подумать... Разве не странно, что девушки спят на полу, а единственный парень получает кровать?
София и Кудзоуин-сан молча посмотрели на меня.
— ...Ладно, забудьте.
Моя последняя вялая попытка сопротивления разбилась о безмолвное давление улыбки Кудзоуин-сан и взгляд Софии, ясно требовавший не говорить лишнего. Мне оставалось покорно принять судьбу.
София первой молча забралась в кровать.
Возможно, было уже поздно и она просто хотела спать.
А возможно, пыталась отрезать мне последнюю возможность сбежать.
Следом Кудзоуин-сан одними глазами велела ложиться и мне.
Новое сопротивление вызвало бы лишь очередное давление, поэтому я спокойно устроился рядом с Софией.
Мне пришлось сдвинуться, освобождая место для Кудзоуин-сан, и мы с Софией оказались совсем близко.
— Прости...
— Всё нормально... Ничего не поделаешь.
София не рассердилась и лишь смущённо улыбнулась.
Ситуация оставалась совершенно невероятной.
Но Кудзоуин-сан почему-то всё ещё не ложилась.
— Кудзоуин-сан?
Уже устроившись в кровати, я позвал её.
И только тогда заметил, что лицо Кудзоуин-сан раскраснелось, а сама она нервно сглотнула.
Та, кто сама всё это затеяла, теперь не решалась лечь в одну кровать с парнем.
Так ей и надо — нечего было затевать настолько безрассудную авантюру.
Возможно, это мой шанс спастись.
Я уже открыл рот...
— Хочешь, поменяемся?
Но прежде, чем я успел заговорить, Арису-тян с плохо скрываемой надеждой обратилась к Кудзоуин-сан.
— Н-нет... всё хорошо.
Предложение словно подтолкнуло Кудзоуин-сан вперёд, и она наконец медленно забралась в кровать.
Арису-тян криво улыбнулась и улеглась на разложенном внизу футоне.
Так она действительно всерьёз хотела поменяться...
— Это всё-таки немного... смущает, правда?..
Кудзоуин-сан прижалась ко мне всем телом и, хотя уже лежала в кровати, опустила лицо куда-то к моей груди и застенчиво посмотрела на меня снизу вверх.
«Немного» — ещё мягко сказано.
От близости двух красавиц сердце колотилось как безумное. В комнате витал приятный аромат, а прижимавшееся ко мне мягкое тепло всерьёз испытывало мой рассудок, так что внутри меня это давно перестало быть просто «немного» неловко.
Я даже удивлялся, что всё ещё сохраняю внешнее спокойствие.
— М-м...
Софии, видимо, не понравилось, что я смотрю на Кудзоуин-сан.
Недовольно проворчав, она придвинулась ко мне и крепко обняла.
— С-София...
Неужели она решила окончательно испытать мою выдержку?..
Я повернул к ней голову.
— Значит, ты решила зайти настолько далеко?..
Кудзоуин-сан тут же последовала примеру Софии и тоже обняла меня, прижавшись ещё крепче, так что я оказался зажат между ними.
Лучше бы они прекратили соревноваться.
Разве Кудзоуин-сан всего мгновение назад не стеснялась даже лечь рядом?..
Хотя сейчас она всё ещё выглядела смущённой и явно заставляла себя проявлять смелость.
Но неужели непременно нужно соперничать с Софией и в этом?..
— У-у... Нечестно...!
— Арису-тян, завтра постарайся победить.
Снизу донеслись голоса.
Арису-тян и Миуми-тян уже лежали на футоне и не видели происходящего на кровати. Они слышали лишь отдельные реплики, а потому могли понять всё ещё неправильнее.
Следовало быть осторожнее.
— Я выключаю свет...
София дождалась, пока все согласятся, и погасила освещение.
«Нужно просто закрыть глаза и спокойно лежать, чтобы больше ничего странного не произошло».
С этой мыслью я попытался уснуть, но...
Внезапно кто-то переплёл свои пальцы с моими.
— Ч-что вы делаете?..
Сердце снова забилось быстрее. Я повернулся к Кудзоуин-сан, которая держала меня за руку.
— З-знаю, это неловко... Но другой такой возможности может не быть...
Даже в полной темноте я понимал, насколько она покраснела.
И действительно, если не случится ничего совершенно необычного, подобная ночь едва ли повторится.
Но разве такой жест не был слишком похож на поведение влюблённых?..
Неужели я нравился Кудзоуин-сан так же, как нравился Софии?
Иначе объяснить её необычную смелость было трудно.
Хотя одно только согласие лечь со мной в одну кровать уже намекало на такую возможность...
А затем София, которая могла лишь слышать происходящее, что-то неправильно поняла и обвила мою ногу своей.
Она не видела, что делает Кудзоуин-сан, так что винить её было не в чем, и всё же подливать масла в огонь ей точно не стоило.
Обычно она ни за что не стала бы вести себя настолько настойчиво. Однако стоило включиться духу соперничества, как София переставала себя контролировать.
Вероятно, она изо всех сил пыталась не уступить Кудзоуин-сан.
Ради собственного рассудка мне хотелось лишь одного — чтобы они больше ничего не предпринимали, поэтому я сдался и замер, позволив двум красавицам делать что вздумается.
Разумеется, без происшествий эта ночь не обошлась.
Раз я не сопротивлялся, обе, похоже, решили, что можно и дальше, и льнули ко мне всё смелее.
А утром — видимо, из-за того, как мы спали, — моя рука оказалась там, где ей быть совсем не следовало. София и Кудзоуин-сан в панике вскрикнули, а Арису-тян неправильно поняла шум и снова обиделась.
Но это уже совсем другая история.