Мне тяжело просыпаться.

В полудрёме я всегда перестаю различать, что реальность, а что сон. Бывало даже такое, что я вроде бы просыпался, но это оказывался сон, и только потом, придя в школу, я узнавал, что проспал.

Мне бы очень хотелось, чтобы игра «Квартет признаний», ставка в которой вечная любовь, оказалась лишь сном, но прояснившаяся после раннего пробуждения голова подтвердила, что передо мной несомненная реальность.

Когда я, молча разглядывая сидящих на проводах ворон, прошёл за ворота школы, в кармане завибрировал смартфон. Проверив его, я увидел, что на моё вчерашнее сообщение «Завтра с утра я уйду по делам, не надо меня ждать», пришло два ответа: «Тогда сегодня мы всё-таки пообедаем вместе», «Возмести мне вчерашнее, ладно?»

Я быстро отправил в ответ «Хорошо», убрал смартфон обратно, а затем осторожно прикоснулся к губам. От воспоминаний о мягком прикосновении я ощутил, как внутри тела расходится жар.

Но обстоятельства не позволяли мне погружаться в такие мысли. Сегодня я специально встал рано, чтобы поскорей встретиться с неким человеком. По словам Сакумы эта девушка всегда находилась с утра в одном и том же месте.

— Сколько раз уже проверял, всё ещё не могу поверить, — пробормотал я глядя на листок бумаги в руках.

Это был подарок от Купидона, который я вчера нашёл у себя в почтовом ящике. В самом верху было написано «32-й Квартет признаний» «Период проведения: 30 июня — 20 июля», а ниже шла краткая информация об участниках. Рядом с невесть когда снятыми размытыми фотографиями были от руки написаны имя, школьный класс и номер ученического билета. Судя по отсутствию конверта с почтовой маркой, ангел доставил эти листки всем лично.

Я ещё раз проверил имена участников, начиная с указанного первым себя.

«Неудачник» Сирасэ Сугуру.

— Сколько ни смотрю, выглядит всё так же жалко…

Около имени было указано название козырной карты, которое появлялось на ней во время выбора. Никакую другую карту я взять не мог, но всё равно чувствовал нестерпимый стыд. Кто ж знал, что название карты будет раскрыто всем.

«Счастье для двоих» Токива Нагиса.

Но, разумеется, здесь есть и свои преимущества. Похоже, у карты Нагисы достаточно мирный эффект. Из этого я могу сделать вывод, что, пусть многое и зависит от её навыка, слишком сильно опасаться её мне не стоит.

Проблема в двух других участниках.

«Хитроумная ловушка» Аогасима Юно.

«Ещё один шанс» Куроива Айка.

Излишне и говорить, что Аогасима-сан — красавица высшего класса. В худшем случае она может победить очень быстро. Куроива отдельный вопрос. Я считал, что мне сойдёт кто угодно, поэтому выбрал её номинальной целью. Но я никак не рассчитывал, что она тоже будет участвовать в игре. Нагиса знает мою цель, так что проблем тут не избежать. Схема взаимоотношений так усложнилась, что мне пора уже волноваться о будущем.

Тяжело вздохнув, я запихнул листок в карман, и как раз в это время вдали показался силуэт Аогасимы-сан. Я почему-то немного занервничал. Слегка напряжёнными шагами я подошёл ближе.

Девушка, подобная цветку с недостижимой вершины, неподвижно стояла у небольшой клумбы с цветами сбоку от входа в школу. Почувствовав мой взгляд, она повернулась ко мне и изящно поклонилась. Сила этого поклона была столь велика, что окажись на моём месте обычный парень — наверняка влюбился бы в неё сразу пять раз.

Хотя то, что она выбрала козырной картой «Хитроумную ловушку», — это слегка неожиданно.

— Что случилось, Сирасэ-кун?

«Что случилось?»

Ко мне вдруг вернулись старые воспоминания. Ах да, в тот раз она заговорила со мной точно так же.

— А… Ну… Доброе утро, Аогасима-сан. Мне нужно с тобой поговорить.

Аогасима-сан мягко поставила лейку на землю и чуть настороженно заметила:

— Мы с тобой… очень давно не разговаривали.

Что ж, ничего удивительного. Сейчас с ней вдруг заговорил одноклассник, с которым она почти не взаимодействовала. Наше знакомство ограничивается лишь одним случайным разговором вне школы в конце прошлого года. Мы тогда, кажется, неплохо поладили, но с тех пор больше ни разу и не поговорили.

— Ну да, давненько, с прошлого октября вроде бы… Ты любишь цветы, Аогасима-сан?

— Да, — на вид немного расслабившись, спокойно кивнула Аогасима-сан.

У её ноги красовался стройный ряд цветов самых разных оттенков.

— А ты, Сирасэ-кун?..

— Ну, как все. Но, помнится, в начальной школе мне нравилось выращивать ипомеи.

— Ясно, — коротко прокомментировала Аогасима-сан и вновь замолчала.

Судя по взгляду, у неё оставались ещё какие-то мысли, но она не смогла сразу найти подходящих слов, и потому, пару раз моргнув, сдалась и перешла к следующей теме.

— Ты… хочешь поговорить о квартете?

— А… да. Именно о нём. Честно говоря, я очень удивился. Не ожидал увидеть тебя в участниках, Аогасима-сан.

— Это так странно?.. Я всё-таки тоже девушка. Даже у меня есть любимый человек, — с абсолютно равнодушным видом ответила Аогасима-сан, которую и так нельзя было назвать богатой на эмоции.

Но по её голосу я кое-как догадался, что мои слова её не обидели.

— Вот как. Прости. И что, вы с ним хорошо ладите?

— Нет… Я на удивление плоха в таких делах.

— Ты соответствуешь своему образу.

В конце концов, за всё время, проведённое в одном классе её сдержанный ясный голос ни разу не достигал моих ушей.

— Но, если я всерьёз постараюсь, то должна справиться… Прости, это ложь. Я совсем не верю в себя. Ни на грош.

Во время каждой паузы между словами Аогасима-сан понемногу опускала взгляд.

Аогасима-сан популярна. Это действительно так. Но не в том смысле, что она находится в центре класса и с ней общается много людей. Скорее, её считают чем-то вроде символа. Ей любуются издали, прямо как пандой в зоопарке. И, похоже, ей трудно самой заговорить с человеком, который ей нравится.

— Тогда почему бы нам не работать вместе?

— Что… ты имеешь в виду? — сощурившись и склонив голову на бок, подобно сове, спросила Аогасима-сан.

— Я участвую в этой игре не ради любви. Моя задача в другом. Поэтому я думаю, что мы могли бы какое-то время сотрудничать. Я поддержу твою любовь, а взамен хочу, чтобы ты… насколько возможно, помогла мне.

— Ты… поможешь моей любви?

Аогасима-сан обвела меня холодным взглядом, словно сканируя всё моё тело. Я ей ни в чём не солгал. Меня устроит победа любого участника, кроме Нагисы. Но если победа будет слишком разгромной, это тоже проблема для меня.

Я напряжённо смотрел за тем, как Аогасима-сан молча думает. Вряд ли кто-то бы сразу согласился на подобное предложение. По правилам мы с ней враги. У любого выгодного предложения не может не быть скрытой части. В моём она тоже есть. Но, разумеется, я не собираюсь подставлять Аогасиму-сан.

— Ну, я понимаю, что ты не можешь сразу поверить мне. Так что для начала, я мог бы что-нибудь для тебя сделать.

— Тогда расскажи мне об эффектах своего навыка и козырной карты.

Аогасима-сан направила на меня пристальный, испытующий взгляд. Ну, раз до такого дошло…

— Если я скажу, что мой навык позволяет отдать один приказ тому, кого я поцелую… ты мне поверишь?

— Да, это легко проверить… Тебе достаточно меня поцеловать, — ничуть не изменившись в лице произнесла девушка, заставив меня немедленно сжаться.

Её безупречно прекрасное лицо ярко блестело мягко-розовым оттенком. Только что двигавшиеся губы застыли на месте, словно дожидаясь от меня действия.

Я сглотнул слюну. Нет, разумеется, я всё понимал. Я не могу так поступить. Но одной мысли о такой возможности хватило, чтобы моё лицо вспыхнуло. Вот какова сила поистине дьявольского очарования Аогасимы Юно.

Когда я, не сумев успокоиться, отвёл взгляд, Аогсасима-сан прикрыла губы обратной стороной ладони и смущённо опустила голову.

— Н-не стоило… принимать мои слова всерьёз.

— Ч-чт… Ох, прости. Не ожидал от тебя такой шутки, — взволнованно замахал руками я.

Видимо, забавляясь моей панике, Аогасима-сан изящно хихикнула. Чувствуя себя не в своей тарелке, я потянулся левой рукой в карман.

— А вот моя козырная карта.

Вытащив карту, я протянул её вперед, следя за тем, чтобы текст на обратной стороне не был виден.

Аогасима-сан пристально вгляделась в карту, будто пожирая её глазами. Чёрные глаза девушки два раза пробежали по тексту, после чего она внезапно вздохнула.

— Смена… цели. Значит, ты хочешь, чтобы она использовала эту карту, Сирасэ-кун? — спросила Аогасима-сан и слегка торжествующе расправила щёки.

От удивления я чуть не выронил карту из рук.

— Поразительно… Ты уже обо всём догадалась? И кстати, ты что, знаешь Нагису?

— Я часто вижу вас двоих по утрам… Ты хочешь сохранить отношения с ней, верно?

— Ха-ха, ты до ужаса проницательна.

Хотя вряд ли настолько, чтобы догадываться о моём желании признаться сразу после окончания игры.

На обратной стороне карты были написаны условия её использования.

«Использовать данную козырную карту можно только после того, как будут использованы карты всех остальных участников».

Иными словами, чтобы Нагиса могла использовать мою карту, нужно сначала заставить всех участников применить свои. Но, если благодаря эффекту карт кто-то осуществит свою любовь, игра завершится, и я не смогу достигнуть цели. Как ни посмотри, это очень трудная задача.

Разумеется, если я воспользуюсь своим навыком, то миссия будет выполнена в два счёта. Достаточно обмануть остальных участников, поцеловать их, пусть даже через силу, и я сразу получу желанную ситуацию. И всё же, пусть воспоминания об игре и исчезнут, я не хочу идти кратчайшим путём и подчинять чью-то волю ради собственной выгоды. Такой процесс не для меня. Каким бы огромным крюком второй путь ни был.

Вот поэтому для управления ситуацией мне нужно сотрудничество. Это мой базовый план на квартет признаний. Сложность задачи выше, чем могла бы быть, но другого пути у меня нет.

— Ну хорошо… и что мне нужно делать?

— Для начала давай обменяемся контактами. А о деталях поговорим позже.

— Ясно. Сперва соберём информацию, а потом обсудим стратегию.

— Да, именно так. Спасибо, Аогасима-сан. В таком случае, рассчитываю на дальнейшее сотрудничество.

Я протянул вперёд правую руку. Аогасима-сан недолго разглядывала её, а затем робко протянула навстречу белоснежную ладонь, принимая рукопожатие… Точнее, так должно было быть.

— Э, что?

Я вдруг обнаружил, что моя рука опустилась. И не только она, рука Аогасимы-сан тоже. Наши уже готовые соединиться руки сами по себе вернулись в изначальное положение.

Мы несколько секунд подозрительно глядели друг другу в глаза. И тут раздался шутливый голос.

— Доброе утречко, Юно. Ты как, здорова?

Возникшая откуда-то сбоку Куроива обвила рукой плечи Аогасимы-сан. Хотя они оказались так близко, что их щёки чуть ли не соприкасались, Аогасиму-сан ничуть это не беспокоило, и потому Куроива расплылась в невинной улыбке, какую она никогда не показала бы мне.

— Да… я только пропустила обед и всё. Прости, что вчера ушла без тебя, — мягко отстранившись от Куроивы ответила Аогасима-сан слегка вялым голосом.

— Ох, впервые в жизни всерьёз на уроках что-то писала. До смерти устала.

— Хи-хи… большое спасибо, Айка.

— А-ха-ха, не благодари за такие мелочи. Мы же с тобой лучшие подруги.

Атмосфера вокруг двух девушек была такой мирной и тёплой, что я отлично понял, как сильно они дорожат друг другом.

Но кое в чём их разговор был неестественным — они ни разу не упомянули квартет признаний. Сейчас Куроива и Аогасима-сан должны быть соперницами, которым нужно обхитрить друг друга. Но по их поведению совсем этого не чувствовалось. Их болтовня звучала так же, как и всегда, словно они ни о чём не знали.

По крайней мере, так всё выглядело для меня. Но внезапно Куроива протянула руку к моей шее. Я сразу же уклонился… должен был уклонится, но она крепко схватила меня за воротник рубашки.

— Ну, а теперь ты пойдёшь со мной, «Неудачник» Сирасэ.

— Э… С-стой, Куроива, давай мирно всё обсудим. Я…

— Ха-а, я не куплюсь на такие фокусы. Разговоры — моё слабое место.

Погоди, если ты не собираешься со мной разговаривать, то что же сейчас случится?! У меня ужасное предчувствие. А конкретнее — дело пахнет насилием. Моё отчаянное сопротивление ни к чему не привело, Куроива утащила меня за собой.

— Сирасэ, встречайся со мной.

— А?.. Э?.. Чего?!

Затащив меня за водонапорную башню на крыше, прижав к стене и отрезав путь к отступлению руками в позе, называемой «кабэдон», Куроива бросила мне какую-то совершенно абсурдную фразу, заставившую меня растеряться.

— Пов-то-ря-ю: встречайся со мной.

Увы, но, похоже, я не ослышался.

Из-за слишком внезапного поворота событий я лишился дара речи. Что происходит? Я вообще ничего не понимаю. Та самая Куроива… признаётся мне?

— Куроива. Ты сейчас… предлагаешь мне вступить в отношения?

— Ну да. Тогда ты сможешь делать с моим телом всё, что захочешь. Чудо, а не предложение, правда? Особенно для одиночки, который всё время читает книжки по истории в углу класса.

Куроива с самоуверенным видом указала большим пальцем себе на грудь. Ладно, не стану возражать в духе «я не одиночка, у меня есть друг Сакума», но я ни на микрон не понимаю мыслей Куроивы. В любом случае — мой ответ очевиден. Я выбрал Куроиву целью, а значит, если я приму её предложение, игра закончится моей невообразимой победой. О-о-ох, что-то не нравится мне такое скоростное прохождение.

— А если я откажусь?

— Тогда я переломаю тебе все пальцы один за другим.

Мгновенный ответ. Что это за абсурд такой?!

— Как бы то ни было, Сирасэ! Ни в коем случае не приближайся к Юно. Я буду встречаться с тобой вместо неё. Я дам тебе всё, чего ты только захочешь.

С этими словами Куроива вдруг распустила жёлтую ленточку на груди… и без малейшего промедления раздвинула края формы, открывая вид на тонкую летнюю рубашку.

— Чего? Эй, стой-стой-стой-стой!

Не обращая никакого внимания на мои крики, Куроива горделиво выпятила грудь и медленно, соблазнительно принялась расстёгивать пуговицы рубашки снизу вверх.

— Эй, что если нас кто-то увидит?! Нет, даже если не увидит, так же нельзя!

— Говорю тебе, всё будет в порядке. Я часто таким занимаюсь, — беззаботно и по-детски невинно ответила Куроива.

Д-д-да что с ней не так, а?!

Вопреки моим желаниям, стук в груди стал чаще и громче. Что происходит? Да что здесь вообще происходит?! Мне нужно сбежать. Я это знаю. Но тут что-то не так. Я уже несколько раз пытался сбежать, но у меня почему-то не получается. Как только я пытаюсь сдвинуться с места, мои ноги сами возвращаются назад.

— Имей в виду, Сирасэ, сбежать не получится. Мой навык позволяет останавливать время.

— Останавливать… время? Нет-нет-нет, настолько нечестных навыков не бывает!

— Чё? Он вообще-то SSR редкости.

Нет, это всё равно странно. Одно дело, если бы мы сражались друг с другом при помощи сверхсил, но мы же в игре, где нужно добиваться любви. Этот навык явно из другого жанра!

— То есть когда я пытаюсь сдвинуться, ты останавливаешь время и возвращаешь меня назад? И всё ради продолжения этого сумасшедшего стрип-шоу? Да что это за абсурд?!

Пока я кричал, Куроива расстегнула последнюю пуговицу, полностью обнажая переднюю часть тела. Кожа, за которой она, видимо, тщательно ухаживала, была гладкой, словно фарфор. Наполовину выглядывающий из-под рубашки синий бюстгальтер был аккуратно застёгнут спереди.

Я не успел и глазом моргнуть, как мои пальцы сами оказались на застёжке. Пожалуйста, пощадите.

— И вообще, почему ты сказала, что будешь встречаться со мной вместо Аогасимы-сан? Я никогда и не собирался с ней встречаться.

— Чего? Я тебе не верю. Юно самая красивая девушка во всём мире, она поистине прекрасна, ей просто нет равных! Нет ни одного парня, которому бы она не нравилась!

— Э-э-э?

Я вообще не понимаю, о чём она говорит. Кажется, разговоры стали и моим слабым местом. Ну серьёзно, кто-нибудь, спасите меня! У меня уже запас слов кончается!

— Т-так, Куроива, успокойся. Смотри мне в глаза. Сделай глубокий вздох.

Что я несу? Моё-то дыхание, наоборот, всё больше сбивается из-за действий Куроивы.

Я загнан в угол. Представить себе не мог, что буду использовать такое выражение в ситуации, когда мои пальцы лежат на женском бюстгальтере. Но обстоятельства и правда ужасны. Неужели у навыка Куроивы нет никакого слабого места? Сколько ни думаю, в такой обстановке голова просто не может нормально работать. Так и не найдя никакого выхода, я сглотнул слюну, и тут…

— Ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-чем ты тут занимаешься, Сугуру-сэмпай?!

Из-за водонапорной башни выглянула бледная, распахнувшая глаза от изумления девушка.

— Н-Нагиса?!

— К-кто здесь?!

В наше противостояние вмешалась третья сила. Пользуясь тем, что Куроива на мгновение отвлеклась, я, не теряя ни секунды, отступил от неё, выходя из зоны её контроля. Затем, быстро набрав дистанцию, ещё раз оценил обстановку.

— Я прибежала сразу, как услышала, что Сугуру-сэмпая тащили сюда, и что же я вижу?! Почему ты заставляешь девушку раздеваться?! И вообще, это ведь Куроива-сэмпай, да?!

— Ну, понимаешь, тут есть свои обстоятельства. Но в любом случае, я рад, что ты меня спа…

— К-к-к-к-к-как же я ошибалась в тебе, Сугуру-сэмпай! Ч-ч-ч-ч-что за постыдный и бесчеловечный поступок — бесчестить женщину прямо при свете солнца! Х-хотя бы дождись, пока засияет нежная луна! Нет, стоп, я не это хотела сказать, у-а-а!

Размахивающая руками и крутящая глазами во все стороны Нагиса явно пребывала в смятении.

— Что это тут такое? Любовная ссора? — выглянув из-за плеча у Нагисы, совершенно беззаботно прокомментировала ситуацию Куроива.

Ты вообще осознаёшь, что происходит, а?

— Уж не знаю, какими методами ты пользовался, Сугуру-сэмпай, но аморальные сексуальные связи запрещены! Полностью! Вот так вот!

— Не кради мои фразы. И вообще, послушай-ка, Нагиса, ты кое-что не так поняла. Жертва здесь я. Куроива схватила меня с помощью навыка остановки времени и сама начала раздеваться. Вот и всё.

— Чего? Ты думаешь, что такие отговорки меня убедя… Хотя постойте, мне трудно в такое поверить, но… Куроива-сэмпай, это правда?

Растерявшаяся Нагиса обратилась за ответом к виновнику ситуации.

— Угу. Я начала раздеваться сама.

— Э… э-э-э?! Но зачем?..

Когда Куроива честно признала вину, правда и ложь поменялись местами. Судья Нагиса запутывалась всё больше и больше.

— «Зачем»? Для соблазнения. Наверное.

— Что ещё за «наверное»?! Это же было соблазнение в чистом виде!

— Н-н-ну ладно, я всё поняла. Но это бесполезно, Куроива-сэмпай! Знала бы ты, сколько раз я пыталась обольстить Сугуру-сэмпая. К сожалению, такие методы на него не работают!

Нагиса обвиняюще указала на меня пальцем. Эм, она вообще о чём?

— Хе-э, ну, это же потому, что ты ещё совсем ребёнок, не? — зловредно пожала плечами Куроива и вдруг… без малейшего стеснения прикоснулась рукой к груди Нагисы.

— У-а-а-а, з-зачем ты меня трогаешь? А-ай, п-прекрати… п-пожалу… а-а!

Всё также демонстрируя пышное тело, Куроива смело, но аккуратно мяла скромную грудь Нагисы. О-ох, какой жестокий контраст.

Спустя некоторое время едва дышащая Нагиса как-то смахнула с себя дьявольские щупальца Куроивы и спряталась у меня за спиной.

— А… ха… уф… М-меня облапали! Даже Сугуру-сэмпай ещё этого не делал!

— Понял, Сирасэ? Ты должен затмить меня.

— Это ещё с чего?!

— С-Сугуру-сэмпай. Кажется, она очень развратная женщина!

— Я уже давно это понял.

— Э-э, ничего не понимаю. С чего это я вдруг развратная?

Что она вообще несёт, когда у неё рубашка расстёгнута? Я много чего хочу ей сказать, но сначала надо покончить со всей этой ситуацией. Посмотрев прямо в синие глаза Куроивы, я медленно произнёс:

— Послушай, Куроива. Соблазнение на меня не действует. Я никогда не займусь ничем подобным с той, кого не люблю.

— Хе-е, но я же чувствую, как ты глазеешь на мою грудь.

Ох, как я мог допустить такую оплошность. Я сам не заметил, как моё внимание перешло на другой синий объект. Похоже, мой взгляд оттянуло нечто, что нельзя игнорировать… Нет, хватит, сейчас важнее другое.

— Т-тем не менее, как бы ты меня ни любила…

Вдруг Куроива сердито изогнула бровь. С её лица в один миг пропало скучающее выражение, и она пристально уставилась на меня.

— Чего?.. Что ты сейчас сказал Сирасэ? Я тебя что?

— Повторяю, как бы ты меня ни любила, соблазнение…

— Я… любила тебя? Чё? Чего?! Чего-о-о-о-о-о?! — перебив меня, сердитым как никогда прежде голосом, закричала Куроива.

Широко распахнув глаза и размахивая хвостиком из стороны в сторону, она с угрожающей скоростью двинулась ко мне.

— Э… это не так! Немедленно исправься! Извинись! Сейчас же! Пади ниц, жуй муравьёв, рыдай и извиняйся! С чего ты вообще решил, что я тебя люблю?!

Ну, ты же призналась мне, разве нет? Не дав мне и шанса на подобные оправдания, с розового язычка девушки слетели следующие слова:

— Ведь я… я… я… я люблю Юно-о-о-о!

Громкое заявление боевитой девушки стремительно унеслось в бескрайнее синее небо.

— Э?..

— У-э?!

— А-а-а….

Прошла секунда, две, три. Наконец, все присутствующие полностью осознали услышанное.

Куроива Айка влюблена в Аогасиму Юно.

— Услышал, да?.. — полностью изменившись в лице и опустив глаза к прорезиненному полу крыши невероятно тихим голосом спросила Куроива.

В такой ситуации отговориться я, конечно же, не мог.

— А… да. Я чётко тебя расслышал.

Получив ответ, Куроива изо всех сил схватилась с за голову и с жалобным стоном рухнула на колени. Размахивая хвостиком золотых волос из стороны в сторону, она с болью в голосе закричала:

— А-а-а-а, это полный провал! Как я могла раскрыться этому неудачнику Сирасэ! Мой план вышел мне боком!

Да, всё именно так. Она только что выдала важнейшую информацию соперникам по игре. При правильном использования знания о том, что девушка, которую Аогасима-сан считает лучшей подругой, питает к ней любовные чувства, можно разрушить их отношения. Разумеется, ни я, ни Нагиса этого делать не собираемся.

— Это же отвратительно, да? Любить человека того же пола? — даже не пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы и подняв к нам только лицо, трогательно спросила Куроива.

Ну, я и правда удивился. Нагиса тоже в шоке. Но если уж надо что-то сказать…

— Да нет, любить, в общем-то, можно кого угодно. Я удивлен, скорее тому, что девушка, которая всё время бегает за парнями, так сильно предана одному человеку.

— Бегает за парнями… Я просто… старалась держать этих назойливых гадов подальше от Юно! — густо покраснев, возразила сидящая на коленях девушка.

— Э? Значит, ты соблазняла парней только ради того, чтобы они не приближались к Аогасиме-сан?

Смушённая Куроива медленно, как в слоу-мо, кивнула. Потрясающая преданность…

— Эй, ты что-то имеешь против?

— Нет, ничего. Значит, ты настолько сильно любишь Аогасиму-сан… Что ж, тогда тебе не о чем беспокоиться, Куроива. Я тебе не враг. Даже наоборот, если ты не против, мы можем сотрудничать.

— Э?.. Сирасэ, а ты, кажется, неплохой парень.

Видимо ободрённая моей поддержкой, Куроива резко поднялась на ноги и зашагала ко мне. Однако ей мгновенно преградила путь Нагиса. И это естественно, ведь с точки зрения Нагисы я под видом сотрудничества предлагаю выбранной цели встречаться.

— А-а, нет, не попадись на его удочку, Куроива-сэмпай! У Сирасэ-сэмпая чёрные…

Упс, больше ты ничего не скажешь. Я тут же зажал рот Нагисе. Её попытки промычать какие-то возражения щекотали мне руку.

— А? Чёрные? У Сирасэ?

— А.. нет-нет, она имела в виду чёрные полосы, как у зебры. На животе они идут горизонтально.

— Ого, правда? А я всегда думала, что вертикально. Как много ты знаешь, Сирасэ.

Уф, похоже, мне удалось её обмануть. Хоть какое-то облегчение. Если бы недопонимание о том, что я люблю Куроиву, дошло до самой Куроивы, ситуация окончательно бы запуталась.

— М-м-му… у-у… М-у-у-у?!

Мне показалось, что я слышу мысленный крик Нагисы: «Не слишком ли глупая получилась отмазка?!» Ну, не могу этого отрицать.

Но в любом случае, если я смогу втереться в доверие к Куроиве, мне будет проще добиться цели. Игра ещё только началась, но ситуация уже складывается благоприятная.

— Разумеется, если мы будем работать вместе, мне потребуется твоя помощь. А я же всеми силами буду поддерживать тебя. Так что рассчитываю на дальнейшее сотрудничество, Куроива.

Я протянул вперёд правую руку. Куроива задумалась, сложив руки на груди, а Нагиса продолжила что-то протестующе мычать.

Наконец, Куроива повернулась ко мне, и в ту же секунду моя рука опустилась вопреки моей собственной воле.

— Прости, но мне не нужна твоя помощь… Я не могу тебе доверять.

— А?! Почему? Всего случившегося сейчас тебе недостаточно?

— Что-то вроде женской интуиции. Я чую, ты что-то скрываешь.

Как проницательно. Тут мне сказать нечего. В отличие от разговора с Аогасимой-сан, сейчас я не могу раскрыть свою цель. Во-первых, я не могу допустить, чтобы о ней узнала Нагиса, а во-вторых, мне нельзя раскрывать эффект козырной карты Куроиве. Если она не сумеет добиться взаимности от Аогасимы-сан при помощи «смены цели», она сможет сохранить отношения с ней и после окончания игры. Проще говоря, для Куроивы моя карта — это запасной выход. Вполне возможно, что она попробует забрать её силой.

Недоверчиво наклонив голову, Куроива подошла ближе и грубо приставила палец к моим губам.

— Может, хотя бы расскажешь, кого ты любишь? А, Сирасэ?

Ответить «Токиву Нагису» я не могу. «Куроиву Айку» тем более.

Моим ответом стало молчание. Этого было вполне достаточно, чтобы Куроива окончательно от меня отказалась. И словно бы в подтверждение этого, зазвенел звонок.

— Ой, быть того не может. Уже начало урока? Чёрт, если я опоздаю, Юно начнёт меня подозревать.

Не взглянув на меня даже мельком, будто показывая, что Сирасэ Сугуру ей больше не интересен, Куроива ринулась к выходу с крыши.

Переговоры провалились.

Впрочем, пока оставим этот вопрос. Тем более что в настоящий момент Куроиве грозит другая опасность.

— А… эм… — неловко попыталась окликнуть её Нагиса, но её слова не достигли ушей Куроивы.

Выхода не оставалось. Я собрал всю доброту, на какую был способен, и громко крикнул:

— Эй, Куроива, постой!

Девушка с дергающимся в разные стороны хвостиком золотых волос недовольно обернулась, будто спрашивая «Чего тебе»? Похоже, она не заметила всей опасности своего положения.

— Ты… забыла одеться.

От моего замечания Куроива резко покраснела, и уже в следующее же мгновение её одежда стала застегнутой. Какой же удобный у неё навык.

— Б-б-без тебя знаю! Не навязывай мне свои мечты увидеть меня на уроках в одном нижнем белье! — плохо изображая уверенность воскликнула Куроива, дозавязала ленточку на груди и, поспешно распахнув дверь, в панике выбежала с крыши.

Эм… я ни о чём таком и не говорил.

— Ясненько. Значит, у тебя фетиш на эксгибиционизм, Сугуру-сэмпай. Я сохраню это у себя в памяти.

Ох, ну и как мне спасать эту кохай, которую лживые слухи увели с пути истинного?

***— Ну, и почему же ты вчера так странно быстро сбежал, а, Сугуру-сэмпай? — пристально уставившись на меня, спросила сидящая напротив Нагиса, ковыряясь ложкой в тарелке с характерным для всех столовых слабо приправленным карри.

Как мы и договаривались, взамен за вчерашнее я сегодня обедаю вместе с ней.

— Ну как же… любой дрогнет после такого внезапного поцелуя от девушки.

— Хм-м-м, значит, ты хотя бы видишь во мне девушку. И с каких же это пор? Раньше ведь я была только «сестрой девушки».

— Хватит надо мной насмехаться. Ты ведь тоже в то время на меня особо внимания не обращала.

— Ну-у… да, это так… Наверное. Но знаешь, Сугуру-сан, я иногда подумывала, что могла бы влюбиться в тебя, если бы ты был моим одноклассником.

— Хе-э… хм-м… ну, не знаю. Скорее нет, чем да.

Чистая и беззаботная улыбка Нагисы заставила меня вздрогнуть. Пожалуй, в этот раз я закрою глаза на то, что она снова на «-сан» перешла.

— А я уверена, что да. Хотя ты действительно слегка угрюмый тип, вечно читающий исторические материалы в углу класса, с которым трудновато заговорить и который склонен оставаться один, утверждая, что дружба только для видимости не имеет смысла.

— Прости, не могла бы ты остановиться?

Что это за сверхточный анализ? И вообще, откуда все знают, что я читаю книги по истории? Неужели это было написано в краткой информации об участниках, и только я об этом не знаю?

— Впрочем, если так задуматься, само предположение, что мы оказались бы в одном классе, абсурдно.

— Вот именно. Я встречался с Минаги, познакомился с тобой через неё, и мы втроём иногда вместе играли. Никакого другого пути быть не могло.

Если бы мы с Нагисой учились в одном классе, то у нас не нашлось бы никаких точек контакта. Поэтому само это предположение не имеет смысла. Но… должен признать, я всё равно рад её чувствам.

— Хи-хи, как много воспоминаний. Во время игр в гонки ты сильно наклонялся вперёд и красочно врезался в стены, в экшен-играх кричал каждый раз, когда получал урон. Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха-ха.

— Хватит, не смейся. Почему ты вспоминаешь только такие моменты?

— Ты любил притворяться спокойным, но во время поражений слегка расстраивался, а когда тебе в конце концов удавалось хоть раз победить, приходил в восторг.

— Ничего подобного. Самое важное — это процесс наслаждения играми. И общение с вами через игры. Я никогда не зацикливался на результатах в виде побед или…

— Ладно-ладно. Мы ещё много во что играли. В головоломки, файтинги, ритм-игры.

— Особенно хорошо тебе давались файтинги. Хотя нет, я помню, что ты просто много тренировалась.

— Ага, очень много. Я знала, что всегда проигрываю сестре, но всё равно очень старалась победить. Потому что хотела… чтобы ты меня похвалил.

— Вот оно как… А сейчас мы застряли в другой игре. Если так подумать, это довольно забавно.

Атмосфера за столом резко потяжелела. На наших подносах остались лишь уже исполнившие своё предназначение посуда и столовые приборы «Ну что, расходимся?», — уже собирался было предложить я, беря в руки поднос, как в этот самый момент…

— Сугуру-сэмпай, что тебе нравится в Куроиве-сэмпай? — завела новый разговор Нагиса.

Встретив её посерьёзневший взгляд, я убрал пальцы с подноса.

Скорее всего, это первая развилка. Подтвердить ли мне ложь, что я люблю Куроиву, или опровергнуть её.

Из-за поцелуя я вынужденно сообщил Нагисе, что «моя цель — Куроива Айка». Но Нагиса поспешила с выводами, считая, что я люблю Куроиву. В настоящий момент это недопонимание работает на меня.

Чтобы я мог убедить Нагису использовать «Смену цели» и сохранить наши отношения даже в случае поражения, мне нужно, чтобы она чувствовала опасность проиграть. Любовь к Куроиве — самое удобное прикрытие для моего нежелания принять чувства Нагисы.

Таким образом, исправлять недопонимание сейчас опасно. Если Нагиса узнает, что я назначил целью человека, к которому не испытываю чувств, то наверняка догадается о том, что я замышляю. Я не могу допустить, чтобы она узнала о моих планах.

— Что мне в ней нравится?.. Хм… Наверное… эм… внешний вид?

— Всё, стоп, ты блефуешь. Тебе нравится внешний вид как у сестры. Ей… я, конечно, уступаю, но всё же напоминаю её достаточно, чтобы тебе нравиться.

Откуда взялось это умозаключение?! Но, к сожалению, она абсолютно права, так что мне и сказать в ответ нечего.

— Нет, я имел в виду… ну… как бы получше выразиться…

Видимо, Нагиса как-то неправильно поняла мою заминку и с очень раздосадованным видом приложила руку к груди.

— Ч-ч-что?! Н-н-неужели под внешним видом ты… Такое оскорбление мне трудно простить даже тебе, Сугуру-сэмпай! В качестве извинений потребуются как минимум три кремовых пудинга!

— Нет, ты меня не так поняла. И вообще, ты разве сможешь съесть три?

— К-конечно нет! Я же совсем не обжора. О, знаю, это просто исследование! На школьный фестиваль наш класс готовит кафе с кремовыми пудингами!

— Хо-о, вы уже определились с программой? У нас даже представителей комитета ещё не выбрали.

— Э? Насколько я помню, комитет фестиваля начинает работать уже завтра, а вы до сих пор никого не выбрали?

— Наш классный руководитель — безответственный человек. Он сказал, что представителей выберем лотереей на следующем классном часу.

— Тогда тебе лучше заранее отказаться от всех планов на завтра. Тебе никогда не ведёт в лотереях, — зловредно усмехнулась Нагиса.

Уверен, эту усмешку вызвали воспоминания о том, как я всегда оставался последним во время игры в «старую деву».

— Это неправда. В последнее время мне достаточно часто везёт. При пересадке в классе я получил очень удобное место.

— Хе-е, вот оно как? Тогда давай сыграем в игру.

Нагиса быстро скатала в комок чек из столовой и положила его в мою правую руку.

— Я должна буду угадать, в какой он руке.

«Но ведь такая игра никак не связана с моей удачей в лотереях», — подумал я, отводя руки за спину и перекладывая бумажку в левую руку. Впрочем, какая разница, почему бы и не сыграть.

— Ах да, раз уж такое дело, может, сделаем ставки? К примеру, на право сходить с тобой на свидание?

Нагиса чуть-чуть наклонила голову и слегка неуверенно рассмеялась. Показывая своё согласие, я протянул вперёд кулаки. В левом — свидание, в правом — пусто. Хотя нет, мне тоже нужна какая-нибудь выгода.

— Тогда, если выигрываю я… ты раскроешь мне свою козырную карту.

— Хм-м-м, вот ты чего хочешь. Ну хорошо, я согласна. Когда на кону свидание с Сугуру-сэмпаем, я не могу ошибиться. Так работает исправление для героини!

— Что это за самоуверенная, но слабо обоснованная теория?..

Нагиса приставила палец к щеке и с задумчивым гулом принялась сравнивать мои руки. После нескольких секунд размышлений её тёплая рука легла на мой правой кулак. «Промахнулась», — подумал было я, и в этот же самый момент…

«Сугуру-сэмпай, ты слышишь мой голос?»

Мне посетило странное ощущение, будто голос звучит прямо у меня в голове.

Что происходит? Хотя нет, пару раз такое уже случалось. Вчера во время поцелуя Нагисы и сегодня, когда я зажал ей рот. Неужели… это её внутренний голос?

— Хи-хи, удивлен? Это эффект моего навыка.

— Ты можешь передавать внутренний голос тому, с кем соприкасаешься?

— Да, именно так. Удивительный навык, не так ли? Вроде бы он редкости SSR!

Сначала остановка времени Куроивы, а теперь ещё один SSR? Да, на первый взгляд способность Нагисы кажется скромной, но в вопросах достижения любви она очень сильна. Её навык позволяет доносить чувства напрямую до сердца любимого. Эта дистанция меньше, чем при разговоре лицом к лицу или шептании на ухо. Любой дрогнет перед таким ударом чувств.

«Я люблю в тебе всё, Сугуру-сэмпай. И пальцы, и руки, и лицо, и трудный характер. Всё».

Голос Нагисы проник в моё тело до самых глубин, распахнул ведущие к сердцу ворота и достиг его. «Мне от него щекотно», — очень старался изобразить спокойствие я, и всё же был вынужден полностью прочувствовать силу этого навыка.

— Понимаю. Значит, это твои настоящие чувства?

— Да. Самые настоящие. Я люблю тебя, Сугуру-сэмпай.

Невинный взгляд Нагисы нанёс мне критический удар. Я не мог свести с неё глаз.

— Но ты ведь уже говорила их вслух?

Будто заново пряча открывшийся бумажный комок, Нагиса вложила свою руку в мою. Её пальцы были почти такими же, как у Минаги, и удобно легли между моими. Моя рука тотчас вспотела.

«Сегодня я смело иду в атаку».

Сквозь плотное соприкосновение горячих рук я отчётливо ощущал частое сердцебиение Нагисы. А значит, и она тоже наверняка чувствовала мой пульс.

«Ну же, Сугуру-сэмпай, выскажись прямо, как я. Скажи, что ты любишь Куроиву-сэмпай».

— Не скажу даже под страхом смерти.

Потому что я люблю не Куроиву. Я люблю Нагису.

Разумеется, я не сказал этого вслух, только прошептал в своём сердце, всего лишь подтвердил свои чувства, но уже от этого моё сердце забилось как бешеное. Не выдержав этой пытки, я быстро отдёрнул руку. В ушах до ужаса ясно раздался звук падения бумаги на поднос.

— В-всё, хватит, Нагиса. Ты победила. Я схожу с тобой на свидание.

Мне стало настолько неловко, что я отвёл взгляд от Нагисы. Если подумать здраво, чем мы вообще занимаемся?! Мы же должны быть просто сэмпаем и кохаем, а я без малейшего сопротивления согласился на все её предложения, взялся с ней за руки.

— П-правда? Т-ты уверен? Но ты же ведь… э… э-э-э… эм… Сугуру… сэмпай…

Покрасневшая до ушей Нагиса приложила руки к щекам, будто стараясь охладить их. Её взгляд плавал из стороны в сторону.

— Ч-что это с тобой, Нагиса? Ч-чего ты так запоздало смущаешься?

— К-кажется моё сердце… вот-вот лопнет. Ещё бы чуть-чуть, и я умереть бы могла. Ведь я… я… так долго соприкасалась с тобой. Конечно же я не могла… оставаться спокойной.

— Да и я то… нет, неважно. Эх ты, сама затеяла эту игру — и самой же неловко стало.

— Ч-ч-чего?! Но у тебя тоже сердце билось как заведённое!

— Ничего подобного… Я просто… слегка испугался перспективы идти с тобой на свидание, — ответил я, хотя чувствовал, что моё сердцебиение ещё далёко от спокойного, а мочки ушей заметно дрожат.

О-ох, плохо дело. Смогу ли я и дальше сдерживать напор Нагисы?

Понятия не имею, что случится, если я влюблюсь в неё ещё сильнее.

***Медленно шагая по коридору, залитому лучами заходящего солнца, я рисовал в голове схему взаимоотношений.

Нагиса любит меня.

Я люблю Нагису, но Нагиса думает, что я люблю Куроиву.

Куроива любит Аогасиму-сан.

Кого любит Аогасима-сан пока неизвестно.

На данный момент все отношения замкнуты внутри круга участников. Хотя эта игра проводилась уже немало раз, я думаю, что наш случай довольно редкий. В обычных обстоятельствах владеющие сверхъестественными навыками участники обладают преимуществом над беззащитными целями и могут быстро сблизиться с ними. Но когда одни участники влюблены в других, эффективно использовать навыки и козырные карты намного труднее.

И всё же Аогасима-сан — особый случай. Вдобавок к красивой внешности она получила игровые способности. И без того сильного игрока сделали ещё сильнее. Хотя ей трудно даются разговоры, если она наберётся храбрости и попробует сблизиться с любимым человеком, не исключено, что игра закончится в тот же момент. Именно поэтому я попытался установить с ней сотрудничество сразу после того, как увидел список участников. Только так я смогу сдерживать её действия.

— …-кун. Сирасэ-кун. Ты меня слушаешь?

— Э? А-а, прости, Аогасима-сан. Я в последнее время очень мало сплю.

Даже во время разговора меня одолевала сонливость, и потому я с глупым стоном зевнул, стараясь захватить побольше воздуха. Так сильно, что даже не смог полностью прикрыть рот рукой.

Похоже, из-за долгого сидения на скучном собрании комитета по проведению школьного фестиваля мой мозг перешёл в спящий режим.

Как и предсказывала вчера Нагиса, моё невезение в лотереях ожидаемо проявило себя. Вытащенный мной чёрный шар «№7» и красный шар «№3» Аогасимы-сан оказались именно теми счастливыми числами, которые назначил наш классный руководитель. Хотя в том смысле, что мы получили возможность разговаривать наедине, мне, наверное, повезло.

— Судя по тому, какой ты сонный, сегодня, наверное, хорошо выспишься.

— Надеюсь, что да. К слову, Аогасима-сан, у тебя есть ещё немного времени? Я думаю, нам уже пора обсудить, как мы будем сотрудничать, — посмотрев вбок, на лицо шагающей рядом девушки, спросил я.

— Хорошо, — быстро кивнула Аогасима-сан.

И всё бы ничего, но мне почему-то кажется, что с тех пор, как мы вышли из конференц-зала, Аогасима-сан ещё ни разу не посмотрела в мою сторону. Она только и делает, что распечатки разглядевает.

Наш разговор прервался. Но эта тишина не была неприятной. Даже наоборот, успокаивающей. Наверное, мои ощущения вызваны воспоминаниями о том случае.

— А кстати, Аогасима-сан, спасибо за тот раз.

— А?.. О чём это ты вдруг?

Сквозь туман я увидел слегка удивлённое лицо Аогасимы-сан. Голову затянуло плёнкой ужасной сонливости. С трудом переставляя будто бы завязшие в болоте ноги, я вспоминал прошлое. Едва ворочая языком в полудрёме я описал события, которые пришли мне на ум.

— О нашей встрече в прошлом году… Я тогда плакал на скамейке из-за того, что Минаги… моя девушка меня бросила, а ты случайно проходила мимо и остановилась меня подбодрить.

— Я просто заинтересовалась, почему ты рыдаешь, вот и всё…

«Что случилось?» — так продолжились мои воспоминания на границе сна и яви. Это был прохладный осенний день. Я был в смятении и не смог сразу ответить тебе, но ты, поглядев на меня, мягко улыбнулась, а затем осторожно присела рядом со мной. Нестерпимо горячие слёзы текли по моим щекам и падали вниз, тебе на руки.

— Я в тот раз так долго плакал… Наверное, совсем не по-мужски выглядел.

— Это… не так. Просто ты настолько сильно дорожил своей девушкой…

Аогасима-сан повернулась ко мне. Наши взгляды наконец встретились. Выражение её лица было как всегда равнодушным, но я ощутил в глубине её глаз какое-то сильное чувство. Однако спустя всего пару секунд она вдруг охнула, слегка покраснев, отвела взгляд и одним глотком выпила бутылочку лимонного чая.

Что это с ней?.. Сегодня Аогасима-сан ведёт себя как-то странно.

Мы сами не заметили, как добрались до класса. Под аккомпанемент доносившихся с улицы криков спортивных клубов мы вместе встали у небольшого окошка и заглянули внутрь класса. К счастью для нас, в комнате никого не было.

Как только я открыл дверь, меня окружила атмосфера спокойствия, словно я оказался на дне глубокой ямы. В тот же миг, несмотря на странную неуверенность, мои заплетающиеся ноги втащили меня внутрь класса.

Моё место в конце ряда у окна освещали лучи заходящего солнца. Словно чем-то ведомый, я, шатаясь, добрался до туда и, опираясь на стену, опустился на стул. Аогасима-сан села рядом со мной… на место Сакумы. Если я ему об этом расскажу, он наверняка обрадуется. И ещё выдаст какую-то чушь вроде «непрямого сидения».

Стараясь отогнать сон, я сделал большой глоток из термоса. Но даже когда чуть тёплый ячменный чай смочил горло, в голове у меня не прояснилась.

— Аогасима-сан, почему ты решила участвовать в «Квартете признаний?»

Пока я задавал этот вопрос, сознание чуть не покинуло меня. Меня не покидало ощущение безопасности, как если бы я лежал в тёплой ванне. Я чувствовал, что стоит мне только поддаться ему, как я сразу же провалюсь в глубокий сон.

— Это трудный вопрос… Если мне всё-таки надо ответить, то, пожалуй, «так сложились обстоятельства».

— Вот как. У меня то же самое.

Наверно, Аогасима-сан так же, как и погнавшийся за Нагисой я, оказалась в этой игре по случайности. Но тогда чего она хочет добиться в ней? Вечной любви или чего-то совсем другого?

Губы девушки, медленно подбирая слова, начали выражать её чувства:

— По правде говоря… я… не собиралась участвовать.

Я должен был ответить ей, но не находил слов. Ясный, как маленький колокольчик, голос звучал прерывисто.

— Я… хотела… добиться… своими силами.

А-а, бесполезно. Сознание исчезает. Я хотел бы послушать её рассказ, но, возможно, я уже нахожусь во сне. Я даже не понимаю, открыты ли мои глаза или нет.

— …-кун. Сирасэ-кун?

— Ох, прости, Аогасима-сан. Кажется, я сегодня не в форме.

У нас должен был состояться важный разговор, но сознание покидает меня. Приятная усталость. Чудесное тепло и чувство защищённости. Похожее на гравитацию притяжение, которому просто невозможно сопротивляться. Такое ощущение, что кто-то специально перемешивает мысли у меня в голове.

Аогасима-сан наконец-то заговорила со мной, а голова и язык вообще не работают.

Я кое-как дотянулся рукой до нагрудного кармана, но даже не сумел вытащить оттуда коробку драже. Я ещё в реальности или уже во сне?

— Всё в порядке… Это действует снотворное, которое я подсыпала тебе в чай.

Понимание запаздывало, я даже не мог подать голоса. Звуковые волны, созданные голосовыми связками девушки, сотрясали мои барабанные перепонки, а мозг расшифровывал смысл этих вибраций. Но даже столь естественный процесс наполняли задержки, как во время связи с далёким космосом.

Это ведь сон, да? Я два раза моргнул. Я должен проснуться. Но проснуться не удавалось. В голове стоял туман, я даже не мог нормально двигаться.

Мне казалось, что всё это происходит с кем-то другим. Я будто бы следил за историей, разворачивающейся на сцене театра.

И хотя я понимал, что сейчас должно случиться, единственное, что предлагал мой разум, — принять всё как есть.

Аогасима Юно заправила красивые чёрные волосы за ухо.

Словно выбрав подходящий момент, её осветил закат.

Слегка наклонив ярко-красное лицо, первая красавица школы без малейшего промедления придвинула его к моим губам, словно её что-то тянуло туда. За миг перед прикосновением она закрыла глаза.

Какой же красивый финал… Не думая о произошедшем с моим телом, не желая об этом думать и стараясь убежать от реальности, я мог воспринимать это событие только так.

Мне казалось, что мягкое, слегка влажное прикосновение к губам длится целую вечность.

— Ах…

И едва ощутимые, похожие на дрожь трепетания, и хрипловатые вздохи не ощущались реалистичными.

Наконец, ещё что-то мягкое боязливо, словно в поисках чего-то, прикоснулась к моим зубам и сразу же исчезло, будто сбегая прочь. Видимо приготовленный специально вкус лимонного чая мягко распространился во рту.

— Уф!..

Наконец отступившая от меня Аогасима-сан с выражением блаженства на лице чуть нерешительно, но всё же дерзко вытерла уголки губ обратной стороной ладони.

Совершенно ошеломлённый, я продолжал думать. Это не может быть реальностью. Это должен быть сон. Тогда что же мне делать? Сказать ей что-нибудь? Например, что задерживать дыхание необязательно? Ха-ха, конечно же, нет.

— Это ведь сон… да?

В ответ на вопрос, который я наконец сумел из себя выдавить, стоявшая передо мной девушка до жестокости медленно помотала головой. Более того, она сказала мне:

— Сирасэ-кун, пожалуйста, выслушай мою просьбу.

В её глазах читалась уверенность, что эту просьбу я обязательно выполню. Не может быть. Неужели…

Она поцеловала меня, и теперь я должен выполнить один её приказ.

Но откуда Аогасима-сан узнала о слабом месте моего навыка?

Я побледнел. Моя сонливость исчезла, словно раздувшийся до предела и лопнувший воздушный шарик. Оставшийся на губах лимонный привкус заставил меня осознать… это неоспоримая реальность.

— Сирасэ-кун. Тот, кого я люблю, — это ты. Поэтому я прошу тебя…

Нет, прекрати!

Умоляю тебя, прекрати!

Я захлопнул глаза. Заткнул уши руками. Лишь бы меня не достигли слова, которые положат конец всему.

Но я был абсолютно беспомощен перед лицом правил.