Прошло время.

— Завтра тот самый день, апостол Ли Сихон.

— Понял. Можете идти. Я прекрасно осознаю, что должен сделать.

— Да. И, пожалуйста, возьмите это.

Накануне назначенного дня сектант, пришедший ко мне, протянул красный хрустальный шар с начертанным на нем магическим кругом.

— Если вы используете этот шар, то вместе с одним человеком, находящимся в радиусе трех метров, перенесетесь в подвал нашего культа.

— Вот как.

— Да. Пока мы будем выполнять нашу основную задачу, мы хотим, чтобы вы, апостол, привели кандидата в апостолы — Джиндаллэ.

— Понял.

Я взял хрустальный шар. Внутри него было начертано множество магических кругов, расшифровать которые не смог бы даже я.

«Ну и дела. Это всё равно что доверить коту охранять рыбу».

Но чем больше они так поступали, тем сильнее я настораживался.

Односторонне переданные приказы обычно скрывают истинные намерения.

— Шурх.

Люди в черных капюшонах исчезли. Теперь я уже мог примерно считывать их движения.

«Так, посмотрим».

Пошарив в кармане, я достал телефон и связался с Ли Сеён.

— Да, алло. Учитель. Не могли бы вы подготовить для меня одну вещь... нет, две вещи?

Глубокой ночью я так и не сомкнул глаз.

* * *

Из-за тревоги на сердце сон никак не шел.

Всё потому, что день, о котором предупреждал Ли Сихон, настал именно сегодня.

Сегодня важный день, когда нельзя ослаблять бдительность, но, возможно из-за напряжения, как бы я ни старалась, я не могла уснуть.

Чтобы насильно вызвать сон, я выпила алкоголь.

Когда алкоголь попал в организм, тело бросило в жар.

Я обняла розовую подушку и уткнулась в нее лицом.

[Даллэ. Крепко запомни эти слова.]

Сквозь опухшие веки мне мерещилось предсмертное письмо отца, которое я видела тогда.

[Не верь этому мужчине.]

Маленькая девочка, прижимающая к себе окровавленное письмо. Ее вид в обнимку с игрушечным кроликом был невыносимо жалким.

Девочка рыдала навзрыд, а перед ней одиноко лежал мужчина со сломанной шеей.

[Прости, что показываю тебе такое жалкое зрелище. У меня не было уверенности, что я смогу жить дальше. Прости меня.]

Выцветшее письмо, в котором повторялись лишь извинения. Следы от слез, впитавшиеся в него.

От одного лишь воспоминания об этом грудь сжималась, и я тосковала по тем давним, счастливым дням.

[Папа просит прощения.]

Единственный человек в моей жизни, который любил меня.

В детстве я ничего не понимала.

Какое выражение лица бывает у человека, находящегося на грани срыва, как выглядит лицо того, кто медленно разрушается изнутри.

Ночь накануне смерти этого мужчины. То пустое и опустошенное выражение лица, которое я тогда видела, до сих пор иногда снится мне в кошмарах.

Я помню обиду этого человека.

Смысл его вечно нахмуренного лица я поняла только тогда, когда мне исполнилось двенадцать.

— Чик, чирик?

Маленькая птичка, отреагировавшая на мои нахлынувшие эмоции, подлетела ко мне и склонила голову набок.

Бессловесный дух среднего уровня. Последний подарок, который оставил мне тот мужчина.

— Тррр, тррр.

Теребясь щекой о щеку приятно щебечущего духа, я с трудом провалилась в сон.

* * *

— Я принесла то, что ты просил. Этих двух хватит?

— Этого с лихвой хватит.

Услышав мои слова, Ли Сеён поморщилась и передала мне два светящихся кристалла — красный и фиолетовый.

— Используй с умом. Эти два кристалла стоят как одна пилюля Древа. Они чертовски дорогие.

— Да сколько же стоит эта пилюля Древа, раз вы так говорите?

— В зависимости от рыночной цены. Когда они в дефиците, цену задирают до небес.

Я понял, что они баснословно дорогие.

В любом случае, я взял то, что нужно было взять, и закончил приготовления, так что оставалось только следить за их появлением.

«То, что они придут — вопрос решенный. А вот Джиндаллэ……»

Хотят ли они, чтобы я сам накрыл на стол, или они накроют стол, а мне нужно только увести её?

На самом деле, мне было всё равно.

Когда я надел на плечи рюкзак, который ненадолго поставил на пол, Сеён со вздохом произнесла:

— Около двух часов состоится всеобщее собрание Академии. Вероятно, они нацелились именно на это время. Оно проводится по воле Древа Мира, поэтому пропустить его невозможно. Так что, Сихон.

— Да.

— Меня сегодня не будет.

Я молча кивнул. Сеён, обхватив мою шею одной рукой, легонько постучала меня по макушке.

— Мелкий. Нацепил маску и нагоняешь пафос.

— Да блядь, разве не учительница сама этот пафос нагнала?

Услышав ругань, Сеён довольно захихикала.

— Да ну. Ты хоть понимаешь, как я из-за тебя настрадалась? Хваталась за ноги коллег по Академии и выла на все четыре стороны. Умоляла помочь нашему мальчику.

— Какому еще нашему мальчику.

— Ты же еще ребенок. Малыш.

— Вау, так вот в какую сторону у учителя предпочтения? Я немного разочарован.

— Сумасшедший ублюдок, за словом в карман не полезет.

Молчание.

Не выпуская мою шею из объятий, Сеён расслабила руку, которой только что меня постукивала, и погладила по голове.

— Короче, просто не сдохни. А то если мой секс-партнер умрет, мне будут сниться кошмары.

— Могли бы просто честно сказать, что вам будет одиноко без меня.

— Ни капли. Чрезмерное самомнение мило лишь до определенного предела, придурок.

Усмехнувшись, я незаметно протянул Сеён письмо.

— Это еще что?

— Если мое возвращение в Академию немного затянется, передайте это Джиндаллэ. Ей же нужно будет объяснить, что к чему, верно?

Сеён склонила голову набок, но охотно взяла письмо, и после короткого зрительного контакта мы отдалились друг от друга.

— Вжжжух.

Ли Сеён вошла в класс как преподаватель, а я — как один из кадетов.

— Хлоп!

Войдя, она громко ударила по учительскому столу, и взгляды кадетов устремились в одну точку.

— Так!

Усмехнувшись, Ли Сеён обратилась к кадетам.

— Я пришла, всем встать! Джинсу. Ты что, вчера пил? Сону, ты прошлой ночью опять с парнем встречалась? Чтобы прогнать сонливость, сегодня мы будем выкрикивать утреннюю кричалку, специально придуманную вашим учителем. Есть недовольные?

Не могло быть и речи о том, чтобы кто-то выразил недовольство.

Она всем своим видом показывала, что не оставит в покое того, кто не будет повторять за ней.

— На тренировке — как в реальном бою. Никогда не ослабляйте бдительность.

— На тренировке — как в реальном бою! Никогда не ослабляйте бдительность!

— В случае возникновения непредвиденной ситуации — собираться в актовом зале.

— В случае возникновения непредвиденной ситуации — собираться в актовом зале!

В актовом зале находились всевозможные магические существа, полезные для обороны. Любые агрессивные действия внутри актового зала не допускались, и там располагался один из стражей.

— Все знают, где находится актовый зал? Прямо в центральном здании.

— Да!

— Отлично! У учителя собрание, так что мне нужно успеть на утренний рейс. Занимайтесь самостоятельно и не ленитесь!

— Вжжжух.

Звук закрывающейся двери прозвучал один раз, и кадеты снова либо провалились в сон, либо приступили к самообучению.

Похлопывая по принесенному рюкзаку, я прокручивал в голове симуляции.

Время текло медленно.

Я тихо наслаждался этим промежутком времени, который можно было назвать и длинным, и коротким.

10 часов. Короткий тест по математике оказался довольно сложным.

11 часов. Благодаря отсутствующему профессору я смог привести мысли в порядок.

12 часов. В одиночестве сходил в столовую и поел.

1 час. Я занял место там, где Джиндаллэ не могла меня видеть, и начал за ней наблюдать.

Медленно подступающая тревога давила на меня, заставляя немедленно покинуть это место.

— Вууууух.

Магия в воздухе пришла в движение.

Некоторые кадеты с хорошей интуицией, видимо, заметили неладное и начали перешептываться.

Я достал из кармана телефон и набрал номер, который мне передала Сеён.

— Гудки. Щелк.

[Алло~ Ты напарник Сеён?]

— Да, нуна. Напарник. Слышал, учительница вам немного задолжала.

[……Омо, посмотри на него. Какой дерзкий.]

— Судя по всему, начнется прямо сейчас.

[Я знаю. Мы как раз-]

— Шшшх. (Помехи)

[-уже ведем бой.]

— Пшяк — из динамика телефона донесся звук разлетающихся кусков плоти.

[Впервые вижу, чтобы спецназ, охрана и полиция собрались в одном месте. Благодаря тебе всё решается без сучка без задоринки. Спасибо. За счет этого смогу немного поднять свои показатели. Я покажу им силу легавых.]

— Да, удачи вам в работе. А поддержки от вас не будет?

[……С этим будет сложновато. А-]

— Ах ты ж пидарас, бьешь в спину, когда человек по телефону разговаривает!

[-Я вешаю трубку.]

— Пип.

— Кьяяяяяяяяяяяяк!

Тут же раздался пронзительный крик.

Когда я повернул голову туда, где в самом разгаре шли занятия, то увидел, что место, где стоял инструктор, было забрызгано кровью.

При виде грубо оторванной головы, катящейся по полу, к горлу подкатила тошнота.

— ……Хуу.

Тук, тук, тук, тук. У меня было лишь мгновение, чтобы привыкнуть к впервые увиденному зрелищу. Глядя на черные силуэты, окружившие всю аудиторию для практических занятий, я поднялся на ноги.

Я сунул отключившийся телефон в рюкзак и достал хорошо наточенный меч.

За моей спиной появился человек в черном капюшоне.

— Апостол Ли Сихон. Мы готовы. Сейчас я объясню детали операции-

— А, да. Валяй.

— ……Апостол?

В голосе женщины сквозила растерянность.

Сектантка в капюшоне дрожала, с недоверием глядя на свою грудь.

— Но почему-

— Хорошо, что моя сила духа возросла. Раньше меня бы уже стошнило несколько раз.

— Вжих!

Я одним рывком вытащил меч, пронзивший её сердце.

Переулок между зданиями залило кровью. На мою остывшую щеку брызнули капли крови.

Женщина, чье тело резко согнулось, открыла свое лицо и медленно осела на землю.

Я впервые убил человека.

Ощущение разрезаемой плоти, передавшееся через рукоять.

Мерзкое чувство. Ощущение, которое я не хотел бы испытать снова.

Однако останавливаться я не собирался.

— Вжик.

Я перерезал горло следующему сектанту, который последовал за мной.

Возможно, благодаря тому, что я твердо решил для себя, начиная со второго раза особых эмоций не возникало.

Рубить, протыкать. Отрезать.

Сколько десятков людей я зарубил вот так, в месте, о котором никто не знал?

Благодаря постепенно накапливающемуся опыту, даже за этот короткий промежуток времени я становился всё более искусным.

Расположение костей и мышц. Где нужно рубить, чтобы человек легко умер.

Сектанты были быстрыми, но, привыкнув к их скорости, я мог улавливать их взглядом, даже не используя магию.

— Ах ты предатель!

— Ааа. Апостол, за что!

Стоило мне выйти из переулка, как один из сектантов закричал именно так.

Сектанты, окружившие кадетов, включая меня, свирепо пялились на меня с лицами, искаженными жаждой убийства.

Охваченные ужасом кадеты робко взглянули на меня и, увидев мой вид, испугались до смерти.

— ……Сихон, ты.

— Сихон. Я сдержал обещание.

Чон Сиу стоял с легким удивлением на лице, а Сансую — всё так же безэмоционально.

В руках у обоих были зажаты мечи, отнятые у сектантов.

— Апостол Ли Сихон! Твоему поступку нет прощения!

В глазах сектанта, издававшего жуткие крики, светился зловещий блеск.

Я сделал вдох и, глядя на мужчину перед собой, открыл рот:

— Сразу видно, вы ведь ожидали от меня чего-то подобного. Разве нет?

Мужчина знакомой комплекции, одетый в такую же мантию с капюшоном, как и остальные.

Он скинул капюшон со своей головы и горько усмехнулся, всем своим видом выражая искреннее сожаление.

— Как жаль, брат. Я так надеялся, что ты блестяще выполнишь это задание и непременно встанешь на нашу сторону.

— Да неужели?

— Но оракул нарушить нельзя. На этот раз... да, видимо, это испытание Того Самого. За любовь нужно платить взаимностью. Если ты покаешься прямо сейчас, я не стану спрашивать с тебя за твои ошибки.

【 «Древо Мира Непорочности» показывает средний палец! 】

— Мне тут только что Древо Мира передало. Велело послать тебя нахуй.

— Ха-ха. Тебе хочется шутить в такой ситуации?

— Я серьезно.

— Что ж, ничего не поделаешь. Раз уж всё обернулось так…… придется поймать тебя и промыть мозги, какие еще варианты? Это твой последний шанс, апостол Ли Сихон.

【 «Древо Мира Непорочности» злобно кричит! 】

— ……Древо Мира просило передать, что твоя мать — шлюха.

— Ты перешел черту.

Глядя на его окаменевшее лицо, я рассмеялся.

— Древо Мира и правда та еще заноза в заднице, да.

Я с явной враждебностью направил кончик меча на Сонхана.

Сонхан с искаженным лицом цокнул языком и кивнул куда-то в сторону.

Там сектанты более высокого ранга, которых я раньше не видел, в белоснежных масках размахивали мечами.

А перед ними виднелась Джиндаллэ, принимающая их удары на свой защитный барьер.