Последняя павшая клыкастая отличалась от остальных. У неё был восьмой уровень, и система обозначила её как Клыкастую доминатрицу. Она погибла под сокрушающим молотом Брэндона.

Музыка прекратилась, и свет вернулся к нормальной жизни. Мир застыл. Появилась надпись «Победитель!». За моей спиной Крис упал на колени и низко опустил голову. Мы просто смотрели друг на друга, и никто ничего не говорил. Имани помогла Иоланде принять исцеляющее зелье, и та поднялась с земли, пошатываясь и держась за ушибленную сторону головы. Агата поплелась в мою сторону; она трясла кулаком. Сумасшедшая была в крови, но, кажется, не замечала этого.

– Отдай! – провизжала она.

– Вот.

Я вернул магазинную тележку, вытащив ее из инвентаря в полуметре от земли. Грохот от падения получился неслабый.

С воплем «Эй!» Агата вцепилась в лежавший сверху пакет IKEA и сразу заглянула внутрь, как будто опасаясь, что я что‑то украл. И с подозрительным видом поправила розового фламинго, пристроенного с краю.

– Ты могла бы и сама убрать тележку в свой инвентарь, – заметил я. – Незачем во все углы её катать.

– Она не прошла обучение, – вступилась Иоланда. Эта маленькая женщина, у которой всё лицо было окровавлено, достала кусочек материи и принялась вытирать лицо Агаты. – У неё пока нет инвентаря.

Этот факт меня не удивил. А удивило то, что у Агаты был второй, а не первый уровень. Как ей это удалось? Она не входила в партию «Медоу Ларк». Какой была её история? Хотя нет, понял я, сейчас она получила уже четвёртый уровень – из‑за босса. Агата ничего не делала, но она присутствовала, а это уже не совсем ничто. У нас с Пончиком сейчас десятые уровни. Полпути до одиннадцатого. Мы приобрели тонну опыта, больше, чем я мог предположить. У Имани уже одиннадцатый. Крис с Брэндоном миновали семёрку и доросли до восьмого. Иоланда перепрыгнула с пятого на шестой.

Мне даже не хотелось знать, каким образом распределяется этот опыт. Скорее всего, имелась дюжина независимых счётчиков, которые отслеживали всё и вся. У меня от этих вопросов разболелась бы голова.

– Нужно собрать всё, что оставил босс, – напомнил я.

– Всё здесь, – сказала Пончик. – У леди доминатрицы. Я своё уже забрала.

Я в первый раз огляделся, осознавая, какой же ущерб мы причинили. Мы все вышли из переделки относительно невредимыми, но эта часть зоны и все, кто в ней находился, выглядели так, как будто их щедро полили сверху из гигантской кастрюли со «СпагеттиОс». Повсюду валялись искалеченные и выпотрошенные трупы клыкастых вперемешку с обломками нашей крепости.

– Дела пошли не так, как мы рассчитывали, – заметил Брэндон и тряхнул рукой; во все стороны полетели брызги крови.

– Мы живы, – ответил я и наклонился к трупу клыкастой за непокорным предметом.

Мне подумалось, что наш ИИ захотел стать шепчущим воплощением Дэвида Аттенборо, когда он принялся зачитывать описание предмета.

Площадка гильдии района

О‑о, посмотрите на себя. Бесстрашный исследователь. Одинокий. Растерянный. Напуганный.

А ведь нет причин бояться. Сегодня, сейчас, вы достойны доверия, и гильдия района добавит типы монстров на карту этой области. Теперь, когда вы глядите в неизвестность, страх ослабевает. Вместо того чтобы рыться в чуждой, таинственной тьме, где вас пожирает невидимый ужас, теперь вы можете точно узнать, что за твари намереваются сожрать ваши вкусные внутренности.

Я только моргнул, ознакомившись с описанием, затем раскрыл миникарту и уменьшил масштаб. Бесспорно, индивидуальные сектора выделены. Бóльшую часть экрана занимала большая арена, но края изображения давали представление о нескольких прилегающих секторах. Я мысленно воспарил над отдалённым юго‑востоком, областью, куда никто из нас не вступал. Туман войны скрыл коридоры, но когда я взлетел над местностью, передо мной возникла подсказка.

Топорокрылы, уровень 2‑5

Это могло оказаться исключительно полезным, но, как и в случае с картой местности, отражённая на карте района территория была чересчур ограниченной. Я не знал, как велик в этой игре «район», хотя и подозревал, что находящаяся в поле нашего зрения область сжалась.

– Эй, детки, всё у вас хорошо?

Прозвучавший за дверью голос эхом отдался в просторной комнате. Повернув голову, я увидел старого человека; он подбирался к двери комнаты при помощи ходунков, которые постукивали всё ближе по мере того, как старик приближался к своей цели.

– Мы услышали громкий шум, и ворота, оказывается, исчезли. О боже, тут пахнет чем‑то ужасным.

– Рэндалл, не входите сюда! – крикнула Иоланда и торопливо засеменила навстречу гостю.

Я переключил внимание на следы резни. Бросались в глаза несообразно короткие ноги клыкастых, оканчивавшиеся копытами. Обуви у них не было. Я поднял широкий свободный смокинг. Он был весь в крови, и от него воняло водянистой диареей. Я забросил его в свой инвентарь.

Подошёл Брэндон и встал рядом со мной. Было похоже, что парень контужен.

– В дрожь бросает, правда? – сказал я, кивая на поле кровавой бойни. – Они же не из нашего мира. Они чужие, правда же? Но на них смокинги. Смокинги‑то – земная одежда, они не привезли смокинги с собой. Я не понимаю.

– Я об этом же спрашивал нашу мистрис Тиату из учебной гильдии. – Брэндон нагнулся и что‑то поднял с пола. Острый зуб. – Нам в самом начале пришлось драться с одними мобами. Маленькие обезьянки, выдыхающие огонь. Носили lederhosen.Ты понимаешь, о чём я? И эти жуткие немецкие костюмы с шортами и шляпами. Одевались как официанты в Октоберфест.

– Да, знаю, что ты имеешь в виду, – подтвердил я.

– Ну… Она сказала, что Синди… – Он помолчал, с сомнением посмотрел в потолок. – Ну, большие парни не только миллионы лет назад заселили людьми наш мир, но всё время управляли людьми и здесь. Так что иногда мы встречаем здесь людей, но не из нашего мира. Она сказала, что в каждом мире складывается своя уникальная культура. И эти парни управляют культурой. Изобретают, пишут книги, сочиняют песни, приносят то, что уже существует. Она говорила, что каждый мир выходит со своей индивидуальной культурой, языком. Но есть и универсальные вещи.

– Но зачем? Что они от этого получают? Выглядит хлопотно.

Брэндон пожал плечами.

– Может быть, они считают, что мы будем лучше контактировать, если дать нам что‑то общее. Но я не знаю. Наверное, мы и не узнаем никогда. Мы видим только то, что нам позволяют видеть.

Я собрал лут с клыкастых, которых убил сам. Нашлась кое‑какая ювелирка, не заколдованная. Рубиновое колье, например. Мне показалось, что оно должно иметь ценность, если судить по моему рабочему списку. И странные кожаные штучки с той женщины я тоже забрал. Система назвала их Свиными уздечками .Больше никакой добычи в моей куче не было.

Инами взяла двумя пальцами огромный страпон‑фаллоимитатор и с брезгливым видом отбросила его. Пончик подскочила к нему и отправила в свой склад. Потом посмотрела на меня.

– Всё берем, правда?

Я кивнул.

– Всё.

Я собрал все ниндзя‑звёзды, какие смог найти, и все обломки редута, что сохранились целыми. В моем инвентаре появилась новая табличка: «Бесполезный мусор».

Ещё я уделил несколько минут тщательному поиску того, что могло остаться от той партии, которая дралась с боссом раньше нас. Их кресты на карте не появились. Как и кресты стариков, которых убила Инами. Почему – я не знал. Может быть, был какой‑то временной лимит для появления крестов. В этой игре так много всяких собачьих правил, что просто невозможно уместить в голове всё.

Наконец мы с Пончиком приблизились к лестнице. Силовое поле исчезло. Счётчик времени уведомлял, что осталось пять часов, и обратный отсчёт продолжался.

Я оглянулся через плечо на остальных. Брэндон тихо беседовал с братом, а Иоланда с Инами начали собирать подопечных в большой комнате. Крис торопливо удалился, пока я смотрел. Я точно знал его намерения. Он направился в зону безопасности, чтобы сообщить трём десяткам ожидающих, что они могут отправляться. Если хотят.

Я тихонько спросил Пончика:

– Что ты хочешь сделать?

– Смотря что ты имеешь в виду под «сделать».

– Скоро мы будем спускаться по той лестнице. Это новый этаж, новые опасности. Мы можем держаться этих людей, можем идти своей дорогой.

Пончик подняла голову, и её большие зелёные глаза впились в меня.

– Ох, Карл. Как получается, что я угадываю твои планы раньше, чем ты что‑то сделаешь?

Я посмотрел в сторону собирающихся стариков и кивнул. Вот же дерьмо.

– Чёрт побери, Пончик, – выговорил я.

Она была права. Безусловно. Какой смысл в том, чтобы жить, если мне не жилось с самим собой?

Я полез в карман, достал последнюю сигарету. Долго смотрел на неё. Взял в рот. Поджёг. У неё был вкус пепла.

– Я предлагаю поступать так, как мы поступали раньше, – сказала Пончик. – Нам не обязательно выбирать один вариант или другой. Мы найдём место, где они будут в безопасности, после чего развернёмся и пойдём своей дорогой. Можно сохранить свою партию и создать общий чат с остальными. И я знаю, как поступить дальше. Когда мы найдём следующую лестницу вниз, то придём к остальным и возьмём их с собой.

Я улыбнулся кошке.

– Я знал, что где‑то внутри есть хороший котёночек.

Она ощетинилась.

– Моя бы воля, я бы их всех оставила. Но я знаю, что ты – добренький слабак. Кроме того, если мы переведём их вниз, на третий этаж, нам понадобится кто‑нибудь с руками, если надумаешь превратиться в кота.

– Я не собираюсь превращаться кота, – ответил я. – Не смогу, даже если захотел бы. Так сказал Мордекай.

Я бросил сигарету, не докурив. Затёр её о пол. Опустился на колено и погладил Пончика. Она мне это позволила.

– Кстати, – снова заговорил я, продолжая гладить кошку, – я давно собирался тебя спросить. Кто такой Фердинанд?

Пончик отодвинулась от меня. Её хвост пришёл в движение.

– Понятия не имею, о чём ты толкуешь. Кто бы он ни был, звучит жутковато. Погоди… Где Агата?

Я огляделся и не увидел этой сумасшедшей. Вышла наружу? Я повернулся к лестнице. Лестницы там не было вообще, но возник пологий скат. Чёрт. Эта женщина хочет быть убитой.

– Ладно, вот план, – сказал я Брэндону позже, когда мы закончили осмотр лестницы. – Мы спускаемся туда, убеждаемся, что вам и вашим людям там будет комфортно. Вам нужна наша помощь с вашими подопечными?

– Нет, – ответил Брэндон. – Мы всё поняли. Вы не хотите спуститься и там открыть ваши ящики?

– Хочу, но ближайшее подходящее место довольно далеко, а испытывать судьбу меня не тянет. Мы спускаемся и стараемся найти ближайшую зону безопасности. Наш приятель сказал, что найти зону на втором этаже будет не труднее, чем на первом. Как только у нас получится, мы проложим туда безопасную дорогу.

– Тогда хорошо.

И Брэндон протянул мне руку.

– Спасибо. Я говорю серьёзно.

Я пожал потянутую руку. Затем Брэндон опустился на колено и приласкал Пончика.

– И я серьёзно, Принцесса Пончик.

– Конечно, милый.

И она прижалась головой к его ладони.

– Ох, – вздохнул Брэндон. – И постарайтесь, пожалуйста, найти Агату, если сможете. Она сумасшедшая, но она наша сумасшедшая.

Я кивнул, и мы двинулись к спуску. Подойдя, я посмотрел на Пончика.

– Ты готова?

Она взмахнула хвостом, и я последовал за ней вниз по скату.

Миновав скат‑бывшую‑лестницу, мы увидели дверь, почти точную копию той, через которую входили в Подземелье. Я вытаращился на резное изображение Куа‑тин. Да что за чёрт такой?

И толкнул дверь ладонью.

Но увидел не длинный проход, как в прошлый раз, а вспышку света. Ощутил дезориентирующую тошноту, а потом появилось чувство падения, и мы оказались в обитой мягкой тканью комнате перед необычной круглой дверью. Все мои диаграммы состояния пропали.

В изумлении я повернулся вокруг своей оси. В комнате стоял продавленный диван, обитый, по‑видимому, синим бархатом. Под ногами у меня лежал мягкий толстый ковёр, тоже синий. Вокруг странным образом ощущалось какое‑то движение, и я понял, что мы находимся на судне. Опыт позволил определить, что судно большое, но не огромное.Может быть, метров тридцать.

В дальнем конце комнаты находилась барная стойка, на ней – богом клянусь! – корзина с фруктами. Около мусорной корзины стояла миска на ножке, наполненная, судя по внешнему виду, кошачьим кормом.

Я инстинктивно сжал кулак, и на нём появилась моя боевая рукавица. Испытав облегчение, хотя всего лишь частичное, я отпустил своё оружие.

– Что это за бесова хрень? – спросил я.

Пончик прыгала на месте. Её хвост был спокоен.

– Карл, Карл! Это происходит! Это на самом деле!

Когда мой сбитый с толку мозг начал понемногу справляться со столь внезапной сменой обстановки, дверь открылась и вошла женщина в чёрном платье простого покроя.Человеческого рода, но, несомненно, не земного происхождения. Тонкая до абсурда. Не анорексичная. Просто она казалась более сплюснутой по сравнению с обычной женщиной. Рост её был примерно под метр семьдесят, то есть нормальный, но ширина головы составляла примерно три четверти от обычной, что заставляло подумать об эльфах, хотя у неё не было приписываемых эльфам заострённых ушей. Она была примерно моего возраста, с азиатскими чертами лица, но с длинными светлыми волосами, забранными в тугой пучок. В руках она сжимала планшет.

– Здравствуйте, Карл и ваше величество Принцесса Пончик, – приветствовала она нас на синдикатском стандартном. У неё был светлый, певучий голос. Почти как в мультфильмах. – Моё имя Лексис. Я ассистент продюсера программы «Обходчик на досуге с Одеттой». Поздравляю вас с завершением последней битвы и спуском на второй этаж. Одетте было бы приятно взять у вас интервью в прямом эфире, поскольку вы достигли значительных успехов.

Пончик взвизгнула от удовольствия

.