Просмотры: 998,3 трлн.

Последователи: 16,5 трлн.

Любят: 3 трлн.

Я проснулся словно специально для того, чтобы обнаружить перед глазами послание от Брэндона, такое длинное, что оно закрывало всё поле зрения. Я отложил чтение на то время, которое требовалось, чтобы полностью проснуться. Как всегда, Пончик настояла, чтобы мы поселились в одной комнате. Правда, спала она не на моей шее, а на только что собранном кошачьем дереве, которое едва поместилось в комнате. Я чуть не час провозился, собирая его по бумажной инструкции при помощи шестигранного гаечного ключа.

Оно казалось слишком сюрреалистичным и слишком нелепым для такой обыденной функции среди всего происходившего. Но дерево было лёгким, нам было нетрудно приносить его на ночь и выносить по утрам. Пончик спала на верхнем ярусе, Монго свернулся в клубок на нижнем. Кроме того, я зажёг для Пончика маленькую свечечку. Она наполнила эту тесную съёмную комнату домашним запахом.

Некоторое время я смотрел на Пончика, зная, что она не спит. Закрыв глаза, Принцесса явно воображала, что она дома, на своём любимом месте. Через несколько минут я задул свечку и отправился спать. А когда проснулся, Пончик лежала уже на привычном месте – на моей шее, а Монго залез мне на ноги и совсем утонул в одеяле.

Мы приобрели и комнату для Мордекая. Однако когда я вышел к завтраку, инкуб сидел, положив голову на круглый стол, а рядом стоял всё ещё полный стакан с жидкостью, которая пахла, как показалось мне, медовухой. Защитник Бопка по имени Гордо сидел там же, тоже уронив голову на стол, и храпел так, что вспоминалась бензопила.

– Гордо, проснитесь! Просыпайтесь же немедленно! – закричала Пончик, едва войдя в общий зал. – Мне нужно позавтракать, а вам нужно меня причесать!

– Придержи коней, торопыга! – пробормотал Гордо, приподняв голову. Потом он стёр слюну с подбородка, тряхнул головой и промямлил: – Мне надо мал-мало освежиться. Вас накормлю потом, беспокоиться зачем? Причесаться вы сами сможете, Принцесса.

– Ну, я никогда… – Пончик выглядела испуганной. Она подняла на меня глаза и поглядела с надеждой. – Карл, сделай что-нибудь!

– Мордекай учил тебя ломать пальцы? – спросил я и скользнул на стул рядом с продолжавшим дрыхнуть инкубом.

– Пальцы ломать? Нет. Он мне зелье сделал. – Крошечный гном выбрался из-за стола и протёр лицо. – Я сказал, не совсем себя чувствую, как вы два приехали, и он предложил сделать мне пробу, и для этого ему надо что-то взять у меня за стойкой. Такое, что вернёт мне гордость. – Он уставился на Пончика. – Неправильно использовать то, что у меня натура добрая.

– Это безобразие! – Кошка окончательно разъярилась. – Мордекай, я хочу тебе кое-что сказать. Проснись!

Мордекай выпрямился на стуле.

– Где я? – Он оглядел зал дикими глазами и чуть успокоился, когда встретил мой взгляд. – Ох.

От инкуба пахло так, как пахнет пол в баре байкеров. Я поднялся, чтобы отсесть, но Мордекай схватил меня за руку и не дал двинуться.

– Ты всегда так напиваешься? – спросил я. – Почему мы сейчас это видим?

– Ты, Мордекай, мой наставник, – вмешалась Пончик. – Почему ты не даёшь помогать мне? Кто теперь будет расчёсывать мою шёрстку?

Мордекай: «Послушайте, вы оба. Не говорите ничего вслух. Мне пришлось дать ему зелье, чтобы отрубить его, и я смог забраться на его кухню, чтобы найти бюллетень».

Карл: «Бюллетень?»

Мордекай: «Да. У Бопка и владельцев магазинов нет доступа к электронной связи, поэтому после трансляции каждого эпизода им высылается бумажное письмо. Когда он отключился, я прошёл в служебное помещение, чтобы прочитать это письмо. И ещё я забрал несколько составляющих для зелий. У меня нет инвентаря, как у вас, так что возьмите их у меня».

Он достал несколько предметов из кармана и передал их мне под столом. Я не глядя отправил их в инвентарь. Почти все они оказались пустышками.

Карл: «Собачье дерьмо, Мордекай. Ты издеваешься?

Мордекай: «У наставников есть одно правило. Мы не вмешиваемся в прямые стычки с мобами. Всё остальное – честная игра».

Пончик: «ТЫ КАК ШПИОН. Я ЗНАЛА ЧТО ТЫ МЕНЯ НЕ ПРЕДАШЬ».

Карл: «Так ты узнал что-нибудь?»

Мордекай: «Да. Бюллетень региональный, и он предупреждает, что в этом районе сегодня днём или вечером возможно крупное столкновение. Если те, кто что-то знает, не жалеют времени на рассылку предупреждений для Защитников Бопка, это много значит. Возможно, сказанное как-то связано с твоей элитной подругой. Так что доедайте-ка вы свой завтрак и сразу – со всех ног в город. И не вздумайте тем же путём возвращаться. Не тяните».

Карл: «Понятно».

Вернулся Гордо с миской чего-то похожего на комковатую овсянку и плюхнул на стол две тарелки.

Мордекай сказал:

– Не забудьте активировать ваши статистические пункты.

– Сделал это ещё вчера вечером, – отозвался я.

На столе передо мной магическим образом появилась щётка Пончика для шерсти.

– Придётся тебе, – сказала она.

Я со вздохом взял щёлку. Мне и самому требовались ножные процедуры. Я расчёсывал кошку и одновременно просматривал сообщение Брэндона.

Брэндон: «Карл, ты читаешь, дружище? Мы тут, честное слово, были счастливы увидеть вас обоих в итоговом телевыпуске. Я хотел тебе сообщить, что мы всё ещё мучаемся с выбором. Медленно думаем.

Никто из подопечных не хочет оставаться человеком, это понятно, учитывая их нынешнее состояние. Буксуем. Те, у кого когнитивные проблемы, хотят выбрать что-нибудь ни на что не похожее, чтобы сохранить жизнеспособность. Позже расскажу.

Я остался человеком. Крис и Имани – нет. Большинство стариков так и не поднялось выше первого уровня. Но ты не поверишь, какие лутовые ящики они получили за то, что дошли до третьего этажа, не убив никого и не причинив вреда! У всех легендарные ящики пацифистов и тонна всяких других.

Просто смешно, сколько у нас теперь магической дребедени. А кое-кто весьма скоро станет сильнее, чем Имани. А, всё равно мистрис Тиата считает, что нам далеко до тебя. Я хочу поблагодарить тебя за помощь. Надеюсь, ещё увидимся».

Я отправил ему торопливый ответ – пусть, мол, берегут себя. Хотел было рассказать про встречу с Агатой, но потом решил, что не стоит. Лучше не влезать в её проблемы. К тому же поднимать разговор о ней в переписке наверняка неразумно. Ещё я спросил, не в курсе ли он, что за новый навык у Пончика – Скутеллифилия. И что такое Баскская пелота.

Также я дал Брэндону совет, тот самый, что Одетта дала нам. Если они ещё не определились, а у кого-то обнаружится возможность получить преимущество наставника, то надо выбирать этот вариант. Несмотря на пугающий алкоголизм Мордекая, я уже мог сказать, что это преимущество даёт лучшие шансы на выживание.

* * *

Через полчаса Пончик, Монго и я снова входили в руины Над-Города. Искусственное солнце недавно взошло, и на деревянных настилах лежали длинные тени. Ленивые струйки дыма поднимались там и сям, в самых случайных местах. В воздухе чувствовался запах серы и чего-то ещё. Какой-то резкий запах. Как будто где-то недалеко генератор сжигал чересчур много масла. Утром было прохладнее, чем накануне, но всё равно теплее, чем на предыдущем уровне. Я глубоко вдыхал насыщенный дымом воздух, Монго пищал, а Пончик ехала на моём плече.

Я сверился с указателем, чтобы убедиться, что взял правильное направление, и мы зашагали в сторону посёлка небесных птиц. Идти предстояло километров тридцать.

– Смотрите, крови совсем не осталось! – вдруг воскликнула Пончик, когда мы проходили место, где накануне убили лемура. А ведь Монго оставил от тела одни ошмётки, брызги крови летели во все стороны.

– Ты помнишь, Мордекай говорил, что на каждом этаже есть мобы-санитары. Крысы, потом Пёстрые личинки. Кто на этом этаже – мы пока не видели. Может быть, они выходят только по ночам.

– А мы действительно будем выполнять всё, что сказал Мордекай? – вдруг спросила Пончик.

– Сегодня – да, – сказал я. – Пусть у него и тараканы в голове, но своё дело он знает. Вчера он был прав, а я сглупил. Не надо было соваться в осиное гнездо. А сегодня тем более нельзя, раз мы знаем, с чем едят этих элиток. Нужно держаться в стороне от такой дряни, как…

Ты был ошеломлён!

Ты был парализован!

Тебя лишили сознания!

Зачем переть на рожон, чтобы тебя убили? Ты же не маленький, как мышка.

Я тебе не слишком сильно врезал.

* * *

Голова гудела так, как будто по ней проехал грузовик с прицепом. Я застонал. Перед глазами сменялись многочисленные и всё более истеричные послания Мордекая. Я мысленно отмахнулся от них.

Было совершенно темно, но я понял, что лежу на старом диване, от которого воняет крысами и плесенью. Всё снаряжение было со мной, запас здоровья тоже не пострадал.

Пончик? Где Пончик?!

Грудь переполнилась ужасом. Нет, я не хочу оставаться один!

– Пончик? – позвал я. – Где ты?

Ответа не было.

Карл: «Пончик? Мать твою, ответь мне, пожалуйста».

Ответа не было. Я достал миникарту, но кошку нигде не обнаружил. Ничего нигде не обнаружил. Правда, Пончик оставалась в меню партии, и это означало, что она жива. Мне стало легче, но совсем ненамного. Я снова позвал её, уже громче, и наконец-то что-то услышал. Повизгивание. Далёкое, но из соседней комнаты. На моей карте тут же появилась оранжевая точка. Монго. Монго тоже был жив.

Успокойся. Глубокий вдох. Подумай минуту.

Что случилось? Я попытался вспомнить. Мы разговаривали. Только-только вышли на главную дорогу. Мобов не было, да и Монго не предупреждал о нападении. Но меня ошеломили, парализовали, а потом я потерял сознание.

По-видимому, ИИ решил, что я вот-вот умру, потому что процитировал строки из «О мышах и людях». В школьном детстве я трижды читал эту книгу. Потом, во взрослом возрасте, держал экземпляр у себя в кровати. Я эту книгу перечитывал и перечитывал. Она была одной из моих любимых, и не потому что мне нравился сюжет, а потому что ощущалась родной, как любимая еда.

Какое же паскудство со стороны ИИ её цитировать! Хотя знакомые строчки меня как будто успокоили.

Карл: «Мордекай, я только что очнулся. Что произошло – не знаю. Не знаю, где Пончик. Где я – тоже не знаю».

Мордекай: «Ох, слава богам. Ты связан? В клетке? Или опутан сетями?»

Карл: «Я на диване. Не связан, и все мои вещи при мне. Правда, здесь темно. Я ничего не вижу».

Мордекай: «Хорошо. Я вижу, что Пончик жива. Где она – не понимаю. Если ты сейчас не спишь, может быть, скоро и она проснётся. Тогда увидишь её на карте, если только она не чересчур далеко. Потрать несколько минут, порыскай вокруг, собери всю информацию, какую сможешь, и дай мне знать, что видишь».

Хронометр обратного отсчёта времени существования уровня отсчитал довольно много. Получалось, что я пролежал без сознания пятнадцать часов. Дерьмово, и очень. Удар в зубы. Даже если я выберусь из всего этого (что бы «это» ни было), я, мать вашу, потерял пятнадцать часов. Не шутка, скажу вам, когда каждая секунда дорога.

Я просмотрел свои уведомления, надеясь найти подсказку. Пришли три достижения. Одно – за ошеломление, второе – за обездвиженность, и третье:

Новое достижение! Лазарь!

Вас ударили мощным заклинанием выше 15 уровня, а вы выжили! Факт, что вы не валяетесь сейчас дряблым куском мяса на полу Подземелья, подтверждает вашу голую удачу. Или это, или вы сейчас бьёте продюсера.

Награда: вы получаете платиновый ящик везучего паскудника!

О том, что это было за заклинание, не говорилось, но когда я читал этот текст, у меня не было сомнений: я точно знаю, кто применил это заклинание.

– Повелительница печатей, – произнёс я, – вы здесь?

– Вы ранили мои чувства, – прошептала она мне на ухо.

– Тьфу!

Я почувствовал тёплую ладонь на верхней части своей ноги, между спортивными трусами и наколенниками, и чуть не выскочил из собственной кожи. Меня удержала её твёрдая, сильная ладонь. Что, она всё это время провела рядом со мной? По коже побежали мурашки.

– Вы назвали меня дрянью, – продолжила она, едва не кусая моё ухо.

Я затылком чувствовал её горячее дыхание и старался не дрожать. У неё шестидесятый уровень. Захоти она меня убить, у меня не будет и шанса.

– Вы пытались сбежать. А ведь обещали, вернуться…

– Где Пончик? – спросил я.

– В безопасности. Не надо волноваться. Я даже спасла её дорогого маленького динозавра. Ваша подруга ещё спит. И будет продолжать спать.

– Мне нужно её видеть! – потребовал я.

– Конечно-конечно, – сказала эльфийка. – Мы увидим её, когда будем выходить.

– Без Пончика никуда не пойду, – заявил я.

– Вы будете делать то, что скажу я. Я следовала за вами и слышала сегодня утром вашу любимицу. Хотела посмотреть, сдержите ли вы свое обещание. Но… вы мне солгали, Карл! Я едва удержалась от желания растопить вас обоих на месте. Однако я умею прощать. У меня отходчивая натура. Моя мать была наядой и учила меня, что от милости нельзя отступать даже перед лицом предательства.

– Чувствуется, ваша мать была очень умной наядой, – сказал я. – Но я заберу свою кошку, и мы уйдём прямо сейчас.

Её рука всё ещё лежала на моём бедре в тёмной комнате. Я чувствовал неестественные колебания ладони, как будто под кожей что-то двигалось.

– Я уже сказала: ваша кошка спит. А мать учила меня не только милости. Она учила меня магии. Это фамильная магия, она самая сильная. Заклинание называется Кувшинка. Разве не красиво? Ещё до того, как конфедерация узурпировала корону, мама была принцессой. Я стала бы царицей, не будь я полукровкой. Когда-то я рассказала об этом Гримальди. После этого он изменил моё имя на Повелительницу печатей.

Спаси меня и помилуй, да ведь эта гадина безумна.

– Как действует ваша Кувшинка?

– Разумеется, она усыпляет. И вы не проснётесь до тех пор, пока я не сниму заклятие. Если я умру, ваша подруга тоже умрёт.

Меня накрыла новая волна ужаса.

– Чего вы от меня хотите?

Эльфийка улыбнулась.

– Чтобы вы выполнили обещание. Это всё.

– Я обещал, что мы поможем вам справиться с цирком. Без Пончика я не смогу этого сделать.

– Придётся попробовать. Это моя часть сделки. Моя милость. Так вы отыграете у меня свою жизнь.

* * *

Нижний этаж дома Повелительницы представлял собой пустой остов. Три стены из четырёх были разрушены. Солнце совершило полное путешествие по небу и уже зашло за дальние дома. Пончик лежала посередине комнаты на гниющей подушке мягкого кресла, единственного предмета в этом помещении, за исключением большой клетки, в которой сидел Монго. Увидев меня, динозавр принялся подпрыгивать и визжать.

– Пончик!

Я кинулся к кошке, опустился на колено и погладил мягкий мех. Вспомнилось, как я причёсывал её. Тяжело было видеть Принцессу в таком положении. Какая она маленькая, какая беззащитная… Особенно без сознания.

Я приблизился к клетке Монго и открыл её. Динозавр выпрыгнул прямо на кресло и недоумённо ткнулся башкой в кошку. Та не проснулась, и Монго тревожно взвизгнул.

Эльфийка стояла рядом, сложив ладони на груди и переплетя пальцы. Её маленькие неприкрытые груди привлекали взгляд, несмотря на отвратительное лицо. Можно было подумать, что татуировки на её теле объединились: их головы синхронно поворачивались в мою сторону, где бы я ни находился, и все они чрезвычайно внимательно меня рассматривали.

Я оглядел комнату и решительно заявил:

– Мы не можем оставить Пончика здесь.

Помещение было практически открыто со всех сторон. Любой проходящий моб без труда найдёт Пончика. Особенно беспокоил меня моб-санитар, кем бы он ни был.

– Она останется, – сказала эльфийка.

– Нет. И пошли вы…

Как только я потянулся к кошке и поднял её, появился показатель здоровья. И стал быстро падать.

– Карл. Верни её на место. Нельзя переносить того, кто находится под воздействием Кувшинки. Иначе он погибнет.

Я поспешно опустил расслабленное кошачье тело на кресло. Индикатор на шкале здоровья перестал падать и тут же начал подниматься.

– Идёмте, Карл. Вот-вот настанет время созывать мою команду. Нам надо многое подготовить, прежде чем идти на штурм.

– Минутку, – сказал я. – Монго, будь внимателен.

Достав из инвентаря оставшиеся обломки редута – деревяшки, металлические детали – я соорудил вокруг кошки уродливый, неаккуратный и грязный каркас. А может быть, пирамиду. Спешил, как только мог.

– Карл, – поторопила Повелительница. – Пора.

– Иисусе, да вы ещё хуже, чем Беа.

Я приладил на место последний кусок редута. Он не остановит моба с серьёзными намерениями, но даже так – лучше, чем ничего. Монго подпрыгнул, заглянул в дырку в дурацкой конструкции, потом обернулся на меня.

Я положил ладонь сбоку на головку динозавра. Он всё ещё был маленьким, но уже заработал шестой уровень. Да и размерами превзошёл Пончика.

– Не знаю, понимаешь ли ты меня, но тебе нужно остаться здесь и защищать Пончика. Это самое важное дело, которое тебе до сих пор поручали. Я должен уйти, но я вернусь. Ты понимаешь?

Монго взвизгнул, поглядел на кошку через дырку в мусорной куче и взвизгнул опять.

Я повернулся и последовал за эльфийкой к выходу, попутно давая Мордекаю экспресс-пояснения к происходящему. У меня был план. Очень шаткий план, изобретённый прямо на ходу. Но одному мне было не справиться. Я спросил Мордекая, что он думает, и инкуб ответил, что мозгов у меня меньше, чем у кучи кошачьего говна. Я счёл такое мнение добрым знаком.

Карл: «Зев, вы на связи?»

Зев: «Приветствую, Карл. Я слежу. Следит вся Вселенная. Мы все болеем за вас».

Карл: «Надеюсь, что так и есть. Мне нужна ваша помощь».

Зев: «Вы знаете, что я не могу вмешиваться».

Карл: «Не в этом смысле».

Я объяснил, какой помощи жду, и Зев ответила, что это невозможно. Я попросил её попробовать.

– Карл, мне жаль, что до этого дошло, – заговорила на ходу эльфийка. – Вчера вы удивили меня тем, что выжили. И сегодня я не повторю своей ошибки.

– Но ради чего вы это делаете? Для чего ежедневно штурмуете цирк?

– Из всей команды я одна прошла через нападение Сколопендры, и меня не изменило ядовитое облако. А худшее досталось Гримальди.

– Гримальди? Это владелец цирка? Вчера вечером вы сказали, что любили его.

– Я и люблю. Он – любовь моей жизни. Он спас меня, когда я была ребёнком. Принял меня, когда остальные отказались. Защитил от высших эльфов, забрал из Охотничьих Хозяйств, дал мне жизнь. А главное – он дал мне семью. Потом я повзрослела настолько, чтобы полюбить его больше, чем просто отца. Мы собирались разделить наши жизни.

– И что же случилось?

– Вы должны понимать, как это было ужасно, этот катаклизм. Ядовитое облако Сколопендры было ударом Девяти степеней. Оно атаковало нас с девяти разных сторон. Кому-то повезло – они просто умерли. Другие преобразовались – каждый по-своему.

Во второй раз я услышал это название – Сколопендра. Для меня оно звучало так, как будто речь шла о чудовище, живущем в недрах вулкана. Я запомнил эту информацию.

А Повелительница продолжила:

– Гримальди был больше чем владельцем цирка, он был вожаком лидером. Когда случился катаклизм, мы почти закончили представление. Он стоял в центре арены, а артисты ушли кланяться зрителям. – Эльфийка глубоко вздохнула.

– Гримальди преобразился в лозу, а остальные, как бы они ни трансформировались, вскоре заразились паразитами, покрытыми плесенью и оказались под контролем Гримальди. Лемуры, клоуны – почти все. Они поступают так, как он им велит. А если они умирают, споры возвращаются к лозе, и умершие возрождаются на следующий день.

– И из-за этого вы каждый день продолжаете сражаться? Но почему вы выжили, а все остальные – нет?

– Вчера вечером я активировала заклинание, надеясь, что вы погибнете. Сегодня же отдаю вам свою веру. Вам придётся стать тем единственным, кто победит выбранную мной жертву.

Я ловила Хезер много раз, и мне всё ещё нужна её кровь, чтобы созвать свою команду. Сегодня я доверяю убийство Хезер вам. Пусть её кровь не такая мощная, как ваша, но она действеннее всего, что я использовала.

Мы свернули за угол и остановились. Посреди дороги в глубоком сне лежало… что-то. Оно было без сознания и явно воздействием того же заклинания «Кувшинка», что и Пончик.

Я почувствовал себя дурно и выдавил:

– Это Хезер?

– Да.

– И вы хотите, чтобы я её убил и дал вам возможность использовать её кровь, чтобы созвать ваших людей?

– Опять – да.

Я сделал шаг вперёд.

– Хорошо. Активируйте своё заклинание созыва команды, пока Хезер спит. Сейчас я её убью.

– Так не получится, Карл. Я не могу влиять на битву, иначе заклинание созыва не подействует.

– Самая большая глупость, какую мне доводилось слышать.

– Будь всё иначе, вчера я просто убила бы вас.

Я сглотнул и осмотрел Хезер.

Оно – она – как мне подумалось, – в прошлом была чёрной медведицей. На ней была истрёпанная розовая клоунская шляпа и плиссированный клоунский воротник. И то и другое, казалось, намертво вросло в её тело. Как и у лемуров, на морде не было кожи.

Ужасы этим не исчерпывались. Обе передние лапы трансформировались в белых червей, и на их концах вместо когтей торчали… швабры. Эти черви отличались от вчерашних, в львиной гриве. Даже несмотря на сон Хезер, они шевелились и выгибались.

От этого зрелища у меня что-то поднялось к горлу.

Но самым немыслимым были две медвежьи задние лапы с роликовыми коньками. Ещё имелась розовая балетная пачка.

Эльфийка отступила на шаг.

– Хорошо, Карл. Она проснётся, и я использую созывающее заклинание. И тогда вы её убьёте.

Примечание админа. Битвы боссов, возникающие одновременно с вторичными постановками или как части квеста, могут быть совершенно разными. Но вы в любом случае получите вознаграждение, соразмерное с рангом босса. Если, конечно, выживете.

– Вот же маму вашу, – сказал я.