***

«Похоже, тебе не по вкусу?»

Элизия растерянно уставилась на вилку, когда мясо с овощами, только что лежавшие на ней, исчезли...в рот Икера.

Спустя пару секунд он вернул ей вилку, уже с куда более скромной порцией.

«Если будет мало, скажи. Мясо и салат ещё остались.»

Она опустила взгляд на свою вилку, потом медленно подняла глаза на Икера. Он спокойно потягивал вино, будто ничего особенного не произошло.

В её фиалковых глазах промелькнула тень сомнения.

[Что-то здесь не так. Неужели он правда никогда не был в отношениях? Это всё, инстинкт?]

Мужчины, которых знала Элизия, такими не были.

[Конечно, ей доводилось слышать, что кто-то пытается научиться ухаживать, читая книги, но это всегда чувствовалось, всё выглядело натянуто, неестественно.]

[А, этот человек...каждое его движение было плавным, уверенным, словно он дышит этим. Словно с рождения знал, как обращаться с женщиной.]

Сомнения копились, и в конце концов Элизия решила, пора спросить напрямую. Время есть, они вдвоём, никто не помешает.

«Можно вопрос?»

«Конечно. Что тебя интересует?»

«Почему ты в этом так хорош?»

«Хм?»

«Ну...во всём, что касается женщин. Ты так уверен в себе, так естественен…»

«Я так думаю?»

«Более чем. И это ощущается…очень легко.»

Он чуть наклонил голову, словно обдумывая её слова, и ответил неторопливо:

«Даже не знаю…Наверное, потому что хочу произвести на тебя впечатление?»

Сказано это было с серьёзным выражением лица, и Элизия почувствовала: он не врёт. Но, судя по задумчивому взгляду, и сам не до конца понимал, как у него это выходит.

[И всё же, это странно. Эти фразы, жесты, они ведь словно сами собой у него выходят. Разве новичок способен на такое?]

[Если это и впрямь природный дар, то не иначе как благословение богов.]

[Если бы не я, он бы, наверное, давно нашёл себе другую.]

От этой мысли на лбу Элизии вдруг залегла морщинка. Картина, в которой Икер говорит и делает всё то же самое с какой-то другой, вызвала в ней неприятное, глухое раздражение.

[Как же бесит одна только мысль об этом...]

Но едва она нахмурилась, как пальцы Икера мягко коснулись её лба.

«Настолько невыносимо, что я в этом хорош? Прямо хмуришься от отвращения?»

«Что?» - растерянно переспросила она.

Икер чуть смутился, убрал руку и пробормотал:

«Вот не знаю теперь…как это исправить.»

Элизия была ошеломлена.

[Зачем он вообще хочет это изменить? Это же дар свыше!]

[Такое не приобретается просто по желанию. Так не бывает.]

Прежде чем успела подумать, её рука сама потянулась к его, тонкая, хрупкая, но полная решимости.

«Я не против. Мне...даже нравится.»

[Хотела сказать что-то другое. Совсем другое.]

Но слова вырвались раньше, чем разум успел остановить. Она почувствовала, как вспыхнули щёки, но было уже поздно, взгляд Икера выдал, насколько он удивлён.

«То есть…» - забормотала она, отводя глаза и убирая руку, будто ничего и не было. «Я хотела сказать, что тебе не нужно ничего менять.»

Кончики её ушей горели.

«Ну и хорошо. Рад, что могу остаться собой.»

Он говорил спокойно, с той же лёгкой улыбкой, и взглянул на почти пустую тарелку перед ней:

«Хочешь добавки?»

Для Элизии, мечущейся в неловкости, это прозвучало как спасательный круг. Она тут же ухватилась за него:

«Нет-нет, я уже сыта.»

Икер протянул руку, взял обе тарелки и поднялся из-за стола.

«Дворецкий добавил к покупкам немного фруктов. На вид очень свежие. Подожди здесь.»

Когда она уже начала вставать, он бросил на неё взгляд, молча, но однозначно: оставайся. После чего, не говоря больше ни слова, направился на кухню.

Сидя и глядя ему вслед, Элизия сделала для себя вывод: всё это, просто часть его сущности.

[Вот только что он сделал? Увидел, что она смутилась, и тут же незаметно сменил тему, чтобы снять напряжение.]

[И в чём он, интересно, несовершенен?]

[Раньше ей казалось, что чрезмерно идеальные люди скучны. Но сейчас перед ней сидел мужчина, в котором гармонично сочетались совершенство и притягательная человечность.]

Подумав, что пора бы уже поговорить с ним о её матери, Элизия одним глотком допила вино из бокала.

Только собралась налить ещё, как Икер вернулся из кухни с тарелкой, полной фруктов. Он поставил её на стол, а рядом - корзину с лёгкими закусками.

Когда Элизия взглянула на фрукты, то не смогла скрыть удивления: они были аккуратно нарезаны небольшими, удобными кусочками и выложены с изяществом.

[Очевидно, что дворецкий их не резал. Значит…он сам?]

«Ты и фрукты резать умеешь?»

«Мама научила. Сказала, что мужчина, по крайней мере, должен уметь красиво подать фрукты, и показала, как.»

Икер говорил просто, без особой важности. А Элизия вдруг подумала, что возможно, всё это не только природный дар, но ещё и результат воспитания. Забота, внимательность, тепло, это не всегда врождённое. Иногда это то, что в нас вкладывают с детства.

[Разве не говорил он раньше, что жарить мясо его научил отец, а нарезать фрукты - мать?]

[Такие вещи редко передаются в семьях знати. Обычно подобные задачи полностью перекладываются на слуг. Детей аристократов учат не этому, их воспитывают в духе этикета, политики и общественного поведения, но никак не в бытовых навыках.]

[Возможно, покойный герцог и герцогиня Деймос осознанно выбрали иной путь воспитания для своего сына.]

[Я никогда их не встречала, поэтому не могу утверждать наверняка...но в эту версию верится легче всего.]

Пока внутренние весы Элизии склонялись в пользу этого объяснения, Икер, воспользовавшись принесённой вилкой, поднёс ей кусочек фрукта.

«Похоже, сейчас сезон. Вкус просто замечательный.»

«Спасибо.» - отозвалась она, принимая вилку, но есть не спешила. [Она и так была сыта, а главное, пришло время перейти к самому главному.]

Аккуратно отложив вилку в сторону, Элизия глубоко вдохнула и тихо позвала:

«Икер.»

Имя прозвучало легко и естественно, как будто было ей родным. И это немного смутило её, с какой лёгкостью оно соскользнуло с её губ. В то же время Икер словно засветился изнутри, в его глазах вспыхнула радость, а губы изогнулись в мягкой улыбке.

«Мне нравится, как ты произносишь моё имя.»

От одной лишь его реакции Элизи стало неловко. Она замялась, но всё же решилась продолжить:

«Я хотела бы поговорить о моей матери. Собственно, именно ради этого я сегодня сюда и пришла.»

«Значит, всё-таки из-за этого...» - спокойно отозвался он. «Хорошо. Что именно ты хочешь узнать?»

«Начнём с того, зачем вы встретились.»

«Причина нашей встречи…» - задумчиво повторил он, и в тот же миг золотой свет в его глазах померк, уступив место серьёзности. Элизия невольно сглотнула, так ощутимо изменилась атмосфера.

Он заметил её напряжение и, чтобы немного её успокоить, слабо улыбнулся, прежде чем заговорить:

«Ты ведь знаешь, что Первый принц умер внезапно?»

«Да, знаю.»

«До этого момента знать, придерживающаяся линии аристократической фракции, не поддерживала никого конкретного. Но после случившегося дом Рассет начал активно продвигать Второго принца.»

«То есть пытались склонить фракцию на его сторону?»

«Именно. С этого и началось противостояние между твоей матерью и герцогом Рассетом. Твоя мать считала, что аристократическая фракция не должна становиться инструментом чьих-то амбиций, а должна выполнять роль контролирующей силы, направлять Императорскую власть, а не подчиняться ей.»

Он на мгновение замолчал, потянулся к бутылке вина и вновь наполнил её бокал до краёв. Себе тоже плеснул немного, а затем посмотрел ей прямо в глаза, серьёзно, без тени улыбки.

«Она всерьёз размышляла о том, чтобы покинуть фракцию и вновь занять нейтральную позицию.»

«Что?» - глаза Элизии распахнулись от неожиданности.

[Глава аристократической фракции, и хотела выйти из неё?] Впервые она слышала об этом.

Но Икер, как будто предугадав её реакцию, спокойно отпил вина и продолжил:

«Похоже, её начинали загонять в угол. Герцог Рассет с помощью денег и Веремуса быстро перетягивал сторонников на свою сторону. Ты ведь знаешь, что фактический владелец Веремуса - он?»

«Да, знаю.»

«Я так и думал.»

Элизия удивилась. [Почему он был в этом так уверен? Но сейчас не стала уточнять. Вопрос о матери был важнее.] Она молча слушала дальше, не перебивая.

«Добровольно или под давлением, но почти половина знати уже переметнулась к герцогу Рассету. Твоя мать, по всей видимости, поняла, что вернуть контроль над фракцией будет практически невозможно. Поэтому она решила забрать тех, кто ещё разделяет её взгляды, и уйти в нейтралитет. Император узнал об этом и поручил мне проследить, чтобы она могла спокойно завершить начатое.»

«Вот почему ты встретился с моей матерью?»

Икер кивнул:

«Да. Мы договорились о встрече тайно, и тогда я впервые по-настоящему поговорил с ней. До этого, только в рамках совета или на приёмах, обменявшись парой дежурных фраз.»

«Что она сказала?»

«Ровно то, что и предполагал Император. Что собирается выйти из фракции и занять нейтральную позицию. И что, если потребуется, с готовностью примет мою помощь.»

Элизия невольно крепче сжала бокал. Не сказав ни слова, она чувствовала, что дальше будет только тяжелее. И, к её сожалению, следующая фраза Икера лишь подтвердила её тревожные догадки.