— Думаю, ты знаешь, зачем я здесь.

— Знаю? — Су Янь приподнял брови в недоумении, выглядя искренне озадаченным её заявлением.

Ученица Фэй затряслась от ярости и хлопнула ладонью по столу, её голос сорвался от возмущения:

— Та техника меча, что ты использовал во время смертельного поединка...!

Су Янь оставался спокоен и склонил голову набок, выглядя ещё более озадаченным.

— Та техника меча? А что с ней?

— Всё ещё притворяешься дурачком? Это была техника моей семьи! Откуда ты её знаешь?!

Су Янь наконец улыбнулся и сказал:

— Твоя семья? Я думал, твоя фамилия — Фэй? Между тем, та техника меча...

Ученица Фэй наконец поняла, почему Су Янь притворяется несведущим, и перебила его:

— Ладно! Хорошо! Ты был прав! Моя настоящая фамилия — Оуян! Теперь ты доволен?!

Су Янь тихо усмехнулся и сказал:

— По правде говоря, я просто развлекался с тобой ради забавы. Мне никогда не нужно было, чтобы ты в чём-то признавалась — я уже подтвердил твою личность давным-давно.

Ученица Оуян посмотрела на него ошеломлённым взглядом.

— Ч-что ты замышляешь? Зачем ты показал мне технику моей семьи? И что важнее — как ты её выучил? Только члены основной кровной линии имеют право изучать эту технику меча!

— Без особой причины. Я просто хотел немного тебя подразнить, — сказал Су Янь, пожимая плечами.

— Ты и впрямь ждёшь, что я в это поверю?!

— Нет, и мне всё равно, веришь ты или нет.

Ученица Оуян стиснула зубы, прежде чем спросить:

— Как ты её выучил?

— Я путешествовал по Божественным Небесам до того, как стал здесь учеником, и мне как раз довелось встретить кое-кого из твоей семьи Оуян. Разумеется, именно этот человек научил меня той технике меча.

— Возмутительно! Никто в семье не настолько безумен, чтобы учить семейной технике меча чужака! Даже Главу Семьи казнили бы, если бы узнали!

— Повторюсь, я не жду, что ты мне поверишь. Су Янь покачал головой, а затем продолжил: — Ладно, я ответил достаточно. Почему бы тебе не ответить на пару моих вопросов? Это было бы справедливо.

Прежде чем ученица Оуян успела ответить, Су Янь спросил:

— Почему ты вступила в Безграничную Секту Инь-Ян? И ты пришла сюда, не поставив семью в известность? Я говорил это раньше, при нашей первой встрече, но твоя семья ненавидит парных культиваторов. Они ни за что не позволили бы члену своей семьи вступить в такую секту.

Ученица Оуян усмехнулась:

— Ну и что с того, что я пришла сюда без их разрешения или ведома? Я всё равно не собираюсь оставаться здесь надолго. По правде говоря, я скоро уйду.

Однако Су Янь не выглядел удивлённым, узнав, что она скоро покинет секту, — почти как если бы он уже предвидел это.

— Так зачем ты вообще сюда пришла? — спросил он с искренне озадаченным лицом.

— ...

Ученица Оуян замолчала, её взгляд опустился, словно придавленный прошлым. На мгновение показалось, что она ничего не скажет.

Но, столько лет хранив это в себе, она наконец решилась раскрыть это кому-то:

— Потому что один парный культиватор разрушил мою семью.

— Он не просто разрушил мою семью — он разрушил жизни и других тоже, околдовав мою бабушку прямо перед её свадьбой. Из-за него моей матери и бабушке пришлось годами терпеть насмешки и презрение со всех сторон.

— Ты знаешь, каково это — когда тебя называют ребёнком шлюхи? Моей матери приходилось слушать такие оскорбления с самого рождения, — ученица Оуян стиснула зубы в гневе, вспоминая несправедливость, с которой столкнулась её мать.

Су Янь молча слушал слова ученицы Оуян. Задолго до того, как стать тем, кем он был сейчас, он был беззаботным ловеласом, соблазнявшим женщин и вступавшим в парную культивацию без задней мысли, не осознавая последствий, которые оставят его действия.

Хотя та глава его жизни была короткой, она оставила за собой след опустошения по всем Божественным Небесам — раны настолько глубокие, что даже сейчас они, вероятно, остаются незажившими.

— Что касается того, зачем я пришла в эту секту... честно говоря, я и сама уже не уверена, — сказала ученица Оуян с горечью в голосе. — Может быть, я хотела увидеть своими глазами, что разрушило мою семью, — может быть, даже попытаться понять это. Но пока я не нашла в парных культиваторах ничего достойного восхищения. Вы все одинаковые — движимые похотью, с разумом, затуманенным лишь желанием.

Су Янь мог лишь улыбнуться на её грубые замечания, ведь они были не так уж далеки от истины.

— Я искренне не могу понять, что моя бабушка вообще нашла в том парном культиваторе, особенно когда он уже был печально известен как сердцеед и бесстыдный ловелас.

— Любовь порой не поддаётся разуму, вот так, — неожиданно произнёс Су Янь.

— А? Любовь? Что за чушь? — нахмурилась ученица Оуян.

— Зачем ещё ей было бы отказываться от свадьбы и своего будущего, если не из-за любви? Ты сама сказала — что она была околдована. Хотя я не могу сказать, что ей понравилось в том парном культиваторе, я уверен, что она любила его.

Ученице Оуян оставалось лишь стиснуть зубы от его слов.

— Любовь? Не смеши меня. Разве культиваторы вообще понимают, что такое любовь?

— Почему бы и нет? — спокойно ответил Су Янь. — У нас тоже есть сердца... и мы чувствуем так же глубоко, как и все остальные. Однако из-за природы нашей культивации нам гораздо труднее почувствовать любовь с самого начала, что, на мой взгляд, делает её ещё более особенной, когда это случается.

— Хм. Ещё большая чушь. Забудь. Если ты не собираешься рассказывать, как выучил технику меча, у меня нет причин здесь оставаться.

С этими словами ученица Оуян встала и ушла.

Су Янь остался сидеть и даже не попытался её остановить.

Когда он перестал ощущать её присутствие, Су Янь посмотрел туда, где она сидела, и вздохнул про себя: «Ах, Лу Фэй, неужели ты ушла, ничего не рассказав своему ребёнку? А, впрочем, неважно. Хоть я и не смог защитить твою дочь, я постараюсь присматривать за твоей внучкой».

П.П: Угадайте, как он за ней присмотрит))