3 декабря

Прежде чем вчера всё наладилось, ребёнка пришлось уложить спать. Примирение невозможно, пока ребёнок не спит.

Потом мы стояли бок о бок у окна гостиной и смотрели в ночь: тысячи и тысячи кристально чистых точек на чёрном бархате, под ними — тускло светились контуры двух ледников, а за нашим домом, должно быть, была особенно полная луна, потому что от белого света склон перед нами был почти таким же ярким, как днём.

По пути в спальню мы ненадолго заблудились, потому что ещё не знали дом, и оказались в кладовке со стиральной машиной и сушилкой. Пылесос, прислонённый к стене, с грохотом упал. Мы прислушались, затаив дыхание, но Эстер не проснулась.

«Слэпстик», — сказала Сюзанна. «У вещей своя жизнь». 

«Не люблю этот жанр», — ответил я. 

«Немного слэпстика не повредит», — сказала она. — «Хочешь, покажу?» 

Тогда мы поднялись наверх и нашли нашу спальню. 

(п.п. Слэпстик – жанр комедии немого кино с драками, падениями и тп. Напр. Том и Джерри)

* * *

Главные героини хорошо раскрыты в первом фильме, но теперь в сиквеле нужно добавить предысторию. 

Флешбэк в детство? Старый приём, банальный, надёжный, но правда в том, что я ничего не знаю о детстве Яны или Эллы. В прошлом году я говорил студентам киноакадемии, что нужно знать всё о своих персонажах, особенно где и как они выросли, но я сказал это только потому, что так написано в учебниках. У меня нет ни малейшего представления, что происходило в детстве Яны или Эллы, и мне это неинтересно. Я также не знаю, как Яна отреагирует, когда Элла попросит её освободить квартиру, где Яна жила в предыдущем фильме, чтобы новый парень Эллы мог переехать к ней — а это не кто иной, как бывший парень Яны, Мартин, с которым она рассталась только потому, что он старший налоговый инспектор. Он красивый, чуткий и начитанный, говорит на нескольких языках, но, как красноречиво объяснила Яна, кто захочет встречаться с налоговым инспектором? 

* * *

Только что произошло нечто странное. 

* * *

Как же отреагирует Яна? Мы знаем, какая она импульсивная. Все помнят её приступ ярости в первом фильме, когда она ни с того ни с сего заявила учителю физкультуры, что такие люди, как он, придают слову «тупость» новое величие. Что-то подобное должно повториться, но по-другому, ведь все этого ждут. Что произойдёт, когда её, чьей главной проблемой является отсутствие самоконтроля, внезапно вышвырнут – самым вежливым способом – из квартиры лучшей подруги? 

* * *

Наверное, мне показалось. 

Не думай об этом. 

Сейчас совершенно тихо; так тихо, что сама тишина будто слегка гудит. Наверное, это кровь в ушах. 

Гостиная выглядит как большинство гостиных, оформленных в последние годы дизайнерами: паркетный пол, белые стены, плоские потолочные светильники, большая кухня с поверхностями из нержавеющей стали и островом. В центре — деревянный стол, за которым я сижу и смотрю в огромное стеклянное окно на темнеющий вечер, наблюдая, как Сюзанна и Эстер строят пирамидки из камней на лугу, а их дыхание превращается в маленькие облачка пара. Они должны видеть меня — я сижу, как на сцене. Передо мной, полупрозрачное, моё отражение: очки, волосы, воротник, блокнот на столе, ручка в руке. Всё снова на месте. Это было мое воображение. Что же ещё. 

* * *

На этот раз Яна остаётся спокойной. Вот оно! Все ожидают приступ ярости, но его не происходит! 

Элла говорит Яне съехать. Спокойствие Яны настолько неожиданно, что Эллу это провоцирует. 

Э: Ты же сама не хотела здесь жить! 

Я: С чего ты взяла? 

Э: Это очевидно. Потому что ты так улыбаешься. Почему ты улыбаешься? 

Я: Потому что ты нашла правильного мужчину. 

Э: На что ты намекаешь? 

Я: О чём ты? 

Э: Это из-за того, что он работает в налоговой? 

Я: Это такая же работа, как любая другая. 

Э: Именно. 

Я: Государство не может функционировать без налоговых инспекторов. 

Э: Вот именно об этом тоне я говорю! 

Я: Не было бы дорог, и на этих несуществующих дорогах царил бы хаос. Мы расстались, потому что он не подходил мне. Но явно подходит тебе. 

И в этот самый момент заходит Мартин в костюме, с портфелем под мышкой, и Элла, не зная, куда направить свой гнев, начинает кричать на него под каким-то предлогом, а Яна стоит — 

не улыбаясь 

грустно

нет, без выражения 

— да, так гораздо лучше: она стоит без выражения, и её лицо не выдаёт, намеренно ли она спровоцировала ссору между ними или действительно говорила правду. 

Хотя, если он заходит именно в этот момент, это слишком похоже на ситком, совсем дешёвый приём. Прочь. Но если не он, то кто? Кто-то должен войти. 

* * *

Сейчас они идут обратно к дому. Сюзанна пишет сообщение: яркий экран телефона освещает её лицо. У малышки что-то в руке. Видимо, она что-то нашла на земле. Она всегда что-то находит.

* * *

Мне нужно рассказать Шмидту идею о спокойной реакции Яны — ему понравится. Он точно скоро позвонит. Он знает, что я здесь для работы, и ждёт сценарий. Недавно он намекнул, что в случае необходимости продюсерская компания, которой принадлежат права на материал, будет вынуждена воспользоваться помощью другого сценариста, конечно, ты лучший, кто ещё сможет это сделать, наш первый выбор, конечно, совершенно незаменим, но сиквел должен быть снят, успех «Подружек» требует этого, и если ты не справишься, что ещё нам остаётся! Затем он добавил, что это не от него зависит, он бы ждал меня вечно. Но продюсеры! Он сказал это так убедительно, так сердечно и по-дружески, что возражение о том, что он сам и есть продюсер, пришло мне в голову только после того, как мы повесили трубку. 

* * *

Эстер показала мне, что нашла на улице. Это был камень, похожий на любой другой камень, и я воскликнул: «О!» и «Ах!» и «Чудесно!» Потом я поцеловал её, её кожа ещё была холодной от вечернего воздуха. 

«Похоже на бриллиант», — сказала она. 

«Это правда, — ответил я, — это действительно правда! Как бриллиант». 

А теперь я пойду на кухню, чтобы готовить ужин.