Он скорчился на земле, а перед ним лежала женщина, ее большой живот натягивал розовое платье. Она не двигалась.

— Мама?

Он был напуган. Сначала ушел отец, а теперь и мать. Он не хотел маленького братика. Он повторял это своей матери снова и снова, но она настаивала на том, что он будет любить его.

Сказала, что после рождения ребенка он никогда не останется один. Что иметь детей — это хорошо. Он уставился на мать и лужу крови вокруг нее.

Его охватила печаль, и он начал всхлипывать, издавая душераздирающие звуки. Теперь он был совсем один и ничего не мог с этим поделать.

Дани проснулась со слезами на глазах. Она оглядела комнату и глубоко вздохнула. Девушка была рада, что не закричала и не разбудила Джекса.

— Интересно, чей это был сон? — прошептала она, подходя к стулу в углу, на котором лежали альбом для рисования и карандаши. Взяла принадлежности и начала рисовать сон, который только что увидела.

Несколько часов спустя девушка оказалась на занятиях для будущих родителей вместе с Шелли и Бо Такерами.

— Хочешь попробовать напиток, который я приготовила? — Спросила Шелли. — В нем много полезных веществ и витаминов.

Шелли и Бо оба были худощавыми, с рыжими волосами и зелеными глазами. Если бы Дани не знала, что они женаты, она бы подумала, что это брат и сестра. Она посмотрела на Джекса, а затем снова на Шелли:

— Нет, спасибо.

Шелли пожала плечами:

— Я так рада, что с тобой все в порядке. Когда мы с Бо нашли тебя у озера, то были так напуганы. Потом увидели твоего жениха и захотели сбежать куда глаза глядят.

Бо улыбнулся Джексу:

— Ты очень волновался за нее, так что мы понимаем.

— Он напомнил мне дикого зверя, — пробормотала Шелли. — Вобщем, это так хорошо, что с тобой все в порядке. В здоровом теле рождается здоровый ребенок.

— Еще раз спасибо за помощь, — сказала Дани.

— Ты все еще не знаешь, что произошло? Ну, перед обмороком? — Спросил Бо.

Дани покачала головой:

— Нет, не помню, но, видимо, я была там во время инструктажа.

— Жаль, — сказала Шелли. — Такая полезная информация дается во время ознакомления. Если хочешь, могу дать тебе переписать мои заметки.

— Заметки?

Девушка бросила еще один взгляд на Джекса, который не счел предложение Шелли забавным.

— Как долго вы здесь? — спросил Джекс.

— Время от времени приезжаем, но что-то около полугода. У нас есть работа, поэтому приезжаем на выходные и в отпуск, как на этой неделе. Первый этап — самый сложный. Доктор Сильверман сказал, что одной паре потребовалось два года, чтобы достичь второй стадии.

— Вы, должно быть, знали наших друзей Райана и Келли, — вкрадчиво произнес Джекс.

— Да, очень жаль, что так получилось с Келли. В конце концов, она забеременела, а потом — бац! И мертва, — сказала рыжая, качая головой.

— Ты знала, что она умерла? — Спросил Джекс.

Шелли выглядела ошеломленной, а затем пробормотала что-то бессвязное. Бо похлопал ее по плечу:

— Мы разговаривали с Райаном несколько дней назад. Он был в отчаянии.

— Я надеюсь, что мы смогли бы стать хорошими друзьями, — Шелли протянула руки к Дани. — Когда я нашла тебя, то собиралась сделать искусственное дыхание, но Бо остановил. Вместо этого он отнес тебя к доктору Сильверману, и я сразу поняла, что мы будем друзьями на всю жизнь. Как было бы здорово, если бы мы забеременели одновременно? О, а если у вас родится девочка, а у нас мальчик? Они могли бы пожениться!

— Шелли, давай не будем забегать вперед, — сказал Бо.

— Ты прав, о чем я говорила? Неважно, кто у нас будет. Если они оба мальчики и влюбятся друг в друга...Я тоже не против.

У Дани закружилась голова.

Прежде чем кто-либо из них успел ответить, двое врачей появились перед группой. За ними стояла секретарша Женевьева, которая регистрировала Дани и Джекса.

— Всем привет, — Барт Сильверман поднял руки, призывая всех к молчанию. — Как вы все знаете, первый этап программы — самый трудный для преодоления. Важно, чтобы вы были готовы морально и физически, прежде чем мы разрешим вам перейти ко второму этапу, который обычно наступает, когда пары беременеют. Сегодня я попрошу каждого из вас поработать в команде и установить правила, как вы будете помогать друг другу, если сможете зачать. Женевьева раздаст ручки и блокноты. Не забудьте написать на них свои имена.

— Как будто мы снова в старшей школе, — прошептала Дани Джексу.

Шелли взглянула на них и приложила палец к губам, давая понять Дани, что та говорит слишком громко.

Когда пары начали работать друг с другом, доктор Мередит Сильверман подошла к Дани и Джексу, положив руку на свой выпуклый живот:

— Как у вас дела?

— Довольно хорошо, — ответил детектив. — Дани согласилась сменить подгузники, если я останусь с ребенком на ночь.

— Это интересная идея. Вы оба понимаете, что вам придется по очереди выполнять эти задачи, не так ли? Беременность — тяжелое испытание для женщины, но после рождения ребенка начинается настоящая работа. Это не шутка. Вам нужно придумать план получше, хорошо?

Дани прикрыла рот рукой, чтобы не захихикать, когда Джекс с виноватым видом извинился перед врачом. Та кивнула и подошла к другой паре.

— Так ты навлекаешь на нас неприятности, Засранец, — пошутила девушка.

— Как у вас дела? — Спросил доктор Барт Сильверман, повторяя слова жены, сказанные ранее.

— Мы с Пандоглазкой все еще работаем над этим.

— Пандоглазка? Это милое прозвище, которое вы придумали для нее?

— Иногда. А еще мне нравится называть ее Дани-кейк, Сникердудл или Горячая штучка, — солгал Джекс.

— Между супругами уместны нежные слова. Кстати, как вы себя чувствуете, мисс Делеон? — Доктор Сильверман положил руку на лоб Дани, заставив ее вздрогнуть. — Простите, не хотел вас напугать. Просто хотел убедиться, что все в порядке.

Мужчина положил руку ей на плечо и слегка сжал, отчего девушка почувствовала себя немного неуютно.

— Я в порядке, — заверила она.

— Ну, если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится. Все, что угодно...просто дайте мне знать, хорошо? — он еще раз сжал ее плечо, прежде чем перейти к другой паре.

— Не знаю почему, но от этого доктора у меня мурашки по коже, — прошептала Дани Джексу, который, прищурившись, смотрел вслед Барту Сильверману.

— Было бы странно, если бы я сказал ему не трогать тебя? — спросил он.

— Возможно,—- сказала Дани, пытаясь улыбнуться.

— Я так и думала. Это единственная причина, по которой я этого не сделал. Как он посмел прикоснуться к тебе, когда я рядом.

Девушка нервно рассмеялась.

— Ревнивый Джекс снова поднимает голову.

— Думаю, да. Я собираюсь позвонить Роберто. Скоро вернусь, хорошо? Если спросят, скажи, что я пошел в туалет.

Дани кивнула. После того, как он упомянул о посещении туалета, девушка поняла, что тоже не прочь сходить в уборную. Она тихо вышла из комнаты и, повернув не туда, обнаружила доктора Барта Сильвермана и Женевьеву. Девушка быстро спряталась за угол и прислушалась к их разговору.

— Я видела тебя с той темноволосой девушкой. Ты прикасался к ней, — тихо сказала Женевьева.

Дани услышала, как доктор Сильверман вздохнул:

— Я врач. Конечно, я прикасалась к ней. Она была ранена. Ты хотели еще что-нибудь сказать?

— Да, конечно. Мне следует рассказать твоей жене о том, как ты себя ведешь.

— Женевьева, конечно, не стесняйся рассказать Мередит. Она поймет. Она тоже врач. Почему ты настаивала на разговоре со мной?

— Ты знаешь почему, — сердито сказала Женевьева.

— Нет. В последнее время ты ведешь себя очень странно. Я знаю, что ты беременна, но что с тобой происходит?

Женевьева горько рассмеялась:

— Конечно, веди себя так, будто не знаешь.

— Знаю что?

— Что мой ребенок от тебя.