Девяносто процентов гостей на вечеринке, по случаю основания KeumOh, несомненно, были бандитами из YongSung. Все они были одеты в черные костюмы, как будто это была униформа, и даже их выражение лица выдавала в них головорезов. С таким же успехом они могли приклеить на лоб таблички с надписью "Я - гангстер".

У бандитов из YongSung и наркоторговцев были отличительные черты, которые выделяли их от обычных сотрудников, работающих за компьютерами в офисном здании KeumOh. Насмотревшись на таких людей в Сериме, Ын Ха не боялась. Все они опускали головы, когда мимо проходил Кён Хён.

— Поправь мне галстук.

Присев за столик, Кён Хён оглядел комнату и сделал глоток вина. Затем он опустил голову к уху Ын Ха.

— Выглядит хорошо.

Ын Ха немного отстранилась от него и наклонила голову. Кён Хён щелкнул языком и снова приблизил свою голову.

— Просто делай, как я говорю.

Ын Ха беспомощно поправила его галстук и воротник рубашки. Она посмотрела на сложенный белый носовой платок в нагрудном кармане. Вспомнив, где он был использован, она почувствовала прилив смущения.

— Не могли бы вы убрать его?

— Разве вы не говорили мне, что носить с собой носовой платок - это по-джентльменски?

— Но он не должен использоваться для этого.

— Почему его можно использовать для очистки лица, но не для других мест?

Кён Хён вяло улыбнулся. Несколько дней назад, когда Кён Хён использовал свой платок, чтобы вытереть грязь с её лица, Ын Ха назвала его джентльменом. Если бы она могла

забрать свои слова обратно, она бы это сделала.

Несмотря на то, что всего несколько минут назад они занимались сексом в машине, Кён Хён держался прямо, приветствуя гостей. Как и было запланировано, Ын Ха лишь мило улыбалась, как манекен, и играла свою роль рядом с ним. Ын Ха чувствовала себя так, словно изображала из себя ни секретаря, а женщину Шин Кён Хёна. Это было странное чувство, но она не могла показать свой дискомфорт.

Все мужчины, глазевшие на неё всё это время, мгновенно отвернулись, когда она села рядом с Кён Хёном. Они даже не поприветствовали её. Помимо того, что для неё это было новым, когда к ней относились, как к невидимке. Но это также лишало её возможности подойти к кому-либо, чтобы получить больше информации. Ын Ха горько улыбнулась.

— Хорошая работа, ХёнНим.

Мужчина опустил голову и заговорил с деревенским акцентом. Кён Хён поднял бокал с ликером в сторону мужчины.

— Я слышал, что в последнее время тебе пришлось несладко.

— Мне изначально не стоило использовать наемных работников. Кто знал, что эти молодые ублюдки возьмут золото и сбегут? Я слышал, что они сейчас в тюрьме, но я думаю надавить на них, как только они выйдут.

— Это будет опасно, так что пока не высовывайтесь. Слышал, что в японской таможне произошло ЧП, так что они влипли по уши.

— Да, сэр. Я хотел поблагодарить вас за блокирование усилий этих ублюдков из Ямагути-гуми... (Самая известная преступная группировка в японской мафии якудза)

— Всё в порядке. Не беспокойтесь об этом. Просто поешьте и выпейте перед тем, как уйти.

Многие мужчины по очереди подходили к столу Кён Хёна и кланялись. Сидя

рядом с ним, Ын Ха держала свой бокал с шампанским и ела, осматривая зал.

Несмотря на то, что формально вечеринка называлась учредительной, все здесь ели и шутили. Корейская и западная еда, китайская и японская. Кухни разных стран продолжали выноситься на стол в случайном порядке. Столы были полны вина,

соджу, виски, пива, рисового вина, саке и ликера Каолян.

Люстра сверкала, а элегантный банкетный зал был наполнен сигаретным дымом. Вместо

классической музыки в этом изысканном помещении играла сексуальная песня популярной девичьей группы.

Эта атмосфера никак не соответствовала мрачному свадебному залу, расположенному посреди развалин строительной площадки. Не подходила она и к сверкающему зданию KeumOh, стоящему в центре Каннама.

— Хён Ним! Давай я налью тебе еще бокал!

Кён Хён не отказался от предложения своих подчинённых и принял его. Время шло, и атмосфера в комнате становилась более расслабленной.

— Ну как? Какое впечатление у вас сложилось об учредителе нашей компании?

Кён Хён пожал плечами, наблюдая, как Ын Ха откусила кусок торта, после того, как съела суши с лососем.

— Не понятно, пикник это или вечеринка, но это не так уж и плохо. Кажется, все хорошо проводят время.

— Правда?

— Да. Я думала, что президент выйдет и произнесет речь, но, похоже, что его не будет. Немного удивлена.

Кён Хён смочил горло ликером, слушая её равнодушный голос.

— Разве я не говорил тебе раньше? Президент не часто появляется на публике.

— Но разве сегодня не особенный день?

— Несколько лет назад, на вечеринке, где собрались все гангстеры, кто-то выхватил нож.

Ын Ха посмотрела на него и молча сглотнула. В этот момент ей предстояло узнать, правдивы ли слухи.

— Кто был нападавшим?

Она хотела схватить его за горло и спросить, почему он не прикончил его одним ударом лезвия. Но она подавила это желание и осторожно спросила.

— Племянник президента. Другими словами, это был государственный переворот.

— …И он в конечном итоге провалился.

— Да. Вместо этого пырнули меня, и, когда нож все еще был во мне, я убил этого парня.

У Ын Ха забегали глаза. Глядя на неё, Кён Хён положил сигарету в рот и щелкнул зажигалкой. Взгляд Ын Ха затуманился, когда сигаретный дым медленно выходил из его рта. Глаза Кён Хёна сузились, когда он заговорил низким голосом.

— Благодаря ему, я смог проделать весь этот путь.

— Понятно.

— Если ты рискуешь своей жизнью, большинство людей будут тебе доверять.

— То есть ты хочешь сказать, что для того, чтобы заслужить твоё доверие, нужно рискнуть жизнью?

Кён Хён глубоко затянулся сигаретой и усмехнулся.

— А что бы ты сделала, после того, как завоевала бы моё доверие?

— Не знаю. Не думаю, что хочу пройти через трудности, чтобы получить его.

Ын Ха залилась чистым смехом и подняла бокал с ликером.

— Я из тех людей, кто ценит свою жизнь больше всего на свете.

— Это хорошо.

Кён Хён поднял свой бокал и чокнулся с ней. Его взгляд, сосредоточившийся на ней, казалось, стал глубже. Не отрываясь от неё, он одним махом выпил весь ликер.

— Директор.

Генеральный менеджер Ча, сидевший за другим столом, подошёл к ним и поклонился.

— Комната уже подготовлена.

Ын Ха притворилась незаинтересованной и отвела взгляд. Однако, она прочла по губам генерального менеджера Ча, когда он шепнул что-то Кён Хёну.

— Это по поводу дела в Шэньчжэне...

Кён Хён взглянул на Ын Ха, и та быстро опустила глаза в тарелку. Он поправил одежду и встал со своего места.

— Я сейчас вернусь, так что жди здесь.

— Да, господин. Слушаюсь.

Ын Ха послушно кивнула. Она притворялась спокойной, но её сердце быстро билось в груди. Она точно слышала, как генеральный менеджер Ча сказал "Шэньчжэнь".

Шэньчжэнь, Китай. Здесь находился медицинский штаб, где они разрабатывали новое лекарство. Даже внутри Keum0Oh этот проект держался в строжайшем секрете, поэтому

было трудно найти какую-либо информацию о нём. Несмотря ни на что, ей нужно было подслушать этот разговор.

— Пойдёмте.

Кён Хён вышел из помещения вместе с менеджером Ча. Ын Ха сидела за столиком в одиночестве и потягивала вино. Затем, она сделала вид, что пошла в туалет. Коридор был полон, проходящих мимо неё, мужчин, на стенах мерцал свет. Генеральный менеджер Ча и Кён Хён исчезли без следа. Чтобы не привлекать внимания, она пошла в ванную. Она включила кран и помыла руки.

— Где босс? Разве он не должен быть здесь, чтобы немного поднять настроение? Он заставляет директора Шин всё делать за него. Что, если что-то пойдет не так? Серьёзно, о чем он вообще думает?

— Для директора Шина всё складывается хорошо. Я почти уверен, что директор Им поехал в Пусан, потому что не мог больше смотреть на это.

— Логично. Не так давно все ползали на коленях, когда директор Им что-то говорил. Но теперь, когда директор Шин обращается с ним как с подчиненным, это странно видеть.

— Эй, ты, ублюдок. Теперь, когда директора Има здесь нет, посмотрите, кто много говорит. Если ты будешь так говорить, то однажды исчезнешь с лица земли, идиот.

— Один парень видел директора Има, перед его отъездом в Пусан, и рассказал мне.

Она слышала пьяные голоса, доносившиеся из соседнего мужского туалета. Предметом их разговора, директор Им, был бывшим заместителем директора, отвечающим за Пусан и Кённам.

Когда она собирала информацию о Ён Соне, то выяснила, что до прихода к власти Кён Хёна, у него было больше всего подчиненных. Несмотря на то, что прибыль от его ночных клубов и предприятий шоу-бизнеса постепенно сокращалась, многие всё ещё следовали за ним во имя былой славы.

— И все же, как он может не появиться в такой день?

— Если директор Им придёт, сможет ли он или директор Шин в полной мере насладиться вечером?

— Думаю, что да. Раз уж Босса здесь нет, значит, нет смысла портить настроение.

— Любой мог сказать, что Кён Хён и директор Им не очень хорошо ладили в YongSung.

Зафиксировав это у себя в голове, Ын Ха вышла из ванной. Было бы нехорошо, если бы она столкнулась с бандитом, когда Кён Хёна не было рядом. Она начала быстро собираться, как вдруг услышала голос другого мужчины.

— Я не знаю. Думаю, Босс может быть здесь.

— Что за чушь ты несёшь?

Ын Ха остановилась на месте.

— Его может и не быть здесь, но он наверняка наблюдает за нами через экран. Я слышал это от нашего Хён Нима, так что я уверен в этом.

— Почему он прячется, как полицейский? Он же не смотрит, как мы развлекаемся.

— Говорил же тебе, блядь, следить за языком. Именно благодаря его осторожности, наша организация до сих пор на плаву, ублюдок. Если бы не он, эти сукины дети Серима проникли бы уже в нашу организацию и убили бы нас всех.

Мужские голоса звучали всё ближе, поэтому Ын Ха вернулась и спряталась за стеной в ванной. Её сердце стало громко биться. Если то, что они сказали, было правдой, то глава YongSung находился в том же здании, что и она. Она попыталась успокоиться, говоря себе, что, может, это и неправда вовсе.

«Я сейчас вернусь, так что ждите здесь»

Она вспомнила слова Кён Хёна. Если ему пришлось встать со своего места, чтобы встретиться с кем-то, значит, этот человек должен занимать высокое положение. Не мешало бы убедиться в этом. Ын Ха вышла из туалета. Вместо того, чтобы вернуться в банкетный зал, она молча начала прогуливаться по первому этажу.

Несмотря на то, что на этом этаже могли бы проводиться различные мероприятия, все двери были заперты. В этих комнатах также ничего не было слышно. Неужели она ошиблась? Размышляя об этом, Ын Ха шла обратно в банкетный зал. Подойдя к чёрному входу, она увидела, что в зале по-прежнему шумно и много сигаретного дыма. Она всё ещё не могла найти Кён Хёна.

…

Она остановилась на месте. На железных дверях старого лифта была нарисована красная буква "Х", которая обозначала, что он не работает. Однако она увидела, как кто-то заталкивает тележку внутрь и исчезает.

В этом здании не могло быть никого, кроме Йонг-Сунга. Все бандиты собрались в банкетном зале на первом этаже.

У сотрудницы не было причин толкать тележку, полную спиртного, куда-то ещё. После того, как двери лифта закрылись, Ын Ха быстро нашла запасную лестницу.

Держа в руке каблуки, она побежала наверх.

*Фух, Фух*

Ей нужно было двигаться быстрее, чем лифт, чтобы узнать, на какой этаж он едет.

3-й этаж.

5-й этаж.

8-й этаж.

Чёрт побери. Неужели всё это из-за того, что ей в начале года попалось "Колесо Фортуны" в таро? Был ли это знак, что колесо будет вращаться до самой её смерти?

Ын Ха чувствовала, что с самого Гонконга она постоянно бежит. В тот момент, когда она почти выбилась из сил, лифт наконец со звоном остановился.

Хаа... Хаа...

Как только двери открылись, Ын Ха быстро спряталась на лестничной клетке и перевела дыхание. В коридоре установилась абсолютная тишина. Боясь, что её быстро бьющееся сердце услышат, Ын Ха глубоко вдохнула и закрыла рот. Работница толкала тележку по грязному ковру и, наконец, остановилась перед дверью в конце коридора. Она постучала в закрытую дверь. Глаза Ын Ха сузились в темноте.

Появилось знакомое лицо. Это был генеральный менеджер Ча, который ушёл вместе с Кён Хёном. Это означало, что Кён Хён тоже был там.

Сотрудница затолкала тележку с алкоголем внутрь и через 5 минут вышла обратно. Девушка вернулась в лифт, а Ын Ха подождала, пока двери закроются. Она медленно вышла на лестничную площадку и направилась в коридор. Длинная табличка, с надписью

"SECURITY", висела рядом с закрытой дверью. Она почувствовала слабый запах сигаретного дыма, доносившийся изнутри комнаты.

— Когда вы сказали, что покидаете страну?

Услышала она слабый мужской голос. Ын Ха притихла и приблизила своё ухо ближе к двери.

— Через месяц, господин.

— Я ожидаю, что теперь фабрика будет работать на полную мощность.

— Так и будет, господин. Я уже сказал им, что они не получат денег, если препараты не будут соответствовать качеству образцов. А они не хотят потерять клиента, который захочет приобрести их продукцию оптом.

— Как и ожидалось, когда речь идёт о такой сумме, мы должны увидеть её своими глазами. Мы здесь не занимаемся благотворительностью.

— Думаю, что приехать на базу, будет опасно для вас, сэр.

— Вы будете там со мной, директор Шин, так о чём беспокоиться?

Ын Ха не могла до конца понять, о чём они говорят. Она подошла ещё ближе к

двери и, нахмурившись, приложила к ней ухо. Разговор продолжался.

— И нет никаких проблем с таможней?

— Нет, сэр. После того, как корабль отплыл из Шэньчжэня, он должен был пройти через Гонконг, прежде чем прибыть к нам. Я уже встретился с Ким Мин Соком и гарантировал, что у нас не возникнет никаких проблем.

— Проследите, чтобы никто не учуял запах и не прибежал к нам. Люди, занимающиеся политикой, лучше всего чуют запах денег. Мы уже получили медицинский контракт, так что они не смогут ничего сказать.

Ын Ха услышала чей-то низкий смех.

— Как и ожидалось, эти китайские ублюдки... Кто ещё мог додуматься создать медицинскую компанию, чтобы легально продавать медицинские метамфетамины? И даже не внутри страны, а на мировом рынке.

Выражение лица Ын Ха ожесточилось.

— Они представляются, как исследовательская лаборатория, но смело производят лёд тоннами. Кто мог представить себе такое?

*Метамфетамины. На сленге это называлось "ббонг" - лёд. Черный лёд.

Филопон.*

Зрачки Ын Ха мгновенно расширились. У неё пересохло во рту, от этой неожиданной информации. Сердце заколотилось, словно она опять бежала вверх по лестнице.

Если то, что они сказали, было правдой, то Сон Хо совершенно неправильно понял ситуацию. Новое лекарство, которое разрабатывал Шин Кён Хён, было ненастоящим. В действительности они планировали нелегально ввезти в страну огромное количество наркотиков. Теперь она поняла, почему Кён Хён встретился с Ким Мин Соком. Успокоив его, они смогли найти способ обойти таможню и проложить путь для своего груза.

— Если эти гиены-ублюдки из Серима поймут, что происходит, то придут за нами, с широко открытыми глазами, так что будьте осторожны.

— Я позабочусь об этом, сэр. Оставьте эту работу мне.

Кён Хён не ошибался. Когда Сон Хо узнает правду, им придётся изменить свои планы.

Этот жадный человек обязательно попытается вырвать у неё это. Это было не то, что она могла сделать сама. Ей нужно было выбраться отсюда и поскорее сообщить Сун Хо, что происходит на самом деле. Руки Ын Ха были влажными от пота.

— Ещё одно дело, директор Шин.

— Что такое, сэр?

— Я не вижу на экране женщину, которая пришла с вами на вечеринку.

Проклятье. Ын Ха сглотнула, во рту пересохло. Ей нужно было вернуться на своё место, пока Кён Хён не начал поиски.

— Но вижу, что она была поймана за бесполезным занятием на камере, в коридоре этого этажа.

Ын Ха быстро подняла голову и четко увидела камеру наблюдения на потолке.

— Позвольте мне выйти и посмотреть, сэр.

Времени на раздумья не было. Как раз когда она собиралась убежать, кто-то выскочил из из комнаты. Она прикусила щеку и проглотила проклятие.

— Что происходит?

Она подняла глаза на стоящего перед ней крупного мужчину и моргнула, трепеща ресницами, на её лице появилось растерянное выражение.

— Я поднялась, чтобы подышать свежим воздухом на крыше, но услышала голоса, доносящиеся отсюда. Извините.

— Ты, чёртова сука. Иди пока внутрь.

В тот момент, когда мужчина схватил её за шею, Ын Ха не стала медлить и со всей силы ударила его ногой в пах.

— Омо, что ты делаешь?!

— Ух!

Крупный мужчина схватился за пах и издал низкий стон. Ему всё же удалось схватить её за руку и потащить в комнату.

— Отпустите меня. Мои ботинки снимаются...

Её голос становился всё громче. Она попыталась поймать равновесие, когда она сделала еще один пинок. За крупной фигурой мужчины, она увидела мужчину средних лет, сидящего в глубине комнаты.

— …!

Это был человек, чью фотографию она видела столько раз, что сбилась со счёта.

Президент YongSung, человек, который приказал уничтожить её семью. Этот человек смотрел на неё. Рядом с ним хмурые Кён Хён и генеральный менеджер Ча подошли к ней. Однако в глазах Ын Ха существовал только Но Хён Чхоль.

У неё пересохло во рту, а лицо стало белым, как простыня. Слёзы блестели в глазах, как стеклянные бусинки.

— Ах ты, сука!

— Стой!

В тот момент, когда мужчина собирался ударить её, Кён Хён вскрикнул. Когда мужчина замешкался, Ын Ха не упустила представленную возможность. Она схватила пистолет, который был в поясе его брюк и вытащила его. Как только она увидела лицо Но

Хён Чхоля, всё, ради чего она старалась, встало на свои места. Теперь ей оставалось только убить человека, который своими руками убил её родителей.

Бах!

У неё не было времени на раздумья, прежде чем она нажала на курок. Из-за дрожащих рук пуля не попала в цель и застряла в одном из экранов позади Но Хён Чхоля. Пульс Ын Ха начал учащаться. Йонг Сун посмотрел на неё и издал непринужденный смех.

— Как может такая красивая леди держать такую опасную вещь.

— Неси бред в аду.

Палец Ын Ха напрягся, собираясь снова нажать на курок.

— Опусти пистолет.

Она почувствовала, как что-то коснулось её виска. Кён Хён был рядом с ней и целился в неё из пистолета. Губы Ын Ха посинели, лицо побледнело.

— Видя, как такой новичок, как она, была приближена к тебе... похоже, что наш директор Шин тоже закончил.

По щекам Ын Ха потекли горячие слезы. Видя, как Но Хён Чхоль смеётся, почесывая свою белую бороду, Ын Ха почувствовала, как сердце пылает от ярости.

— Опусти пистолет. Сейчас же!

Кён Хён заговорил мягко ещё раз. Ын Ха посмотрела на экран, на котором отображалась запись вечеринки с камеры наблюдения.

Услышав выстрел, бандиты внезапно остановились на месте и начали массово покидать помещение. Это была база Ён Суна. Выстрелив в его лидера, она все равно была мертва.

Помутившиеся глаза Ын Ха сузились, когда она улыбнулась своей цели. Успокоить её сердце было несложно. Это было прямо как на многолетних тренировках в тире.

— Ли Ын Ха!

Бах!

Бах!

Ууух!

Как только она нажала на курок, упавший телохранитель Но Хён Чхоля выстрелил в неё из пистолета сзади. В одно мгновение две пули вылетели из пистолетов, и звук разнесся по комнате. Ын Ха почувствовала жжение в плече. Пистолет, который она держала в руках, упал на пол. Падая, она увидела, как Но Хён Чхоль схватился за грудь.

— Отойдите от неё, директор Шин!

Крикнул телохранитель, когда Кён Хён наклонился над упавшим телом Ын Ха. Телохранитель не мог свободно стрелять, потому что Кён Хён был слишком близко к ней.

— Проклятье!

Выругался Кён Хён сквозь зубы и поднял пистолет, прицеливаясь.

Бах! Бах!

Он выстрелил в светильники на потолке и полностью уничтожил их. Комнату внезапно окутала тьма. Кён Хён прикрыл тело Ын Ха и начал делать несколько выстрелов внутри комнаты.

— Что происходит?!

Дверь распахнулась, и бандиты начали заполнять комнату.

*Бах! Бах!*

Когда в комнате раздались выстрелы, за ними последовали крики бандитов, которые рухнули на пол. Когда окна разлетелись вдребезги, а бутылки со спиртным разбились, множество стеклянных осколков разлетелись во все стороны.

Посреди всего этого столпотворения, Ын Ха начала ползти. Ей было так больно, что она едва могла дышать. Горячая кровь залила её платье, вытекая наружу. Через несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Кён Хён зажёг зажигалку.

*Бах! Бах!*

Когда свет прорезал темноту, Кён Хён снова выстрелил, и ещё двое мужчин упали.

— Ух!

Кён Хён схватил её и тихонько вскрикнул.

— Не спи, Ли Ын Ха... Ли Ын Ха!

Генеральный менеджер Ча быстро подбежал к Кён Хёну и торопливо спросил.

— Что нам делать?, - услышала она голос генерального менеджера Ча. Кён Хён негромко приказал ему.

— Выведите Ли Ын Ха отсюда. Я позабочусь об остальных

— Да, сэр.

Её подняли на чью-то спину. Кровь постоянно капала, пока они спускались вниз по аварийной лестнице. Образ, залитого кровью ковра, на втором этаже её дома, постоянно появлялось у неё перед глазами.

«Ын Ха... Нет... Не подходи...!»

Вспомнив мокрые от крови глаза матери, Ын Ха опустила веки и потеряла сознание.