— Как жаль. Тогда у меня нет выбора, кроме как попросить водителя снаружи помочь мне...!

Вдруг два пальца Кён Хёна проникли в её рот. Его безымянный и средний пальцы начали тереться о её язык.

— Ты ведь делаешь это специально?

Не в силах говорить, Ын Ха застонала. Слюна застыла в задней части её горла. Она почувствовала лёгкий запах сигарет, смешанный с «Вody musk»(арабские духи с запахом мускуса) на его руке.

— Ху...

— Если ты пытаешься заставить меня ревновать, то тебе это удалось, — протянул Кён Хён.

Сузившиеся глаза источали желание. Его пальцы были пропитаны её слюной.

Внезапно Ын Ха услышала звук расстёгивания брюк. Кён Хён обхватил влажными пальцами эрегированный член и начал водить по нему вверх и вниз несколько раз.

— Хааа...

Когда его пальцы покинули её рот, Ын Ха начала жадно вдыхать воздух. Кён Хён снял оставшийся каблук с её ноги и бросил его на пол машины. Колени Ын Ха коснулись пола рядом с сиденьем. Когда Кён Хён надавил на спину, Ын Ха подняла голову. Кён Хён тоже стоял на коленях, и его член был прямо перед её лицом.

— Хмпф...!

В отличие от его пальцев, его член был намного больше, когда он вошел в её рот. Она даже не смогла провести языком по его кончику, чтобы почувствовать вкус спермы. Как и всё его тело, пенис Кён Хёна был большим и твердым, а вены пульсировали.

— Я сделаю так, что ты не сможешь думать ни о чьём другом члене, кроме моего.

— Хмм...!

Руки Кён Хёна, которые нежно поглаживали её голову, теперь спустились вниз, накрыв её щеки. Уже было трудно уместить член во рту, и Кён Хён начал двигаться и выходить. Ын Ха нахмурилась и изо всех сил старалась сосать его член. Она почувствовала, как его рука напряглась на её щеке.

— Хмф!

Когда он достиг задней части её горла, всё больше и больше слюны стекало по его члену.

— Если ты продолжишь в том же духе, то тебе будет еще сложнее

Ын Ха проигнорировала его, провела языком по основанию его члена и начала яростно сосать. Наблюдая за тем, как она сосёт его член, с покрасневшими глазами, Кён Хён не мог остановить всплеск нахлынувшего желания. Потеряв всякую сдержанность, Кён Хён протиснулся глубже в её рот. Казалось, как будто его засасывало в тело этой девушки.

— Хмпф! Хмф!

*Кап, кап*. По мере того, как Кён Хён двигал бедрами, слёзы потекли из глаз Ын Ха. Кён Хён быстро схватил свой пенис и вытащил его. Ын Ха, задыхаясь, хрипло прошептала.

— Мне было так хорошо, почему ты остановился?

— Я думал, что кончу в твой рот.

Она натянуто улыбнулась. Кён Хён уложил её на сиденье. Затем он накрыл её тело и прошептал на ухо.

— Это было слишком хорошо.

Он поцеловал её возле глаз и раздвинул её ноги коленями. Внутренняя часть бедра была влажной из-за соков. Кён Хён безжалостно раздвинул ноги и легко вошел в неё.

— Ты очень горячая внутри. Неужели ты возбудилась, просто пососав мой член?

— Хаахнг! Нннг!

Вместо ответа, Ын Ха издала стон. Когда он это произнес, всё её тело сильно покраснело. Стенки освободили путь для его члена они автоматически начали доить его, пульсируя и сжимаясь вокруг него.

— Разве это не было жёстко?

— Было грубо...!

— Тебе нравится такое?

Его твёрдый стержень тёрся о её стенки. У Ын Ха пересохло во рту, от такого невероятного удовольствия.

— Мне просто нравятся... сильные мужчины… Хннг, вот и все.

Кён Хён облизал губы и тихонько засмеялся.

— Мне тоже нравятся сильные женщины.

Когда Кён Хён накрыл её тело своим и начал входить в неё, Ын Ха обхватила его ногами. Когда она приподняла бедра, чтобы прижаться к нему, Кён Хён поднёс руки к её попе и оторвал от сиденья, прежде чем войти в девушку. Их вздохи и стоны раздавались внутри машины.

— Хааагх!

Он был так глубоко в ней. Каждый раз, когда входил в неё, Ын Ха чувствовала, будто она была настолько заполнена, что не может дышать. Она почти не могла поверить, что ей может быть так хорошо. Ей казалось, что машина трясётся с каждым его толчком.

— Ты ешь меня прямо, как ты и хотела. Как ощущения?

— Нннг! Хааанг!

— Тебе так хорошо, что ты даже говорить не можешь?

Он не ошибся. Из-за быстро-нарастающего удовольствия, она не могла ответить ему должным образом, сквозь сбитое дыхание. Она хотела схватиться за его рубашку, но, побоявшись, что помнёт её, обхватила руками его шею.

Кён Хён почти полностью вышел, прежде чем снова погрузиться внутрь до упора. Он повторял эти движения, как заведённый. Пока они продолжали сливаться воедино, их удовольствие стало нарастать.

Кён Хён поднес свои губы к мочке её уха, а затем переместился за ухо, лизнув нежную кожу. В последний раз, когда они занимались сексом, он понял, что это место было её чувствительной точкой. Однако, чем больше он дразнил её там, тем больше возбуждался сам.

— Не делай это так грубо...!

— Почему нет? Тебе же так нравится.

— Если ты будешь делать это так жёстко, то останутся следы... Хннг!

— Если люди узнают, что это именно я оставил следы, тогда все эти ублюдки не посмеют приближаться к тебе.

— Ты... ты делаешь это специально?

— Не могу смотреть, как эти сукины дети пускают слюни на мою женщину.

— Но я не твоя женщина, директор.

Она хотела сохранить бесстрастное выражение лица, но, почувствовав, как он всасывает её кожу, всплеск удовольствия взорвался в животе.

— Когда бы ты ни занималась сексом со мной, ты - моя женщина.

Кён Хён просунул руку под платье и начал ласкать ее спину и грудь. Сдерживаемая лифчиком, Ын Ха почувствовала, как удовольствие распространяется по её телу, как

электрический ток.

— Ты не сможешь думать ни о чем другом, кроме того, что мы делаем прямо сейчас.

— Не......смеши меня!

Ын Ха покачала головой, а Кён Хён зарылся лицом глубже в её шею.

— Давай посмотрим, смешон я или нет.

Пока его член продолжал пульсировать внутри неё, влажные звуки их спаривания становились всё громче и громче. Каждый раз, когда его член входил, его мошонка яростно шлёпалась о её вагину, отчего она покраснела.

Размякнув, под воздействием стимуляции, её стенки приветствовали своего гостя, многократно сжимаясь и расслабляясь вокруг его члена. Блестя от их жидкостей, член то исчезал, то снова появлялся, когда он входил в неё.

— Ты сказала, что не хочешь этого, но сжимаешь меня так крепко прямо сейчас. Это такая уловка?

— Откуда, хннг, ты узнал?

— Смотрю, у тебя есть ещё силы шутить. Видимо я недостаточно стараюсь.

Не снимая одежду, Кён Хён начал входить в неё со спущенными до бедер брюками и трусами. Он прижал её бедра назад, так что каждый раз, когда он входил, его лобковая кость безжалостно ударялась о её клитор. Ын Ха не могла больше сдерживать чувства, поднимающиеся по её телу. Он продолжал с силой входить и выходить из её тела.

— Кажется, я сейчас кончу. Хааа, ааа... кажется, я кончаю... Хннг!

— Мне сделать тебе приятно?

Его идеально уложенные волосы взъерошились, и несколько прядей упало на лоб. Он прошептал ей хриплым голосом. Ын Ха почувствовала, что уже сходит с ума от удовольствия. Сколько ещё он может дать ей? Задыхаясь от желания, она кивнула.

— Да, пожалуйста, сделай это...!

Кён Хён крепко схватил её дрожащее тело. Затем начал направлять свои толчки так, чтобы непрерывно стимулировать верхнюю часть ее входа.

Благодаря их сексу в её квартире, два дня назад, казалось, Кён Хён прекрасно запомнил её тело. Он знал, где нужно прикоснуться к ней, чтобы она застонала. Он знал, куда входить, чтобы доставить ей величайшее наслаждение, от которого на глаза наворачиваются слёзы. Как ещё он мог превратить её жизнь в такой полный беспорядок?

— Не кончай пока.

— Это не то... я могу... контролировать.

Она смотрела на него обиженными глазами, задыхаясь. Внезапно, Кён Хён положил свою руку под её бедра и приподнял её над собой.

— Ты еще не была сверху.

Кён Хён посадил девушку на колени и начал входить в неё. К счастью, они были не в обычном седане, и крыша была выше. Если бы не это, Ын Ха точно ударилась головой. Пухлая попка Ын Ха начала подпрыгивать вверх-вниз на его члене.

— Хннг! Аааа!

Кён Хён продолжал поднимать бёдра, когда их кожа соприкасалась.

Их жидкости брызнули во все стороны, и глаза Ын Ха наполнились слезами. Это было так же, как и тогда, когда они в первый раз занимались сексом. Наслаждение было настолько сильным, что она почти испугалась.

— Тебе нравится делать это так.

— Ах, аааа!

Когда покалывающий оргазм распространился по всему телу, Ын Ха начала извиваться и стонать. Её сбитое дыхание коснулось шеи Кён Хёна. Ее вход сокращался из-за оргазма и засасывал пенис Кён Хёна. Стон вырвался из его губ.

— Ху, так приятно?

— Ха...

Ын Ха посмотрела вниз на Кён Хёна и схватила его за щеку дрожащей рукой. Она сделала это инстинктивно из-за страха. Она чувствовала, что, если бы не сделала этого, она будет полностью под властью этого мужчины.

Красными глазами она смотрела в глубокую бездну его глаз и опустила голову для поцелуя.

Она нашла его язык и начала яростно сосать. Кён Хён прищурился, и Ын Ха прикрыла глаза. Она чувствовала, что он может прочитать её мысли и хотела избежать его взгляда.

— Открой глаза и посмотри на меня. Покажи мне, что ты чувствуешь.

— Я не хочу.

Она ослушалась его приказа и провела языком по его губам. Она поцеловала его лицо, после чего зарылась губами в его шею. Ын Ха сильно прикусила её и сосала, точно так же, как он делал с ней ранее. Она чувствовала запах его одеколона, смешанный с его истинным запахом. Грудь Кён Хёна казалась под одеждой упругой и твердой.

Всё ещё сидя у него на коленях, Ын Ха начала двигать бедрами. Грудь Кён Хёна внезапно поднялась и опустилась. Возбуждение можно было ясно прочитать по его лицу.

— Хуу...

Он издал хриплый стон и надавил рукой на её бёдра.

— Хааагх...!

Его член вошёл так глубоко внутрь неё, что Ын Ха издала крик. Его большая рука удерживала её так, что она не могла вырваться. Вены пульсировали на его шее, когда он эякулировал.

— Ах, хннг!

Он отстранился, как будто собирался покинуть её, но затем снова вошёл. Её тело задрожало. Кончая в неё, он продолжал держать Ын Ха в своих объятиях, из-за чего она не могла ничего больше делать, кроме как стонать.

Они наконец-то закончили их боевой секс.

Затуманенный разум Ын Ха начал проясняться.

— ...Ты пытаешься оплодотворить меня?

Совершенно обессиленная, спросила она Кён Хёна укоризненным тоном.

— Хаха, конечно же нет.

Кён Хён нахмурил брови и издал слабый смешок. Всё ещё в его объятиях, Ын Ха начала двигаться, пытаясь уйти. Кён Хён покачал головой.

— Если ты сейчас пошевелишься, всё это вытечет и испортит твою одежду

Как он и сказал, как только она пошевелилась, кремового цвета жидкость начала вытекать. Видя, что их лобковые волосы слиплись из-за соков, Ын Ха нахмурилась.

— Это выглядит безумно сексуально.

Пробормотал хриплым голосом Кён Хён, как будто прочитал её мысли. Ын Ха беспомощно опустилась на его член снова, и её дыхание сбилось. В отличие от прошлого раза, Кён Хён кончил внутрь.

— Если я забеременею, ты должен будешь взять на себя ответственность.

— Ты хочешь сказать, что планируешь заниматься сексом со мной, пока не забеременеешь?

Кён Хён залез в карман своих брюк и достал упаковку длинных таблеток в серебряной обертке. Ын Ха нахмурилась и выхватила упаковку противозачаточных. Она задалась вопросом, когда он успел достать это, но потом она вспомнила, как он подложил

ожерелье в её сумочку.

— Значит, тебя не удовлетворило просто порыться в чьей-то сумочке. Тебе пришлось даже украсть?

— Это было бы хлопотно, если бы ты была наркоманкой, так что я просто хотел убедиться.

Несмотря на то, что она была не в том положении, чтобы упрекать кого-то за плохие манеры, Ын Ха не могла не чувствовать раздражение.

Она посмотрела на него. Ей не нравилось, что он выглядел таким довольным. Как зверь, который только что вернулся с удачной охоты.

— Разве мы не торопимся?

— Приляг пока.

Уложив её, Кён Хён наконец-то вытащил член. Затем он начал вытирать между её бедер, осторожно, как будто она ребёнок. Ын Ха пыталась остановить его, но он был настойчив.

— Я собираюсь переодеться. К счастью, мы купили два платья

Она собиралась достать из бумажного пакета шелестящее платье кремового цвета, но Кён Хён остановил ее.

— Нет, это платье идет тебе гораздо лучше

— ...Мне идет любое платье

— Не искажай мои слова. Мне нравится то, которое на тебе сейчас.

— Почему?

Это была правда, что у него экстравагантные вкусы. Пока Ын Ха размышляла над этим, Кён Хён спокойно ответил.

— Это платье пахнет сексом. Оно отвлечет меня от скучной вечеринки, поэтому я думаю, что благодаря ему время пройдет быстрее.

— Директор, мне жаль это говорить, но... Ын Ха выглядела печально.

— Говори.

— Кто-нибудь говорил тебе, что у тебя странные предпочтения?

— Нет.

— Как странно. Интересно, почему никто тебе не сказал. Ты звучишь, как абсолютный изврат из-за своего последнего комментария.

Когда Ын Ха подчеркнула слово "изврат", Кён Хён тихонько рассмеялся. Странно дружелюбная атмосфера… Ын Ха неловко кашлянула.

— До сих пор, ни одна женщина не могла бы сказать мне, что-то подобное в лицо.

— Мм... Тогда нужно ли мне рискнуть жизнью и ударить тебя по щеке?

— Что ты имеешь в виду?

— Когда такой грозный мужчина, как ты, говорит женщине, что она первая в чем-то, это обычно означает, что он влюбился.

Кён Хёна странно застыл, а затем с его губ сорвался громкий смех. Подняв подбородок, Кён Хён выглядел так, как будто он действительно смеялся и хорошо проводил время. Действительно ли это было так смешно? Ын Ха моргнула своими большими глазами.

— Хочешь ударить меня по лицу разок и посмотреть? Давай посмотрим, что произойдет.

— Вынуждена отказаться. Я не хочу умереть до тридцати.

— Хорошая мысль.

Все еще хихикая, Кён Хён открыл окно машины и позвонил водителю, который

стоял в 10 метрах от него. Водитель был в солнцезащитных очках, когда залез обратно внутрь. Ын Ха подумала, что он почувствовал запах секса и колебался, прежде чем поехать.

Казалось, что именно так Кён Хён и объявлял всем, что он сделал свою новую секретаршу своей женщиной. Если он не хотел испортить свои планы, то так будет лучше.

Насекомых всегда привлекали красивые цветы, а Ли Ын Ха, по его мнению, определенно была соблазнительной женщиной.

Кён Хён разглядывал профиль Ын Ха, пока та смотрела в окно. Она была погружена в раздумья.

Кён Хён хотел узнать, как шестнадцатилетняя Ын Ха попала в лапы Кан Сон Хо. Как она стала одной из людей Серима? Он прочитал отчёт, полученный несколько дней назад, но единственное, что он выяснил, так это то, что Кан Сун Хо тщательно скрывал её от посторонних.

В этом не было ничего невозможного. Она была совсем юной, когда была похищена. Он не мог исключить возможность того, что она могла быть загипнотизирована или подвержена насилию, в результате чего, это привело к промыванию мозгов. Живя и работая за границей, никто бы не узнал, что эта женщина, член Серым, на самом деле была пропавшей Ли Ын Ха.

Что же ему теперь делать?

Ын Ха почувствовала его пристальный взгляд и повернула голову. Она одарила его тихой усмешкой.

— Я понимаю, что я тебе нравлюсь, но...

— Но?

— Если ты будешь продолжать смотреть на меня так, то просверлишь дырку в моем лице.

— Как бессердечно.

— Я не сказала ничего такого плохого.

Если Кан Сон Хо действительно приказал ей убить его, то она собиралась напасть на в скором времени. Кён Хён подумал, что это, возможно, к лучшему. Если она

обнажит перед ним свои острые когти, для Кён Хёна всё станет намного проще. Если она захочет поцарапать его, он был готов даже представить свою спину. Если это заставит её доверять ему, то он сделает это.

Проводив ее взглядом, Кён Хён апатично открыл рот:

— Ты красивая.

— Знаю.

— Тебе не надоело слышать это так часто?

Кён Хён посмотрел на её спокойное выражение лица и спросил.

— Ну, наверное, да, но также...

— Также?

— Говорят, что судьба красавицы полна несчастий. Многие красавицы в истории встретили не очень хороший конец.

— Это потому, что все они встречали глупых мужчин.

Плечи Ын Ха задрожали. Она засмеялась в недоумении.

— Почему ты смеешься?

— Ты действительно так думаешь?

Когда Кён Хён взглянул на неё краем глаза, Ын Ха издала возглас удивления.

— Ух ты. Ты настоящий мачо.

Кён Хён нахмурился. Он не был уверен, хорошо это или плохо. Когда он увидел хихикающее лицо Ын Ха, он понял, что, скорее всего последнее. Не зная, как

ответить ей, он промолчал.

Пока они были в пути, Кён Хён понял, почему Кан Сон Хо послал её вместо

других своих подчиненных. Кан Сун Хо знал без сомнения, что Ли Ын Ха сильна в подчинении мужчин. Кён Хён внезапно почувствовал, как что то горячее поднимается внутри него.

— ...В чем дело?

Услышав, как Кён Хён выругался, Ын Ха спросила его с широко раскрытыми глазами.

— Тебе так неприятно слышать, как я называю тебя мачо?

— Да.

— Мне очень нравятся мужчины-мачо.

Кён Хён расслабил лицо и вздохнул. Он заставил себя оторвать взгляд от её милой улыбки. Желание поскорее закончить миссию становилось всё сильнее. Впервые он хотел раскрыть кому-то свою истинную личность и ничего не скрывать.

— Мы прибыли.

Как раз в тот момент, когда Кён Хён решал, что делать дальше, машина подъехала к месту назначения. Ын Ха открыла дверь машины и уже собиралась выйти, когда Кён Хён

схватил её за руку. Ожерелье идеально смотрелось на Ын Ха, сверкая на её груди.

— Может, зайдем внутрь?

— Да, директор.

Восьмиэтажное здание стояло перед ними. Казалось, оно не сочеталось с заброшенными заводами вокруг него. Бесцветная вывеска холодно сообщала, что это мрачное здание было свадебным залом. В каком-то смысле, оно выглядело как заброшенный мотель. Поскольку у него не было парковки, группа черных седанов была припаркована на пустой площадке снаружи.

ЫнХа не колебалась, когда вошла туда, где собрались члены YongSung. Её длинные волосы развевались на прохладном ветру.