Почувствовав странную, едва уловимую перемену в его настроении, Джэён осторожно попятилась назад, но он не дал ей толком сдвинуться с места. Тяжелая рука сильнее надавила ей на заднюю часть шеи, притягивая девушку к нему еще ближе. Валентин чуть разомкнул губы, и в этот момент…

— Прошу прощения, — раздался голос из-за его спины.

Позади дивана стоял охранник. Валентин резко обернулся с раздраженным видом. Охранник наклонился и что-то тихо сказал ему на ухо, отчего Валентин вмиг изменился в лице, скорчив серьезную мину. Наблюдая за тем, как эти двое перешептываются, Джэён поняла: это ее шанс.

— Послушайте… — начала она.

— Что?

— Мне нужно в туалет.

— Пытаешься удрать под предлогом похода в уборную?

— …

Он попал в самое яблочко, и ей нечего было ответить. Видя, что она тут же стала как в воду опущенная, Валентин открыто расхохотался над ее наивной уловкой.

— Вот умора, чесслово.

Мужчина провел рукой по своему лицу, стирая с него улыбку, и затем принялся поглаживать бровь.

— А не боишься? — без обиняков спросил он тоном, от которого она внутренне содрогнулась. — Ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю, если поймаю на попытке к бегству?..

Валентин пугающе посмотрел на нее сквозь пальцы. Джэён не ответила, но и не отвела глаз. Она пыталась не выдавать в упрямом взгляде, до чего ей страшно, вот только читать ее было так же легко, как открытую книгу. Глядя на нее, Валентин цокнул языком. Он достал из кармана пиджака плоскую прямоугольную жестяную коробочку – вроде тех, что для леденцов монпансье, – вынул оттуда подозрительного вида конфету из цветного прессованного порошка и закинул ее в рот.

— Что ж, дерзай. Только учти, если не сможешь, — мужчина поднес открытую коробочку прямо под нос Джэён, а затем слегка потряс, и разноцветные таблетки забренчали внутри, — я и тебе скормлю одну такую.

Джэён молча поднялась с дивана. Валентин кивнул подбородком в ее сторону – и к ней тут же прилип охранник. Конвоир повел ее в сторону туалета, проторяя путь сквозь толпу. Походка у девушки была шаткая, неуверенная.

Среди скопища людей, наряженных во всевозможные карнавальные костюмы, скромно одетая Джэён, без каких-либо украшений и вычурностей, резко выделялась, словно белая ворона. Со всех сторон к ней то и дело тянулись руки.

Неожиданно дорогу ей преградил мужчина в костюме вампира. Оскалив искусственные клыки, и шутливо рыча, он потянулся к ее шее, делая вид, будто собирается укусить. Ее сопровождающий оттолкнул кровососа тычком в плечо, и тот смущенно отступил. Приставучих рук было довольно много, но охранник неизменно пресекал все попытки пролезть к девушке. Между тем Джэён нервно покусывала губы и осматривалась по сторонам.

Куда ни глянь – повсюду были люди Валентина. Они стерегли все проходы, входы и выходы, переговариваясь по рациям. Проскользнуть мимо всей этой своры и выбраться из здания казалось невозможным.

«В фильмах в таких ситуациях герои прячутся в вентиляционных шахтах или спускаются по водосточным трубам, идущим вдоль стены…», — рассуждала Джэён.

Вот только она не героиня боевика, а обычный человек, и подобного рода трюки ей не осуществить – даже при всем желании. Попытаться воззвать к помощи встречных посетителей клуба? Увы, ей не попалось на глаза ни одного трезвого человека. Все были под кайфом, либо пьяны, либо обкурены – их шатало, они без конца хихикали и смеялись, как умалишенные.

Пока Джэён ломала себе голову над тем, как спастись, в поле зрения показалась табличка «Туалет». Шаг за шагом приближаясь к уборной, она лихорадочно перебирала в уме одну провальную идею за другой, и тут ее взгляд зацепился за что-то выступающее на стене чуть дальше по ходу движения.

— !..

Присмотревшись, она разглядела в небольшом красном квадратном корпусе кнопку под прозрачной крышкой. И пусть надпись была на немецком, но догадаться, что это такое, было не сложно.

Кнопка пожарной тревоги.

Джэён сглотнула набежавшую во рту сухость. В голову пришла мысль, которую при обычных обстоятельствах она бы никогда даже не допустила. Понимая, что подобная выходка может повлечь за собой весьма серьезные последствия, девушка ощутила новый наплыв страха.

Но других вариантов не было. В тот момент, когда ее конвоир отвлекся на очередного пьяного приставалу, Джэён кинулась к пожарному извещателю и, откинув защитную крышку, саданула по кнопке кулаком. Громко заверещавший сигнал тревоги взбудоражил весь клуб.

Поначалу веселящиеся люди решили, что визгливый звук, огласивший пространство, часть праздничной шоу программы, и стали обмениваться взглядами, наполненными смесью ожидания и легкого волнения. Но надрывающаяся сирена все не умолкала, и очень быстро началась паника: народ, как перепуганное стадо, с дикими криками и воплями бросился бежать, куда глаза глядят.

Устремившиеся к выходам люди в хэллоуинских нарядах толкались, сбивали друг друга с ног, давя упавших. В царящей суматохе костюмы рвались, макияж размазывался, на пол летели маски, парики, головные уборы. Внезапно накатившая волна бегства зацепила и охранника, который сопровождал Джэён, оттеснив его от девушки. Воспользовавшись моментом, Джэён рванула прочь, пытаясь затеряться в толпе.

— Подождите! Стойте! Меня… господин Эйнберн!.. Я… доставить вас к не…

Охранник что-то кричал ей в спину, но всех слов было не разобрать – они тонули в вое пожарной сигнализации. Джэён, смешавшись с потоком людей, продвигалась вперед, как будто ее несло течением реки. До заветного выхода было рукой подать, но чутье подсказывало ей, что прихвостни Валентина поймают ее раньше.

Она видела, как перекликается охрана. Вместо того чтобы включить свет и направлять эвакуирующихся людей к аварийным выходам, они обыскивали зал во всех направлениях. Очевидно, искали ее.

На подходе к охраняемой лестнице девушка резко свернула в боковой коридор. Там оказалось безлюдно. В дальнем конце коридора виднелась куча какого-то хлама. Подбежав ближе, Джэён обнаружила позади нагромождения рухляди подслеповатое окно в пол, а за ним – узенький балкон, ширина которого была немногим больше оконного проема. Уместить на столь малой площади можно было разве что несколько цветочных горшков.

«Может, спрятаться здесь хотя бы на минутку», — подумала Джэён.

Пока она стояла там и колебалась, до ее слуха донеслись сердитые голоса, притом совсем рядом. Времени на раздумья не было. Джэён оттолкнула стул, загораживавший проход, схватилась за изъеденную ржавчиной ручку и попробовала повернуть ее, приложив все силы. Стекла слегка задребезжали, старый запорный механизм противно заскрежетал, но в конце концов с горем пополам поддался – створка открылась.

Джэён юркнула на балкон. Едва она успела тихонько закрыть за собой балконную дверь, как в коридоре послышались шаги. Девушка чувствовала, что это пришли по ее душу.

Она присела на корточки и, затаив дыхание, замерла. Судя по звуку шагов, к окну подошли очень близко, но, к счастью, никто его так и не открыл. Гора мусора перед ним удачно скрывала Джэён от рыщущих глаз.

Она выдохнула с облегчением, выпустив изо рта белое облачко пара.

«Лучше всего будет тут немного переждать, а потом, когда переполох уляжется, незаметно слинять», — рассудила про себя Джэён.

Но очень скоро девушка поняла, какую чудовищную ошибку совершила. Стоило боязни быть пойманной слегка отступить, как ее накрыло осознание, куда именно она забралась.

Темное маленькое ограниченное пространство; жгучий холод, кусающий кожу; закрытая стеклянная дверь… Верное место, чтобы воскресить в памяти кошмарные эпизоды из далекого прошлого, которые она так старательно пыталась забыть.

Джэён вдруг поняла, что дрожит – и дело тут было не только в ледяном ночном ветре, который гулял по балкону. Внезапно ее охватило ощущение удушья, словно ей стало нечем дышать. У самых ног заплескалась чернильная темнота. Тревога и страх нарастали внутри нее с пугающей скоростью. Неотвратимо, точно прилив к берегу, подступал приступ паники, грозя вот-вот поглотить ее с головой.

Кусая губы, девушка подскочила как ужаленная и метнулась к выходу. Плевать, если Валентин снова схватит ее, только бы убраться с этого балкона.

Трясущимися руками она попыталась открыть окно, но ничего не вышло – замок лишь огрызнулся звяканьем. Джэён принялась толкать балконную дверь, наваливаясь на нее всем телом, и снова неудача. Сколько бы усилий она не прилагала, все было напрасно. Видавшая лучшие времена ручка окончательно заклинила. Должно быть при закрытии окна что-то сломалось.

Джэён в отчаянии забарабанила кулаками по стеклу, но на нем не появилось ни одной трещинки. Вокруг не было ничего, чем можно разбить окно. И никого поблизости, кто мог бы ее услышать.

Она оказалась в ловушке на балконе.

— Ах…

Девушка быстро выбилась из сил и в изнеможении привалилась к оконной створке, держа ладони прижатыми к стеклу. Руки бессильно соскользнули вниз. Джэён осела на пол. Холодный ветер задувал под тонкую блузку, ее моментально пробрал до костей озноб. Она подтянула колени к груди и обняла их руками, пытаясь хоть как-то совладать с панической атакой.

— Все хорошо… Все нормально…

Джэён бормотала бессмысленные слова, заставляя себя дышать медленно, глубоко. А между тем перед глазами у нее замелькали черные мушки, мир вокруг стал мало-помалу расплываться.

Все было в точности, как тогда. Она снова одна, взаперти, на темном холодном балконе. По ту сторону стекла светло и тепло, но балконная дверь не открывается. Сколько ни плачь и ни умоляй, никто не придет. Оставалось только ждать восхода солнца.

Да, ничего страшного, нужно просто потерпеть до утра. Это сущий пустяк. Ну подумаешь, малость зябко. Она вполне сможет продержаться.

Девушке казалось, будто ее окружает черная вода, которая уже покрыла ей ступни и постепенно поднимается все выше и выше. Паника подступала к горлу, но Джэён старалась не концентрироваться на ощущении нарастающего физического недомогания. Чтобы не думать об этом ни секунды, она крепко зажмурилась, уткнулась лицом в колени и сосредоточилась только на дыхании.

На улице стояла такая холодина, что без верхней одежды никак не обойтись. Джэён всю колотило, зубы неудержимо стучали друг о друга. Но чем больше она думала о холоде, тем сильнее мерзла. Она старалась пересилить себя, направить мысли на что-то другое.

Неожиданно в голове девушки всплыл образ Линдерга. В старинном замке у нее в покоях всегда было теплее, чем где бы то ни было. Стоило открыть дверь, и согретый воздух приятно обволакивал с ног до головы.

В спальне, где не было и намека на свирепствующий за окном промозглый ветер, Джэён забиралась под мягкое пушистое одеяло, натянув его до самого подбородка, после чего мгновенно проваливалась в сон.

 «Хочу вернуться туда…»

Девушка слабо улыбнулась обветренными губами, осознав, что в первую очередь она потянулась мыслями не к своей маленькой квартирке-студии в Корее, а к величественному Линдергу.

Похоже, она успела сильно привязаться к этому месту, и когда вернется домой, еще долго будет по нему тосковать. Едва ступив на немецкую землю, Джэён уже знала, что так оно и выйдет, что прельщающий необыкновенной красотой замок Линдерг глубоко запечалится в ее сердце. Но теперь тоска ее будет совсем иного рода. А именно – по его хозяину.

Мужчина с блестящими платиновыми волосами и голубыми глазами, не менее красивый, чем сам замок. Первый человек, который помог ей просто так, ничего не требуя взамен. На вид он холоден, как лед, и бесстрастен, но к ней – всегда добр, внимателен, заботлив…

Джэён заторможено моргнула, чувствуя, что голова будто набита ватой. Видимо, от холода сознание постепенно притуплялось, немели руки, деревенели пальцы. Она чувствовала, что начинает впадать в забытье, словно погружаясь на дно глубоких вод.