Услышав растерянный ответ Аделины, герцог нахмурился, совершенно не понимая, что она имеет в виду.

Видя, как изменилось выражение лица супруга, девушка поспешила объясниться.

— Сумма настолько большая, что не верится, что эти деньги действительно предназначаются мне. Я считала, что это всего лишь записи в книгах учёта, которыми Вы распоряжаетесь самостоятельно.

— Иначе говоря… Ты считала, что с целью создания чёрной кассы я веду двойную бухгалтерию, присваивая деньги супруги? – Алексио прищурился, глядя на девушку, на что та энергично замахала руками.

— Конечно же нет. И в мыслях не было. – Скорее, она считала это само собой разумеющимся. Какой мужчина в здравом уме стал бы выделять средства содержание фиктивной жене? С другой же стороны, Алексио Пэмбрук меньше всего быть хотел прослыть скупым мужем, который не даёт супруге и клаона. Поэтому Аделина совершенно естественно предположила, что в официальных документах будут числиться записи о выплаченных средствах, тогда как на самом деле, они будут уходить герцогу.

Увидев замешательство Аделины, герцог тяжело вздохнул.

— Это действительно твои деньги. Можешь тратить по своему усмотрению.

— Невозможно! Двести миллионов клаонов в месяц? Это слишком много. – Сумма в 2,4 миллиарда в год, казалась сюрреалистичной. Это больше, чем годовой бюджет многих дворянских семей. Да даже будь она настоящей женой, получать настолько огромные суммы было чем-то немыслимым.

— Вдовствующая герцогиня ежемесячно получает сто миллионов клаонов. Есть ли смысл в том, чтобы моя жена распоряжалась меньшим? Контроль над финансами также даёт влияние во внутренних делах.

— Вероятно, так и есть… но… – Аделина могла лишь рассеяно моргать. Герцог Пэмбрук был прав. То, сколько средств находится в распоряжении хозяйки дома, является важным показателем её влияния. Дело было в том, что вдовствующая герцогиня уже распоряжалась слишком большой суммой, а Алексио не мог просто так сократить её расходы. В противном случае, он давно выгнал бы и мачеху, и сводного брата. Девушка крепко сжала подол платья. Она всё прекрасно понимала, но на душе из-за такой огромной суммы всё же было неспокойно.

Герцог Пэмбрук лишь пожал плечами, как будто не понимая, в чём проблема.

— Аделина Бриэль Эстрия-Риошэль имеет право пользоваться статусом и правами герцогини Пэмбрук. Разве это не было частью нашей сделки? Просто прими это. Возможно, прозвучит несколько грубо, однако для меня это не такая уж большая сумма.

— Я прекрасно осознаю, что Вы гораздо богаче, чем я себе представляла. Но это вовсе не значит, что это стоит принимать как данность. Вы много трудитесь ради этого. – В отличие от Алексио, ей, напротив, эти средства достались бы без каких-либо усилий с её стороны. – Я гордилась бы собой, получи деньги за свой упорный труд. И не могу просто принять их лишь из-за того, что являюсь действующей герцогиней Пэмбрук. – Аделина видела, как её отец, желая богатств, которые ему не принадлежали, превратился в монстра. Для неё деньги, полученные таким образом, были подобны яду.

— Что ж, я, напротив, считаю, что ты уже делаешь достаточно, принимая Луку в качестве приёмного сына и будущего наследника.

— Это совершенно другое.

— Лишь часть нашего договора. Почему ты считаешь, что это разные понятия? Если это настолько тяготит тебя, то добросовестно выполняй обязанности герцогини.

— Разумеется. Я намерена хорошо исполнять свою роль в течение всего срока действия контракта.

— Значит это является само собой разумеющимся, а получение положенных тебе средств – нет? Эта логика не выдерживает никакой критики. – Алексио, скрестив руки на груди, слегка склонил голову. – В любом случае, эти деньги будут перечислены на твоё имя. Я думал, что ты уже получила их вместе с отчётами, но ещё раз напомню об этом Мейсону. Даже если не желаешь их тратить, просто прими. – Мужчина произнёс это столь решительно, что Аделина не могла более возражать. Вопреки этому девушка продолжала хмуриться, явно выражая недовольство, отчего Алексио вновь усмехнулся. – Честно говоря, я впервые сталкиваюсь с такой ситуацией. Все пытаются выудить из меня побольше денег, а ты настолько упряма, что изо всех сил пытаешься от них отказаться.

— Это не упрямство…

— Да, да. Я понял, принцесса. – Герцог Пэмбрук прервал супругу, которая снова собиралась ему возразить, и завёл машину. Громкий звук двигателя заглушил её недовольный вздох. После того, как мужчина нажал на педаль газа, автомобиль плавно тронулся с места. Алексио одной рукой удерживал руль, а другой подпёр щёку, опираясь на нижнюю часть окна.

“Как странно.”

Мужчина думал об этой абсурдной перепалке с Аделиной. Будь на её месте другая женщина, он наверняка просто отмахнулся бы, посчитав ту упрямой и к тому же глупой. Но с Аделиной всё было иначе. Её слова казались ему необычайно благородными. А всё потому что Алексио начал доверять ей. Он несколько раз прокрутил в своей голове внезапно возникшее слово. Использовать слово «доверие» в отношении другого человека для него было чем-то странным.

Аделина по-прежнему дулась, глядя в окно. При виде этого на устах герцога Пэмбрука снова расцвела лёгкая улыбка.

Это было действительно странно.

* * *

Леди Пэмбрук, наблюдавшая за плавно въезжающей на территорию поместья машиной, закусила губу. Когда женщина увидела, что её пасынок, выйдя из автомобиля, открыл дверь для Аделины, у неё инстинктивно возникло нехорошее предчувствие. Взаимодействие между ними выглядело куда более близким, чем она предполагала. Любые планы были рассчитаны на то, что отношения между Алексио и принцессой будут достаточно холодными. В тот самый момент, когда супруги достаточно сблизятся, она потеряет всё своё влияние и будет обречена оказаться на улице вместе с собственным сыном. Дерек, строивший из себя умника, совершенно ей не помогал. Женщина скорее сама совершила большую ошибку, раз вообще позволила этому браку состояться, поверив болтовне сына.

“Стоило костьми лечь, но воспрепятствовать этому!”

Вдовствующая герцогиня с досадой ударила себя по груди. Из-за того, что хитрый пасынок сумел завоевать расположение регента, ситуация сложилась крайне сложная. Однако она могла бы предпринять последнюю попытку.

“Пока ещё есть надежда.”

К счастью, сейчас между супругами чувствовалась некоторая отчуждённость. Будь они действительно близки, то атмосфера была бы совершенно иной. Вдовствующая герцогиня была обязана воспользоваться моментом. В этом деле она явно не знала себе равных. В конце концов, именно благодаря этому умению она и стала хозяйкой поместья Пэмбрук.

“Нужно действовать через принцессу.”

Она не могла вести разговоры с Алексио, с которым отношения у неё уже были испорчены. Но добродушная принцесса – совершенно иное дело. Девушка была юной и робкой. Даже после того, как недосчиталась ключей от четырех складов, она решила это просто «проглотить».

“Я заставлю эту девчонку рыдать и умолять о том, чтобы её освободили от обязанностей хозяйки.”

Грандиозных планов для того, чтобы справиться с этой наивной овечкой, не требовалось. Она стала герцогиней совершенно случайно. Если бы леди Пэмбрук не выбрала её в жёны Дереку, разве Алексио пришло бы в голову на ней жениться? Кроме симпатичного личика, у принцессы ничего и не было. Поэтому достаточно её лишь немного пригнуть.

Погладив сверкающее кольцо с красным бриллиантом – отличительный знак хозяйки дома, что передавалось из поколения в поколение, вдовствующая герцогиня ухмыльнулась. Она до самой смерти не уступит место хозяйки. Никому. Никогда.

* * *

— Меня не будет в поместье несколько дней, – надевая пальто, сообщил Алексио дворецкому.

От внезапной новости глаза Мейсона расширились.

— Вы отбываете по делам?

— Отчасти. – Ответ был довольно расплывчатым. Когда дворецкий склонил голову, Алексио добавил больше подробностей. – Я отбываю из королевства. На обратном пути заберу Луку.