— Действительно? Неужели всё настолько плохо? – Аделина в растерянности топталась на месте, когда к паре подошёл монах с руками, полными плодов.

— Что случилось?

— Кажется, Алексио отравился незрелым инжиром.

— Что?.. Отравился? Герцог? – Мужчина с удивлением переводил взгляд с принцессы на своего бывшего подопечного так, словно услышал что-то совершенно нелепое. Он знал Алексио Пэмбрука с самого детства. Тот, кто славился своим крепким здоровьем, способный съесть всё что угодно, отравился незрелым инжиром? Полнейший абсурд. Монах вопросительно взглянул на мужчину, но тот лишь отвёл взгляд.

Немного поразмыслив, преподобный неловко улыбнулся и произнёс:

— Если Вы плохо себя чувствуете… Останьтесь у нас в монастыре. Брат Хансен хорошо разбирается в лекарственных травах и медицине, он сможет осмотреть герцога.

* * *

Когда они появились в монастыре, послушники тепло приветствовали Алексио и с любопытством рассматривали Аделину. Хоть они не кричали и не толпились, как в театре, на их лицах читалось изумление, вызванное появлением в этих стенах принцессы, о которой говорило всё королевство.

Атмосфера в монастыре была спокойной и благородной. Несмотря на аскетичный образ жизни, вокруг было чисто и аккуратно, и само присутствие в этом месте уже успокаивало душу. Девушка решила, что, возможно, именно поэтому мать Алексио так любила это место. Для уставших от мирских невзгод и суеты людей – это определённо было идеальное убежище. Пару проводили в гостевые кельи, предназначенные для паломников. Так как те посещали монастыри чаще всего в конце года, сейчас эти помещения пустовали.

— Отдохните немного. Я позову брата Хансена. – Сказал монах, всё ещё с подозрением глядя на Алексио.

Оставшись наедине с супругом, Аделина глубоко вздохнула и, тоже присев на кровать, приложила руку к его лбу. Лицо девушки всё ещё было бледным, возможно, потому что она была слишком удивлена происходящим.

— К счастью, у Вас нет температуры. Зачем же было так шутить? – Несмотря на упрёк, голос девушки был полон беспокойства, из-за чего Алексио не мог ничего возразить. Он не был болен и не чувствовал себя настолько плохо, чтобы не справиться с управлением машиной. Иными словами, мужчина просто притворялся, и брат Хансен быстро разоблачит эту ложь. Герцог горько усмехнулся про себя, ведь сам не мог взять в толк, почему решил солгать. Когда опомнился, слова уже слетели с языка. – Надеюсь, всё обойдётся, – вздохнула девушка и пересела на стул. Она выглядела изящно и благородно, восседая даже на простой деревяшке.

Аделина вновь глубоко вздохнула, но в этот раз иначе. Вздох был более тяжёлым. Алексио нахмурился, заметив, что у неё на лбу выступил пот. Быстро вскочив с кровати, герцог Пэмбрук подошёл к своей супруге.

— Алексио? – Девушка удивлённого моргнула, когда он оказался рядом. Лицо Аделины было бледным, и потому, игнорируя её обращение к себе, мужчина приложил руку ко лбу жены и ощутил лёгкий жар. Теперь стало предельно ясно, кто из них болен на самом деле.

— Алексио, – в дверь постучали, и раздался голос другого монаха. Герцог точно знал, кому он принадлежит.

— Да, вход… – начала было Аделина, собираясь выступить в роли заботливого «опекуна» для больного, однако мужчина её опередил.

— Войдите, – отчеканил герцог. Сейчас он выглядел совершенно здоровым, отчего девушка на него удивлённо посмотрела. Однако взгляд её супруга уже был прикован к брату Хансену, который только что вошёл.

— Алексио, – монах сложил руки в молитве и поклонился. – Мне сказали, что Вы отравились недоспелым инжиром? – В голосе мужчины звучало явное недоверие. Монах, который проводил их в келью, вёл себя более вежливо, однако Хансен был явно более прямолинейным человеком.

Герцог отмахнулся от его вопроса и указал на свою супругу.

— Пациент здесь – моя жена. Она плохо себя чувствует, так что нужно провести осмотр. – Тон герцога был гораздо более фамильярным, чем обычно. Отвлечённая его поведением, Аделина запоздало поняла смысл сказанного.

— Что? Я больна? Да нет же, я прекрасно себя чувствую.

— Отнюдь, – парировал Алексио, удерживая девушку, которая уже собиралась было вскочить со стула, за плечо. – У неё лёгкая лихорадка, – герцог вновь обратился к монаху.

— Действительно, цвет лица у миледи нездоровый, да и пот проступил, – согласился мужчина.

— Что?.. – Когда даже монах подтвердил, что она нездорова, Аделина, наконец, обратила внимание на своё состояние. Возможно из-за сказанного, девушка почувствовала слабость.

Алексио отошёл в сторону, и послушник подошёл к больной, поставив рядом небольшой кожаный чемоданчик с медицинскими инструментами.

— Мы вместе съели незрелый инжир. Она плохо питалась и весь день была на ногах, а прошлой ночью была слишком легко одета. – Герцог Пэмбрук поделился некоторыми деталями о состоянии своей супруги, когда брат Хансен начал осмотр. Монаху было несколько странно и неловко слышать подобное от мужчины. Ведь в конце концов, лицезреть внимание Алексио Пэмбрука к другому человеку – крайне непривычное зрелище.

— Хорошо… Учту.

Во время осмотра царила неловкая тишина. Аделина скрестила руки и искоса взглянула на герцога, который, в свою очередь, внимательно смотрел на неё.

— Ничего серьёзного, правда… Я ведь лучше знаю своё тело.

— Врач – вот кто лучше всех осведомлён о состоянии пациента, никак не наоборот.

— Я имела в виду вовсе не это… – Когда попытка успокоить Алексио была встречена столь рациональным ответом, девушка поджала губы. Однако герцог Пэмбрук не обратил на это внимания и снова обратился к монаху.

— Каково состояние моей супруги?

— У миледи действительно лихорадка. Кажется, Вы простудились, но ничего серьёзного. Всё пройдёт, стоит только отдохнуть и принять лекарства.

— Тогда прошу выписать рецепт.

— Кончено. И ещё кое-что… – Брат Хансен кивнул герцогу и обратился к Аделине. – После проведённого осмотра отмечу, что у Вас в целом слабое здоровье, а посему следует уделить этому особое внимание. Старайтесь постепенно увеличивать физические нагрузки, но не слишком переутомляйтесь. В наши дни многие благородные дамы увлекаются спортом. – Девушка слегка кивнула, соглашаясь с разумным советом. Пока она просидела в особняке более двадцати лет взаперти, пытаясь скрасить своё одиночество книгами, её тело неизбежно ослабло.

— Теннис, гольф, крокет… Алексио хорош во всём перечисленном, так что вы могли бы замечательно провести время вместе. – Брат Хансен достал из чемоданчика бумагу и ручку и быстро выписал рецепт, вручив его герцогу Пэмбруку. – На всякий случай посоветуйтесь со своим врачом, нет ли у миледи каких-либо противопоказаний. Хоть это и самый простой рецепт, у каждого человека своя конституция.

Не всё то, что полезно для одного, подходит другому. Лекарства нужно подбирать индивидуально, особенно когда речь идёт о здоровье члена королевской семьи. Если из-за самовольно выписанного рецепта возникнут осложнения, будет не избежать строгого наказания.

Алексио нахмурился, словно был недоволен сказанным братом Хансеном. Хотя опасения послушника были ясны, однако, как ответственный за больную, герцог почувствовал себя скованным.

Заметив выражение лица герцога, монах поднялся.

— Сперва я принесу чай. Он поможет немного унять озноб.

— Спасибо, – мягко улыбнулась Аделина в знак благодарности. Брат Хансен кивнул в ответ, и этот жест мужчины напомнил девушке манеру поведения её супруга.

— Алексио, – готовый покинуть помещение монах окликнул герцога, тем самым приглашая его последовать за ним.