Глава 110. Я буду ждать

Чем определяется идентичность человека?

Его имя? Гены? Душа? А может, строение тела?

Например, когда речь идет о близнецах, их идентичность определяется чертами характера.

Другим нужно сначала поговорить с ними, чтобы различить близнецов. То, что они знают, то, что они пережили, – вот что определяет их идентичность.

Другими словами, воспоминания. Важным элементом в определении идентичности человека служит его память.

Признание Арины тому подтверждение.

Другие мои одноклассники, вероятно, считали это неизбежным. Наши отношения с Ариной действительно хорошие, можно даже сказать, что мы давно перешли грань «друзей». Ничего удивительного в том, что все ожидали, что мы начнем встречаться.

Представляя вариант, в котором я сразу же отвечаю согласием на ее признание, я вижу вдалеке печальную Ядовитую Розу. Пусть это всего лишь моё воображение, но его силы оказалось достаточно, чтобы повлиять на меня.

Конечно, я знаю, что Ядовитая Роза и нынешняя Арина – один и тот же человек. Единственное, чего ей не хватает, — это воспоминаний обо мне. Я знаю, что это та самая Арина, та же, что я встретил в тот день в библиотеке, но я всё равно не могу принять её. Как бы я не старался, я всё равно вижу в ней другого человека. Почему?

Впрочем, я не единственный, кто так считает. Цуру бросила на меня обеспокоенный взгляд. Она знала, что происходит, и, вероятно, понимала мои чувства.

***

За всю свою жизнь я ни разу не заводил отношений и даже горжусь этим.

Если бы я принял ее признание, то предал бы тот образ жизни, который всегда вел. К тому же, так я бы признал, что испытываю к ней чувства.

— Я слышала! Я все слышала!

На перемене, пока я размышлял об этом, безучастно глядя на доску объявлений в коридоре, ко мне подошла Широна.

— Наконец-то, да?

— Что наконец-то?

— Боже! Что с тобой? Я уверена, что Арина давно мечтала об этом!

— Как ты так быстро узнала?..

Широна ничего не знала о ситуации с Ариной, поэтому она выразила свое недовольство моей нерешительностью.

— Послушай, все произошло слишком неожиданно. Я был в шоке и не знал, как реагировать. Как тогда, когда ты мне призналась.

— Не надо так флиртовать!

— Я пошутил, прости... Я просто потрясен... Вот и все...

— Чего такое грустное лицо? Разве ты не рад этому?

— Я рад, но…

На самом деле я злюсь на себя за свою нерешительность. Часть меня желает, чтобы я перестал думать и просто принял ее, но...

— Ты не любишь Арину?

— Это сложный вопрос.

— Сложный? Всё же просто: любишь или нет.

— Да… Он должен быть простым, однако…

Прозвенел звонок. Пора возвращаться в класс.

— Соберись, Суи. И не убегай, хорошо?

— Я не буду убегать... Не буду...

***

К моменту окончания учебного дня я так и не смог принять решение.

Как я уже сказал Широне, я не собираюсь убегать. Я знаю, что Арина обязательно придет в это место, поэтому не могу оставить ее там одну. Кроме того, я хотел задать ей несколько вопросов.

Закончив уборку, я быстрее всех собрал свои вещи и вышел из класса. Я много тренировался как член клуба «Идущих домой», чтобы как можно скорее выходить из школы. В этом мне нет равных.

Я чувствовал на себе взгляд Арины, но все равно проигнорировал ее и ушел. Я знаю, что поступил с ней грубо, но я надеюсь, что она сможет простить меня.

Я знал, что она последует за мной.

Сев на один из стульев, я посмотрел на настенные часы. Я знаю, что эти часы отстают на три часа, так что нет смысла смотреть на них, но мне необходимо было отвлечься на что-нибудь, иначе я сойду с ума.

Бесполезные часы тикали, вероятно, пытаясь компенсировать трехчасовую задержку. Интересно, что с ними случилось? Раньше часы показывали время правильно, когда мы с Ариной часто приходили сюда.

Тук-тук.

Кто-то постучал в дверь.

На матовом стекле виднелся знакомый силуэт.

— Входи, – сказал я тому, кто стоял за дверью.

Затем дверь медленно отворилась, и Арина, просунув половину лица, заглянула внутрь.

— Я так и знала, что ты здесь...

Она облегченно вздохнула, после чего ее напряженные плечи расслабились. Я не мог заставить себя взглянуть на нее.

Она подошла ко мне уверенной походкой, звук ее шагов эхом разносился по комнате. Затем она села на стул, направив взгляд на меня.

Тишина.

Я не знал, как начать разговор, как и она, вероятно.

В комнате стало так тихо, что я отчетливо слышал, как шуршит наша форма от легких движений. На мгновение я встретился с ней взглядом, но потом быстро отвел его. Когда я попытался снова посмотреть ей в глаза...

— Почему ты сказала это?

— Тебе… не понравилось?

Она произнесла слова, хныкая, словно ребенок, которого ругают.

— Нет. Просто получилось очень странно... Черт, да ты и до этого странно себя вела. Сначала ты сказала, что тебе скучно, потом, что ты чувствуешь беспокойство и тревогу... А потом ты призналась ни с того ни с сего...

— Прости. Я была не в себе… Сама на себя не похожа…

— Тебе не нужно извиняться, но... Ты серьезно?

Она опустила взгляд, спрятав глаза под челкой.

— Мм… Угу.., – промычала она.

— Арина, подумай хорошенько. Есть много парней лучше меня.

— Почему ты принижаешь себя? И мне бессмысленно сравнивать тебя с другими.

— …Ладно…

Она нахмурила брови, выражение ее лица стало печальным.

— Когда я впервые встретила тебя, первое, что пришло мне в голову, было: «Я хочу узнать о тебе как можно больше». Удивительно. Тогда я ничего о тебе не знала, но, как ни странно, в тебе есть что-то такое, что притягивает меня к тебе... Прочитав записи, я поняла, что до того, как потеряла память о тебе, я была влюблена в тебя. И даже после того, как я забыла тебя, я снова влюбилась... Может быть, это судьба?

Я почувствовал наворачивающиеся слёзы, однако как можно сильнее сдерживал их.

— Ты наверняка хочешь услышать эти слова от другой меня, той, кто помнит тебя. Я понимаю тебя, окажись я на твоём месте, то чувствовала бы то же самое. Но знаешь… В тот момент, когда я вспомнила всё, позабыв тебя, мой мир изменился. Я осталась той же личностью, но мои мысли и жизненный опыт стали другими. Вот какова потеря памяти... Именно поэтому я решила все тебе рассказать. Я хотела передать чувства нынешней меня, прежде чем восстановлю воспоминания о тебе, я хотела сказать, что нынешняя «я» тоже тебя люблю, несмотря на потерю памяти. Я очень сильно люблю тебя. Прости меня за эгоизм, но таково мое желание…

Я аккуратно приоткрыл рот, стараясь не допустить дрожи в голосе.

— Прости, Арина.

— Почему ты?..

— Мне больно... Я уже давно хочу поговорить с тобой обо всем, что мы пережили вместе... Я так хочу поговорить об этом с тобой, но знаю, что не могу... Иногда мне начинает казаться, что лучше бы мы вообще никогда не встречались…

Я понимаю, что мои слова ужасны, но мне нужно выговориться.

— Каждый день, когда я вижу тебя... Я спрашиваю себя, вернулась ли к тебе память... Я постоянно надеюсь, что она вернется...

— Прости... Я все еще ничего не помню о тебе... Но, я правда люблю тебя... И я не хочу расставаться с тобой...

Арина протянула ладонь, чтобы коснуться моей руки.

Но остановилась прямо перед их соприкосновением из-за моих слов.

— В конце летних каникул я дам тебе достойный ответ. Обещаю.

— …Правда?

— Да. Я не шучу и не убегаю. Я дам тебе достойный ответ к концу каникул.

— Спасибо. Я буду ждать.

Она убрала руку и перекинула сумку через плечо.

Я тоже буду ждать. Сколько бы времени ни потребовалось.