Глава 73: «Конфликт.»

В середине сентября военная подготовка наконец закончилась. Все новички Линьды собрались на стадионе университета для финального смотра.

На поле было море людей – шум, гам и невероятный размах.

Пятая часть студентов участвовала в построении, остальные же сидели на трибунах зрителями. Вот только зрителей сам смотр интересовал немного – куда больше они следили за интернет-голосованием за «королеву школы». Так что каждый уткнулся в телефон, бормоча себе под нос.

А инициатор этого голосования, Цзян Цинь, сидел в самом последнем ряду зрительской трибуны и терпел допрос от Гао Вэньхуэй.

— Почему имя Фэн Наньшу в твоём форуме считается запрещённым словом?

— Ничего не поделать, — Цзян Цинь развёл руками. — Она слишком красивая – даже правила ломает.

Гао Вэньхуэй аж зубы свело от кислоты:

— Ну ты и мастер – вроде хвалишь, а вроде и нет. Неудивительно, что Наньшу к тебе прилипла. Но я протестую! Без участия Фэн Наньшу конкурс нечестный!

— Слушай, тема с королевой школы нужна, чтобы разжечь интерес к форуму. А раз пошли споры – значит, цель достигнута. Сейчас каждая факультетская богиня имеет фанатов, никто никого не признаёт, дискуссии кипят, рейтинг растёт… Но если допустить Фэн Наньшу – всё, конец. Кто рискнёт себя с ней сравнивать? Это же сразу похоронит интригу.

— Ох, прям в тебя весь набор поговорок вселился. Ты что, к вступительным в магистратуру готовишься? — Раздражённо протянула Гао Вэньхуэй.

А ощущение, между прочим, ей знакомо: вроде живёшь с настоящей небожительницей, а похвастаться нельзя – и хоть волком вой.

На лице Гао Вэньхуэй так и было написано: «Хочу похвастаться! Очень хочу!»

— Сяо Гао, ты не подумала вот о чём: если форум выберет первую красавицу, а она окажется хуже твоей соседки, сколько же кайфа ты испытаешь? — Прищурился Цзян Цинь.

— Это будет скрытый кайф, — нахмурилась она. — А скрытый кайф – это уже никакой не кайф!

В этот момент Фань Шулин вдруг повернулась к ним:

— Цзян Цинь, тот кандидат в «королевы школы», что сейчас на первом месте – Чу Сыци, она ведь твоя бывшая, да?

— А?

— Я на днях видела её на Южной улице – она с Хун Янь, занимающей третье место, ссорилась из-за тебя. И ты там был.

Голос Фань Шулин прозвучал достаточно громко – возможно, нарочно. Парни из четвёртой финансовой группы синхронно обернулись и бросили на Цзян Циня взгляд – у кого-то прямо по спине побежали мурашки, челюсти сжались до скрипа.

Самая красивая девица в кампусе постоянно с ним – это одно. Но чтоб и две топовых красавицы юрфака были с ним связаны? Это уже перебор.

Да что он вообще творит? Собирает персонажей, как в какую-то коллекционную игру?

Почему именно он?

С тех пор, как Фэн Наньшу впервые попросила его открыть бутылку, этот вопрос мучил всех парней.

Ну красивый, да, но разве не бывает и покруче? Почему же эти гордые девушки при виде него становятся совсем другими?

А сам Цзян Цинь только теперь начал понимать, почему тогда за ужином Фань Шулин так смотрела на него с неприязнью – оказывается, дело было не только в еде.

— Тогда это была просто дружеская встреча, вот и всё.

— Сволочь! — Выпалила Фань Шулин.

В этот момент справа на трибунах поднялся шум. Пластиковая бутылка с водой просвистела в воздухе и с грохотом ударилась о защитный экран за спинами зрителей.

Все сразу обернулись. Четверо парней сцепились в драке, рядом визжала какая-то девушка, а сидевшие поблизости парни вставали и выглядели готовыми вмешаться.

Дежурные из студсовета крикнули «Стоять!» и поспешили к ним.

— Что случилось? — Спросил кто-то.

— Один парень с дизайна занял место на нашем участке, наши оттолкнули его, а одна девчонка задела его поцарапала до крови! — Донёсся ответ из толпы.

Цзян Цинь поднялся, но Фань Шулин метнула в него взгляд:

— Ты куда? Мы ещё не договорили!

— В туалет. Хочешь со мной? — Ухмыльнулся он.

— Проваливай!

Он скалился в улыбке и двинулся к проходу вдоль ограждения. Туалет был прямо за местом конфликта. Он дважды попытался пробиться, но безуспешно, и решил подождать рядом.

Тем временем в центре стояла девушка с конским хвостом из факультета дизайна и громко требовала, чтобы финансовый факультет первым извинился. Чжу Фэн с несколькими активистами возражали, но проигрывали по громкости.

Но как бы там ни было, обе стороны упрямо стояли на своём – никто из факультетов не собирался уступать.

Ещё бы, это же смотр – все новички на виду. Если представители студсовета покажут слабину перед чужим факультетом, о каком авторитете потом можно говорить?

— Ваши первые пришли на наше место. Извиняться должны вы! — Кричали дизайнеры.

— Занимать чужие места – неправильно, но бить людей первыми тоже нельзя. Извиняться мы не будем! — Возразили финансисты.

— Да вы там вообще совесть имеете, дизайн‑факультет? — Снова взвилась чья‑то реплика.

Секунда – и стороны снова готовы к перепалке. Тогда Цзян Цинь не выдержал:

— Да хорош уже! Можно не орать? Я тут сейчас обоссусь, а вы из‑за какой-то ерунды сцепились!

На него обернулись два студсоветчика.

— Мужик пошёл занимать чужие места? Что, задницу негде пристроить, зато гордости – через край? Позор. Так что давайте, извиняйтесь первыми. — Он глянул прямо в глаза парню из дизайна.

Смысл его слов был верен, но ситуация двусмысленная: соперники уцепились за то, кто первый ударил, и не собирались мириться.

И правда, парень с поцарапанным лицом даже не подумал извиняться – наоборот, в глазах пылала злость.

Цзян Цинь слегка нахмурился и перевёл взгляд на девушку с хвостом:

— Сюэмэй, если вы не правы, надо признавать. Это везде так – и в работе, и в учёбе.

— Ладно, — сжав зубы, сказала Лу Сюэмэй. — Только потому что ты мой босс. — Она повернулась к парню рядом. — Извинись.

— Я… — тот заскрежетал зубами, но в конце концов выдавил короткое «прости».

— Теперь очередь за финансовым факультетом, — спокойно сказал Цзян Цинь. — Пусть тот, кто поцарапал, тоже извинится. И отправьте пострадавшего в медпункт – пусть заклеят рану. А то, не дай бог, шрам останется, потом девушку не найдёт.

— Я схожу, — поднялся Сюй Цзюньли, глава отдела пропаганды. Он сразу узнал Цзян Циня – того самого парня на Bentley, и решил воспользоваться шансом наладить контакт.

Раз уж финансовый факультет сам проявил инициативу, Лу Сюэмэй остыла и ничего больше не добавила.

Так почти разгоревшийся конфликт был погашен. Цзян Цинь, облегчённо вздохнув, наконец добрался до туалета, а после вышел довольный и посвежевший.

— Это же парень Фэн Наньшу? — Удивилась председатель студсовета финансового факультета Чжу Фэн. — Мы столько спорили, а хватило одной его фразы, и всё решилось?

— Может, дело в том, что он говорил по сути, — почесал голову вице‑председатель Ма Цзянмин. — Дизайнеры просто поняли, что он прав?

— Ты что, с ума сошёл? — Нахмурилась Чжу Фэн. — Те же слова я повторяла уже не раз – и толку ноль!

— Тогда не знаю, — Ма Цзянмин пожал плечами.

Чжу Фэн нахмурилась ещё сильнее:

— Ладно уж, с дизайнеров спрос мал. Но Сюй Цзюньли, глава отдела, с чего вдруг слушает какого-то первокурсника? Это же странно.

— Тут я вообще пас, — ответил Ма Цзянмин.

— Кто у нас председатель факультета? — Прищурилась Чжу Фэн.

— Ну, конечно, вы, Чжу-сюэцзе.

— А Цзян Цинь кто? — Уточнила она.

— Самый обычный первокурсник.

— Почему же тогда мне кажется, будто он ведёт себя председателем больше, чем я? — Пробормотала она в задумчивости.

— Вам просто показалось. — Ма Цзянмин торопливо кивнул. — Всего лишь показалось.

После паузы Чжу Фэн добавила:

— Ма Цзянмин, потом узнай у него, хочет ли он вступить в студсовет.

— Обязательно захочет! Я ещё не встречал никого, кто бы отказался, — уверенно хлопнул себя по груди Ма Цзянмин.

(Конец главы)