“ … !”

Фигура в капюшоне протянула ему руку.

Он чувствовал, что должен взять её, но не мог пошевелиться.

Монстр перед ним оскалился.

— Мяа-хе!

Что это за звук? Юйя Куроки внезапно почувствовал, что что-то не так.

— Мяа-ха-ха! Му-хе-хе! Ха! Надо побыстрее найти форму, пока меня никто не засек.

Кто-то хихикал и напевал себе под нос, весело и безумно. Голос этот его раздражал, и лишь сейчас на него накатила сильная усталость.

Он совсем не чувстовал тревоги.

"Я совсем не чувствую то, что ощущал минуту назад. Даже напротив, – подумал он, – все, что было до этого... Что вообще было до этого?"

Он помнил страх и печаль, но не мог вспомнить, что именно и почему его так беспокоило. Чем больше он пытался ухватиться за воспоминания, тем мутнее становились детали, словно песочный замок, рассыпающийся от порывов ветра. Закрыв глаза, он окончательно забыл все.

"Со снами всегда так. Значит, я все ещё сплю."

Он снова услышал беззаботный голос, на этот раз ближе.

— За-мур-чательно – то, что надо! Вот он!

"Если это мой сон, то хочу, чтобы ты говорил тише. Не хочу просыпаться. Здесь так тепло и хорошо..." Лишь закрыв глаза, он чувствовал себя в безопасности. Ему казалось, что это будет его лучший сон, стоит ему лишь закрыть глаза.

Но как только он начал проваливаться в сон, как мир вокруг него начал сотрясаться.

"Что это?!"

Распахнув глаза, он вновь удивился, поняв, что не может ничего увидеть – лишь темнота окружала его. Глаза не смогли привыкнуть к ней даже через несколько минут.

Он даже не знал, стоял он, сидел или вообще лежал; попытался пошевелиться, но обнаружил, что не мог сдвинуться с места. Голова, руки и ноги все время во что-то упирались каждый раз, когда он пытался ими пошевелить.

Очевидно, он был заперт где-то в очень маленьком месте.

От удушающего страха у него даже задрожали руки.

— У-у-ух, – снова услышал он голос. – Тяжелая крышка попалась! Может мне ее сломать чем-то?

Бум. Бум.

Его вновь начало трясти, и он стукнулся обо что-то лбом, потом затылком, и так несколько раз. У него начала кружиться голова.

"Что происходит?"

— Без толку, а? Я так просто не сдамся!

Юйя затаил дыхание. Что на этот раз с ним сделают?

— Тебе в самый раз будет! Мяа-хаха!

Он выкинул руки вперед в тот же миг как услышал это. Нужно выбираться и поскорее!

— Ай! – что-то тяжелое ударило его, и он вскрикнул.

Он очутился на полу. Голова тошнотворно кружилась. Юйя прижал ладони к холодным плитам и с трудом поднялся на ноги.

— Где это я? – голос его отозвался странным эхом. Он явно упал в большое пространство. Доказательством тому стало то, что он снова мог двигать конечностями, от чего на него накатило облечение.

Это место было настолько тускло освещено, что его глаза быстро привыкли к сумраку, несмотря на то, что он только выбрался из кромешной тьмы. Возможно здесь уже была ночь.

Юйя взглянул наверх и увидел над собой звезды, как и ожидалось, разве что они странно раскачивались. Приглядевшись, он понял, что это были совсем не звезды и Луна, а части люстры. Стеклянные подвески сверкали как опалы, освещаемые маленькими свечами. Из-за размеров люстры света от неё исходило немного, а свечи выглядели так, будто вот-вот потухнут. Юйе стало не по себе, лишь смотря на них.

При тусклом свете он огляделся. Стоял он в узком проходе, и хотя сумрак означал, что дальше вытянутой руки он ничего не видел, ему удалось разглядеть вокруг себя черные ящики. Сотни черных ящиков.

— Это все... гробы? – прошептал он.

Ящики были шестиугольными, с немного вытянутыми длинными сторонами, и выглядели они точь-в-точь как гробы. На черных лакированных крышках красовались серебряные замочные скважины. Лишь смотря на них, он мог определить, что ящики были тяжелыми, и могли вместить в себя лишь одного человека. Стояли они рядами, заполняя обе стороны прохода.

"Неужели это кладбище? Но тогда..." – Юйя нахмурился. Все гробы покачивались вверх-вниз, и со стороны казалось, что они танцуют. Он не знал, что там были за механизмы, но если там и был кто-то живой, вкус в танцах у них был ужасным.

С сомнением рассматривая танцующие ящики, он заметил, что гроб рядом с ним отличался от остальных. У него не было крышки, и внутри он был пуст. Черная тканевая подкладка выглядела мягкой и гладкой, но он никак не мог заставить себя прикоснуться к ней. Оглядевшись, он заметил крышку на полу у своих ног.

А может быть он только что выбрался оттуда?

Он не мог быть уверенным наверняка, но на внутренней обивке гроба была вмятина размером с человека, будто там кто-то лежал. Исходя из общей ситуации, этим кем-то был именно он. Но как он вообще оказался там?

Он вздрогнул. Что это за место такое? Ему хотелось думать, что это не кладбище, но раньше ему там не доводилось бывать, поэтому он не слишком понимал, как оно должно выглядеть.

А перед этим он был... Точно. В школе. Юйя потер виски, пытаясь облегчить головную боль, и постарался собрать четкую картину всего, что было до этого. Он вышел из класса сразу после классики шестым уроком. Проскользнул мимо одноклассников, направлявшихся на тренировки и элективы, и вышел за школьные ворота, собираясь идти домой. А затем...

— Эй! Ты! – крикнул кто-то.

Это был тот же голос, что он слышал в темноте. Он поспешно огляделся, но не нашел его источника.

— Глаза разуй! – прорычал голос снизу. – Я у тебя под носом тут!

Юйя опустил взгляд.

— Мягкая игрушка? – удивился он.

Перед ним сидела серая плюшевая игрушка. Размера она была приличного, а если бы встала на задние лапы, то, может быть, была бы чуть выше его колена – ребенок запросто мог бы обхватить её всем телом. Вокруг шеи была обвязана яркая полосатая лента, так что возможно кому-то она и принадлежала. Внутренняя сторона ушей и глаза были голубыми и будто бы сияли живым огнем, а белая манишка была мягкой и пушистой.

Что вообще за зверь такой? Морда у него была слишком круглой для собаки, а тело его было слишком коротким и коренастым для кота. Методом исключения он вычеркнул все, кроме одного варианта...

— Хорек?

— Да как ты смеешь! – завопила игрушка, подняв глаза на него. – Никакой я не хорек! Я – Грим, Величайший Чародей! – выглядел Величайший Чародей так, будто собирался наброситься на него в любой момент.

— Боже мой! Говорящий хорек?! – вскрикнул Юйя, отпрыгнув. – На батарейках, что ли?

Если это механическая игрушка, где-то сзади должен быть выключатель. Юйя протянул руку, чтобы поднять её и проверить, но игрушка ловко увернулась, а кончик заостренного хвоста ударил его по руке. Очевидно, это было живое существо, и двигалось оно по своей воле.

— Так ты живой? – Юйя нахмурился. – Когда это хорьки разговаривать научились?!

— Слушай сюда! Никакой я не хорек. Я – Грим Всемогущий, – огрызнулась мягкая игрушка, цыкнув. – Я тут собирался стащить с тебя форму, пока ты спал. Ты мне все планы испортил, человечишка! – он вытянул лапу по-человечески, шевеля коготками. — Уже не так важно. Просто отдай свою форму и поживей.

— Форма? – Юйя оглядел себя и невольно вскрикнул. – О боже!

Он помнил, что на нем была школьная форма – белая рубашка с нашивкой школы на грудном кармане, черные брюки – до боли обычная и ничем не выделяющаяся одежда.

И вот теперь он стоял, облаченный в черный балахон, не имея никаких воспоминаний о том, как эта одежда оказалась на нем. На рукавах золотом был вышит сложный узор, а с пояса свисала шелковая ткань, закрывая все до колен.

Он приподнял подол и застыл в изумлении. Ткань была мягкой на ощупь, почти растекаясь по пальцам. Он был так сосредоточен на том, что его окружало, что даже не заметил, что одежда на нем была вовсе не его. Даже обувь отличалась.

— Почему... – ахнул он. — Когда это я...

— Ну! Не тяни кота за хвост – у меня и так мало времни, – оскалился Грим. – Отдай уже её!

Грим снова кинулся на него, и Юйя едва смог увернуться:

— Мамочки!

—У-у-ух, – Грим поднялся с пола. — Ты об этом пожалеешь!

— И-изыди, чудище! – вскрикнул Юйя, пятясь назад. — Сгрызть меня решил?!

Он заметил дверь у лестницы и кинулся к ней.