Айлин казалось нелепым, что Ю Шэн мог столь долго жить в «иномирье», сам того не осознавая — а Ю Шэну казался нелепым весь этот мир.

«Если верить тебе, то наш мир повсюду усыпан "иномирьями", так? — прячась в углу заброшенного храма, Ю Шэн болтал с Айлин в своей голове. — Просто большинство людей не могут с ними соприкоснуться, потому что они их не замечают?»

«Примерно так, но я не могу с уверенностью сказать, что это относится ко всему миру… На самом деле, мне и самой толком неизвестно, — ответила Айлин. — Мир ведь такой большой, верно? Но, по крайней мере, в пределах Пограничного города вероятность появления "иномирья" очень высока, поэтому это место и называют "Пограничьем"… О более точных деталях я тоже не в курсе, слишком долго сижу в картине, у меня в голове всё успело перемешаться».

«Пограничьем?» — Ю Шэн приподнял бровь.

Ему показалось, что он где-то уже слышал это название, но тут же обратил внимание на другую информацию из слов Айлин — она специально подчеркнула «в пределах Пограничного города» — а значит, у этого огромного, казалось бы, бескрайнего города есть «внешняя сторона»!

Он помедлил две–три секунды, но всё же не выдержал и спросил:

«А "снаружи" Пограничного города… что там находится ?»

«Снаружи Пограничного города? Возможно, другие города? А может… море какое-нибудь? — ответ Айлин был каким-то неясным. — Не помню, я и правда слишком долго в этой картине; помню лишь малую часть событий, произошедших в этом городе…»

Вдруг она замолчала, а потом, немного удивлённо, спросила:

«А ты разве не знаешь? Ты тоже никогда не покидал Пограничный город?»

Ю Шэн тут же замолчал, а уголок его рта слегка дёрнулся.

Да откуда ему знать-то! Он здесь всего два месяца — он даже автобусные маршруты дальше четырёх кварталов от своего дома толком не разобрал!

Но, помолчав, он всё-таки решил не говорить об этом — о своих маленьких секретах он пока не хотел рассказывать «проклятой картине», с которой познакомился совсем недавно.

«Я никуда не выезжал, я тот ещё домосед… Ладно, не будем об этом, — он небрежно отмахнулся от темы и переключился на другое. — Лучше давай подумаем, как мне разобраться с моими проблемами, как мне выбраться из этого так называемого "иномирья"? Кстати… из иномирья вообще возможно выбраться?»

Айлин немного подумала, словно пытаясь привести в порядок свои нечёткие и спутанные в результате её долгого заключения воспоминания, и только через какое-то время ответила:

«Иномирья… они разные: иногда это может быть просто дом, которого нет на карте, иногда — лишняя остановка на автобусном маршруте, иногда — даже лес, или страна, в которую можно попасть, открыв дверцу шкафа. В основном, у небольших иномирий есть относительно фиксированные и заметные выходы. Или же вернуться в реальность можно, следуя определённым правилам. Но чем иномирье больше, тем сложнее».

Она замолчала на мгновение, а потом продолжила:

«На самом деле, я уже не очень хорошо помню подробности. У иномирий, кажется, есть целая система классификации, и ещё какое-то деление по степени "глубины" и уровню "опасности"; но я и правда… слишком долго в этой картине…»

Её голос постепенно стих. Казалось, она немного расстроена.

Ю Шэн уже собирался отпустить пару саркастических замечаний — мол, эта кукла наболтала кучу всего, а полезной информации так и не припомнила, — но, услышав под конец её тихое бормотание, он всё же закрыл рот и не стал, как раньше, спорить с Айлин.

Она и так изо всех сил старалась помочь — просто её слишком долго держали в заточении.

«Надо просто поискать, и какой-нибудь выход да найдётся, — Ю Шэн покачал головой и, посмотрев на горную долину за пределами храма, сказал: — Это место довольно большое. Насколько я вижу, тут есть горы с двух сторон и лес вдалеке; так что, судя по твоим словам, выбраться… может быть не так-то просто».

«Да, — отозвалась Айлин. — Можешь сперва осмотреться вокруг того места, где ты изначально оказался после попадания в иномирье. Глянь, нет ли там чего-то, что выбивается из окружающей среды; что-то, что, на первый взгляд, не должно там находиться. Обычно выход из иномирья располагается неподалёку. А если там ничего не будет, тогда поищи место повыше и попробуй увидеть похожие на зеркальные отражения или услышать постоянный шум ветра… Но даже если ты найдёшь нечто подобное, не торопись подходить и прикасаться, это вполне может оказаться ловушкой, ведущей на более глубокий уровень. В общем… тут трудно что-либо сказать, тебе придётся полагаться на своё чутьё».

«На чутьё?» — не удержался Ю Шэн.

«…Да, если быть точным, то здесь нужна скорее "интуиция", что-то вроде духовного восприятия. Опытные исследователи владеют этим шестым чувством. Я знаю, что ты этому не учился — но сейчас ничего не поделаешь, остаётся только собраться с силами и идти вперёд. Но не волнуйся, духовность есть во всех разумных существах, она имеется и у обычных людей, не прошедших обучение, просто она не пробуждена. Будь внимателен, и ты почувствуешь те предупреждения и предзнаменования, идущие от самой твоей сути. А если ты и вправду столкнёшься с чем-то, что не сможешь опознать, тогда скажи мне, я… постараюсь помочь».

Ю Шэн согласился и медленно вышел из своего укрытия, осторожно направляясь к дверям храма — то тревожащее чувство «слежки» и «голода» всё ещё окружало его, словно уже пропитало собой воздух, став частью этой горной долины, но он тем не менее решился покинуть своё убежище.

Потому что, исходя из информации, которую ему предоставила Айлин, он должен как можно быстрее найти «выход», чтобы покинуть это место — если он будет сидеть в углу и ждать, то дверь сама перед ним не откроется.

В то же время, словно для того, чтобы развеять внутреннее напряжение, он продолжил, как бы мимоходом, разговаривать с Айлин.

«Говоришь, место, где я постоянно живу — это иномирье. Как ты это определила? Я что-то не замечал ничего странного в моём доме…»

«Я чувствую, — ответила Айлин, — это та самая "интуиция", о которой я говорила. Я явно ощущаю, что в этом здании что-то не так. Хотя, с виду всё в порядке… Как именно это работает, мне не известно».

«Опять это чутьё… — Ю Шэн покачал головой. — Тогда, если следовать твоей логике, получается, каждый день, когда я прихожу домой, я попадаю в иномирье, а когда выхожу из дома, я его покидаю? И что, мой дом, получается, является таким безопасным и безвредным "иномирьем" со свободным входом и выходом?»

После пары секунд раздумий Айлин вдруг мрачно произнесла:

«…Но ведь, открыв дверь, ты не всегда попадаешь туда, куда хочешь, не так ли?»

Выражение лица Ю Шэна мгновенно застыло, и он вспомнил, из-за чего так неудачно оказался в этом месте.

Кажется, он понял, что именно не так с его «домом».

Если подумать, то он целых два месяца жил спокойно в том большом доме, это само по себе уже чудо!

Пока они разговаривали, Ю Шэн уже успел вернуться на поляну перед разрушенным храмом, в то самое место, где он очутился в этом иномирье.

«Здесь ничего нет, — Ю Шэн внимательно осмотрел поляну вокруг, убеждаясь, что здесь нет тех самых «неуместных предметов», о которых говорила Айлин. — Похоже, всё и правда не так-то просто».

«Да, как и ожидалось, — вздохнула Айлин. — Тогда попробуй пройти немного дальше, но помни: ни в коем случае не прикасайся ни к чему, что светится или внезапно начинает двигаться перед тобой. Кроме того, если нет крайней необходимости, ничего не ешь и не пей в иномирье…»

«Я знаю… Кстати, может, лучше подождать до рассвета, чтобы осмотреться? — сказал Ю Шэн, взглянув на небо, которое казалось вечно покрытым туманной завесой. — Ночью на природе как-то жутковато».

«Иномирья часто противоречат здравому смыслу, и днём вовсе не обязательно будет безопаснее. Может даже… день вообще не настанет, — тут же ответила Айлин. — Я всё же советую тебе как можно быстрее найти выход. Чем дольше ты тянешь, тем больше вероятность каких-либо изменений с твоей стороны».

Ю Шэн скривился. Ничего не оставалось, кроме как идти дальше.

И как раз в тот момент, когда он сделал шаг и вышел за пределы храма, он услышал звук…

Сначала это был всего лишь слабый, нечёткий свист дыхания.

Ю Шэн инстинктивно посмотрел в ту сторону, откуда раздался звук, и увидел, как в воздухе медленно рассеивается белое облако тумана, словно невидимый гигант только что выдохнул.

Он услышал звук, и дыхание гиганта материализовалось.

Он увидел белый туман, и существование гиганта стало реальностью.

В воздухе возникла тень, почти в три раза больше самого Ю Шэна, которая медленно формировалась прямо перед ним, сопровождаемая тяжёлым дыханием.

Теперь он мог видеть очертания гиганта — тот был реален.

Сердце Ю Шэна мгновенно сжалось, на него обрушилось подавляющее чувство опасности — сильнее, чем от той лягушки под дождём!

И в тот момент, когда он почувствовал, как внутри всё сжалось, тень обрела форму.

Оно было тем, кого Ю Шэн никогда не видел — медведь? Лев? Орёл? Или тигр и змея? Бесчисленное количество уродливых и неестественных конечностей скопилось на этом огромном и отвратительном комке мяса, как будто множество хищников расплавились в одном котле, а потом, перемешавшись, вырвались оттуда. Эта отвратительная, ужасная тварь, опираясь на свои опухшие конечности разных размеров и форм, возвышалась над Ю Шэном, а в её хаотично расположенных глазах… плескался голод.

Ю Шэн медленно поднял голову и встретился взглядом с гигантом.

Гигант, не колеблясь, бросился на него — в последнюю секунду Ю Шэн резко пригнулся и чудом увернулся от одной из его огромных зубастых пастей.

А потом упал в другую его огромную пасть.

Острые зубы сомкнулись, разорвав Ю Шэна по пояс, но в этот момент боль, наоборот, словно превратилась в далёкий, онемевший мираж, всё вокруг него замедлилось. Он заметил, как из-за гиганта вытянулись змеевидные конечности, и ещё одна огромная пасть впилась в него, раздирая остатки тела ниже груди — и Ю Шэн увидел своё сердце.

Сердце медленно билось, а потом исчезло в пасти змеи.

— Да пошёл ты в жопу! — выдавил Ю Шэн последнее ругательство из горла.

Он знал, что, похоже, снова умирает, но решил, что не может так просто сдаться.

Пока хоть какие-то мышцы ещё сокращались, он изо всех сил повернул голову и вцепился зубами в место рядом — он не знал, какая это часть тела гиганта, он не знал, зачем он это делает, он просто знал, что должен укусить эту тварь.

Пусть хоть кусок отгрызёт напоследок.

Все силы Ю Шэна иссякли в этот момент. Он яростно грыз гиганта, гигант грыз его, кровь и мясо, когти и зубы. Еда и едок…

Перед тем, как его сознание окончательно погрузилось во тьму, Ю Шэн выдавил из себя последнюю мысль — он тихо позвал Айлин, которая находилась неизвестно где:

«Айлин…»

«А?»

«Да нет, ничего, я просто вешаю трубку».

Айлин немного растерялась, не сразу поняв, что он имеет в виду.

А потом Ю Шэн просто отключился.