Ли Линь застыл, растерянно глядя на пустой угол стены. В руке по-прежнему находился скребок для взятия образцов, а в голове была пустота — он забыл, что вообще делает.

Мужчина средних лет, которого называли «капитан Сун» — Сун Чэн, капитан второй команды Спецоперационного бюро, — нахмурился, как только увидел, что кровь исчезла.

Что-то пропало из его памяти и мыслей, но остаточные впечатления сохранились, и эти слабые отголоски стимулировали его «интуицию», позволяя ему почувствовать что-то неладное.

В глубине глаз Сун Чэна мелькнуло туманное сияние. Он немедленно взял под контроль свой разум, пытаясь «закрепить» последнее, едва уловимое впечатление в своей душе, чтобы оно тоже не исчезло вместе с какими-то воспоминаниями. Многолетняя профессиональная подготовка в этот момент сыграла свою роль. А Ли Линь, помедлив, поднял голову и, всё ещё держа скребок, спросил:

— Капитан, мне кажется, что я вдруг забыл, что должен был делать. Здесь же что-то было, да?

— Ментальное воздействие! — мгновенно сообразил Сун Чэн и быстро предупредил. — Немедленно проверь «глубину» этого места!

Услышав это, Ли Линь, не раздумывая, отложил инструменты для взятия образцов. Он быстро снял с пояса чёрный ящичек размером с ладонь, нажал несколько кнопок на его поверхности, а затем вытащил из боковой части тонкий «зонд», напрямую соединив иглоподобный наконечник зонда со своим глазным яблоком. Закончив, он поднял голову и медленно обвёл взглядом окрестности своим глазом, к которому был подключён зонд.

Из чёрного железного ящика донеслось тихое жужжание. В тонкой трубке, казалось, медленно текла жидкость. Глаз Ли Линя постепенно покрылся чёрной пеленой, и в его духовном зрении всё на этой старой улице начало приобретать чёрно-белые тона.

— Глубина L-0, никакой иномирной реакции, — доложил Ли Линь, продолжая наблюдение. — Не вижу ничего, что могло бы вырваться или остаться из иномирья.

Сун Чэн, нахмурившись, взглянул на ящик в руках Ли Линя. Это был портативный глубиномер, область действия и чувствительность которого уступали стандартным устройствам размером с чемодан, но даже портативный тип должен был обнаружить изменения «глубины» в пределах досягаемости.

Он был уверен, что на его память и мышление в самом деле что-то воздействовало. Остаточные «впечатления» до сих пор насильно удерживались им глубоко внутри. Здесь определённо было нечто зловещее, оказывающее на него влияние, но… прибор ничего не почувствовал.

И как раз в тот момент, когда Сун Чэн собирался попросить Ли Линя настроить чувствительность глубиномера, тот, похоже, внезапно что-то обнаружил.

Ли Линь пристально всматривался в конец переулка.

Глаз, соединённый с зондом, был чёрен как смоль, и в этой глубокой черноте отражалось другое видение. Он увидел, что между чёрно-белыми зданиями улицы едва различимо присутствуют проблески насыщенного цвета. Цвет выглядел очень размытым и бледным — Ли Линь не смог понять, что перед ним такое, но масштаб данного «нечто» был велик. После долгих усилий он лишь примерно определил контуры этого почти прозрачного слоя, оценив его размер примерно с дом.

— Капитан Сун, там что-то есть впереди, но очень размытое, похоже на дом, — сказал он, осторожно продвигаясь вперёд. — Глубиномер по-прежнему показывает 0, реакции на загрязнение тоже нет… Я почти подошёл к нему, вы что-нибудь чувствуете?

Сун Чэн, сжимая правой рукой в кармане значок, следовал за Ли Линем, готовый вмешаться в любой момент, если что-то пойдёт не так. Одновременно с этим он нахмурился и покачал головой.

— Моя интуиция молчит.

Ли Линь остановился в определённом месте. Он чувствовал, что подошёл к туманному цветному пятну. Затем он, поколебавшись, медленно протянул руку вперёд…

В чёрном железном ящике внезапно раздался резкий звук, а затем несколько трескучих щелчков. Вместе с клубами синего дыма глубиномер прекратил работу.

Зонд, соединённый с глазным яблоком, мгновенно отсоединился, и чёрная, словно ил, субстанция вытекла из него, быстро испаряясь при контакте с воздухом.

Внезапная острая, распирающая боль в глазу заставила Ли Линя невольно выкрикнуть:

— Вот дерьмо!..

Он выронил раскалившийся чёрный ящик и инстинктивно попытался потереть глаз, с которым секундами ранее было установлено соединение. Сун Чэн, увидев это, тут же шагнул вперёд и, подняв руку, прижал её к виску Ли Линя.

— Не три! Сейчас пройдёт!

Ли Линь застыл на месте. Он почувствовал жжение возле виска, а дискомфорт в глазу быстро ослабевал. Через мгновение он пришёл в себя и увидел на земле глубиномер, из него всё ещё выходил синий дым.

— …В бюро оплатят, надеюсь?

— Оплатят.

— Ну и слава богу, я уж испугался, — Ли Линь с облегчением вздохнул, а затем, повернув голову, с тревогой и недоумением посмотрел в ту сторону, куда только что тянул руку.

Однако там была лишь небольшая площадка, а в конце её — стена. Стена была беспорядочно разрисована неизвестно кем разноцветными граффити, изображавшими двери, окна, дома, деревья и камни.

Он провёл рукой в воздухе, но ничего не коснулся.

— Здесь определённо что-то есть. Прибор это зафиксировал, но я не успел толком ничего понять, как он сломался, — пробормотал Ли Линь. — До поломки глубиномер показывал по-прежнему L-0.

— …Пока отправимся назад в бюро, — после двух секунд раздумий принял решение Сун Чэн. — Вернувшись, я сразу же отправлю отчёт в Совет. За этим местом определённо нужно понаблюдать какое-то время. Не исключено, что это какое-то незарегистрированное «иномирье». Похоже, здесь не обойтись без крупного оборудования и специализированных «глубинных исследователей». И да, с твоим глазом всё в порядке?

— …Если нет, то мне дадут хотя бы полдня отгула?

— Нет, в бюро не хватает людей.

— Тогда всё в порядке. Я просто закапаю капли для глаз, когда вернусь.

Сун Чэн кивнул, а Ли Линь, наклонившись, осторожно поднял останки переставшего дымиться глубиномера. Они вдвоём один за другим вернулись к месту, где припарковали электросамокаты.

Ли Линь повернул ключ зажигания, жидкокристаллический экран электросамоката мигнул и погас.

Он замер на мгновение, затем поднял голову и встретился взглядом с капитаном Суном, который смотрел на него так же.

— У меня самокат сломался… У вас тоже?

Сун Чэн молча кивнул.

— …Ты думаешь, это совпадение?

Сун Чэн тихо покачал головой и глухо произнес

— У людей из «Академии» есть особый термин для объяснения этого феномена.

Ли Линь на мгновение застыл, а затем вспомнил кое-что из просмотренных ранее материалов…

— Дух машины недоволен.

— Дух машины струсил.

Оба произнесли это одновременно, хоть и не в один голос.

Затем они на мгновение замолчали, и на этот раз уже сказали одновременно:

— Так неправильно.

— Потом обсудим, — махнул рукой Сун Чэн и, толкая электросамокат, медленно пошёл обратно. — Сначала надо уйти отсюда.

Ли Линь, толкая свой электросамокат, последовал за Сун Чэном:

— …Капитан, нам вот так просто толкать их обратно?

— А что ещё делать? Ты же не бросишь свой самокат?

— В бюро нет какой-нибудь малотоннажки? В крайнем случае, можно запросить тот электрический трицикл из отдела материально-технического снабжения… Толкать самокат обратно — это смерть…

— Меньше болтай. В твоём-то возрасте, и сил меньше, чем у меня?

Два опытных сотрудника Спецоперационного бюро, толкая электросамокаты, постепенно удалялись, и их силуэты медленно исчезли на повороте проспекта Утун.

***

Ю Шэн был уже хорошо знаком с окружавшей его безбрежной, глубокой тьмой. В последнее время он бывал здесь довольно часто, и, паря в этом тёмном хаосе, он чувствовал себя почти как дома.

Крик Айлин всё ещё звучал у него в ушах.

Он подумал, что картина, в которой он, весь в крови, с дырой в животе, входит в дом и умирает прямо на пороге, вероятно, напугала куклу из картины. Похоже, даже у Айлин, которая являлась «проклятым предметом», психическая устойчивость была не такой уж и большой.

И это ещё больше заставляло Ю Шэна с нетерпением ждать того, что произойдёт после его «возвращения».

Какова будет реакция кукольной мисс, когда он вернётся в мир живых и снова появится перед Айлин?

Она… будет помнить о том, как он вошёл в дом и умер?

Ю Шэн парил в темноте, и перед его «взором» возникла фигура Лисы. Перебирая в голове события в той горной долине под покровом ночи, он помнил, что, когда Лиса увидела его в разрушенном храме, она совершенно забыла, как своим ударом головой насмерть сбила его с ног. Хотя впоследствии она внезапно вспомнила об этом по какой-то причине, вначале девушка действительно полностью забыла о его «смерти».

Ю Шэн не знал, что это за «забывчивость», и не был уверен, в чём тут дело — в нём самом или в Лисе. В конце концов, разум этой девушки-лисицы, казалось, был довольно запутанным, и для неё вполне нормально вдруг что-то забыть.

Но если Айлин тоже не будет помнить о том, как он вошёл в дом и умер, то Ю Шэн сможет с уверенностью сказать… проблема в нём самом.

Невозможно определить продолжительность времени, проведённого в парении в темноте, поэтому, немного приведя в порядок свой до сих пор скудный опыт, Ю Шэн отключил свои мысли, давая своим напряжённым нервам немного отдохнуть, и стал терпеливо ждать момента, когда темнота закончится.

Затем он почувствовал знакомое падение, ощутил, как стремительно возвращается в мир смертных.

Заранее подготовившись, Ю Шэн тут же сосредоточился, пытаясь поймать свои ощущения в тот самый момент, когда он пересекал «границу»…

Знакомые сцены одна за другой возникали перед его «взором», какое-то смутно ощущающийся ориентир гнал его в определённом направлении. Он с трудом разбирал мелькающие в данный момент разнообразные образы, но ему не удалось ничего разглядеть к тому моменту, как он «увидел», что один из этих образов стремительно приближается к нему…

Проспект Утун, дом 66, гостиная сразу за входной дверью.

Ю Шэн резко открыл глаза.

Знакомая обстановка дома предстала перед его глазами. В столовой рядом с гостиной старинная и изысканная масляная картина спокойно стояла на обеденном столе.

Айлин нарушила тишину.

— Ю Шэн! Ты наконец-то вернулся!