Несмотря на то, что мой брат не провел смертельную игру, я не переставала готовить. Это вошло в привычку, и я часто пеку печенье и отдаю его брату, потому что он хотел есть его.

— Весело?

Это было утром в день праздника. Мне не хотелось обедать, но мне хотелось чего-нибудь сладкого, когда я пошла в магазин, за мной последовал брат.

　Мой брат не интересуется кулинарией. Я знаю, что у него хорошие оценки по домоводству, и он часто помогает маме и папе с готовкой. Но, похоже, он не получает ни малейшего удовольствия от готовки. Внешне он улыбается и говорит окружающим, что готовить - это весело, но думаю ему, скорее, нравится разделывать рыбу с мясом и пускать кровь. Иначе он бы не стал так обращаться с насекомыми.

Хотя моему брату и не интересны готовка и сладости, сегодня он стоял рядом со мной и внимательно смотрел.

— Это весело, но..? Мне не нравится яблочный вкус...

Сегодня я собираюсь приготовить яблочный пирог с большим количеством корицы. Завтра я приготовлю блюдо с большим сюрпризом, поэтому сегодня я не буду делать ничего лишнего, чтобы он потерял бдительность. И я не буду делать слишком большой, потому что хочу съесть его быстро. Размер порции идеальный.

— Ты так говоришь, будто это мерзкою Итак, зачем это тесто?

— Это поверх яблочного пирога...

— Как балки?

Мой брат взял нож, который лежал рядом. Нож правильно направлен на тесто, и линии были ровными и гладкими, хотя он и не пользовался линейкой.

Я прекрасно понимаю, что у моего брата не всё в порядке с головой. До сих пор он был безумцем от природы, убивающим ради удовольствия, но постепенно он стал человеком, который может терпеть людей, которые ему не нравятся, например, сотрудника следствия из тюрьмы...

— Ты хочешь съесть человека?

— Разве тебя не учили на уроках домоводства не отвлекать людей с ножами?

Макото отвечает так, будто ему все равно, но мне не по себе, когда он ведет себя как нормальный человек. Его ценности, вероятно, далеки от нормы. Пока я была на стороже из-за своих сомнений, брат повернулся ко мне с кухонным ножом: "Май".

— Когда я пытаюсь быть нормальным, ты делаешь смешное лицо.

— Нет, я делаю это не потому, что мне это нравится, мне просто интересно, почему. Как если бы однажды Юкари-тян проснулась под рок-музыку или от чего-то по типу новогоднего колокола*, это пугает.

(п.п.: *буддийский колокол, в который бьют в новогоднюю ночь 108 раз. Такая японская традиция.)

Юкари-тян плохо переносит громкие звуки. Мигающий свет тоже не подходит. Вероятно, ей также не нравится резкий свет. Ей также не нравятся мокугё, когда они рядом, а о колоколе не может быть и речи, поэтому каждый Новый год она приходит ко мне домой, чтобы укрыться. Если она внезапно скажет "Я люблю громкую музыку!" и достанет ручной фейерверк, это напугает меня.

— Я не могу жить нормальной жизнью, пойми.

Внезапно брат перевел взгляд на меня, будто насмехаясь надо мной. Мне показалось, что он фыркнул, и я опустила взгляд на яблоко.

— Это тоже вина Май.

— Что?

— Это вина Май.

Я ничего не понимаю. Нет, понять ход мыслей моего брата совершенно невозможно, но...

— Ну, в итоге ты ведь пожалеешь об этом? Если бы ты оставила все как есть, ты была бы счастлива, но ты сама нажал на курок.

Мой брат аккуратно нарезал тесто для пирога и быстро поставил пирог в духовку. Когда я начала убираться, то взглянула на кухонный календарь.

— Кстати говоря, сегодня двое родителей ушли на беззаботную прогулку?

— Это худший способ так их называть.

— Потому что я могу описать их только как двух беззаботных людей, которые оставили нас дома.

Брат моет руки, не скрывая своего дискомфорта: "у меня руки липкие от сахара". Я перешла к уборке, все еще с трудом улавливая его мысли.

◇

(п.п.: чуть позже выложу следующую часть. Если честно, думаю, многим сейчас стоит оставить это ранобэ в прочитанном, чтобы не портить впечатление оставшимися экстрами с корявым переводом (или ждать воскрешения антлейта...)