Мэй снова приготовила бенто — кажется, это никогда не закончится.

— Вуаах~

По дороге в школу Мэй широко зевнула. На ее левом плече висела сумка, а в руке было зажато бенто, в то время как я сжимал ее правую руку в своей.

— Не выспалась?

— Ага… Сегодня у меня первым уроком история, так что, может быть, я посплю на ней…

Глаза Мэй были полуоткрыты; она будто двигала ногами на автомате.

Из-за того, что она до утра готовила бенто, Мэй всегда выглядела сонной. Помимо этого она так же часто стала впадать в оцепенение, пребывая на дороге.

Что ж, на историю можно и опоздать.

Если она так не высыпалась, ей не стоило готовить бенто. Это был бы образцовый ответ, слова, которые я должен сказать как хороший брат.

Раньше я мог бы сказать это без колебаний, но сейчас мне не хотелось это говорить. Почему-то, я даже не понимал почему. Как старший брат, это было бы лучшее, что я мог сделать в этой ситуации. Я не мог делать то, что хотел, и это расстраивало меня. Должен ли я вместо этого просто столкнуть Мэй, например, с пешеходного моста?

(п.п.: аха, мне просто понравилось примечание англ. переводчика: "когда убить кого-то проще, чем понять свои чувства – Макото.")

Когда я украдкой взглянул на Мэй, я увидел в ее руке бенто. В моей школьной сумке на правом плече тоже было бенто, но другого цвета и с другим содержимым.

Хотя я не могу ничего сказать про вес моих учебников, я чувствовал, насколько тяжёлым было то бенто.

— Ох, точно. Можем мы сегодня по дороге домой зайти в супермаркет? Мне нужны кое-какие ингредиенты для бенто.

— Хорошо.

Стоило мне ответить, Мэй счастливо улыбнулась и сказала: “Отлично!”. Глядя на эту улыбку, я почувствовал разочарование.

— Сегодняшний бенто великолепен, но завтрашний будет еще лучше.

— ...Хорошо.

Мэй пожертвовала своим временем, чтобы приготовить для меня обед. И все же, все, что я мог сделать, это лишь сказать " Спасибо.". Я чувствовал толику досады.

Раньше мне было трудно помогать другим и благодарить их, да и делал я это только в том случае, если бы это было выгодно. Существовало только два типа людей: те, кто, как я чувствовал, могли принести мне пользу, и те, кто раздражали меня.

Однако, когда дело доходит до Мэй, я чувствую разочарование.

Почему я не мог искренне сказать “спасибо”? Неужели я ничего не могу сделать? Я продолжал думать об этом. Как неприятно. Я поднимался по ступенькам пешеходного моста с Мэй. В моей голове не было ни единой мысли, все было как в тумане.

◇

(п.п.: эх, эта глава напомнила мне, за что я полюбил эту новеллу - мысли Макото.)