—...Брат Кан, ну ты и даешь.

Стук!

Му Чжин, с красным как помидор лицом, со стуком поставил чарку на стол и с укором уставился на меня полупьяным взглядом.

В его глазах читалась явная обида.

— А что я? Я же сказал, что опоздал на турнир по уважительной причине.

— Это я знаю! Ик...! Но как ты мог даже ни разу меня не поддержать?! Даже этот зануда брат Моён, который перед девушками только и делает, что строит из себя джентльмена, и тот хлопал мне обеими руками!!

—...

Я искоса взглянул на Моён Хви, сидевшего рядом.

Судя по тому, как он сжимал перевернутую бутылку, дрожа от еле сдерживаемого гнева, было несложно догадаться, что очень скоро эта бутылка опустится на макушку Му Чжина.

Отодвинув от себя Му Чжина, от которого разило перегаром, я быстро выхватил бутылку у Моён Хви.

— Всё равно же проиграли, чего расстраиваться.

Несмотря на то, что Великая Война могла разразиться в любой момент, финал турнира прошел по расписанию.

Видимо, Союз Мурим хотел показать, что даже новость о нападении на фракцию Хайнань не способна поколебать их уверенность.

Конечно, из-за отсутствия Главы Союза и большинства мастеров Семнадцати Фракций Праведного Пути атмосфера на арене была немного напряженной.

Но благодаря высококлассному поединку между Му Чжином и Хе Воном, всё быстро вернулось на круги своя.

Нет, даже наоборот, рев толпы был в разы громче обычного.

И, как и ожидалось, финал завершился победой Хе Вона.

Победой поистине разгромной.

Стоило Му Чжину уже на втором обмене ударами применить Меч Мудрости Великого Предела, как Хе Вон тут же обрушил на него весь свой арсенал Семьдесят двух Искусств Шаолиня, перестав сдерживаться.

Сложные и глубокие техники Шаолиня сметали всё на своем пути.

До этого Хе Вон всегда сражался с оглядкой на противника, но в этот раз всё было иначе.

Не было ни малейшего намека на снисхождение.

Наоборот, он дрался всерьез с самого начала.

Зрители в один голос твердили, что он просто опасался техник Удана, мощь которых растет с течением времени, но...

Лично мне казалось, что это скорее похоже на ребяческий азарт боевого монаха, во что бы то ни стало желающего доказать превосходство Шаолиня над Уданом.

Из-за этого Му Чжину со второй половины боя пришлось несладко — его избивали, как собаку.

Но значит ли это, что мне не понравился Хе Вон?...Даже не знаю.

Мы с Му Чжином не то чтобы близкие друзья.

Скорее, я почувствовал к Хе Вону какую-то непонятную симпатию.

Даже не знаю, как сказать...

Наверное, Учитель в молодости вел себя точно так же?

Может, это потому, что он практикует боевые искусства, имеющие общие корни с Искусством Алмазного Небытия.

Так или иначе, турнир, длившийся почти две недели, подошел к концу. Хе Вон получил от Союза Мурим титул Божественного Дракона, а от зрителей — прозвище Алмазный Дракон.

После этого я притащил впавшего в депрессию Му Чжина в первый попавшийся бордель.

— Хнык-хнык...!! Меч Удана...!!

Бульк, бульк-!!

И вот результат — сидит и глушит вино кувшинами.

Иногда со стуком прикладывается лбом о стол, да еще и пьяные бредни несет.

Конечно же, эту попойку организовал не я, а Моён Хви.

Я бы в жизни на такое не подписался.

— Брат! Выпей со мной!

Глядя на Пэн Ю Чхана, который подливал мне вино, у меня начинала болеть голова.

И почему этот парень тоже здесь?

К тому же, напротив сидел еще один знакомый персонаж.

— О, Небеса... За что...

Глядя на Чин Нам Чхона, который уже надрался в хлам и лежал на столе лицом вниз, я невольно вздохнул.

Каким-то образом мы оказались в такой компании.

Единственное утешение — за выпивку плачу не я.

«Как напьются, просто брошу их тут и уйду».

— Брат Кан...! Я так хотел победить...!! На кону стояла честь моей секты...!!

— Опять вы за свое. Пейте уже.

— Что подумают обо мне младшие ученики, которые пришли посмотреть на бой... Хнык!!

— Да-да.

Пока Моён Хви выслушивал пьяные излияния Му Чжина, я подливал ему вино.

Идеальная командная работа.

Но проблема заключалась не только в нем.

БАМ!

— А-А-А-АК!! Кан Хёну!!! Зачем Небеса породили меня, Чин Нам Чхона, а затем породили тебя!!!

— Снова белки ловит.

— Если бы не этот лысый...!!!!

Дзынь—

Чин Нам Чхон, который до этого казался мертвым, вдруг восстал как зомби, смахнул со стола бутылку и забился в истерике.

У меня аж внутри всё закипело.

Знал бы — заказал бы холодного вина.

— Хе-хе, я так и знал, что этот придурок когда-нибудь найдет на кого нарваться и получит по заслугам. Так ему и надо.

—...Не тебе это говорить, ты же тоже проиграл этому лысому.

— Ха-ха!

Пэн Ю Чхан, видимо, был не дурак выпить: он влил в себя больше, чем Чин Нам Чхон и Му Чжин вместе взятые, но выглядел вполне трезвым.

— Зато я не держу зла на монаха Хе Вона. Наоборот, с удовольствием скрестил бы с ним клинки еще раз.

— Разве наследнику клана Пэн из Хэбэя пристало так говорить?

— А что такого? Как говорится, «Среди троих идущих обязательно найдется мне учитель».

Пэн Ю Чхан пожал плечами и хлебнул прямо из горла.

Ладно, счет за выпивку повесим на него.

— Кстати, хочу кое-что спросить, но если не хочешь — можешь не отвечать.

— Ха-ха! К чему такие церемонии между нами? Спрашивай о чем угодно, брат!

— Да? Тогда расскажи, что знаешь о человеке по имени Великий Император Зеленого Леса, Пэн Ган.

—...

Лицо Пэн Ю Чхана мгновенно окаменело.

Я усмехнулся и пожал плечами.

— Сам же сказал, что могу спрашивать о чем угодно.

—...При всем уважении, брат, ты первый, кто осмелился так открыто произнести это имя в присутствии члена клана Пэн.

— Всякое бывает. Любопытно же. Я же сказал: не хочешь — не отвечай.

— Хе-хе, с тобой и правда не соскучишься.

Пэн Ю Чхан хмыкнул и почесал затылок.

— Ну... Мне-то, по сути, всё равно. Да, этот человек — позор нашего клана, но меня он лично никак не касается. Он покинул клан еще до моего рождения, так какое мне до него дело? Он из побочной ветви. Причем из такой дальней, что едва ли вообще считается родственником главной семьи.

Пэн Ю Чхан подозвал официанта и заказал еще вина.

— Как ты, наверное, знаешь, у Десяти Великих Кланов есть множество побочных ветвей, которые разбросаны по всем Центральным Равнинам и имеют там определенное влияние. Главная семья этому только рада и всячески поощряет подобное.

Буль-буль—

Он наполнил чарку и продолжил:

— Если в побочной ветви рождается ребенок с талантом к боевым искусствам, его отправляют в главную семью. Что-то вроде негласного правила. Главная семья получает талантливого ученика, а побочная — связи. Обоюдная выгода.

— И Великий Император Зеленого Леса был из таких?

— Да, лет 60 назад побочная ветвь из провинции Чжэцзян сообщила, что у них родился ребенок с телосложением «Великой Горы».

— Телосложение Великой Горы?

— Если вкратце — тело, идеально подходящее для внешних боевых искусств. Старейшины даже подумывали отправить его в Шаолинь, но в итоге передумали из-за каких-то проблем.

Глоть, стук—

Осушив чарку залпом, Пэн Ю Чхан закинул в рот пару закусок, а затем, словно этого было мало, снова приложился к горлу бутылки.

— Кха! Отличное вино. В общем, когда его забрали в главную семью, он считался самым многообещающим новичком в клане Пэн. Но однажды он просто сбежал, и о нем ничего не было слышно. А когда о нем уже все забыли, он объявился как мастер стадии Хуагён, Великий Император Зеленого Леса, Пэн Ган — позор клана Пэн из Хэбэя.

—...Как-то не очень впечатляет.

— А?

Я нахмурился и покрутил чарку в руке.

Стук—

— Ну, я думал, там какая-то драма. Издевательства в семье, из-за которых он обозлился на весь мир. Зависть и притеснения со стороны главной ветви из-за его таланта. Он не выдерживает, сбегает, чтобы стать сильнее и отомстить. Классика жанра же?

—...Не знаю, что такое «классика», но разве клан Пэн похож на какую-то заштатную школу боевых искусств? В нашем клане, прежде чем обучать боевым искусствам, в первую очередь воспитывают характер. Если бы даже я, наследник клана, вытворил нечто подобное, меня бы пороли три дня и три ночи.

— Тогда что с этим парнем не так?

Я указал пальцем на пол.

— Хр-р-р... Кх! Хр-р-р-р...

Там вповалку валялся в стельку пьяный Чин Нам Чхон.

Спал так крепко, что даже храпел.

Кстати, он, видимо, из тех, кто любит спать голышом: Моён Хви отчаянно пытался помешать ему стянуть с себя штаны.

—...Ну, в секте Хуашань, видимо, свои порядки.

— Хватит болтать, помоги лучше!

— Брат Моён...! Я скажу это в последний раз...!! Что такое му (редька)!! Му — это то, что... делает бульон наваристым...!!

— А-А-А-АК!!

Глядя на Моён Хви, страдающего от дедовских шуток Му Чжина, мы с Пэн Ю Чханом тихонько рассмеялись.

— Смотреть на его мучения, конечно, забавно, но, наверное, пора вмешаться.

— Пожалуй. А, и еще один вопрос напоследок.

—?

Я остановил Пэн Ю Чхана, когда он уже собирался встать.

— Знаешь что-нибудь о Кровавом Громовом Императоре?

—...Кровавый Громовой Император? Ты про ту безумную Звезду Убийства?

В глазах Пэн Ю Чхана мелькнул страх.

Реакция была совершенно иной, чем на Великого Императора Зеленого Леса.

—...Брат. Я говорю это только потому, что уважаю тебя: лучше не упоминай это имя в присутствии других членов клана Пэн.

—?

Сказав это, Пэн Ю Чхан дал понять, что продолжать разговор на эту тему не намерен, и пошел помогать Моён Хви.

Какое-то время я просто сидел и смотрел в пустоту.

И нет, это вовсе не потому, что мне было лень возиться с пьянчугами.

Прошло уже почти две недели с тех пор, как я прибыл в Кайфэн.

За это время произошло много всего, но, слава богу, я выжил и даже ничего себе не сломал.

Глядя на звездное небо, разительно отличающееся от неоновых огней ночного Кайфэна, я направлялся в поместье.

Может, из-за того, что счет за выпивку я спихнул на Пэн Ю Чхана, а пьяных товарищей — на Моён Хви, на душе было как-то легко.

Но в голове по-прежнему царил хаос.

Всё из-за того, что рассказала Хян И: Клан Божественного Копья Ян и Клан Джин из Гуандуна были уничтожены.

Да, главы этих кланов предали Союз Мурим, это факт.

Но Союз Мурим не практикует круговую поруку и не наказывает весь клан за проступки одного человека.

У них на это просто нет полномочий.

Наказанию подлежат только сам глава и его непосредственные сообщники. Остальные члены клана — это ценные боевые единицы, которые понадобятся в будущей войне с Сектой Кровавого Инь.

К тому же, Клан Божественного Копья Ян — это элита из элит, закаленная в боях с северными варварами.

А Клан Джин из Гуандуна — древний и почитаемый клан, считающийся прародителем Тайцзицюань.

И оба этих клана были стерты с лица земли одновременно.

Клан Джин из Гуандуна — объединенными силами Союза Злых Врат.

А Клан Божественного Копья Ян — какой-то неизвестной третьей силой.

Неудивительно, что Даос Юн Хо и большинство старейшин Союза не присутствовали на финале турнира.

Наверняка они и сейчас ломают головы над тем, что делать.

— Полный бардак.

Конечно, если война начнется прямо сейчас, Союз Мурим не проиграет в одночасье.

Несмотря на подавляющее численное превосходство Злой фракции, по количеству высокоуровневых мастеров Праведная фракция всё же впереди.

Но с другой стороны, чем дольше продлится война, тем невыгоднее это будет для Праведной фракции.

Им нужна быстрая победа.

И руководство Союза Мурим это прекрасно понимает.

«...Наверняка они уже пришли к тому же выводу, что и я вчера: нужно устранить Лидера Союза Злых Врат и его ключевых сподвижников до того, как война разгорится в полную силу».

Но в реальности у Праведной фракции нет отряда убийц такого уровня.

Даже если нанять всю Завесу Убийств, это вряд ли поможет.

С другой стороны, нельзя ожидать, что Глава Союза, бывший Глава клана Намгун или кто-то уровня Бога Меча — те, кто входит в число Трех Императоров, — лично отправятся в логово Союза Злых Врат в провинции Хунань.

Они не из Злой фракции, и никто не позволит уважаемым старейшинам Мурима так рисковать жизнью.

—...Похоже, мне всё-таки придется разобраться с этим самому.

Я почесал затылок и посмотрел на ночное небо, затянутое темными тучами.

Честно говоря, какое бы решение ни принял Союз Мурим, меня это не касается.

Даже если они соберут элитный отряд убийц, Лидера Союза Злых Врат я убью лично.

Я никогда и не рассчитывал на помощь Союза—

—...М?

Подойдя к поместью, я заметил знакомый силуэт, стоящий посреди темной улицы.

Рост и фигура, угадывающиеся даже в темноте...

Ошибки быть не могло.

— Ах, господин Хёну!

Тучи на мгновение расступились, и в лунном свете блеснули её ясные глаза.

—...Со Рин?

Плюх—

Увидев меня, Со Рин широко улыбнулась, подбежала и обняла меня за руку.

Её лучезарная улыбка была ярче солнца.

— Вы вернулись?