Остаточная мысль — это не более чем крошечный осколок, отколовшийся от основного существа.

Хотя по силе она не идет ни в какое сравнение с оригиналом, её ментальная мощь почти не уступает ему.

Поэтому, когда Кан Хёну, наполовину поглощенный Внутренним Демоном, вдруг пришел в себя, Ариман не мог поверить своим глазам.

Как мог простой смертный воспротивиться ментальному контролю великого божества?

Это была катастрофа, немыслимая и невозможная.

Но в то же время Ариман увидел в этом шанс.

После того самого «Договора» богам было запрещено вмешиваться в дела нижнего мира, и случайно оставленная на земле остаточная мысль была единственной лазейкой.

У Аримана была лишь одна цель.

Завладеть телом человека, подобного Первому Небесному Демону, и испепелить Центральные Равнины.

И в тот момент, когда имя «Ангра-Майнью» будет выжжено в умах людей как символ первобытного ужаса...

Негативные эмоции сотен, миллионов людей станут основой для возрождения его божественности.

Но даже тщательно отобранный сосуд — Первый Небесный Демон — не смог полностью выдержать мощь разума Аримана.

В результате он потерпел поражение от так называемых воинов Мурима.

Однако Кан Хёну был другим.

То, что он выдержал ментальную атаку Аримана, уже само по себе поразительно, но он смог и вовсе изгнать её! Его ментальная стойкость была за гранью понимания!

Возникал вопрос: человек ли он вообще?

К тому же, раз он является Апостолом другого бога, значит, его физическая оболочка уже доказала свою способность выдерживать божественную силу.

— Если бы только я мог заполучить это тело!!!

Изгнанный за пределы ментального барьера Кан Хёну, Ариман решил сменить тактику.

Он собрал все остаточные мысли, вложенные в Божественное Искусство Небесного Демона, чтобы предпринять еще одну, последнюю попытку подчинить его разум.

Идеальный божественный сосуд, который не появится снова и через десять тысяч лет.

Увидев эту возможность, Ариман поддался непреодолимой алчности.

Но...

—...А?

Ариман упустил из виду одну важную деталь.

По ту сторону ментального барьера Кан Хёну его уже кое-кто ждал.

---

Плюх—

— Ха-а, ха-а, ха-а...!!

Окончательно стряхнув с себя сущность Аримана, я без сил рухнул на землю.

Хоть это и была всего лишь остаточная мысль, сопротивление ментальному контролю высшего божества и прорыв на новый уровень истощили меня до предела.

Чудовищная усталость накатила волной, накрыв всё тело.

Я не мог пошевелить даже пальцем.

— Тц-тц-тц, какой же ты всё-таки хилый. Сразу видно, что отлынивал от тренировок.

—...Обязательно говорить это именно сейчас?

— Хе-хе, слушай и мотай на ус. Потом уже не услышишь.

—...

Я встретился взглядом с остаточной мыслью Учителя, смотревшего на меня сверху вниз.

Его тело медленно растворялось в воздухе.

Точнее, называть это «телом» было бы не совсем правильно.

Он просто проецировал свой образ, используя последние крохи энергии, оставшиеся в его мысли.

—...Не могли бы вы сказать мне, что всё это время были там?

— Ишь ты, выжил и сразу разговорился. Решил отчитать старого учителя?

— Да я не о том... Ха-а...

— Будешь так вздыхать — быстро состаришься.

— Я сам разберусь.

— Ах ты ж паршивец.

Учитель тихо усмехнулся.

Некоторое время мы просто смотрели друг на друга в тишине.

—...Когда я смогу увидеть вас снова, после того как вы уйдете сейчас?

— Это в последний раз. Что толку смотреть на твою угрюмую рожу? Этому монаху не терпится вернуться в Райскую Чистую Землю и выпить вина с прекрасными монахинями, так что мы больше не свидимся.

—...Вот же распутный монах.

— КХАЦ!!

— Ак?!!

Бам!

От удара по макушке я скрючился, обхватив голову руками.

Без преувеличений, это было раз в десять больнее тех подзатыльников, что я получал во время тренировок.

— Тц-тц-тц. Боевые искусства подтянул, а вот уважения к старшим как не было, так и нет.

— Вы меня этому не учили.

— Ого? Хочешь, преподам урок прямо сейчас?

Хрусть—

Глядя на огромный кулак Учителя, я нервно сглотнул.

Если он ударит еще раз, у меня точно треснет череп.

А в моем нынешнем, избитом состоянии, я рискую отключиться на пару часов минимум.

Я тут же принял почтительную позу и поклонился.

— Хе-хе, перед безграничной милостью Учителя этот нерадивый ученик не знает, куда себя деть.

— Хватит паясничать. Если уж льстишь, делай это хоть с каплей искренности. За время нашей разлуки у тебя только лицо толще стало.

— Я всегда искренен...

— Тс-с.

—...

Учитель замахнулся кулаком, и я послушно закрыл рот.

Тогда он присел передо мной на корточки с озорной улыбкой.

— Ну так что, виделся с ученицами из секты Эмэй? Все красавицы, как я и говорил, да?

— Эм... Не довелось.

— Что?! И куда только молодость уходит, раз ты такой ленивый!

С чего бы ему злиться из-за этого?

— Я думал, мы встретимся на турнире. Но раз уж фракции Сычуани вообще не участвуют, как я мог с ними увидеться?

— Тц-тц-тц, и не стыдно мужику такие жалкие отговорки лепить? Как ты с таким подходом собираешься красавиц завоевывать?

Глядя на меня с разочарованием, Учитель только головой покачал.

— Подождите, вы же монах, разве вам подобает говорить о таком? Да и вообще, какими бы красивыми ни были эти монахини, они вряд ли красивее моих девушек.

— Ха! И этот парень, который так дорожит своими женщинами, то и дело заводит новых?

— Звучит как-то двусмысленно. Я просто ценю новые узы.

— Эх... И за какие такие грехи в прошлой жизни твои женщины встретили такого, как ты.

— Это не наказание, а благословение небес.

Я усмехнулся и откинул волосы со лба.

Увидев это, Учитель скривился, словно съел лимон.

— Позвольте этому нерадивому ученику дать вам один совет. Пожалуйста, не ходите с таким лицом по Райской Чистой Земле. Монахини точно разбегутся в страхе.

— Хочешь проверить, насколько крепок твой череп?

— К сожалению, мой жизненный путь еще далек от завершения, так что это вряд ли.

— Паршивец.

— Ваш ученик, между прочим.

— То, что я взял тебя в ученики — моя величайшая ошибка.

— Хе-хе.

— Кх-кх-кх.

Некоторое время мы просто смотрели друг на друга и смеялись, как дураки.

Но любая встреча рано или поздно заканчивается расставанием.

И я прекрасно это понимал.

Ш-ш-ш—

Тело Учителя уже наполовину превратилось в сияющие частицы.

—...Мне тяжело оставлять на тебя такую непосильную ношу.

— Вы о Секте Кровавого Инь?

Учитель медленно кивнул.

— Неужели вы что-то о них знаете?

—...Не знаю. Могу лишь сказать, что этот монах так и не смог предотвратить грядущую гибель Центральных Равнин, и теперь с позором перекладывает это бремя на своего ученика.

На лице Учителя читались глубокая вина и боль.

Видя его таким непривычно серьезным, я лишь усмехнулся.

— Прекратите хандрить, вам это не идет. Я не считаю это бременем. К тому же, продолжать дело учителя — это прямая обязанность ученика, не так ли?

Благодаря Искусству Алмазного Небытия я смог защитить своих женщин, а благодаря суровым тренировкам Учителя — стал еще сильнее.

И вот сейчас...

Благодаря помощи Учителя я не только выжил, но и обрел новое просветление.

Я получил от него так много.

Как я мог считать это бременем?

— Так что не волнуйтесь и доверьтесь мне. Как-никак, я единственный ученик Первого Под Небесами.

—...

Учитель долго смотрел на меня, не говоря ни слова.

А затем медленно произнес:

—...Я всегда гордился тобой. Тем, что ты мог искренне улыбаться, несмотря на всю ту боль, что скрывал в своем сердце.

Его обычно суровое лицо озарила слабая, но теплая улыбка.

Грубой рукой он погладил меня по голове.

— Будь счастлив. Даже если жизнь — это боль и проклятие, всё зависит лишь от того, как мы на нее смотрим.

Ш-ш-ш—

С этими словами Учитель превратился в сноп света и растворился в ночном небе.

Я молча поклонился ему дважды.

В знак почтения Учителю, которого, возможно, больше никогда не увижу даже в следующей жизни.

---

— Фу-ух.

Какое-то время я стоял, ошеломленно глядя на ночное небо сквозь дыру в потолке. Наконец, потерев лицо руками, я заставил себя собраться с мыслями.

Нельзя же стоять так вечно.

Сейчас нужно было разобраться с последствиями.

Я медленно огляделся.

В пещере, которая едва не обрушилась от мощи Аримана, повсюду валялись растерзанные тела младенцев.

—...

Скрип—

От этого ужасающего зрелища у меня внутри всё перевернулось.

Мне хотелось собрать их всех и вернуть семьям.

Но это было нереально.

Во время боя часть пещеры обрушилась, и под завалами находились сотни разбитых кувшинов и изувеченных тел.

Да и сколько родителей смогли бы сохранить рассудок, получив обратно своих детей в виде высохших мумий?

Я не мог обречь их на этот ад только ради собственного душевного спокойствия.

И это еще не всё.

Как в Муриме, где нет ДНК-тестов, найти родителей всех этих детей?

Это было практически невозможно.

«...Остается только один выход».

Я бережно поместил тела детей в инвентарь.

Выбравшись из подземелья, я планировал кремировать их, провести достойный ритуал и похоронить в хорошем месте.

Это всё, что я мог для них сделать сейчас.

Собирая кувшины и тела с тяжелым сердцем...

Дерг—

—...Это.

Внутри одного из маленьких кувшинов.

На крошечном пальчике высохшего младенца было надето грубо выточенное каменное кольцо.

— Мою жену зовут Ли Со Ён, а сына — Ван Чхоль! У жены три родинки под глазом, а сынишка носит каменное кольцо, которое я сам выточил для него у ручья. Вы легко их узнаете!

—...

Хрусть—

Я стиснул зубы так сильно, что они едва не треснули.

На душе было паршиво.

Я молча забрал кольцо.

Пока я возился с телами, в голову пришла мысль.

«...Где же Чо Ён Хи?»

Я пришел сюда по её следу, но её нигде не было.

Я просканировал всё вокруг маноискателем, но безрезультатно.

В подземелье не было ни следа её присутствия.

Конечно, было бы здорово, если бы я просто пошел по ложному следу, но...

— Фу-ух...

Я тяжело вздохнул.

Из-за недостатка информации, не имея возможности прочесть воспоминания врага, я чувствовал себя слепым котенком.

Впрочем, из лужи крови, в которую превратился этот ублюдок, всё равно ничего не вытянешь.

«...Кстати, а почему он умер? Сначала ведь регенерировал как ни в чем не бывало».

Немного поразмыслив, я быстро нашел ответ.

Каким бы злым ни был бог, он всё равно остается богом.

Тем более, божеством высшего ранга.

Вампир просто не выдержал атаки, пропитанной божественной силой. Это было вполне логично.

— Ну, здесь вроде всё. Теперь...

— Ки-ик, кик!!

В этот момент я услышал знакомый голос.

Это был Там.

—...А.

Я подобрал Меч Небесного Демона, валявшийся на полу.

Вспомнил, как Ариман отбросил его, когда Там начал сопротивляться.

— Ки-ик, ки-ги-гик!!

—...Просишь похвалить тебя?

— Ки-ик, кик!!

— Говоришь, от того парня воняло?

— Ки-эк!

Пфф.

Я невольно рассмеялся.

— Да, да. Молодец. Потом наловлю тебе горных бандитов в качестве награды.

— Ки-и-и-ит!!!

— А пока иди внутрь и отдыхай. Ты выглядишь ужасно.

Видимо, сопротивление демонической ауре Аримана далось Таму нелегко, он выглядел изрядно потрепанным.

Спросите, как я это понял?

Ну... просто понял?

Сам не знаю, когда это началось, но я стал интуитивно понимать слова, эмоции и общее состояние Тама.

Надо будет потом спросить у Люцифера, что к чему.

«Так, а теперь как найти Чо Ён Хи? Неужели она мертва—»

Буль, буль.