Хотелось бы мне, как и в прошлые разы, когда я получал такие серьезные ранения, сказать, что я потерял сознание. К сожалению, на этот раз тело не оказало мне такой милости. Я слышал, как открылись ворота, слышал людские шаги. Они не разбежались в хаотичной панике, а целенаправленным, медленным шагом двинулись ко мне и к зверю, которого я убил. Только убедившись, что опасности нет, они подошли ко мне, подняли на носилки и отнесли обратно через ворота в крепость. Несколько из них остались с чудовищем, о чем-то болтая. Его тоже занесли внутрь.

Я слышал вопросы, адресованные мне, но был недостаточно вменяем, чтобы ответить на них. Боль в сочетании с угасающим адреналином мешали сосредоточиться на словах, хотя оставили мне некоторую способность к ориентации. Внутри крепость оказалась во многом так же невообразима, как и снаружи. Мебель и украшения здания, в которое меня затащили, представляла собой экзотическую смесь мусора и предметов, которых любой музей был бы рад принять себе, выгляди они немного подревнее. Меня оставили на простой койке, армейского образца, судя по ощущениям, которые передавала мне спина. Сильные вспышки боли пронзали мои чувства, когда с меня сняли одежду для осмотра.

Я разобрал обрывки разговора:

— Похоже, он весь обгорел на солнце.

— Мертвецы такие и есть. Вы никогда раньше таких не видели?

— Вот это зубищи. Почти как у урсанов.

Я почувствовал укол в свою руку, принесший облегчение, но недостаточное, чтобы рассеять пелену боли. Я смог что-то пробормотать, и тут же последовал еще один укол, и через несколько мгновений боль утихла, и мое внимание наконец смогло четко сфокусироваться на происходящем.

Вокруг меня стояло несколько человек. В паре я узнал членов Железной Орды, пирсинг и татуировки сразу выдали их принадлежность. Одна из оставшихся была блондинкой, с которой я разговаривал у ворот, а последний — мужчина в чем-то похожем на птичью маску на лице, держащий пустой шприц. Я наблюдал, как мужчина отложил шприц и потянулся за иглой и ниткой. Он осторожно вставил нитку в иголку и направил ее к глубоким ранам на моей груди. Я схватил его за руку, отчего он и вся комната вздрогнули.

— Не стоит, — сказал я, чувствуя через запястье мужчины, как учащается его пульс.

— Но, сэр, вы тяжело ранены. Как врач, я обязан оказать вам максимальную возможную помощь.

Я рассмеялся.

— Со мной все будет в порядке. Вы уже достаточно сделали. Зашивать меня — пустая трата ниток.

Мужчина поднял бровь.

— Я, э-э, должен вызвать короля. Уверен, он захочет поговорить с вами прямо сейчас.

— Не торопись, — пробормотал я, немного приподнявшись, чтобы посмотреть на окружающих. Я указал на тех, в ком опознал Железную Орду. — Вы. Поближе.

Они переглянулись, и двое из них легонько подтолкнули третью в мою сторону. Это была женщина, имеющая в основном пирсинг инженера и лишь немного татуировок воина. Значит, она была новичком.

— Да-да?

— Сколько человек осталось в вашем патруле?

— Ну, двенадцать, кажется?

— Дочь Хана еще жива?

Она кивнула.

— Атлан? Да, жива, но ранена. Потеряла ногу.

Я вздохнул. Конечно же, что-то подобное обязано было случиться.

— Поэтому вы и не ушли из леса?

Девушка покорно кивнула.

Блондинка, стражница ворот, выступила вперед.

— К тому же, в последнее время урсаны стали активнее. Раньше они не создавали столько проблем. Я не уверена, что их группа смогла бы выбраться, даже будь они все в добром здравии.

Я поднял на нее взгляд. Ее карие глаза дернулись, когда встретились с моими красными, но не избегали их. Впечатляюще для женщины, которая раньше не видела мертвеца.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Шайера Шарпай.

Я пару раз моргнул, глядя на нее, и обменялся взглядом с патрульными Железной Орды, которые лишь пожали плечами.

— Шайера, не пойми меня неправильно, но что, черт возьми, здесь происходит?

— Извини?

— Гигантские медведи-монстры, замок, люди с мечами и луками вместо ружей и машин. Чем дальше я захожу, чем фантастичнее это выглядит.

Выражение лица женщины изменилось: вместо обеспокоенного и испуганного оно стало обороняющимся и надменным.

— Я могла бы спросить и вас о том же. Мы никогда не встречали живых чужаков, и вдруг появляются люди с оружием и транспортом, поднимают шум посреди леса, будят всех урсанов, а затем требуют от нас объяснений!

Это дало мне некоторые ответы, которые я хотел получить. То, что эти люди жили в лесу, еще не означало, что они ничего не знают о мире за его пределами. По крайней мере, они имели некоторое представление о том, что такое оружие и машины. Достаточное, чтобы не называть их «бум-палками» и «врум-камнями». Я встречал изолированные группы, где все было именно так.

— Хватит, Шей, — раздался новый голос, и я перевел взгляд на дверь. Там стоял доктор, а рядом с ним — незнакомец. Он был одет в ту же странную одежду, что и остальные обитатели крепости, но его наряд казался качественнее. Его меховой плащ был, как я понял, сделан из шкуры урсана, а на голове красовалась настоящая корона. Он был молод, лет тридцати с небольшим, и красив. Длинные каштановые волосы мужчины были собраны короной, а его зеленые глаза, встретившись с моими, даже не моргнули. — Человек ранен. Справедливо будет дать ему несколько ответов. В конце концов, нечасто в наших краях появляется незнакомец, в одиночку убивающий урсана за нас.

Выражение лица Шайеры изменилось, и она слегка поклонилась мужчине.

— Мой господин.

— Шей, здесь нет нужны в формальности. Мы знакомы с детства, — мужчина подобрал стул и придвинул его к краю моей койки. Он улыбнулся мне, что вызвало у меня колкую тревогу. — Итак, вопросы. Начнем с твоих, а потом перейдем к моим.

— Кто вы такие? — спросил я, начав с самого главного.

— Мы — группа Рен Фари.

— Почему вы так одеты?

— Потому что я король

— Нет, я имею в виду… — я провел рукой по лицу. — Ваши люди. Рен Фари. Как вы здесь вообще выжили?

— Ах, ты хочешь узнать эту историю? — король с ухмылкой посмотрел на доктора. — Джуд опечалится, если не сможет рассказать ее сам.

Доктор улыбнулся. Его лицо все еще было скрыто странной маской.

Король наклонился ближе.

— Наши предки были уникальны среди людей своего времени. Они отвергали мир таким, какой он есть, и верили, что его можно наполнить волшебством. Они обучались базовым вещам: фехтованию, стрельбе из лука, кузнечном делу, шитью и, конечно же, слоганию песен и легенд.

— ...ага.

— Они встречались здесь, в парке, пару раз в год, чтобы осудить эти ремесла и пообщаться друг с другом. Когда произошла катастрофа, они были здесь, в этом лесу. Они укрылись в старой пещере, страшась ужасов на земле. Вместе наши предки начали работать над созданием нового общества, о котором всегда мечтали. Они назвали его в честь события, которое из года в год сводило их вместе, и с тех пор существуют Рен Фари.

(П.П. Имя их группы произошло от немного искаженного названия фестиваля, «Ren Faire» (Фестиваль эпохи Возрождения). Это мероприятие в США, воссоздающее атмосферу средневековой Англии с костюмами, рыцарскими турнирами, ярмарками, ремеслами, музыкой, угощениями и представлениями).

— ...конечно, — пробормотал я нейтральным тоном. Сумасшедшие. Я имел дело с безумными потомками маргиналов. Я уже встречал подобные поселения. Республика Гэри — сообщество, где всех звали Гэри и где каждый изо всех сил пытался выглядеть как ее основатель. Сами угадывайте, как его зовут. Поттс-Филд, конечно, тоже довольно сомнительное местечно, но эти решения были преднамеренными. Мы окутываем себя мистикой как формой мягкой силы и защиты. Это же поселение было совсем другим, интересным по-своему, и я был рад утолить свое любопытство, но мои силы иссякали. Как бы ни работала моя регенерация, она сильно меня истощала. Мои веки начали опускаться. — Спасибо за ответы на мои вопросы. Я бы я удовольствием ответил на ваши, но, боюсь, сейчас потеряю сознание. Знаете, в таком состоянии все обычно так и происходит.

Он кивнул.

— Мы можем поговорить завтра. Я устрою пир из убитого тобой монстра. Настаиваю, чтобы первый кусочек был откушен тобой.

Мне удалось улыбнуться во все свои острые зубы, отчего он слегка побледнел — это была первая реакция, которой мне удалось добиться от него.

— Я буду очень этому рад. Очень.