П.П. Название главы: "К Элизе" — пьеса Бетховена.

* * *

Пока Хан выжидал время, я решил последовать за стражниками в покои Сары. В этой части шатра меня еще не было, но грохот мебели и шорох бумаг ясно указывали мне путь, давая мысленной карте этого места, существовавшей в моей голове, укрепиться. У каждой жены была своя палатка в собственном шатре Хана. Они были украшены по-разному: на большинстве из них присутствовали типичные масляные узоры и одеяла из урсанового меха, но на нескольких висели и красочные флаги, птичьи перья и другие украшения. Окна некоторых палаток были приоткрыты, и я заметил несколько книжных полок с, на вид, рукописными журналами, в другой стояли ряды орудий в разных состояниях и карты с символами, которые, как я понял, представляют разные группировки рейдеров. В обоих случаях мне пришлось бороться с искушением нырнуть внутрь и посмотреть, что я смогу запомнить до того, как меня словят. Я пользовался благосклонностью Хана, но мог только догадываться, какое меня ждет наказание за нарушение пространства палаток его жен.

Я дошел до источника шума и обнаружил нескольких охранников, энергично проносящихся по комнате Сары. Пол покрывали сломанные столы, разбросанные книги и перевернутая кровать. Увидев меня, охранники кивнули, я ответил им тем же.

— Нашли что-нибудь? — спросил я.

Охранник, имевший больше пирсинга из них двоих, покачал головой.

— Покиньте комнату на пару минут. Дайте мне осмотреться.

Двое переглянулись. Казалось, будто они готовы поспорить, но затем еще раз взглянули на меня и остановились.

— Мы будем снаружи.

Охранники удалились, и комната оказалась в моем распоряжении. Трудно представить, какими были эти покои раньше, еще не пострадавшие от небрежного обращения. У меня сложилось впечатление, что те двое не знали толком, что искать. Я поднял кровать и проверил каркас с матрасом, но ничего не нашел. Затем настала очередь стола. Там, спрятанные в глубине ящика, нашлись письма. Они были мне знакомы: похожие я отправлял в Поттс. Я разорвал один конверт и прочитал содержимое. Текст был написан какой-то из жен и не содержал ничего подозрительного. Я даже складывал первые слова каждого предложения и первые буквы слов, но никакого зашифрованного сообщения не обнаружилось. Вскоре я понял, что ни одно из писем не принадлежало Саре. Проверил другой ящик. Он оказался пустым, но и каким-то подозрительным. Кажется, он был меньше первого, хотя не должен бы. Внутри нащупалось фальшивое дно. Я вытащил панель и нашел одно-единственное письмо. Насколько я мог судить, это тоже было письмо потерянному ребенку, но на этот раз за авторством самой Сары. Я сунул его в плащ.

Дальше обыск дошел до книг. Я нашел несколько старых медицинских текстов, кажется, предназначенных женщинам, и романтические книги, объединенные тематикой красавиц и зверей. Когда я поднимал одну из них, на пол выскользнул листок бумаги. Серия цифр и заметки с просьбой о поставке бензина. Я открыл еще несколько книг, и в них тоже нашлись записи, в которых подробно описывалась каждая отдельная часть плана с указанием поставок деталей, топлива, персонала и транспорта. Я собрал эти записи в стопку, просмотрел их и письмо в последний раз и вышел из комнаты.

— Я нашел некоторые документы, который немедленно отнесу Хану. Не стесняйтесь разрушать палатку и дальше, но я бы на вашем месте потратился на уборку, — бросил я ожидающим охранникам.

Они посмотрели на меня растерянно, но я не дал никаких объяснений и просто пошел в зал, где Хан продолжал свой ремонт в гораздо более мрачной атмосфере. Он больше не просил у Брун подавать инструменты, вместо этого он сам отходил от машины и забирал их, что было первым признаком беспокойства, который я когда-либо видел от него. Несмотря на это, лицо его оставалось неизменно расслабленным и сосредоточенным на работе.

Прежде чем докладывать ему, я отклонился в сторону и встал рядом с Камиллой. Она отдавала приказы нескольким охранникам и сверялась со своими записями. Я подождал, пока она освободится. Когда настал момент, я хотел было привлечь ее внимание похлопыванием по плечу, но она сама повернулась ко мне лицом, не успел я и руки поднять.

— Да? — спросила она.

— У меня есть несколько вопросов.

Она по-деловому кивнула.

— Элиза, охранница, которая указала на Сару… Хан сказал, что она была у него на службе давно и работала как личный страж его третьей жены. Так кто его третья жена?

Камилла посмотрела в сторону Хана и жестом пригласила меня отойти с ней подальше.

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Я получил фрагменты информации от Брун, но хочу убедиться, что вижу полную картину.

— Зачем тебе это?

— У меня есть теория, но я не хочу ее озвучивать, пока не разберусь в основе, — я многозначительно взглянул в сторону Хана.

Камилла медленно кивнула.

— Третьей женой была Джантай. Он предпочитает, чтобы мы о ней не говорили.

— Она была убита рейдерами, радиацией или им?

— Им. Она передавала данные рейдерам, которые убили его первую жену. Он нашел ее во время нападения и собственноручно застрелил.

— Элиза была в этом замешана?

— Она ничего не знала. Так отчаянно клялась своей жизнью… Говорю, большинство шрамов она получила именно в той битве.

— Но почему Джантай предала Хана?

Камилла спустя секунду покачала головой.

— Этого я так и не узнала. Его вторая жена, возможно, была в курсе, но лучевая болезнь забрала ее прежде, чем она успела мне рассказать.

Я кивнул, оставил ее и подошел к Хану, протиравшим лицо от масла. Видно, работу он завершил. Он кивнул мне, заметив мое приближение.

— Ты будешь сопровождать меня на допросах.

Я кивнул.

— Прежде чем мы уйдем, я прошу сначала поговорить с Элизой. Думаю, это сэкономит нам немного времени.

Он вздохнул.

— Я не тороплюсь, ни к одной, ни к другой... Неважно, к кому мы пойдем сначала, — он накинул свой урсановый плащ и направился в заднюю часть своего шатра. Трое охранников последовали за ним — два молодых стражника и один почти такой же старый и седой, как Элиза. Я не упускал из поле зрения ни одного из них и был настороже. Мы дошли до камеры, в которой сидела Элиза с решительным и безразличным выражением лица.

Хан сделал шаг к ней, но я поднял руку.

— Не возражаете, если я начну?

Он нахмурился, но дал разрешение.

Я вышел вперед и встал прямо перед охранницей.

— Как долго ты охраняешь Сару?

— С тех пор, как она присоединилась к нам, — ответила та.

— Хану ты служила гораздо дольше, так?

Она кивнула.

— Гораздо дольше.

— Я нашел некоторые бумаги в покоях Сары, — я вытащил стопку из-под плаща. — Они указывают на серию отданных ею приказов с заказами на топливо, запчасти и даже сопровождение транспортных средств. Я так понимаю, эти заказы ты передавала за нее?

Элиза кивнула.

— Как она приказала.

— И ты не задавала вопросы и не думала никому сообщить о происходящем?

— Я делаю то, что мне приказано.

— Ты верила, что все это исходило от Хана?

Она кивнула.

— Это предательство, должно быть, болезненно.

Глаза охранницы вспыхнули при слове «предательство», но в остальном ничего не изменилось. На протяжении всего допроса она казалась мне крайне спокойной, что лишь больше укрепляло меня в моих подозрениях. Я вытащил письмо, написанное Сарой потерянным детям.

— Но вот что странно. Все эти приказы, которые, как полагалось, написала Сара, были спрятаны на поверхности — они просто лежали в ее книгах. Если бы я был на ее месте, я бы спрятал их там, где обнаружил его... — я поднял письмо, — в скрытом отделе ящика. Я хочу сказать, если у нее имелся такой хороший тайник, то почему она не спрятала их там?

Глаза Элизы слегка расширились, и от меня не укрылся быстрый взгляд, брошенный ею в сторону старшего из охранников позади меня.

Я положил письмо рядом с бумагами.

— Еще одна забавная вещь… почерк совсем не похож. Как будто кто-то, кто имел доступ к ее комнате, просто подложил их туда.

В этот момент на меня со спины напал не один, а двое охранников, и Элиза бросилась на меня вместе с ними.