Первый день в пути прошел без происшествий. Теперь, зная опасности мертвой зоны, я заранее собрал немного сухой древесины и заполучил масло, чтобы отпугивать полчища комаров, если понадобится. Конечно, они все равно падали замертво, когда кусали меня, но это не значит, что я хочу быть искусанным. Примерно на полпути я сделал небольшую остановку и достал кусок мяса геккона, которое собрал во время своего прошлого посещения этого замечательного места.

Я сел на пенек. Мой мозг все еще переваривал все те, что произошло за последние несколько дней. Я выполнил первую партию доставок по новому маршруту, получил еще одну профессию, сразился с тридцатью рейдерами и победил с помощью этой профессии. Я всегда искал силы, и теперь, похоже, нашел ее. Новая профессия казалась такой уместной, удобной, будто я всегда должен был ей владеть. Возможно, это был самый большой толчок, который когда-либо давала мне жизнь, и я только встал на этот путь. Я откусил еще один кусочек геккона, хрустя косточкой и ощущая вкус костного мозга на языке.

— Как тебе здешние лакомства?

Я вскочил, выхватил пистолет и направил его в сторону голоса. Я увидел фигуру, прислонившуюся к дереву. На ней — это была женщина — был облегающий черный костюм, закрывающий все тело, противогаз на лице, толстые защитные очки и длинное коричневое пальто. За спиной у нее висела винтовка, почти такой же длины, как весь ее рост, а на боку — пистолет. Руки ее были подняты, что должно было передать ее безвредность, но, несмотря на это, каждая часть моего тела вопила об опасности. Словно добыча, почуявшая хищника.

Я держал пистолет на ней.

— Кто ты, черт возьми, такая?

— Хорошие рефлексы. Реакция уверенная, хотя ты и предполагал, что никого не увидишь, — в ее голосе чувствовалось веселье. Он резал слух; голос человека, выкурившего весь свой табак — прерывистый и хриплый.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Я и не обязана.

Вдруг меня охватила слабость. Я попытался нажать на курок, но палец словно застыл в воздухе. Я посмотрел на свою руку, потом снова на нее, и за этот короткий миг она успела выхватить из-за пояса пистолет и направить его уже на меня.

— Ты действительно попытался выстрелить, — она склонила голову набок, и я услышал, как хрустнула ее шея. — Неплохо. Хорошие инстинкты. Недоверчивый, в отличие от некоторых идиотов, с которыми мне приходилось иметь дело.

Пока она говорила, я продолжал напрягать палец на спусковом крючке. Я чувствовал, как он медленно поддается, становясь все ближе и ближе к заветному крючку. Я держал дуло на прицеле прямо ей в грудь.

— Опусти пистолет, все равно не сможешь выстрелить. Это способность Маршала.

Это заставило меня расслабить палец.

— Ты Маршал?

Она кивнула. Ее язык тела был расслабленным, а движения непринужденными, будничными, будто она не направляла на меня огнестрельное оружие.

— Да. Я работаю в основном на территории STAR. Я пришла сюда узнать, что случилось с Хаммондом.

— Хаммонд? — спросил я.

— Тот, от которого ты получил профессию. Я не так давно похоронила его. Вернее, то, что от него осталось.

— Я не знал его имени.

— Не важно. Он не справился с порученной работой. Никогда не справлялся, — ее тон был пренебрежительным. — А вот ты — другое дело, — она указала на меня пистолетом, что заставило меня вздрогнуть. — Насколько я могу судить, у тебя есть все необходимое. Хотя не могу сказать, что не знаю лучших кандидатов. Ну что ж, R.A.S иногда бывает непредсказуемой.

Я промедлил мгновение, натянул бандану и настороженно опустил пистолет. Чувствовал себя персонажем театра. Если бы она хотела убить меня, она бы уже это сделала.

— Что тебе от меня нужно?

Она тоже опустила пистолет.

— Познакомиться и рассказать о нашей нелегкой профессии, — она убрала пистолет в кобуру и протянула мне руку. — Меня зовут Лия.

Я в свою очередь тоже спрятал пистолет и взял ее руку. На мгновение меня охватило желание убить ее. Я определенно был сильнее ее, мои зубы дотянулись бы до ее горла прежде, чем она успела бы что-то предпринять. По крайней мере, я так думал. Но я не хотел пускать в ход зубы, и, кроме того, мне хотелось получить ответы.

— Донован, — мы крепко пожали друг другу руки.

— Мертвец Донован? Твои родители, видно, хорошо ладили с аллитерацией.

(П.П. «Donovan the Deadman». Лия подметила, что согласные в начале и в конце слов совпадают.)

— Не могу ответить.

— Ну что же, Мертвец Донован, добро пожаловать в «Маршалы». Присоединиться к нашей группе было непросто.

Я утвердительно хмыкнул.

— Эта профессия уникальна. Она предоставит тебе способности влиять на других, как ты уже прочувствовал. Как это работает, спросишь? Понятия не имею, но это работает. Ты можешь получить ОП, выполняя расследования. Любопытно, что ты сам можешь объявить цель расследования, но система не всегда ее одобрит. Нельзя просто сказать: «Я собираюсь расследовать местоположение своего левого ботинка и нафармить ОП», например.

Я об этом не подумал. Жаль, что я не могу этим воспользоваться.

— Тебе также будут назначены расследования и задачи непосредственно от самой R.A.S. Не игнорируй их.

Я кивнул. Я уже проходил через это.

— И напоследок, совет. Этой территорией правит Железная Орда. Иди к ним и расскажи, кто ты.

Это заставило меня напрячься.

— Зачем?

— Из-за системных заданий. Все они служат одной цели: поддержанию баланса. Оружие, которым люди не должны обладать, нарушающие стабильность в регионе новообразованные государства, личности со странными способностями, — из-за подобных явлений обстановка покатится в психушку. Лучший способ контролировать все это — работать с теми, кто у власти.

— Я не думаю, что они будут рады меня видеть.

— Ты уничтожил целый лагерь рейдеров. Разберешься.

Я кивнул. Совет показался мне дельным, если предположить, что она говорила правду. Мне доводилось иметь дела с Ордой. Несколько раз меня оплевывали и избивали, но в основном не трогали, постольку я курьер. В целом, я бы оценил свой опыт взаимодействия с ней как нейтральный.

— Что-нибудь еще?

— Нет, дальше ты сам по себе. Если вдруг тебя будут убивать, постарайся не умирать в мертвой зоне. Разыскивать там тела — та еще морока.

Думаю, она ожидала смешка, но я просто кивнул.

После этих слов она погрузилась в темноту болота, направляясь куда-то в сторону запада. Я не спускал с нее глаз, чтобы убедиться в ее уходе, и гадал, как я мог ее не заметить. Она словно была пустым местом для моего восприятия. Я подумал, не связано ли это с профессией или дело в чем-то особенном.

Еще раз перепроверив, что ее больше нет, я вернулся к своему пню и доел. Я забыл ответить на ее первый вопрос, но о господи, это было божественно. Радиации в мясе была уйма. Я не пробовал такого с тех пор, как охотился в северной зоне. Я с наслаждением доел геккона и решил поймать еще несколько лишних, отложив одну для Тима, бармена-мертвеца из Кинда. После того, что произошло в Буне, я подумал, что был неправ. Возможно, в этом мире действительно есть места, где люди могут уживаться с мертвецом, и Бун казался одним из таких мест. Быть может, подарок в виде мяса высшего сорта смягчит кислый привкус, который я ему оставил.

После этих доставок мне нужно будет сделать перерыв. Я ехал без остановок с прошлого маршрута до нового. Нужно покормить Гаса, проверить запасы на лодке и убедиться, что мои книги и техника не пострадали за время моего отсутствия. Возможно, там лежит сообщение от Гробовщиков. Если это так, я смогу безопасно пройти с ними до Фетте, где встречусь с Железной Ордой. Гробовщики ходят из одного поселения в другое, забирая рожденных мертвецов в Поттс-Филд. Это наполовину тяжеловооруженный бронированный конвой, наполовину карета нянек. Большинство поселений более чем готовы отдать им свое мутировавшее потомство. Это избавляет их от чувства вины за убийство нежеланных детей и хлопот по их воспитанию. Если бы я на какое-то время присоединился к группе Гробовщиков, это было бы хорошее прикрытие. Я знал, что они примут меня. Я вожу знакомство со многими из них еще с подросткового возраста.

Я мог бы попытаться найти маршрут с доставкой в Фетте, но конкуренция на этом фронте очень высокая. Не один курьер погиб, пытаясь удержать его в своих руках, даже если убийство гонцов и караванщиков каралось четвертованием. Нет, Гробовщики определенно будут лучше.

Я прожевал последний кусок и обдумал последние детали своего плана примерно и одно и то же время. На болоте стояла полная темень, если не считать нескольких пузатых светлячков вокруг, излучающих зеленоватое свечение. Я подошел к своей телеге и еще раз проверил, надежно ли закреплены коробки и сумки. Ничего не изменилось с тех пор, как мы здесь остановились, но я все равно повторно затянул ремни, прежде чем продолжил свой путь к краю зоны. Остановился я, оставив опасность зоны позади, но и не удалившись особо далеко от нее. Моя спина прислонилась к телеге. Я планировал немного вздремнуть, прежде чем продолжить идти в Бун. По собственному графику я опаздывал, но даже так я намного опережал людские ожидания. Я бы остался на прошлом месте, но мне не нравилась идея ночевать там, где меня уже находил кто-то, способный меня убить.

Я лег на телегу, надвинул шляпу на глаза и положил руку у пистолета. Я представил, как иду по бескрайним просторам оранжевого песка, считая шаги. Всего через несколько минут я уснул.

На следующий день я проснулся около полудня. Солнце палило нещадно. Если бы не влажность болота, я бы чувствовал себя печеной картошкой. Но благодаря болоту я вместо этого чувствовал себя влажной печеной картошкой, к тому же липкой. Я, как обычно, прислушался к звукам и запахам, прежде чем встать и выпить воды. Я вытащил из рюкзака мертвую ящерицу и откусил ее. Мясо было еще свежим.

Остаток пути до Кинда был настолько легким, насколько может себе позволить путешествие между залитыми радиацией уголками цивилизации, и у меня было достаточно времени на размышления и планирование. Когда я добрался до Кинда, у меня уже вырисовывалась кое-какая идея, но перед этим мне еще нужно было закончить доставку.

Я подошел к воротам с поднятыми руками, держа телегу на виду, короче, в точности повторял свой предыдущий визит. Я увидел, как из ворот вышли несколько человек, как и раньше. Затем еще двое выскочили с другой стороны, и еще двое просунули оружие в окна машин и автобусов, которые составляли стену. К тому времени, как я подошел достаточно близко, чтобы разглядеть лица, на меня уже смотрело более дюжины дул. Видимо, с моего последнего посещения что-то изменилось.