Прежде чем Му Цянь Цянь успела отдышаться от недавнего кульминационного момента, её тело бесконтрольно начало дрожать, и резкий крик снова вырвался из ее алых губ. Девушка начала двигаться с голодным отчаянием.

«Н… нет… это происходит снова!» - эта мысль мгновенно возникла у неё в голове, но почти сразу же исчезла, а её тело начало яростно дрожать. - А… аааа!

Ее стенки слишком сильно сжали его стержень, сила была настолько мощной, что Дун Цзин Мо, который всегда был уверен в своей силе воли и решимости, больше не мог сдерживать себя.

- Демонесса… Ты такая манящая демонесса! – прохрипел мужчина, а его брови сильно нахмурились, когда он вошел на полный размер.

Глаза Му Цянь Цянь широко раскрылись от шока, когда она поняла, что он планирует сделать:

- Нет! Ах! Н… не… Не внутрь! - она отчаянно начала умолять, так как действительно этого не хотела. - Я умоляю тебя… п… пожалуйста… А… ах!

Сумасшедший мужчина опасно прищурился, глядя на нее, игнорируя отчаянные мольбы девушки. Он был тем, кто обладал властью и силой, но кем была эта девушка, которая пыталась указать ему на то, что делать, а что нет? «Пожалуйста, не делай этого внутрь? Хех, конечно я это сделаю... Эта девушка все еще не понимает своего положения?»

Вдовствующая Королева Нин не выбрала всех четверых мужчина для того, чтобы они стали мужьями, это было всего лишь актом завоевания их благосклонности, и эта девушки была для них всего лишь высококачественным предметом для игры.

Как игрушка, какое право она имела на то, чтобы просить его о чем-либо?

С глубоким рычанием он испустил всё то, что было у него - внутрь, наполнив её до краев. После этого мужчина с жестоким удовлетворением посмотрел на Му Цянь Цянь.

Тем временем девушка, которая задыхаясь, пыталась его умолять, медленно стала приходить в себя, после второй кульминации. Шокированная, она повернула голову, когда ощутила, как в ней растекается горячая жидкость, а её стеки продолжали крепко сдавливать его стержень, будто хотели выдавить всё до последней капли.

Дун Цзин Мо закрыл глаза, наслаждаясь блаженным плотным сдавливанием её теплых стен. Он открыл глаза только тогда, когда приятное ощущение полностью исчезло, а затем посмотрел на свой стержень, который все ещё был внутри девушки.