- Н… нет… ах! - пронзительный крик женщины разнесся эхом по комнате, когда его огромный стержень глубоко вонзился, и послышался «щелчок».

Слезы потекли по ее щекам от невыносимо сильной боли, когда его стержень, который казался больше руки младенца, неумолимо врезался в ее самые глубокие части.

Он был таким огромным, таким твердым, что она даже чувствовала, как он пульсирует глубоко в её жестоко расширенных стенках. Казалось, что ее тело было разделено на две половины.

- Н… нет… П… пожалуйста, достань его… Ах… П… пока не двигайся! - она отчаянно рыдала, моля о пощаде. – Ах… я… мне больно… Ах…

Дун Цзин Мо тоже испытывал сильную боль и дискомфорт, поскольку ее неровные стенки, хотя и были влажными, но слишком плотно сжались вокруг её члена, когда он полностью вошел в неё. Он не мог двигаться естественным образом, и это вызывало болезненные ощущения, поэтому у него не было выбора, кроме как снова попытаться двигаться.

По его лбу катились капли пота, так как мужчина слишком сильно старался себя сдерживать, а тело девушки, в это время, дрожало от страданий. Он в отчаянии стиснул зубы и устрашающе наклонился к ней, расположившись в удобном положении для движения, он резко вышел и вошел в неё.

- Ах ...! - крики ужаса вырвались из ее губ, когда он глубоко вошел в неё. Изначально острая боль немного утихла, оставив за собой оцепенелую боль, в этот момент, девушка почувствовала, как из нее вытекает теплая жидкость.

Дун Цзин Мо уставился на свой член, покрытый кровью, а затем перевел взгляд на простыни, где также появились пятна крови. Его глаза опасно прищурились, и в них появились красные прожилки.

Он больше не мог слушать ее крики, при виде девственной крови девушки, его разум затуманился. Находясь в безумном бешенстве, он начал быстро двигаться, и каждый раз проникал до самых глубин.