- О! Идешь стирать вещи в ручье? А ты ела сегодня? – спросила с широкой улыбкой женщина.

- Тетя Фу, я взяла с собой булочку на пару, - ответила девушка. – Так что все хорошо.

Женщина скептически посмотрела на девушку. Та несла деревянное ведро с несколькими вещами и палками для стирки внутри, но ее тонкие руки внушали страх, что она уронит ведро в любой момент.

- Разве можно наесться только одной булочкой? Посмотри на себя, ты слишком худая. На, съешь еще два пирожка с мясом на обед, - сказала тетя Фу, весело выбирая пирожки из глиняного сосуда - местной пароварки.

- Тетя, в этом нет необходимости!

Чувэй смутила щедрость пожилой женщины. Тетя Фу время от времени всегда давала ей пирожки, а также овощи и курицу. Она была смущена, но женщина отмахнулась от нее.  

- Ну что ты. И не нужно быть настолько вежливой, - тетя завернула еду в масляную бумагу, чтобы она не подсохла, и положила в ведро с вещами. - Ты и так много работаешь, обучая детей. Даже о нашем балбесе заботишься.

Видя, что у нее хорошие намерения, Чувэй больше не могла отказать:

- Гузи очень умен. Он учится быстрее, чем другие дети его возраста.

- Это потому, что ты учитель, - ответила Фу Шэнь, но, услышав похвалу в адрес сына, улыбнулась.

- Да-да, это потому, что их учит Цзян Фузи*. 

П/п: возможно, обращение к учителям.

Жун Шу, продававший свинину за прилавком, услышал разговор и вышел к женщинам:

- Наш А Бао так тебя любит, что каждый день, приходя домой,  говорит о тебе, не переставая, и хочет, чтобы ты хвалила его больше.

- Да Тоу также себя ведет, - вмешалась тетя Ли, управлявшая магазинчиком на другой стороне улицы. - Когда он приходит домой, то все разговоры только о том, чему его научила Цзян Фузи.

Чувэй улыбнулась, слушая их разговор. Торопиться ей было некуда…

Вот уже полгода как она приехала сюда и осталась. Поселилась в маленькой деревеньке на берегу моря. Люди жили здесь спокойной и размеренной жизнью.

Когда она впервые приехала, то была очень голодна и, по счастливой случайности, попыталась купить пирожки у тети Фу. Та спросила, откуда она, и Чувэй ответила, что приехала из другой страны. Последний вопрос, который задала тетя Фу, был о том, ищет ли она родственника? Обычно в другие страны просто так не ездили. Чувэй сказала, что она вдова и ищет место, где можно поселиться.

Услышав, что девушка одинока, Фу Шэнь отвела ее к старосте деревни. Староста был очень любезен и снял ей небольшой домик в Восточном переулке за небольшую плату. А узнав, что она грамотна, спросил, может ли она помогать в сельской школе. У них был только один учитель, а учеников очень много. Если бы девушка помогла, то это стало бы хорошим подспорьем, и она могла бы зарабатывать себе на жизнь.

Из-за радушного приема Чувэй захотела остаться здесь жить. Что до прошлого... она старалась не думать о нем. Но когда наступала ночь, и все стихало, она оставалась одна со своими мыслями, которых не должно было быть.

Еще в октябре девушка была беременна, столько мыслей было о ребенке, но ей даже не дали его увидеть и обнять. Когда она проснулась, отдохнув после родов, ее вывезли из дворца в городской особняк.

Там старая повитуха, которая принимала у нее роды, заботилась о ней. В этом доме ей не нужно было беспокоиться о еде или одежде, но девушка знала, что Сяохоу устроил для нее это согласно своему обещанию. И теперь она может пойти дальше.

Она знала, что он объявил, будто она умерла во время тяжелых родов. Так что с тех пор Су Сюжун больше не существовало, только Цзян Чувэй. Мужчина не дал ей возможности оглянуться, не позволил взглянуть на своего ребенка... Чувэй все еще винила его, но знала, что это к лучшему.

Именно она предложила ребенка как цену своей свободы. Если она не хотела его, то зачем тогда его видеть? В конце концов он был в ней только 9 месяцев, не более того. Но когда девушка выздоровела, то это напомнило ей, что она от чего-то избавилась, телу стало легче, живот не мешал…

В общем, Чувэй не могла жалеть о своем поступке, так как это был ее выбор.

Она знала, что живя в особняке, находится под присмотром Сяохоу, поэтому через месяц ушла, никому ничего не сказав.

Даже тогда она была слишком близко к нему, и это было страшно. Девушка боялась, что не сможет сдержаться, контролировать свои мысли, что захочет пойти во дворец и увидеть своего ребенка… и его.

Но она не могла, она не Су Сюжун, и заняла чужое место. И поскольку Чувэй предпочла не быть Императрицей, то должна нести ответственность за свои решения.

Поэтому она ушла. Ушла так далеко, как могла, чтобы больше не видеть дворец. Девушка думала, что если не будет видеть мужчину, то сможет перестать думать о нем. По крайней мере, заставить себя не думать…

Она долго шла, пока не увидела карету. Чувэй попросила подвезти и когда они достигли места назначения, пошла дальше одна. Она не знала, куда идет, просто бесцельно шла, пока, наконец, не добралась до этой маленькой деревушки на берегу моря.

Это место было очень далеко от города, поэтому жители были очень добрыми и тихими. Ей дали дом и наши занятие. Отсюда не было видно великолепного города, и это было очень хорошо…

- Пойдем, Чувэй, - тетя Фу внезапно оттащила ее в сторону и сказала на ухо: - А что на счет Ву Фузи?

Хоть она и шептала, но женщина родилась с сильным голосом, поэтому другие люди тоже ее расслышали.

- Да, Чувэй, у Фузи хороший характер, и он добр к тебе. Прими его, - тетя Ли подошла и наклонилась, чтобы присоединиться к убеждению.

Только не снова! Чувэй горько вздохнула.

Как-то Ву Фузи, который тоже преподавал в школе, пришел спросить тетю Фу о девушке и сказал, что хочет жениться на Чувэй. Девушка была ошарашена, услышав это. Он был красивым мужчиной и казался хорошим и честным. А еще он не был женат, и многие девушки в деревне были влюблены в него. Как он вообще мог на нее посмотреть?

Из внешности - ничего примечательного! Хотя после беременности ее тело приобрело формы, и грудь также неохотно стала полнее, но она все еще была похожа на уголек! Несмотря на это, девушка сразу отказала, однако Ву Фузи не сдался.

Не видя выхода, так ей это все надоело, она сказала ему, что вдова. В деревне было много молоденьких девушек намного лучше нее, но мужчина все равно хотел жениться именно на ней. Может, Ву Фузи слепой?

На это он сказал, что не ревнует ее, ведь дело прошлое. Он думал, какой она хороший человек, и надеялся, что Чувэй станет такой же хорошей женой. Даже если она вдова, он не возражал.

Он-то не возражал, но она была против!

Девушка совершенно не интересовалась им!

Новость о том, что он хочет на ней жениться, быстро пробежалась по деревне, и в результате женщины ее несколько часов уговаривали подумать. Типа, что не так с Ву Фузи? А с ней? Она молода и уже вдова, это, считай, ее последний шанс закончить жизнь не в одиночестве. К тому же, редко выпадает возможность иметь такого хорошего мужа. Почему ей так трудно это понять?

- Тетя Фу, я не хочу сейчас выходить замуж. Позвольте сказать, я правда считаю, что он хорош. Просто не сейчас, - сказала Чувэй, мило улыбнувшись. И увидев, что тетя хочет что-то сказать, быстро затараторила: - Ой, смотрите, как уже поздно! А мне одежду нужно выстирать до темноты. Пойду я... Спасибо за пирожки!

Под конец она помахала рукой и, не дожидаясь, пока тетя начнет возражать, поспешила прочь.

Этот Ву Фузи ищет себе неприятностей. Из-за него дни Чувэй перестали быть спокойными.

Странно, что у нее была обычная внешность и фигура, но это почему-то привлекало мужское внимание. До этого был Сяохоу…

Она остановилась на мгновение, а затем продолжила быстро идти к ручью за деревней с низко опущенной головой. Было далеко за полдень и у ручья уже никого не было. Девушка нашла место в тени дерева рядом с водой и присела, поставив ведро на землю. Взяла грязную одежду, палки и начала стирать.

Она не хотела ни о чем думать. Настроение испортилось, и девушка поджала губы. Она усердно стирала одежду, будто хотела ее порвать.

Кристально чистая вода в ручье текла вниз по небольшому склону. Однако через несколько минут Чувэй подпрыгнула от неожиданности. Она внимательно посмотрела на воду, которая окрасилась красным и становилась все темнее. Что это? Кровь? Пока мысли проносились в ее голове, мимо проплыло тело.

Чувэй отступила назад, а тело зацепилось за валун прямо перед ней. Кто это?

Она чувствовала, что должна что-то сделать, но боялась. Чувэй облизнула губы и несколько минут пыталась взять себя в руки. После минутного колебания она все-таки набралась храбрости и, схватив палку для стирки, подошла к телу.

Издалека она ткнула ею в человека:

- Эй! Ты жив? – почему-то шепотом спросила она.

«Не двигается. Он действительно мертв? Боже, только ты можешь найти тело во время стирки! И почему в этом мире нет лотерейных билетов? Думаю, мне бы повезло!»

- Привет! – сказала она громче, снова ткнув в тело. Она надеялась, что не причиняет ему боль и что их никто не увидит. Не дай Бог подумают, что это она убийца.

Вдруг тело застонало, и Чувэй отпрыгнула:

Не мертв! Знание этого, принесло чувство облегчения.

- Эй, проснись! – позвала она снова.

Она подошла, чтобы вновь ткнуть палкой, как раздался еще один стон, и человек повернул к ней лицо. Чувэй застыла в шоке, а палка выскользнула из ее руки и упала в воду.

Как такое возможно?!

♛

- Господин хотел поцеловать Императрицу и просил ее выйти за него замуж. И хоть она и отвергает его, он не сдается. Он также попросил людей поговорить с ней от его имени и клянется жениться на ней, но госпожу, похоже, это совсем не тревожит.

Юнфу опустил голову, но все равно украдкой поглядывал на Императора. Лицо хозяина потемнело от новостей. Это выглядело так страшно, что он не решился сказать следующую новость.

- Что еще? - спросил Сяохоу холодным тоном. Он прекрасно видел, что паернь не хочет его расстраивать.  

На лбу Юнфу выступила испарина, и он сглотнул.

- В доме госпожи внезапно появился мужчина, - он старался сдержать дрожь в голосе, но ничего не вышло.

- Что?! - раздался щелчок - кисть в руке Сяохоу сломалась напополам. - Мужчина? Когда?!

- Несколько дней назад, - быстро ответил Юнфу, желая уйти, спина вспотела, и ему хотелось вымыться. - Человек, кажется, ранен. Госпожа спасла его и позволила остаться в ее доме. Она сама о нем заботится...

- Кто этот человек?

«Кто этот человек, о котором она могла бы заботиться?!»

- Я не знаю. Я еще не выяснил это, - сказал Юнфу нерешительно, но принял решение все-таки рассказать все до конца и не тянуть: - Но я слышал, что ему стало лучше. Госпожа много с ним разговаривает и смеется. Жители замечают, что госпожа, скорее всего, испытывает кнему симпатию…

- Достаточно! - Сяохоу хлопнул рукой по столу. Он больше не хотел этого слышать. – Уйди!

- Да, Ваше Величество, - Юнфу быстро вышел, чтобы не навлечь на себя еще больший гнев правителя.

Сяохоу закрыл глаза, пытаясь сопротивляться желанию смахнуть документы со стола и все порушить. Он заставил себя успокоиться, однако это было непросто. Как вообще можно научиться быстро успокаиваться?!

Услышав, что один мужчина просит ее о поцелуе, а другой живет с ней в одном доме и она очень добра к нему, он просто захотел убить их! А живущий с ней, он вообще кто?!

Он никогда бы не позволил ей быть с кем-то, даже если она его оставила, даже если не хотела ребенка, даже если не любила его, но он... все равно не может ее забыть.

Она хотела покинуть дворец, и он ее отпустил, позволил Су Сюжун умереть. Его матери и Гонцзю было грустно, да и он скучал по ней каждый день…

Но мужчина знал, что она рано или поздно покинет этот дворец. С ее характером она не смогла бы оставаться рядом с ним. Она слишком необычная, свободная как птица, и ему это в ней нравилось, чего скрывать?..

Конечно же, однажды ночью девушка бы просто сбежала, и он бы потерял ее навсегда. Если бы и в этот раз он не послал следить за ней шпионов, то тоже бы не знал, где она. Его люди, переодетые купцами и путешественниками, увезли Чувэй как можно дальше от него.

Так она оказалась в деревеньке и стала жить спокойно, забыла о нем и их ребенке. И была очень счастлива.

Слушая отчеты шпионки и зная, что у нее все хорошо, Сяохоу не чувствовал радость, только ненависть.

Ее сердце слишком жестоко! Она его забыла, только он не мог ее отпустить. Только он...

Министры часто просили его снова жениться, даже мать уговаривала. Народ не может полагаться лишь на одного наследника, нужен еще сын и новая Императрица. Но он не хотел никакой другой Императрицы, кроме нее. Вообще женщин видеть не желал. Даже наложниц больше не навещал. 

Сяохоу полностью сосредоточился на управлении государством. Работы было много, и у него не было и шанса скучать по ней. А чтобы не сходить с ума, думая о девушке ночами, он взвалил на себя еще больше работы и практически не спал. Или же приходил и в чем есть ложился в постель.

А она?.. Один просит поцелуев, другой живет в ее доме!

У нее же заурядная внешность и она вовсе не красавица! Даже тело не привлекательно, но девушка все же привлекает наглых пчел, беспринципный бабочек и надоедливых мух!

Может, она думает, что сможет влюбиться в того человека? Так пусть даже мысли об этом не допускает! Этого не будет! Пока он был жив, она принадлежит ему!

Сяохоу Инь вздохнул и, встав, подошел к люльке, стоящей возле его стола. Ребенок уже проснулся, но не плакал и не доставлял хлопот, только хлопал глазками и покусывал палец на ноге. Но стоило ему увидеть папу, как он тут же опустил ногу и поднял руки. Малыш всегда так делал, когда хотел, чтобы его взяли на ручки.  

С лица Сяохоу ушла хмурость и появилась отеческая нежность. Он протянул руки и поднял сына. Приблизившись, увидел, что у того потекла слюнька, и вытер ее большим пальцем. Он не считал грязным вытирать слюни любимому сыну и не просил никакую дворянскую семью воспитывать мальчика, как это было принято. Он решил лично заботиться о нем. В уходе за будущим Императором ему помогали всего-то нескольких кормилиц.

- Лин, хочешь увидеть свою маму? - мягко спросил он, поглаживая мягкую щечку сына.

Мальчик схватил отца за палец и большими глазами уставился на него.

«Глаза матери…» - со вздохом подумал мужчина. – «В остальном похож на меня, но его глаза... точно от нее».

Сяохоу улыбнулся, махнул ручонкой сына и сказал:

- Твой отец также как и ты скучает по ней, так может, навестим ее? – Сяохоу не знал, хорошая ли это идея - прерывать ее привычный уклад жизни, мысль пришла совершенно спонтанно.

Сяохоу Линь округлил глазки и что-то проугугукал. Приняв это за согласие, мужчина улыбнулся, но взгляд его остался холодным.

Он уже позволил ей многое, девушка хотела свободы и получила ее, перестала быть Су Сюжун. Он позволил ей делать, что захочет, но из всего она выбрала других мужчин. Мужчина убьет того человека, а затем затащит ее обратно во дворец и никогда больше не позволит уйти, даже если она возненавидит его. Ему все равно. 

Он отпустил ее на полгода, этого вполне достаточно. Он достиг предела своего терпения и не позволит ей снова проявить своеволие... никогда! Отпускать девушку вообще было плохой идеей.

- Вэйвэй… - прошептал Сяохоу. В его голосе была нежность и что-то еще, чего он не мог понять. Он вернет ее…

♛

Лицо плоское, глаза большие, изгиб рта... Да, довольно неплохой, но, в целом, слова всего два – обыкновенная простота. Ни груди, ни попы, кожа темная...

- Ду Мяофу, может, хватит уже мною любоваться? – у Чувэй задергалось веко от такой наглости. Ей остро захотелось вылить горячий суп из тарелки ей в лицо.

Девушка изумленно посмотрела на злую Чувэй и покачала головой. Она все еще была ошеломлена, даже после того, как видела хозяйку дома последние пару дней.

- Вэй, я думала, что это мне с внешностью не повезло, когда я переместилась, а оказывается, тебе еще больше не повезло… - проговорила Ду Мяофу. Увидев в первый раз Чувей, у нее поднялась самооценка.

Некогда очаровательная женщина теперь была с черной угольной кожей, ха-ха! Было ли что-нибудь смешнее? Если бы девушка не была ранена, то с удовольствием покаталась бы по кровати, смеясь на всю катушку.

Чувэй не проигнорировала это пренебрежение и грубо сунула тарелку с супом в руку подруге:

- Пей сама, - а затем повернулась, чтобы налить воды в чашу. Если бы Мяофу не была ранена, она бы ее избила! Как же эта девка достала ее за эти дни…

Но Мяофу совсем не боялась ее. Она подула на суп, чтобы охладить, и немного отпила.

- Это правда удивительно, - сказала она. - Когда я проснулась и увидела тебя с темной кожей, даже подумала, что у меня галлюцинации. А раньше такой красоткой была… На эту Су Сюжун ты чем-то отдаленно, но похожа, как и я на свое теперешнее тело…

Чувэй тоже чувствовала, как это вероятно, было страшно и вздохнула. Ей тоже было страшно. Когда раненый повернулся к ней лицом возле ручья, Чувэй потрясенно застыла. В голове пронеслись сотни мыслей на одну тему, но в итоге девушка сказала себе, что они неправильные. Человек был одет в мужскую одежду, но лицо казалось отдаленно знакомым… напоминающим…

Неуверенно она стянула с него одежду и обнаружила плотно обернутую ткань вокруг груди. Хотя было особо не видно, но грудь определенно была. Он оказался женщиной, похожей на ее подругу Мяофу, с которой они близко дружили в той жизни. Сначала она была шокирована, потом счастлива, а потом заподозрила неладное и решила спасти ее. Когда та проснется, Чувэй обо всем ее спросит.

Она и не ожидала, что это правда окажется Мяофу. Она не умерла, но также стала призраком в чужом теле. Дурацкий самолет…. А что насчет ее брата-балбеса?

- Мяо Мяо, как думаешь, Хаочэн тоже переселился? - сердце Чувэй забилось от волнения и ожидания ответа.

Мяофу задумчиво нахмурилась, она понимала, в каком состоянии сейчас подруга, и надо бы ее поддержать, но девушка не хотела зря обнадеживать.

- Сложно сказать, может ли быть такое совпадение. Это не приключенческий роман с хорошим концом, чтобы ожидать, что все трое могли переселиться. Почему тогда все миры не переполнены жертвами авиакатастроф и природных явлений? Даже если переселение популярно в литературе, реальность - это не вымысел. 

Чувэй поняла, что она имеет в виду и кивнула. Надежда угасла, и девушка опустила голову.

Мяофу почесала затылок, она знала как Чувэй было трудно слышать эти жестокие слова. Хотя девушка часто был резка с Хаочэном, но он был ее единственной семьей. И для нее, как для сестры, он был важнее, чем кто-либо другой. Поэтому она сказала:

- Вэй, не забивай себе голову. Может произойти чудо, ведь мы тоже никогда не думали, что увидимся снова. Так что нельзя сказать наверняка, возможно, однажды и Хаочэна мы встретим? Хотя вполне вероятно, что мы его не узнаем, и он получит другое тело, красавчиком станет! А нам повезло, наверное, что отдаленно напоминаем себя прежних, хотя тебе вообще не повезло…

Вспомнив крепкое телосложение брата и представив, как он будет выглядеть с красивым личиком и тоненькими ручками, девушка злорадно захихикала. Он это не переживет, почти.

Когда Мяофу увидела, как подруга смеется, тоже улыбнулась.

- Хорошо, не думай об этом. Люди говорят, что если переживешь смерть, то встретишь счастье в старости.

- Какое счастье? -  спросила Чувэй и вдруг многозначительно и неодобрительно посмотрела на рану на животе Мяофу. – И ты до сих пор не рассказала мне, что случилось.

Каждый раз, когда она спрашивала об этом, девушка игнорировала ее и пыталась сменить тему,

- И почему в мужской одежде?

- Ах, это… - Мяофу уклонилась, а улыбка исчезла с ее лица. Она закрыла глаза, не смея смотреть на Чувей.

«Да почему она опять спрашивает об этом?!»

Мяофу махнула рукой. Она действительно не хотела об этом говорить, но Чувэй хотела знать, какой проклятый ублюдок, причинил боль ее подруге?! Она отомстит!

- Ду Мяофу, ты не избежишь ответов. Мы должны поговорить об этом! – твердо сказала девушка.

Зная, о ее настырности, Мяофу собралась уже просить о снисхождении, когда в дверь постучали. А вот и спасение. Девушка вздохнула с облегчением.

- Не думай, что сбежала, - сказала Чувэй и пошла открывать дверь.

- Здра… - она собиралась поздороваться, открывая дверь, но тут же ее захлопнула, увидев пришедшего.

- Ю… Юнфу? – вновь открыла дверь Чувэй. Что он здесь делает? Она посмотрела мимо парня и увидела карету. Сердце сжалось.

- Приветствую госпожу, - почтительно поклонился Юнфу. - Его Величество попросил меня приехать за вами.

И после небольшой паузы:

- Он и принц ждут вас в гостинице в соседнем городе.

- Принц… - повторила она. Ее ребенок... тоже здесь? Закусив губу, она пыталась сдержать дрожь и сжала кулаки.

Мысленно она слышала первые крики своего ребенка. И ее сердце заболело.

Она посмотрела на Юнфу, потом на карету, но ее ноги будто приросли к полу и стали тяжелыми, как свинец.

«Поехать или нет?»