Я молилась.

За то, чтобы мой брат скоро поправится.

Мой брат был умён, прекрасно владел мечом, мог использовать магию, ловко ездил верхом, и многие возлагали на него надежды.

Брат упорно трудился, чтобы оправдать ожидания.

Чтобы стать великолепным героем и великим принцем.

... Но внезапно заболел. Наверняка перетрудился.

Сейчас он уже едва ли мог встать.

Я ничего не могла, но у него не было никаких видимых следов травм или болезни.

«Хорошо, что у тебя всё хорошо», — говорили мать и отец, но будто с упрёком говорили «почему ты?», и это расстраивало.

Армия повелителя демонов на границе продолжала наступать, слышала, без брата нашим войскам было тяжело.

Все переживали. А я могла лишь молиться.

«Пусть брат поскорее поправится», — молилась я духу.

Духи были тут и там.

Я видела их с детства и говорила «вон он» или «там тоже», но меня не воспринимали всерьёз, кто-то даже злился, веля не говорить странных вещей, и теперь я никому не рассказывала про духов.

Это был мой секрет.

Но меня до сих пор считали мерзкой и не сильно заботились обо мне. Лишь духи были на моей стороне. Потому я молилась.

И вот однажды ко мне пришёл дух.

«Я исполню твоё желание».

У него ничего не было. Ни глаз, ни носа, ни рта, конечности были деформированы, даже не ясно, сколько их, совершенно не понятно, где голова, а где тело.

... У него не было постоянной формы...

Но я сразу поняла, что он не плохой.

Таким уж он был.

— Моё желание — чтобы брат поправился и как раньше защищал Людонию.

«Вот как...»

Почему-то дух задумался. Неужели посчитал моё желание сложным?

«Я не могу спасти твоего брата. Его смерть неизбежна. Но я могу занять его место. Тебя это устроит?»

У меня защипало в горле. Брат умрёт. Это было очень-очень страшно. Но если некому будет защищать Людонию, все будут в опасности. Фэлип и Элиот — сильные рыцари, но брата им не заменить. Они из тех, кто доверяют свои желания другим.

— ... Стань героем, который вместо брата защитит Людонию.

Потому что я спокойно могла сказать это, другие смотрели на меня с отвращением. Но ничего не поделаешь. Иначе всем будет плохо. Я тоже член королевской семьи Людонии. Обычно об этом забывают, но я должна сделать всё ради людей. Так говорил мой брат. Единственный человек, который был добр ко мне.

Потому я должна принять решение. Как член королевской семьи.

«... Хорошо. Тогда я займу тело твоего брата, стану героем этой страны и защищу Людонию. Но есть одна проблема».

— Какая?

«Это не твоё личное желание».

— А?

«Я получаю форму в обмен на желание. Если это не личное желание, я не получу форму. Ведь я принимаю форму, чтобы исполнить желание. Ты и правда хочешь защитить страну. Но это желание других. Не твоё собственное».

— Моё желание... Моё желание...

Я серьёзно задумалась. Моё собственное желание.

... Может быть это? Наверняка ведь. Но разве могу я это попросить? Ведь когда брата не станет. Все обо мне забудут.

— Довольно странная идея, но...

«Неважно. Говори».

— Это, когда люди умирают, они думают о дорогих людях. Отец или мать, может дети. Но отец и мать скорее будут думать о брате, а не обо мне. Точно не обо мне. Но это нестрашно. Всё же мой брат особенный. Я же вижу то, чего не видят другие, все считают меня мерзкой. От этого так грустно, хотелось бы, чтобы хотя бы кто-то думал обо мне. Хочу, чтобы кто-то в каком конце с добротой вспоминал обо мне. Брат добрый, возможно он меня вспомнит, но мне некого предпочесть, и я буду вспоминать отца, мать, Фэлипа и Элиота. Но это не то. Не то.

Говоря это, я поняла, что желание странное. Нагло хотеть, чтобы меня на смертном одре вспоминали. Но я хотела бы быть для кого-то на первом месте.

Возможно в будущем я выйду замуж, но вряд ли мои отношения будут по любви. Даже если у меня будут дети, в них будет королевская кровь, потому наши отношения будут не слишком глубокими. Я лучше всех это понимала. Когда буду умирать, не буду вспоминать своих родителей.

Да и слугам я вряд ли дорога.

Они рядом со мной только потому, что это их работа.

Так я могу умереть, а меня никто и не вспомнит. Это очень страшно.

«Почему?»

— А?

«Ты так искренне молишься за брата и других, должны быть те, кто дорожат тобой».

— Не думаю, что это так. Меня никто...

Меня это не волновало. Всё же я неприметная. Неприятная. У меня нет талантов, как у моего брата.

«... Хорошо. Я исполню это желание и желание сделать твоего брата героем Людонии».

— Правда?

«Потому, дева, сребровлася дева, твои желания не бесплатны. Взамен я желаю прекрасную форму».

— Прекрасную фурму?

«Прекрасную форму. Прекрасную форму можно получить лишь из прекрасного желания. У меня нет формы, потому я её желаю. Как жажду конца, будучи вечным».

— ... Не очень тебя понимаю.

«И не надо. Сребровласая, твоё желание прекрасно. Потому я надеюсь обрести прекрасную форму. Тогда твоё желание исполнится».