— Уходите?

Мы провели ночь в деревне и снова собрались в путь, когда нас окликнул сын старосты.

Вначале нас прогоняли, а теперь расстраиваются. Люди быстро меняют отношение. Даже не верится.

Но я сказал нечто другое.

— Долг героя — победить повелителя демонов.

— Вот как... Тогда ничего не поделаешь. Удачи. У вас обязательно получится, я уверен!

Я лишь улыбнулся в ответ на ничем не подкреплённые слова. Он протянул руку, и я пожал её. Не люблю физический контакт, но тут я не мог отказать.

— Спасибо за всё.

Дальше я пожал руку Алексу, попрощался с Маей.

Посмотрев мне прямо в глаза, Марк сказал:

— Постарайтесь! — голос был решительным. Короткие светлые волосы, голубые глаза и невинные слова, даже трогательно как-то. Но эту деревню уже обнаружили. Существовала вероятность, что после моего ухода армия повелителя демонов вернётся. Потому жизнь Марка была в опасности.

Потому я решил немного вмешаться.

Отойдя от входа, я осмотрел деревню и произнёс заклинание.

Ева посмотрела на меня с интересом, а жители с явным непониманием. Не знали, что я делаю.

Игнорируя их взгляды, я продолжал. Так как магия была направлена на деревню, это требовало времени.

... И вот через какое-то время я закончил.

— Я установил барьер, — сказал я жителям. — Даже если армия повелителя демонов придёт, заметить вас будет непросто. Но бдительности не теряйте. Лучше сразу скройтесь в лесу. Этот барьер — лишь способ выиграть время.

Жители деревни переглянулись, а потом стали благодарить меня.

Я ничего особенного не сделал. Но и плохо себя не чувствовал.

Я и Ева покинули деревню.

Позади мы всё ещё слышали голоса жителей.

Ева подружилась с Алексом и всеми остальными, потому я думал, что она останется, но девушка предпочла пойти со мной.

Лесные феи очень капризны, но так мне не придётся переживать из-за еды, потому уже проще.

— Я всё думал, как всё обернётся, но похоже не зря мы сюда зашли, — помахав жителям, Ева невинно улыбнулась.

— Да. Они дали немного еды, потому зайти стоило.

Вяленое мясо и фрукты, которые можно законсервировать, за что я был благодарен.

— Я не про еду. А про чувства. Было неловко, но похоже тебе тоже понравилось.

Ева непривычно для неё нахмурила брови.

— Так похоже? Не так уж мне и понравилось. Честно говоря, я не знаю, что они на самом деле обо мне думают. Перед Алексом, Маей и Марком я вообще опозорился. Возможно, они разочарованы.

— Разочарованы? Они жалели, что расстаются с тобой.

— Просто думали, что если останусь, то буду защищать их от монстров. А не остановили потому, что понимают, что ничего хорошего их всё равно не ждёт, если повелителя демонов не победить. Нет тут искренней печали из-за меня.

Я ощутил боль в боку. Ева ткнула меня локтем.

— Не ищи везде скрытые мотивы. Вечно ты во всём худшее видишь.

— Нельзя во всём видеть лишь позитив. Мы ничего не знаем о чувствах других. Конечно, можно выяснить всё с помощью магии, но это всё равно непросто.

Есть магия, заставляющая признаться во всём, но на это требуется время.

— ... Ты ради этого магию учить стал?

На её лице появилось непривычное выражение искреннего отвращения. Я усмехнулся.

— Не ради этого. Но я рос среди книг, и понимать людей мне было трудно. Узнать человека куда труднее, чем прочитать книгу. Тогда эффективнее доверять книгам, а не людям. Для меня всё было написано в книгах. А людей слишком много, чтобы всех их понимать. Вот был бы только один.

— Как вообще кого-то можно понять? — заговорила суровая Ева. — Все едины, и люди, и монстры, и феи, и даже боги. Если бы мы могли понять друг друга, не было бы войн. Нет, точнее ничего бы не происходило. Радости, печали, веселья и горя. Так что разве не лучше и дальше не понимать? Или ты желаешь идеального мира, в котором ничего нет?

Эти слова меня поразили. Действительно ли я желал идеального мира?

Я хотел согласиться, но что-то не давало мне. Каково моё искреннее желание? В голове завертелись мысли. Для чего я...

И тут меня ударили по спине. Это Ева вырвала меня из раздумий.

— Ну и дурак ты. Настоящий дурак. Просто принимай всё как есть. Хотя потому ты и забавный.

Как и сказала, она весело смотрела на меня.

— Такой уж я и забавный?

— Ещё какой. В каком-то смысле ты очень человечный.

— Человечный — это какой?

Меня заинтересовало эльфийское понимание человечности.

— Хаотичный. Ни добрый, ни злой, ни мудрый, ни глупый, а смесь всего этого, вот такой человек. В этом смысле ты воплощение хаоса. Никогда не устану наблюдать.

— ... Неужели я и правда такой противоречивый?

Меня не волновало особое отношение, но и похвалы не радовали.

— Сердце и разум не соответствуют друг другу. Ты можешь казаться эмоционально отстранённым, но на самом деле ты обладаешь состраданием. Но твой разум пытается отбросить эмоциональную составляющую как ненужную. И ты оказался зажат посередине. Забавно наблюдать за твоей внутренней борьбой. Это воплощение человечности.

— То есть я воплощение человечности? Наверняка есть и более подходящие люди.

— Есть много людей, чьи характеры лучше. Сколько людей, столько же и характеров.

... То есть у меня самый ужасный характер из всех? Можно было помягче сказать это. Даже меня такое задевает.

— Но дело не в этом. Если бы ты был как все прочие герои, что побеждали повелителей демонов, ты бы меня не заинтересовал. Герои как самые яркие звёзды среди людей.

— И что? Я тёмный? — саркастично сказал я.

— Нет, ты серый, прямо посередине между тьмой и светом. Прямо как твои волосы.

Я взялся за чёлку и посмотрел на неё.

— Это мой цвет.

— Выразительный цвет, верно? — лесная фея захихикала.

Мне не нравились мои волосы. Слишком тусклые, будто отражение меня самого. Возможно, это был первый раз, когда их похвалили.

***

Дальше путешествие шло без происшествий. Чем ближе земли повелителя демонов, тем меньше людских поселений, а вот монстры и демоны встречались всё чаще.

Я уже привык и перестал прятаться, просто стоял и ждал, пока монстры пройдут мимо.

— А ты стал куда храбрее, — стала издеваться Ева.

— Просто их слишком много. От каждого не укроешься.

Демоны встречались редко, но гоблины, кобольды и орки многочисленны, и на дорогах встречались очень часто.

Гоблины мелкие монстры, размером с человеческого ребёнка, кобольды немного крупнее с собачьей головой, а орки здоровяки со свиными физиономиями. Они были не особо сильны, с ними могли справиться и рыцари какой-нибудь страны.

— Их слишком много. Гоблины и орки от природы плодовиты. Вполне ожидаемо, что их много. И их становилось меньше из-за того, что люди расширяли свои земли.

— ...Ты жалеешь монстров?

Слова Евы поразили меня, я не ожидал такого хода мыслей.

— Нет. Я нейтральна. Но люди не являются воплощением добра. Точнее было бы сказать, что абсолютного добра не существует. Вы можете считать себя жертвами вторжения, но именно вы первыми вторглись в их земли.

Я никогда не считал людей добром. Скорее я даже подозревал, что мы зло. Но даже так я не мог принять вторжение монстров.

Возможно, я считал их злыми из-за отвратительного вида.

— Кстати, большинство существ, которых ты называешь монстрами, такие же феи, как и эльфы. Вы судите о принадлежности к монстрам просто по тому, насколько они близки к людям, — заговорила Ева, точно читая, что у меня на сердце.

— В королевстве я... Наверное, только я был объективен. Я считал, что остальные глупцы, не способные посмотреть на всё объективно. Но похоже это не так. Я такой же глупец, как и все.

— Хи-хи.

Ева как всегда улыбалась.

— Ты не глуп. Нормально так думать, находясь среди людей. Скорее уж высокомерно считать, что ты обладаешь божественным мировоззрением. Ты не глуп, а высокомерен.

Эти слова глубоко осели во мне.

Высокомерен. Возможно так и есть. Я верил, что могу стать богом.

Прошло несколько месяцев, мы миновали земли людей и были готовы войти в земли повелителя демонов.