Разделённые с Аресом Солон и остальные пытались с ним объединиться. Никто не решился оставить его.

Но монстров было так много, что их полностью окружили и не позволяли предпринять никаких действий.

— Элиот напал на Ареса, — Солон стиснул зубы, убивая монстров магией огня. Арес не был слаб, но уступал Элиоту, второму по силе после Карлоса.

— Всё же предатель Элиот? — Леон тоже отчаянно махал мечом. Обычно он был сосредоточен на наступлении, но без Ареса был вынужден защищать товарищей. Потому не мог двигаться, как бы ему ни хотелось.

— Надо быстрее отправляться на помощь Аресу.

Мария магией снимала усталость с Леона и Солона, но взгляда с Ареса не отводила. Временами она ловко сбивала посохом подбиравшихся монстров.

— ... Может тебе тоже в авангард выйти? — наблюдая за ней, пробурчал Солон. Будучи мужчиной, вперёд должен был выйти он, но похоже Мария увереннее чувствовала себя в ближнем бою.

— Не слишком ли это грубо по отношению к хрупкой девушке, Солон?

— Выясни смысл слова «хрупкий».

Обмениваясь с ней комментариями, Солон продолжал использовать магию.

Для обычного мага после пары магических ударов всё закончилось бы, но он простой магией продолжал сдерживать врагов.

Пусть он так поступал по указу Ареса, это результат многолетних усилий. Он максимально сократил расход маны и длину заклинаний. Это позволяло Солону быстро использовать магию.

Солон и Арес долго думали, как стоит использовать магию.

Обычно атакующая магия использовалась грубо, главное было попасть по врагу. Это связано с тем, что главное было поразить как можно больше врагов сильной магией. Вместо того, чтобы стремиться к точности, все гнались за силой, пытаясь повысить уровень магии.

Но у Ареса не было таланта к магии, потому он был вынужден использовать базовую магию. На ману влияет талант, но точность магии можно улучшить тренировками. Потому Арес смог увеличить свою точность, а Солон обратил на это внимание.

«Если увеличить точность, эффективность магии тоже возрастёт, а расход маны уменьшится. Это пригодится против повелителя демонов».

Но даже Солону было непросто отойти от традиционного способа использования магии. Мощная магия — признак искусного мага. Когда Арес опроверг это, он принял решение.

«Кто бы что ни говорил, я боюсь потерпеть неудачу. Без чужих указаний я бы не смог это сделать».

Усмехнувшись, он стремительно использовал базовую магию, он демонстрировал навыки ближнего боя, не доступные для обычных магов.

Леон размахивал мечом.

Его движения не были величественными. С виду самые обычные. Но в них не было ничего лишнего, никакой напрасной траты сил, даже в полном окружении он был спокоен.

Раньше Леон не был таким. Он любил сражаться эффективно и элегантно, демонстрируя всем, на что способен. Он учил новые техники и показывал их другим.

Став святым мечником в юном возрасте, он чувствовал потребность доказать другим свою силу.

Стиль меча Ареса был полной его противоположностью. Лион считал, что понимает важность основ, но для Ареса они были всем. Поначалу Леон смотрел на него свысока, считая, что таким и должен быть тот, кто не наделён талантом, но, тренируясь с Аресом, он явственно видел результат.

С каждым днём его стиль становился всё лучше.

И видя Ареса.

«Неужели я слишком торопился?» — подумал он.

Но подражать ему он не мог. У него было положение святого мечника. Хоть Арес и был героем, его навыки меча уступали. Стиль меча Леона был частью его гордости.

Но когда Арес указал ему на это, мужчина осознал собственное упрямство.

«Похоже я был снобом».

Сдерживая свой вызывающий стиль, он придерживался скромного стиля боя Ареса.

Это не оставляло врагам ни единой возможности, внушая страх.

Мария была не в духе.

«Почему я оказалась с Солоном и Аресом? Я же решила быть рядом с Аресом, но почему мир так несправедлив? Я святая, но не смогла предвидеть столь ужасного будущего».

Хоть ситуация и была критической, она сокрушалась совсем по другой причине.

Она читала исцеляющие заклинания... Хотя по большей части снимала усталость и восстанавливала немного маны с помощью божественных чудес, которые могла вызывать даже без слов.

Она научилась этому в академии Фарм, чтобы поддержать Ареса.

У Ареса была сверхъестественная воля и выносливость, чтобы прилагать усилия, но у всего есть предел. Не будь Марии рядом, он бы уже давно сломался морально и физически.

Безрассудное поведение Ареса было доступно ему благодаря стараниям Марии. Чего никто не знал. Даже сам Арес.

Ведь Мария никогда об этом не говорила.

У неё были чувства к Аресу. Но ещё она верила, что он способен творить чудеса, и ей не хотелось связывать благосклонность и чувства.

Тогда Мария находила счастье в том, чтобы тайком исцелять Ареса, точно бросая вызов богу.

Раньше она использовала магию исцеления не по своей воле в качестве обязанности. Она не испытывала никаких эмоций и не видела никакой ценности в божественных чудесах. Ей даже казалось, что лучше бы она не слышала голос бога.

Девушка не полагалась ни на кого, даже на себя. И изменил это Арес.

Не желая омрачать те счастливые воспоминания, она не говорила Аресу, что исцеляет его. Она думала, что её просто не поймут.

Потому она старалась не использовать то, чему научилась ради Ареса, на других мужчинах.

«Но они тоже так усердно стараются...»

Мария вздохнула.

Леон и Солон не такие, какими были когда-то.

Они обладали талантом и гордостью, другие многого от них ожидали, в итоге Леон оказался в эмоциональной, а Солон ещё и в физической изоляции.

Их едва ли можно было назвать «хорошими людьми».

У них была сила, чтобы стать героями, но не хватало духа.

Возможно теперь Леон мог стать героем. Если бы Солон повзрослел морально, его тоже можно было бы назвать героем.

Потому они и настаивали, что не герои.

Они увидели свет Ареса. Будучи обычными, они понимали, насколько ценен дух. На самом деле мало кто был способен на это.

Потому Мария подумала, что возможно их можно исцелить.

Хотя ей это не нравилось. Пусть это и было необходимо.

Она врезала по голове подошедшего гоблина.

Мелкий монстр упал и больше не шевелился. Взглянув на него, Мария немного приободрилась. Это недостойный святой поступок, но себя она убеждала, что должна была защититься.

К ней приблизился ещё один монстр. Более сильный хобгоблин. Пусть Леон ранил его, но он всё же решил попробовать убить бессильную жрицу. Такого не победить одним ударом посоха.

— Рана болит? — Мария обратилась к хобгоблину. С теплотой и состраданием.

Он издал «ги» и застыл. Вроде не должен понимать смысла слов.

Монстр стал испытывать сильную боль в груди, которую раньше сдерживал.

— Да, у тебя столько крови... — на её лице отразилась боль.

Как она и сказала, из раны шла кровь. Хобгоблин смотрел то на Марию, то на собственную рану. И вот лицо исказилось от страха.

— К сожалению, рана глубокая. Ничего нельзя сделать, — со вздохом сказала святая. — Почему и люди, и монстры думают, что лишь чудеса могут исцелять? Бог не так чист, как вы думаете.

Голос становился всё тише, Леон и Солон не могли её услышать.

Обычно они плохо ладили, но теперь у них получилось объединиться и сражаться сообща. И всё ради того, чтобы помочь Аресу.

Врагов слишком много, пока прорваться они не смогли, но казалось, что осталось уже немного.

Но тут оцепление разомкнулось.

Никто не считал это чем-то хорошим. Солон сразу же помрачнел.

— Явился. С леса Розолов не видели их.

— Да, вроде этот ещё сильнее, — Леон стал двигаться осторожнее.

Между врагов появился огромный синий демон.