Чэнь Пи был еще далеко от Байпинлу. Погода стояла прекрасная: яркое солнце, блики на речной воде. Люди согрелись под ласковыми лучами. Один из младших братьев передал Баньду фенхельные бобы, и все вместе они принялись хрустеть закуской, наблюдая, как Чэнь Пи приближается. (прим. Фенхельные бобы — китайская закуска, бобы, приправленные фенхелем, анисом или укропом.)

Возможно, солнечный свет благотворно подействовал, и Баньду покинули тягостные мысли, а настроение улучшилось, он даже начал напевать какую-то песенку. Ему протянули сигарету, но Баньду отмахнулся: "Видел, что со счетоводом случилось?"

Младший брат побледнел и, косясь на остальных, не решился что-то ответить.

Баньду указал на кальян, стоявший на столе: "Это быстро входит в привычку. Я вам советую пореже этим пользоваться. Чем меньше привычек, тем больше я буду вам доверять, понятно?"

Его братья не знали, как реагировать. Баньду улыбнулся и, оглядев притихших бандитов, спросил: "Что это с вами? Испугались?"

Один из братьев ответил: "Господин Баньду сказал так, и мы, младшие не имеем права спорить. Младшие просто считают, что господин Баньду шутит и дразнит нас".

Баньду рассмеялся, глядя на говорившего: "А ты умница. Займешь место счетовода".

Младший брат застыл, не веря своим ушам.

Пока он приходил в себя, другой брат спросил: "Господин Баньду, почему бы нам прямо сейчас не замочить Чэнь Пи? Нас здесь немало, еще люди на реке неподалеку. Просто дайте приказ, и братья из Байпинлу справятся. Зачем нам платить другим?"

Прожевав бобы, Баньду вновь рассмеялся: "Замочить Чэнь Пи? Вы сможете замочить Чэнь Пи? Вы представляете себе, на что он способен?"

Все смотрели на него с удивлением. Бросив взгляд на Чэнь Пи, медленно шагавшего к Байпинлу, Баньду, прищурившись, ответил: "У нас таких, как он, цветочными шампурами зовут. Быстрый, ловкий, с отменным слухом и острым зрением. Обычные люди, перед тем, как вступить в бой, оценивают возможности противника. Даже мастера кунг-фу вначале проведут разведку боем, лишь потом станут атаковать по-настоящему. Но для цветочного шампура возможности противника не имеют значения. Для него любой человек изначально объект нападения. Цветочный шампур сразу находит недостатки противника и использует их в бою".

"Недостатки?"

"Да. Цветочных шампуров боги наградили отменным зрением и наблюдательностью. А благодаря быстроте реакции они могут легко справиться с дюжиной противников, даже не дав тем приблизиться. Вы даже не поймете, что убиты".

"Но ведь у нас есть невероятный господин Баньду. Вы можете отвлечь его внимание или привлечь на нашу сторону. А потом мы потихоньку найдем способ убить его. Каким бы быстрым он не был, от нападения со спины уклониться трудно, ведь так?" — говоривший старательно льстил старшему. Но Баньду покачал головой и ответил: "Такое прокатит с людьми. А как быть, если перед тобой дикий зверь?"

Все притихли в недоумении, а Баньду горько улыбнулся. Он прекрасно понимал, насколько Чэнь Пи непредсказуем.

Больше всего в этом убийце пугала его логика, лишенная связей с реальностью. Можно пытаться обмануть его или же подкупить — он просто не поймет ни слов, ни намеков. Не станет слушать, но в любой момент может ударить ножом по причине, известной только ему.

Так ведет себя хищник. Когда зверь смотрит на человека, он думает лишь о еде, ему нет дела до того, что может предложить еда, но не поймет ни уговоров, ни запугиваний, и даже не всегда отреагирует на приманку.

"Скромность — ваша главная добродетель, господин Баньду. Но все же этот человек пошел в Байпинлу..."

Баньду вдруг перестал грызть бобы и задумался: "Просто убить Чэнь Пи, когда он войдет в Байпинлу, — не самый лучший план". Он встал, собираясь уходить и бросил через плечо: "Следите за ним. Мне тут идея в голову пришла, надо поразвлечься. Не теряйте его из виду, если что случится, вы найдете меня в ямах для петушиных боев у восточных ворот".

Убедившись, что младшие поняли его приказ, Баньду ушел, усмехаясь так, словно ему в голову пришел великий план.

Дождавшись его ухода, бандиты переглянулись. Затем посмотрели на Чэнь Пи, медленно бредущего по берегу. Один из бандитов спросил: "Что это случилось с господином Баньду? Только что сидел, улыбался, и вдруг подорвался куда-то?"

Тот, кого только что назначили счетоводом, сдерживая дрожь в руках, ответил: "Если я правильно понял, господин Баньду решил сделать ставку".

"Ставку? Какую ставку?"

Другой бандит не слишком поверил словам нового счетовода. Глядя на приближавшегося Чэнь Пи, он догадывался, что такой мудрый человек, как Баньду, вряд ли ограничится тем, что заманил убийцу в Байпинлу. Стоящий у руля был известен своим умением устраивать изощренные игры с людьми, он просчитывает поступки всех, но не всегда сообщает об этом. Всем показалось, что Баньду покинул их, повинуясь какому-то внезапному желанию, но, должно быть, он заранее планировал этот уход. Рассуждая так, бандит покрылся холодным потом, пытаясь представить, что их ждет, если они останутся на берегу.