Мы в вагоне Лимитед Экспресс.

* * *

После того как я поблагодарил её за то, что она прочитала всю мою работу:

— Всегда пожалуйста, сенсей. — ответила Нитадори, а затем продолжила:

— Что есть — то есть. Хочешь перекусить?

Пока я размышлял, что она имела ввиду, говоря "что есть — то есть", Нитадори подняла пакет, лежавший на моих коленях:

— Подготовь стол, пожалуйста.

Я сделал, как мне было сказано и вытащил стол из поручня сиденья.

Обычно, когда я читаю сценарий или пользуюсь ноутбуком всё лежит на моих коленях, так что это первый раз, когда я пользуюсь этим столом.

Нитадори положила на него две бутылки чая и чипсы со вкусом солёных морских водорослей.

— Это от меня в знак благодарности

— Ох... очень кстати. Я как раз немного проголодался, спасибо тебе за это...

— Не стоит благодарностей. Я тоже немного попробую, это в благодарность за то, что продолжаешь говорить со мной. Воспринимай это как кацудон, который дают в комнате для допросов.

— Хорошо. Ты вроде говорила, что у тебя ко мне много вопросов?

Даже без кацудона я отвечу на все твои вопросы. (Для справки. Полиция в Японии не угощает кацудоном, когда кого-то допрашивает. Они могут его принести, но позже вам придётся за него заплатить.)

Так или иначе, раз Нитадори угостила меня я просто приму это без задних мыслей.

Приму — как благодарность за ответы на множество вопросов.

Взявшись за концы, я открыл упаковку картофельных чипсов, честно признавшись:

— Мне нравится со вкусом солёных водорослей.

С детства солёные водоросли — мой любимый вкус картофельных чипсов, к другим я даже не притрагиваюсь.

— Я их тоже люблю.

Эта короткая фраза шокировала меня, и я чуть не выронил пакет с чипсами.

Погоди, не торопись. Это определённо не то что она имела ввиду.

Пытаясь убедить себя в этом, я открыл слегка раздутую, из-за находящегося внутри воздуха, упаковку.

А потом кое-что вспомнил:

"Но есть же чипсы с ароматом лошадиного сашими?"

Рядом со станцией был магазин сувениров где продавали эти ароматные чипсы, хотя это и не чипсы вовсе. Это сувенир, а значит немного дороже.

Спрашивая это, я взглянул на Нитадори, а она в свою очередь с серьёзным видом глянула на меня через свои очки.

— Я как-то слышала о них, и попробовала. Они хороши, но могу сказать, что отличаются от настоящего лошадиного сашими. Я не смогу во всех подробностях описать различия и тонкости и думаю не в праве делать это. Интересно....а кто может быть достаточно компетентным для этого?

Я серьёзно задумался прежде чем что-то ответить на такое чрезмерно раздутое заявление:

— ...Кхм. Бог лошадиного сашими?

— Принято. Я спрошу его, если повстречаю, когда буду выгуливать Гонсуке.

— Встретишь его? Во время прогулки? Ты серьезно?

— Ну пока мы ещё не пересекались. Слушай, не так уж и важен мой опыт общения с высшими силами. Как я говорила на прошлой неделе — мне интересно как ты стал писателем, так что пожалуйста помоги прокачать мой уровень.

— Ладно... но знаешь, для японки, выражаешься ты довольно странно.

— А ты довольно внимательный, прям как автор.

— Я и есть автор.

Закинув в себя 4 штуки картофельных чипсов и запивая это дело двумя глотками чая, которым меня угостили, я услышал:

— Ну так ты мне расскажешь? — спросила она, поправляя очки.

Не пойму — она это для вида делает, или как?

Пришло время для очередного допроса в вагоне Лимитед Экспресс.

— Ладно. Я отвечу на твои вопросы. — мой ответ был настолько мужественным, насколько возможно. Если я смогу ответить, я отвечу. Но я не смогу тебе раскрыть что-нибудь слишком личное или личные дела других людей, с которыми работаю. Определённо не стану раскрывать детали своей работы...— я продолжал занудно перечислять. Если я смогу ответить, я отвечу.

— Я поняла.

Очкастая любительница лошадиного сашими улыбнулась и выдала:

— И так, сегодня я хотела спросить...

— Ээ? Что значит "сегодня"?

— Ну у нас же всего два с половиной часа, правда? Поэтому я подобрала тему для каждой недели. На следующей неделе у меня будут уже другие вопросы.

— ...

— Ты же ел мои чипсы, правда? Вообще-то каждый чипс, стоит недели вопросов.

— ...

В тишине я протянул руку за 5ым чипсом.

А после захрустел шестым, а затем и седьмым.

— Ой, ты будешь? — я понял, что будет не вежливо съесть всё одному и протянул пачку к Нитадори.

— Спасибо, мне сейчас не хочется. Может позже, когда проголодаюсь. Хоть всё съедай.

Хоть она и разрешила, я всё равно не собирался этого делать, поэтому хорошенько закрыл упаковку что бы чипсы не высыпались, а затем засунул обратно в пакет.

После, я вытер руки носовым платком и глотнув чая сказал:

— Ну... давай.

— Я заранее извиняюсь если вопрос будет невежливым, поэтому пожалуйста если что не так — сразу говори. — Нитадори начала с этих слов, а затем задала первый вопрос:

— Какой у тебя образ жизни?

Хотя мне со стороны не видно, но похоже видок у меня был шокированный.

— Ах, прости это было грубо... — сказала она, а затем быстро добавила:

— Знаешь, в первый день записи я была очень, очень шокирована! "Вице Верса" очень интересная история и это первый полноценный персонаж, которого я буду озвучивать и знаешь, мне всегда было интересно, какой же он, писатель этой новеллы. Когда я стала искать в интернете, я узнала только то что реальная личность автора скрыта и некоторые думают, что он может быть женщиной...

Я думаю её можно понять. Я тоже был шокирован людьми которых встретил на работе.

В день, когда я вместе с редактором отправился на встречу с разработчиками аниме, я услышал: "Оо, вы захватили с собой сына?" — вот что они сказали моему редактору...

— ... и я была очень шокирована, узнав кто будет сидеть напротив меня на протяжении целого семестра. Я была в шоке настолько, что сердце чуть не остановилось, не представляю себе, как бы я смогла говорить если бы увидела тебя, когда рассказывала о себе...

— Ах... понимаю. Я тоже был в подобной ситуации.

Только сейчас до меня дошло, насколько было удачно, что в тот день я не сразу к ней повернулся.

— А ещё я хочу узнать — как проходило твоё детство сенсей? Когда ты начал читать книги? Когда ты начал писать? Как ты смог придумать столько персонажей и историй?

Я понял, чего она хочет. По сути — она хочет знать, как я жил до этого дня.

— Я тебя услышал. Это правильные вопросы.

Как только я это сказал, её коричневые глаза за стеклами очков ярко заблестели.