Откланявшись Араки-сэнсэй, мы отправились ко мне домой.

Как раз перевалило за полдень.

Моя семья, работающая в штатном режиме даже сегодня, сейчас вкалывала в нашем магазине. У нас семейный бизнес, а поскольку мы специально запаслись редкими местными сувенирами в расчёте на приезжих, спрос в такие дни был немалый.

Почему мы вообще решили заехать ко мне? Всё просто: Химари и Эномото-сан собирались поздравить моих родителей.

Мама, которая вечно пропадает в разъездах по работе, сегодня, в виде исключения, отдыхала дома. А значит, это был тот редкий момент, когда обоих родителей можно было застать на месте одновременно.

Химари — из тех, кто свято чтит подобные традиции, поэтому она каждый год приходит с поздравлениями. Ну, правда, в прошлом году из-за всяких событий она пропустила, но это мелочи.

Химари и Эномото-сан направились к жилой части дома, чтобы увидеться с мамой и отцом.

Я же, не горя желанием выслушивать всякое от родни, решил проверить обстановку в магазине. Там тоже были люди, с которыми мне следовало поздороваться.

Стоило мне войти внутрь, как в меня тут же полетел звонкий голос:

— Ю-сэмпай! С Новым годом!

— С Новым годом, Сирояма-сан.

Сирояма Мэй.

Изначально она, восхищаясь Химари, стремилась стать дизайнером аксессуаров, а теперь учится с нами в одной школе, на первом году. Сейчас, когда Химари занята работой модели, Сирояма-сан помогает поддерживать наш бизнес с цветочными украшениями, и я ей за это очень благодарен. А ещё она подрабатывает в нашем магазине.

На Новый год остальные сотрудники обычно берут выходные, так что мы справляемся силами семьи, но в этом году Сирояма-сан сама вызвалась подежурить за прилавком.

...Проблема была в другом. Точнее…

Почему-то Сирояма-сан была одета в костюм мико[1].

[1]: Мико — служительница синтоистского храма.

И не в ту строгую одежду, что носили подрабатывающие жрицы в храме, где мы недавно были, а в чисто косплейную вариацию. Если конкретнее: плечи полностью открыты, демонстрируя её тонкие руки, а хакама[2] превращена в дерзкое мини. Такой наряд скорее в аниме увидишь, чем в жизни.

[2]: Хакама — традиционные японские длинные широкие штаны в складку.

Настоящий стиль «конкурс на выносливость», бросающий вызов Генералу Морозу. Мне даже в пуховике зябко, а эти модницы, похоже, сделаны из другого теста...

— Ты сама сшила этот костюм?

— Ага! Всю ночь сегодня не спала, старалась!

— Впечатляет. Я не знаю, откуда этот образ, но выглядит очень мило.

— Э-хе-хе. Спасибо большое...

Она смущённо поправила тканевое украшение в виде душистого горошка у себя на голове. Эта её фигурка выглядела такой трогательной и милой.

Всё-таки разговоры с ней исцеляют душу. Особенно после того, как я стал свидетелем суровой любовной драмы тридцатилетнего учителя математики, это чувствовалось ещё острее...

— Могла бы и отдохнуть первого числа.

— Да мне дома всё равно делать нечего, так что всё в порядке!

— А как же сходить в храм с сестрой или ещё что?

— Моя сестра в это время всегда уезжает кататься на лыжах с друзьями. Раньше я ездила с ними, но, честно говоря, мне это никогда особо не было интересно.

А, вот оно что.

Спорт — дело такое, на любителя. Сирояма-сан по натуре отаку, так что если ей что-то не интересно, она предпочтёт остаться дома. К тому же, став старшеклассницей, она теперь вполне может оставаться на хозяйстве одна.

Хотя встречать Новый год на горнолыжном курорте — это звучит стильно.

В наших краях, несмотря на южный климат, есть довольно большой горнолыжный курорт в горах, и в сезон все местные любители стекаются туда. Его называют «самым южным горнолыжным курортом Японии», и под конец года по телевизору часто крутят рекламу местных отелей. Уютный коттедж с камином... Я бы тоже хотел когда-нибудь там остановиться.

Пока мы мирно болтали с Сироямой-сан, дверь подсобки открылась. Оттуда выглянула девушка с причёской «удлинённый боб».

Увидев меня, она тут же скривилась, будто съела лимон.

— Ге! Ты чего тут забыл?!

— Вообще-то, это мой дом...

Это Мера Камако-сан.

Второгодка из нашей школы. У нас с ней долгая история: она заказывала у меня украшения, потом их ломали, потом мои идеи крали на культурном фестивале... А так как Макисима натворил делов, мне пришлось заставить её извиняться вместе с ним... В общем, бурная у неё жизнь. Честно говоря, по плотности событий она, пожалуй, даже переплюнет Сирояму-сан.

Ну, короче, так уж вышло, что теперь она работает у нас вместе с Сироямой-сан. Технически она моя коллега... или, скорее, такая же рабыня Сакуры-неесан, как и я, но душевная дистанция между нами ни на миллиметр не сократилась.

Нет, проблема не в этом.

Главная проблема здесь и сейчас заключалась в другом.

Мера-сан была одета в точно такой же косплейный костюм мико, как и Сирояма-сан.

...Странно-о-о.

У нас в магазине сегодня день косплея, что ли? Заставлять двух сотрудниц косплеить с первого же дня нового года — не слишком ли агрессивный маркетинг? Это вообще законно? Не загремит ли отец в полицию в самом начале года?

— ...Мера-сан. У тебя, оказывается, есть такие увлечения?

От моих слов лицо Меры-сан мгновенно залилось краской.

— Заткнись! Это Мэй сшила и притащила, так что мне пришлось надеть, и всё!

— А-а. Но всё-таки, это же совсем не твой персонаж, разве нет?

— Не говори про меня как про персонажа!

Пока мы вели этот, в некотором смысле, привычный обмен любезностями...

Сирояма-сан, выглядя слегка шокированной, произнесла с навернувшимися на глазах слезами:

— Ка... Ка-ко-сэмпай, тебе на самом деле было неприятно?..

— ?!

Мы с Мерой-сан вздрогнули и обернулись.

И тут же в панике бросились вдвоём утешать Сирояму-сан, чуть ли не гладя её по голове.

— Э-это шутка была! Мэй, ты такая доверчивая, честное слово!

— Д-да, именно! Я просто неудачно пошутил, прости!

Чёрт, дразнить Меру-сан было так весело, что я потерял бдительность. Я поспешно выхватил смартфон и предложил:

— Слушайте, раз уж вы нарядились, давайте сфоткаемся на память?

Лицо Сироямы-сан тут же просияло.

— Давайте!

— А, эй, пого...

Мера-сан явно хотела возразить, но её протест был безжалостно подавлен щенячьим взглядом Сироямы-сан.

Какое же это насилие — «чистая невинность». Нет, мне, как тому, кто этим воспользовался, грех жаловаться, но другого способа разрядить обстановку просто не было. Честно.

Я навел камеру, и они вдвоём показали знак «виктори» в объектив.

— И-е-ей!

— И-и-е-ей...

Они приняли позу, словно отражения друг друга... Хотя, учитывая перекошенное лицо Меры-сан, до идеальной зеркальности было далеко.

И всё же они напоминали дружных сестёр. С тех пор как эти двое подружились, прошел уже год... Меры-сан, которую я когда-то мысленно называл «диким зверем» (хотя вслух этого никто не произносил), больше не существовало.

Я сделал снимок, и Сирояма-сан, сияя улыбкой, тут же кинулась проверять результат.

— Ю-сэмпай! Можешь мне скинуть?!

— Ага. Сейчас скину в Лайн.

В этот момент Мера-сан незаметно, но ощутимо ткнула меня локтем в бок.

И, стараясь, чтобы Сирояма-сан не услышала, с досадой простонала:

— А-а, блин! Всё-таки зря я сегодня на смену вышла!

— Эй, чего ты жалуешься? Мера-сан, ты же сама себя в график вписала...

Её школьные друзья на Новый год разъехались кто к родственникам, кто ещё куда, так что свободными остались только Мера-сан и Сирояма-сан.

Я-то думал, они вдвоём пойдут куда-нибудь развлечься, но они решили, что раз уж так вышло, лучше вместе подзаработать. По воле Сакуры-неесан у нас действует система повышенной ставки в праздничные дни. На Рождество эти двое тоже отлично потрудились.

Кстати, в этом году аттракцион невиданной щедрости — надбавка целых пятьдесят процентов. Видимо, когда речь идет о красивых девушках, кошелёк раскрывается легче. И почему при всей этой доброте моя зарплата вечно в минусе?

— Слушай, Мера-сан. Ты вечно ворчишь, но, может, ты просто хочешь, чтобы я был с тобой поласковее?

— Э?

Что она себе вообразила после моего вопроса?

Лицо Меры-сан мгновенно побелело, и она всем телом содрогнулась. Осторожно увеличив дистанцию, она пробормотала с искренним отвращением:

— Не, лучше пускай всё будет как раньше...

— И почему в итоге обидно стало мне?

Серьёзно, каким монстром я выгляжу в воображении Меры-сан?..

После того случая с Макисимой перед летними каникулами мне казалось, что дистанция между нами чуточку сократилась, но одновременно с этим и колкостей от Меры-сан стало больше. Хорошо это или плохо — вопрос философский.

Сирояма-сан с кривой улыбкой вмешалась:

— Кстати, Ю-сэмпай, разве ты сегодня не собирался к Химари-сэмпай?

— Химари и остальные сейчас зашли поздравить моих родителей. К ней домой мы собирались зайти позже... Но всё-таки мне как-то неловко одному сбегать со смены. Сирояма-сан, может, тоже пойдешь с нами?

— А-ха-ха. Не переживай, всё в порядке! Я вечером иду в гости к Како-сэмпай.

— А, вот как. Ну, тогда удачи вам сегодня.

Где-то на фоне Мера-сан возмущалась: «Меня тоже пригласи!», но я сделал вид, что не услышал. Не хочу я её звать.

И всё же, первое января есть первое января.

Посетителей не было вообще. Даже по дороге перед магазином машины не проезжали. Видимо, все лениво проводят время дома.

Эта умиротворяющая атмосфера расслабила и наших юных работниц. Мера-сан, спрятавшись за кассой, сладко потянулась. Жрица-мико, сачкующая в подсобке, — это какой-то сгусток фетишей, честное слово.

— Ха-а... Но сегодня нет шефа, так что можно расслабиться, никто не наорет. Повезло♪

— Сакуры-неесан здесь нет?

— Ага. Она недавно ушла, сказала, что вернётся только к ночи.

— Серьёзно? Чтобы этот человек вышел из дома первого января? Редкость какая.

Она же домоседка до мозга костей.

Особенно в Новый год — её обычно палкой не выгонишь.

— Стоп. А кто тогда за главного?

— Управляющий в подсобке, газету читает.

— Отец здесь?

Осознание того, что перед отцом можно халтурить в косплее, говорит о том, что она идеально усвоила иерархию в нашем магазине...

Тут Мера-сан хитро ухмыльнулась.

— Кстати, сэмпай. Ты ничего не забыл?

— А? Что-то случилось?

Может, она просила купить амулет в храме?

Вроде не припомню такого. Да и если бы попросила Сирояма-сан (Мера-сан не в счёт), я бы точно не забыл.

Она протянула обе руки и расплылась в широченной улыбке.

— По-да-рок ♡

— Слушай, Мера-сан, в такие моменты ты с Химари просто на одно лицо...

Чего ты с такой довольной миной несёшь?

У нас разница всего в один год, вообще-то!

— Нет у меня ничего.

— Э-э-э! Ты же должен был подготовиться ради любимых кохаев!

— Как удобно ты манипулируешь фактами...

— А, ну тогда это компенсация за моральный ущерб! Теперь всё сходится!

— Какая же это тоска — судиться с коллегой по подработке в магазине...

Разница лишь в том, что коварство Меры-сан — это попытка проломить оборону грубой силой. Химари же предпочитает обходные пути, отрезая все пути к отступлению. Они вроде похожи, но в то же время полные противоположности, и это даже забавно.

— А, точно.

— Э! Что, что?! Всё-таки есть?!

Я положил на протянутую ладонь Меры-сан маленький конвертик для денег.

Глаза Меры-сан сверкнули, но тут же... Почувствовав странную фактуру, она озадаченно склонила голову: «М?» Открыла конверт и высыпала содержимое на ладонь.

С лёгким шуршанием оттуда выпали цветочные семена.

— Это же семена цветов?!

— Ага. Араки-сэнсэй только что дала.

— На кой мне это сдалось?!

— Так никто и не говорил, что я их тебе дарю. Я хочу, чтобы после зимних каникул ты посадила их в школьные горшки. Если успеют вырасти, может, используем их в состязании с Мураками-куном и остальными.

— Чего-о-о?! Сначала обрадовать, а потом навалить работы — это уже ни в какие ворота!

Мера-сан, помимо магазина, подрабатывает у меня, ухаживая за цветами для аксессуаров. Зарплату ей, правда, выдаёт Сакура-неесан.

— Тогда гони новогодний подарок!

— Тебе же Сакура-неесан доплачивает за подработку, разве нет?..

— Это другое! Нужен новогодний тариф!

— Мы что, на распродаже в супермаркете?

Пока мы вели этот бесплодный диалог...

— Та-ак. Даже если нет посетителей, не шуметь в торговом зале!

— Н-гха?!

Вместе со словами Химари на затылок Меры-сан обрушился «железный коготь» Эномото-сан.

Первой жертвой в новом году стала Мера-сан, надо же. Хорошая примета. Тот факт, что удар прилетел не мне, делает этот момент особенно священным.

Химари с пуга-а-ающей улыбкой начала давить на Меру-сан:

— Н-фу-фу♪ Камако-чан? Даже если Сакуры-сан нет рядом, камеры наблюдения всё пишут, знаешь ли?

— Угх! П-простите...

Освободившись из захвата, Мера-сан с криком: «А, я пойду немного приберусь в подсобке...» — дала дёру.

Эта девчонка по-прежнему не переваривает Химари и Эномото-сан. Ну, учитывая, что при каждой встрече она получает «железный коготь», это неудивительно.

— Вы обе пришли сюда?

На мой вопрос Эномото-сан, стряхивая руку, ответила:

— Ага. Зашли через служебный вход поздороваться с папой Ю-куна... А эта девчонка не меняется.

Она устало вздохнула. Почему мне слышится закадровый голос: «Я снова порубила никчемный объект...»?

Химари тоже с укоризной покачала головой:

— Ну что за человек. Клянчить новогодние деньги у сэмпая из своей же школы — где её моральные принципы?

— Напомните, кто недавно стряс подарки с Сасаки-сэнсэя?..

Другого человека, кто с такой лёгкостью метал бы бумеранги, в мире не сыскать. Проблема лишь в том, что она не умеет ими управлять, и они втыкаются ей же в затылок.

Тут Сирояма-сан, широко улыбаясь, отдала честь:

— Химари-сэмпай! Рион-сэмпай! С Новым годом!

— Мэй-чан, с Новым годом! Костюм мико такой миленький~♪

— Х-Химари-сэмпай... Стыдно же, когда вы меня там гладите...

Тут тоже, как обычно, царит полнейшая юри-атмосфера.

Но так как Эномото-сан страшно зыркает, если я засмотрюсь, я отвел взгляд и уставился в смартфон. Цензура у моей девушки слишком суровая...

— Так-с. Время уже подходящее, пойдём домой к Химари?

♣♣♣

Солнце клонилось к горизонту.

Приняв приглашение Хибари-сана, мы отправились в дом Химари.

Нас ждал новогодний банкет семьи Инудзука... или, вернее, «Операция по откармливанию меня».

Как следует из названия, это мероприятие, на которое меня приглашают, чтобы досыта накормить всякими вкусностями. Колоритные члены семьи Инудзука угощают меня блюдами из продуктов, которые каждый из них принёс с собой. Началось всё в средней школе, когда я неосторожно обронил фразу: «Кстати, не припомню, чтобы я когда-то ел осэти[3]».

[3]: Осэти (Осэти-рёри) — традиционная японская новогодняя еда, состоящая из множества блюд, каждое из которых имеет символическое значение.

...Нет, поначалу это был душевный обед, где мы просто ели осэти, приготовленные Икуё-сан.

Но я, не подумав, ляпнул: «Это самое вкусное блюдо в мире!», и со следующего года глава семьи, Горозаэмон-сан, воспринял это как вызов. Он начал заказывать деликатесы со всех уголков Японии, что, в свою очередь, разожгло дух соперничества в Хибари-сане. В итоге всё превратилось в адский пир под лозунгом «Кто лучше удовлетворит меня». Теперь я участвую в этом новогоднем собрании, утратившем свой первоначальный тёплый посыл, с одной лишь молитвой: «Пусть хоть в этом году обойдётся без жертв...»

В прошлом году я не участвовал, так как мы с Химари были, мягко говоря, в натянутых отношениях... Интересно, во что это выльется в этот раз?

Мы вышли из такси перед домом семьи Инудзука и прошли через ворота.

Химари, ухмыляясь, ткнула меня локтем:

— Хе-хе, в этом году всё будет грандиозно. Мой брат старался за двоих, чтобы компенсировать прошлый год~♪

— Перестань задирать планку до небес, серьёзно...

Какие же безумно роскошные яства ждут нас внутри?

Смогу ли я вообще пережить этот адский пир? Не будут ли мои ценности безжалостно растоптаны? Конкретнее говоря, не превращусь ли я, выходя из этих ворот, в наглого сноба, заявляющего: «Да уж, с утра тамаго-какэ-гохан[4] без икры — это не еда»? Я всё-таки хочу оставаться простым человеком…

[4]: Тамаго-какэ-гохан (TKG) — сырое яйцо, разбитое на горячий рис, часто с соевым соусом.

Эномото-сан с нежной улыбкой посмотрела на меня.

— Ю-кун, не волнуйся.

— Рион!

Точно.

У меня есть такая надежная девушка. Даже если это такие люди, как Хибари-сан, Эномото-сан их приструнит. Они не зайдут слишком далеко...

— Что бы они ни приготовили, я всё доем.

— А! Так «не волнуйся» относилось к вместимости желудка?!

Ого. Если мне не показалось, днём в рядах с уличной едой ты съела вдвое больше меня, верно? И я видел, как ты просила добавки дзони[5] у Араки-сэнсэй. Сколько бы еды ни приготовили, с тобой, моя дорогая, мы всё преодолеем.

[5]: Дзони — традиционный новогодний суп с рисовыми лепёшками моти.

Болтая об этом, я открыл входную дверь.

— А?..

Я сразу почувствовал неладное.

Дом семьи Инудзука хоть и стоит на большом участке, но здесь не так уж много людей.

Когда глава семьи Горозаэмон-сан ещё работал, здесь, говорят, жили и трудились его ученики, но сейчас тут живет только семья. Разве что старшая сестра, которая учится в соседнем университете социального обеспечения, приходит подрабатывать, помогая по хозяйству.

И всё же сегодня в прихожей стояло множество пар обуви.

— Химари, у вас гости? — спросил я.

Химари тоже озадаченно склонила голову.

— Э-э? Странно. Я ничего об этом не слышала...

— Может, родственники зашли поздравить с Новым годом?

— Да нет же. Сегодня вечер посвящён угощению Ю, так что любых гостей точно спровадили бы. Без вариантов.

— Я бы хотел, чтобы это был ошибочный вариант!

Не думаю, что это важнее работы или чего-то подобного!

— Точно. А как насчёт семьи твоего самого старшего брата?

— Если бы это были они, странно, что я не слышала об этом.

Действительно…

Самый старший брат Химари работает в Фукуоке. Он, как и Хибари-сан, очень занятой человек, поэтому приезжает только на Новый год. Я и видел-то его всего один раз.

Эномото-сан с легкой нерешительностью спросила:

— Хи-чан. Нам точно можно входить?

— Да всё нормально. Если это знакомые дедушки, просто вежливо поздороваемся и всё.

Химари, как всегда, невозмутима.

Я послушался и уже собирался разуться и пройти в дом.

«...М? Эти женские сапоги мне вроде знакомы?»

Присмотревшись, я заметил, что и остальная обувь выглядит молодёжной.

Может, это гости не Горозаэмона-сана, а Хибари-сана?

Мужские кроссовки и две пары женской обуви. Одна пара — те самые знакомые сапоги, а вторая — белые туфли на каблуке, которые я тоже где-то видел.

И тут я вспомнил информацию, полученную в магазине: Сакура-неесан в кои-то веки вышла из дома в Новый год.

«...Да быть не может».

Мы направились в гостиную.

Раздвижные двери были приоткрыты, и мы заглянули внутрь.

Просторная гостиная семьи Инудзука.

И там почему-то... моя Сакура-неесан, наступив ногой на голову стоящего на коленях Ятаро-сана, источала тёмную, как у демона, ауру.

...Что это за ситуация?

Картина была настолько сюрреалистичной, что мы медленно втянули головы обратно. Все трое приложили указательные пальцы к губам, делая жест: «Тш-ш-ш».

И шёпотом начали военный совет:

— Я вообще не понимаю, что происходит, но чувствую, что дело пахнет жареным.

— Согласна.

«Бежим», — телепатически кивнули мы с Химари друг другу, но...

Глаза Эномото-сан сверкали!

— Я хочу ещё немного посмотреть.

— Рион, твой мозг, помешанный на романтике, уже воспламенился?!

Чёрт! Она делает вид, что ей всё равно, но на самом деле ей безумно интересны чужие любовные дела?!

...Пока мы этим занимались, сзади раздался женский голос:

— Что вы тут делаете? Если пришли, заходите быстрее в комнату.

— ?!

Мы обернулись. Позади стояла мама Химари, Икуё-сан, с ингредиентами для крабового рагу в руках. Её образ «холодной красавицы-ведьмы» и в этом году был безупречен.

— Эм, а что это там за ситуация?..

Икуё-сан заглянула в гостиную, затем снова посмотрела на меня.

И с невозмутимым, красивым лицом произнесла:

— Сакура-чан и остальные зашли в гости, давно их не было.

— Думаю, есть вещи поважнее, о которых стоило бы упомянуть!!!

Эта женщина слишком невозмутима!

Хотя чего ожидать от матери-монстра, воспитавшей таких титанов, как Химари и Хибари-сан. Видимо, когда человек живёт в гармонии с дикой природой, мелкие неурядицы перестают его волновать. Будем считать так.

Похоже, наши голоса услышали, потому что из гостиной нас окликнули:

— А-а. Химари-чан, Ю-чан. Ях-хо~☆

— Курэха-сан?!

Шок от сцены с Сакурой-неесан и Ятаро-саном был так велик, что мы не заметили Курэху-сан.

Она сидела за большим столом и наливала сакэ из токкури. Судя по легкому румянцу на щеках, она уже была навеселе.

— Курэха-сан, вы тоже здесь...

— Ну конечно я здесь~ Это же мой родной дом~

— Нет, я не в том смысле...

Это дом семьи Инудзука, вообще-то. Разве тебе не запретили здесь появляться?

Стоило Эномото-сан увидеть Курэху-сан, как её настроение тут же испортилось.

— ...Сестрёнка. Я не слышала, что ты собираешься домой.

— У-фу-фу. Рион такая страшная. Может, мне и не стоит возвращаться домой~?

Подождите, подождите, подождите.

Эномото-сан, прекрати хрустеть костяшками правой руки. Мы за новогодним столом. Пожалуйста, умерьте сестринскую вражду на сегодня!

— Ну-ну~ Чувствуйте себя как дома~☆

«Вообще-то, это не её дом...» — подумал я, снова оглядывая гостиную.

Там было четверо.

Хибари-сан и Курэха-сан. И почему-то стоящий на коленях Ятаро-сан, а также Сакура-неесан, скрестившая руки на груди подобно статуе Нио[6], и продолжающая попирать его голову ногой.

[6]: Статуя Нио — пара устрашающих стражей, охраняющих вход в буддийские храмы.

На столе красовались роскошные блюда.

Там стояли лакированные коробки с осэти ручной работы Икуё-сан, большая кастрюля с бульоном, и, разумеется, дорогие суши.

Во главе этого стола, напоминающего райский сад, восседал Хибари-сан. Он тоже выглядел чертовски стильно, опрокидывая чашечку сакэ.

— Х-Хибари-сан. С Новым годом...

— О, Ю-кун. С Новым годом.

Хибари-сан улыбнулся своей обычной освежающей улыбкой, и я решился спросить о происходящем.

— Эм, а что это, собственно, за ситуация?..

— А?

И он ответил без тени сомнения:

— Сакура-кун и остальные зашли в гости, давно не виделись, понимаешь?

— Да объясните же мне суть происходящего, а не факт визита!!!

Для вас это, может, и обычное дело, но для нас это выглядит так, будто мы попали в другое измерение!

Хибари-сан весело рассмеялся и обратился к Сакуре-неесан:

— Сакура-кун. Ю-кун и остальные пришли, может, уже простишь его?

Сакура-неесан, до этого не шевелившаяся в позе Владыки Тьмы, медленно повернула голову.

— А-а?

И, зыркнув на нас так, что мне захотелось намочить штаны, произнесла:

— Странно. Я вижу глупого младшего брата...

— Э? Сакура-неесан? Вообще-то я здесь, по-настоящему...

— Какую чушь ты несёшь. Мой глупый младший брат должен был остаться один, чтобы предотвратить самоуничтожение вражеской базы.

— Какая эпическая драма разворачивается у тебя в голове?!

Не думаю, что я способен на такой героический поступок ценой собственной жизни!

Но всё это выглядело крайне странно.

Сакура-неесан, которая обычно не понимает шуток и чьё прошлое воплощение, вероятно, было каменной статуей, вдруг несёт такой бред... Хм?

Множество пивных банок, валяющихся у её ног.

И расфокусированный, мутный взгляд.

Это же...

— А! Неужели Сакура-неесан пьяна?!

Эномото-сан удивлённо переспросила:

— Сакура-сан плохо переносит алкоголь?

— Нет, она невероятно стойкая. Сакура-неесан пошла в маму, так что её не так-то просто споить, но...

Она может пить и сохранять невозмутимость, и «бак» у неё большой. Но стоит ей перейти определенную черту, как она мгновенно превращается в «дрова».

Судя по количеству пустых банок... Если она выпила всё это, то даже для Сакуры-неесан это перебор. И вообще, сколько можно пить в чужом доме? Она же обычно знает меру и умеет вовремя остановиться.

Даже Химари, шокированная этой сценой, спросила:

— Ю, ты можешь что-нибудь с этим сделать?..

Сакура-неесан по-прежнему возвышалась, попирая голову Ятаро-сана.

А Хибари-сан и остальные, кто мог бы её остановить, лишь весело смеялись и наблюдали.

Чтобы положить конец этому аду, я начал перебирать варианты.

— Хм-м... Позвольте.

Я взял со стола одноразовые палочки для еды.

— Сакура-неесан. Посмотри сюда.

— А?

Я осторожно приблизился к Сакуре-неесан, которая всё ещё источала пугающую ауру. Почему просто приближаясь к родственнице, я чувствую себя исследователем в саванне, рискующим жизнью?

Так или иначе, я начал медленно водить палочками у неё перед глазами. Как метрономом. Пьяная Сакура-неесан пристально следила за ними, но...

— Угх.

Внезапно она зажала рот рукой и осела на пол.

— Ува! Сакура-неесан, только не здесь!

— Мама! Отведи её к раковине!

Икуё-сан с причитанием «О боже» увела Сакуру-неесан, а Химари ошарашенно спросила:

— Ю, что это сейчас было?..

— Момоэ-неесан... то есть самая старшая сестра научила меня: если Сакура-неесан напьется и станет неуправляемой, нужно делать так...

Кто бы мог подумать, что этот метод сработает именно так...

Впредь буду делать это только у раковины. Хотя лучше бы поводов для такого вообще не возникало...

Освобожденный Ятаро-сан, бледный как смерть, подошёл ко мне.

— Дылда-кун. Ты меня реально спас...

— Эм, это-то ладно, но что это вообще за ситуация?

Я-то думал, Сакура-неесан в кои-то веки вышла из дома на Новый год, а она, оказывается, пила здесь. Если знала, что мы придем, могла бы и предупредить.

Пока я размышлял об этом, Хибари-сан со смехом объяснил:

— Ты знаешь, что они каждый год проводят встречу выпускников школьного клуба?

— А, да, Сакура-неесан рассказывала.

— В этом году они подстраивались под приезд Курэхи-кун, и единственным удобным днем оказалось сегодня. Мы планировали грандиозно отпраздновать, раз уж и вы должны были прийти, но...

Он посмотрел в ту сторону, куда увели Сакуру-неесан, и с виноватой улыбкой продолжил:

— Она перебрала ещё до вашего прихода, и вот к чему это привело.

— П-понятно...

И всё же, чтобы Сакура-неесан так напилась — это редкость.

Пока я удивлялся, Курэха-сан хихикнула:

— Сакура-чан всё ныла «приведи Пёсика, приведи Пёсика», вот мы и притащили его с собой~

— Д-да уж...

— Похоже, Сакура-чан так перенервничала из-за встречи с Пёсиком, что совсем потеряла контроль над темпом питья и набралась в зюзю~☆

— Хе-е...

Значит, дело всё-таки в Ятаро-сане.

Он учитель моего коллеги-творца Тэнмы-куна... и человек, от которого за версту несёт какой-то сложной историей отношений с Сакурой-неесан. Раньше они уходили от ответа, но сейчас, возможно, это мой шанс узнать правду.

— Эм, ну теперь-то я могу спросить, какие у вас отношения с Сакурой-неесан?

— !..

Ятаро-сан вздрогнул.

Обычно он отделывался фразой «Заткнись, пацан», но в этот раз такой номер не пройдёт. Я своими глазами видел, как он стоял на коленях под её каблуком. Занавес тайны поднят, и я не уйду, пока её не раскрою.

Вместо мнущегося Ятаро-сана ответил Хибари-сан:

— Ю-кун. Ты знаешь, что Ятаро — писатель, чьи книги не продаются?

— А, ну, вроде как...

Когда к слову «писатель» добавляют «не продаются», отвечать становится чертовски неловко...

Хибари-сан, словно это пустяк, продолжил:

— Тогда объяснять будет проще. У них договор: если книга Ятаро продастся тиражом в миллион экземпляров, он женится на Сакуре-кун.

Слова прозвучали как гром среди ясного неба, оглушив нас!

В тот же миг вернувшаяся Сакура-неесан, уже пришедшая в себя после опьянения, с пунцовым лицом ворвалась в комнату с криком:

— Откуда ты это знаешь?!

— Э? Нет, погоди...

Хибари-сан с невинным видом склонил голову.

— Сакура-кун, ты же каждый раз, когда напиваешься, рассказываешь об этом, разве нет? Ой? Ты что, думала, что это тайна?

— ?!?!?!

От шока Сакура-неесан застыла, беззвучно открывая и закрывая рот.

Прямо как карп, выпрашивающий корм. Или любовь. Кои — карп, кои — любовь... Ну, вы поняли. ...Заткнитесь. Я тоже в шоке от того, что мне только что раскрыли постыдную тайну моей сестры!

— …

Ну, вообще-то, я смутно догадывался.

Но, знаете, это же Сакура-неесан... Я думал: «Да ну, не может быть», а оказывается, всё взаправду.

Хибари-сан опрокинул ещё одну чашечку и, словно вспоминая прошлое, медленно кивнул.

— Четыре года назад, когда я узнал, что Ю-кун — родной брат Сакуры-кун, я подумал вот о чём.

Его глаза сверкнули озорным блеском.

— Кровь — не водица, да?

— Хватит уже! Ты её сейчас добьёшь! Атмосфера между Сакурой-неесан и Ятаро-саном уже настолько неловкая, что хуже некуда!

Я попытался разрядить обстановку... хотя понимал, что это бесполезно. Но так как мне всё равно грозила смерть от рук сестры (по принципу «сорвать злость на ближайшем»), я решил: гулять так гулять.

— А-ха-ха, — выдавил я натянутый смешок и спросил: — Ну, и как там с... прогрессом?

В этот раз ответила Курэха-сан, она же — спасательный круг Ятаро-сана, сияя улыбкой:

— Недавно, впервые за год, вышел новый том, но из десяти тысяч напечатанных экземпляров продалось меньше тысячи, да~? Короче, сплошные убытки~☆

— …

Какой безжалостный ответ.

Слишком суровая... невыносимо суровая реальность пробила дно неловкости. Лицо Сакуры-неесан запылало, и она, вся дрожа, набросилась на Ятаро-сана:

— А всё потому, что ты ни черта не продаёшь, вот в чём проблема!!!

— Да не виноват я! В этом деле удача тоже важна, знаешь ли!

— Не смей оправдываться, как какой-нибудь новичок! Удачу не ждут, её хватают за хвост!

— Ха-а?! Ты хоть представляешь, как трудно пройти редакционное совещание?!

— Если прохождение совещания стало твоей целью, то как писателю тебе конец, я же говорила! Бесит эта твоя претенциозность, попытки написать что-то «высокое»! Я тебе русским языком сказала: пиши лёгкий ромком!

— Какой смысл писать то же самое, что и все?!

— Вот когда станешь популярным, тогда и будешь строить из себя великого писателя!!! Вспомни тех девиц, что в школе липли к тебе как моль на свет, сделай их героинями и раздень в тексте!

— Они полная противоположность героиням ромкомов!!!

Это была катастрофа.

Я никогда раньше не видел Сакуру-неесан такой. От этого разрыва шаблона можно и простудиться. Серьёзно, слава богу, что я не взял с собой Сирояму-сан и Меру-сан...

Не обращая внимания на эту перепалку, Хибари-сан зажег переносную газовую плитку под кастрюлей.

— Ну что ж. Раз Ю-кун и остальные здесь, давайте все вместе поедим краба.

— Какое резкое переключение!!!

Рай и ад в одном флаконе.

— А не нужно их остановить?..

— Ха-ха-ха. В старшей школе такое было обычным делом. О, Ю-кун, передай мне овощи, пожалуйста.

— Да ты сама невозмутимость...

Я передал корзину с овощами, выращенными самой Икуё-сан. Хибари-сан привычными движениями начал закидывать овощи и тофу в бульон.

Всё это время перебранка между Сакурой-неесан и Ятаро-саном только набирала обороты. Они напоминали оружие массового поражения, которое будет работать, пока не кончится энергия...

— Удивительно видеть, как Сакура-неесан так с кем-то спорит...

— Это значит лишь то, что с Ятаро она может быть собой. В старшей школе у них тоже много чего было.

Поверх овощей в кастрюлю легли толстые, сочные крабовые ножки.

Один их вид уже тянул на золотую медаль, а когда бульон нагрелся и аромат краба распространился вокруг, это было просто божественно. Запах щекотал ноздри... Странно, я вроде не был голоден, но при виде такой красоты желудок вдруг заявил о своих правах.

Да. Пожалуй, мне уже всё равно, что там у Сакуры-неесан. Краб — это сила. Если бы все ели крабов, на земле наступил бы мир.

Хибари-сан взял миску, выловил из бурлящего варева капусту и тофу, а сверху водрузил самую толстую крабовую ногу и протянул мне.

— Держи, Ю-кун. Ешь, не стесняйся.

— Спасибо большое!

От ярко-красного мяса поднимался аппетитный пар.

Выглядит невероятно вкусно. Дома такое точно не попробуешь. С благоговением я впился зубами в сочную плоть.

...Вкуснотища!

Что это такое? Мясо упругое, вкус насыщенный. Так вот ты какой, настоящий краб? Я, конечно, не знаток, но даже я понимаю, что это высший класс.

Химари, видимо, привыкшая к такой роскоши, небрежно бросила: «Вкуснота~», сохраняя спокойствие.

Эномото-сан, раскрасневшаяся от удовольствия, тоже с аппетитом уплетала краба. ...Стоп. Пока я съел одну ногу, у неё уже образовалась горка из пяти пустых панцирей? Ты же ела как не в себя и на ярмарке, и у Араки-сэнсэй? Может, это всё были мои галлюцинации? Если бы это была битва суперспособностей, я бы уже проиграл.

Ну да ладно, отвернемся от реальности и насладимся крабом.

— Хибари-сан, это очень вкусно.

— Рад слышать. Еды много, так что ешь сколько влезет.

— Спасибо!

Решив поднабраться сил перед экзаменами, я без стеснения налёг на угощение.

Вскоре в гостиную вернулась Икуё-сан.

— О, всем нравится, я погляжу.

— Да. Спасибо рыбаку, который нам это достал.

Икуё-сан с довольной улыбкой села за стол.

Она разложила содержимое коробок с осэти по маленьким тарелочкам и протянула одну мне.

— Вот. Ю-кун, попробуй и это.

— Спасибо!

Ух ты.

Фирменное жаркое из дичи от Икуё-сан. Сильный аромат специй разжигает аппетит. Поскольку краб имеет тонкий вкус, это насыщенное мясное блюдо создает отличный контраст — можно есть бесконечно.

— Ну как?

— Очень вкусно!

Это оленина?

Невероятно мягкая, и никакого неприятного запаха. Мы заказываем мясо для магазина у того же поставщика, и я пробовал жарить его сам, но так вкусно у меня никогда не получалось. Икуё-сан — мастер.

Здесь были и паста из сладких каштанов, и чёрные бобы — все традиционные новогодние блюда были приготовлены ею вручную. Моя мама такого никогда не сделает. Надо наесться впрок.

Глядя, как я ем, Икуё-сан нежно прищурилась.

— Фу-фу. Если бы у меня был сын, наверное, это выглядело бы именно так...

— У вас он есть! У вас есть два замечательных сына, вы в курсе???

Это уже не просто забывчивость, это переписывание истории! И Хибари-сан, хватит так безмятежно улыбаться в такой момент...

Пока мы наслаждались едой, из-за перегородки продолжали доноситься гневные крики.

— И вообще, Ятаро! Как ты докатился до того, что тебя содержит Курэха?! Гордость совсем потерял?!

— Это лучше, чем охмурять какую-то левую бабу ради денег!

— Мог бы на подработку устроиться! Вот поэтому я и ненавижу вас, чёртовых экстравертов!..

— Да деньгами с подработки фиг заплатишь за квартиру в Токио!!! Вот поэтому я и говорю — те, кто ни разу не уезжал из родного города, ни черта не понимают!..

...Они всё ещё спорят.

Кажется, их взаимные претензии настаивались годами, как крепкий бульон. Краб не смог решить любовные проблемы. Может, живой карп помог бы... Кои — карп, кои — любовь... Знаю, знаю, больше не буду.

Курэха-сан, выковыривая мясо из клешни, тяжело вздохнула:

— Ох~ Сакура-чан и Пёсик, могли бы хоть за едой помолчать~

— Заткнись! Это ты его разбаловала, вот у него и нет никакого чувства опасности!

— Но послушай~, даже если попасть в тренд и выстрелить, чаще всего это ненадолго~ В наше время продать миллион экземпляров — это почти чудо~

Ну, в этом есть доля правды, сложная ситуация.

Удача действительно важна. Сейчас может быть глухо, а потом какой-то случай — и внезапный успех. Главное — накопить мастерство к этому моменту. Нет, я говорю умные вещи, но на самом деле просто пересказываю то, что слышал в документальных фильмах...

Хотя, как брат, я бы хотел, чтобы они поскорее разобрались со своими делами.

Почему? Да потому что вопрос с наследником нашего магазина всё ещё открыт. Пока что всем заправляет Сакура-неесан, но уговор в силе: если я до тридцати лет не добьюсь успеха как дизайнер аксессуаров, мне придётся покорно принять семейный бизнес.

Если Ятаро-сан войдёт в семью, может, про этот уговор забудут. Хе-хе-хе, какой я сообразительный. Спасибо Химари за уроки хитрости.

Пока я строил коварные планы, Курэха-сан со смехом сказала:

— Слушай~, Сакура-чан, ты ведь всё-таки ждала Пёсика, да~? Я думала, ты будешь всё отрицать, а ты, оказывается, так сильно его любишь~?

— ?!?!?!

Ой, она это сказала.

Я тоже об этом думал с самого начала, но старался молчать!

— Н-не ждала я его! С чего бы мне воспринимать слова этого идиота всерьёз!

— Но-о~ Противоположность любви — это безразличие~, а раз ты говоришь «ненавижу», значит, он тебе небезразличен — это ведь ты мне сама говорила, Сакура-чан~?

— Э-это касалось вашего случая...

— К тому же, Сакура-чан, ты ведь на самом деле собиралась после школы уехать учиться в другой город~? А вместо этого перед самым выпуском передумала и осталась помогать в магазине~

Тут Курэха-сан добавила, словно только что вспомнила:

— А! Кстати, мне твоя сестра, Момоэ-сан, рассказывала~ Тебя часто приглашают на свидания постоянные клиенты-мужчины, но ты всем отказываешь~ И при этом всегда говоришь: «У меня уже есть обязательство»~?

— ~~~~~~!

Ах.

Курэха-сан со всей дури наступила на самую большую мину, и Сакура-неесан взорвалась.

— Ах ты, чёртова тусовщица! Это из-за твоего возвращения я сейчас позорюсь, понятно тебе?!

— Вообще-то это Сакура-чан требовала, чтобы я показалась!!!

С топотом и криками, не подобающими взрослым людям, они умчались вглубь коридора.

Старый дом заскрипел и затрясся.

Я придерживал свой стакан, чтобы он не упал, ошеломлённо глядя им вслед. А Хибари-сан, привыкший к подобному, с безмятежной улыбкой отпил из чашечки.

— Да уж, и что за сцену нам сейчас показали?

— Ну и формулировочка...

Мне тоже стало как-то стыдно, и я закрыл лицо руками. ...Так вот ты какой, испанский стыд. Я стал ещё на шаг взрослее.

Чтобы развеять это чувство, оставалось только одно — уповать на силу краба.

Я взял палочки и потянулся к кипящей в котле крабовой ножке, но в этот момент...

— ХИБАРИ-И-И!!! АХ ТЫ, МЕРЗАВЕЦ, ТЫ СКРЫЛ ОТ МЕНЯ, ЧТО СЕГОДНЯ ПРИДЁТ Ю-КУН?!

С этим громогласным рёвом раздвижные двери с шумом распахнулись.

Глава семьи, Горозаэмон-сан.

Я ещё удивлялся, почему сегодня так тихо, несмотря на Новый год... Но, судя по тому, как невинно Хибари-сан начал насвистывать, он явно намеренно молчал о моём визите.

Горозаэмон-сан с торжествующим видом указал на выстроившихся за его спиной мужчин, похожих на шеф-поваров.

— В этом году мы наконец выясним, кто способен лучше удовлетворить желудок Ю-куна!

— Ха-ха-ха. Сколько раз повторять, я лучше всех знаю вкусы Ю-куна. Ну что ж, отличный повод отправить старую гвардию на пенсию. Ю-кун, ты ведь не против?

Нет, дайте мне поесть спокойно...

Но мои мольбы были тщетны, и в этот Новый год меня снова кормили до полуобморочного состояния.

* * *

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN