Глава 79.

И эта причина заключалась в том, что в комнате Офелии стоял запах, который Верлан ненавидел больше всего.

«Воняло ересью.»

Маги использовали магию, которая противоречила законам природы, в отличии от того, как божественная сила была чем-то, что поддерживалось природой. Возможно, из-за этого священники могли ощущать определённое особо неприятное зловоние от любого, кто использовал магию.

Неприятный запах ереси был чем-то, что не могли ощущать обычные люди, но он был ощутим для любого, кто обладал божественной силой.

Поэтому легко определить причину, по которой магов называли еретиками.

Всё потому что то, как они пахли, отличало их от других, давая понять, что они не похожи на других людей, хоть и выглядели так же, как они.

Чем искуснее маг владел магией, тем сильнее к нему прилипало это зловоние.

Поэтому в глазах тех, кто использовал божественную силу, становилось очевидно, какое существование было у магов.

Те, кто жаждет власти. Те, кто предал Бога. Те, кто предал человечество.

«Почему, во имя Бога, в комнате Её Высочества Офелии так сильно пахнет этим?»

Как только Верлан вошёл в комнату, то чуть не задохнулся. Даже от самой Офелии исходил этот запах.

Как если бы она очень тесно взаимодействовала с монстрами или чем-то за пределами того, что можно было бы считать человеком, словно самым нечеловеческим существом.

«Сейчас, когда я думаю об этом, зловоние не только от Её Высочества.

Весь замок полон этого запаха.

Если бы не временный храм, я мог бы сильно пострадать, оставаясь здесь,» – и один этот факт пробуждал в Верлане чувство долга.

Этот долг – искоренить все источники этого зловония ереси, которое царило в замке.

Верлан вернулся во временный храм и направился в свою комнату.

По дороге туда его увидел священник низкого ранга и привлёк его внимание:

– Прошу прощения, епископ, пришло письмо.

– Так внезапно. Что за письмо? Кто отправитель?

– Я не уверен. На конверте ничего не написано. Я вошёл в Вашу комнату, чтобы кое-что подготовить для Вас, сир, и увидел его на столе, поэтому сообщил Вам.

– …это правда? – обладая острой интуицией, Верлан ощутил, что это что-то подозрительное.

Рассеянно извинившись перед священником, который передал ему это послание, Верлан поспешил к себе в комнату.

Шу-у-у-у, – в комнату ворвался порыв ветра и затрепетал занавесками.

Внимание Верлана привлёк конверт на столе.

Как и сказал священник несколько минут назад, это был конверт, на котором ничего не было написано ни об отправителе, ни о получателе.

Без малейших колебаний Верлан вскрыл его.

В отличии от срочности, которую он ощущал, содержание письма было простым. Это также был листок бумаги, который не содержал ни магии, ни божественной силы.

И учитывая то, насколько коротким было его содержание, его скорее следовало бы назвать запиской, чем письмом.

Проблема заключалась в том, что его содержание было странным.

[«Истинная личность мага Алея – лорд магической башни, который был изгнан из башни из-за причастности к чёрной магии. Его воспоминания также были стёрты.»]

«Алей, маг,» – Верлан знал это имя.

В прошлом ему случалось заходить глубже в императорский дворец, поэтому он обратил внимание на подозрительно сильное зловоние от мага самого низкого ранга.

И он также был тем, кого Верлан считал главной причиной ужасного зловония, пропитавшего весь замок Ладен.

«Он – лорд магической башни?

Лорд магической башни, известной как Башня Сирен, того места, что скрыто ото всех?» – сколько бы он ни думал об этом, не мог в это поверить.

Верлан прочитал записку один рад, два, а потом ещё раз.

«Если бы он был лордом магической башни, то, несомненно, обладал бы такой аурой, до которой никто не смог бы дотянуться. Однако человек по имени Алей просто маг самого низкого ранга.

Нет. Нет, этого не может быть.

Если подумать, я слышал, что, несмотря на то что у него было достаточно возможностей для этого, Алею не дали повышения из-за его неоднозначной личности.

И причина этой неоднозначной идентичности…

Потеря памяти,» – руки Верлана, держащие письмо, задрожали.

Однако это не было дрожью страха.

Это было от восторга.

Восторга по поводу содержание письма и сомнительной личности Алея.

«Если от него так ужасно несёт, тогда, полагаю, так и есть.

Если другие маги подвергли его остракизму, поскольку он использовал чёрную магию, то это подходит почти идеально.

Остракизм – «суд черпаков» или же изгнание на 10 лет.

Хоть он и лорд магической башни, человек не может так вонять, если только он действительно не порвал с человечностью.

Грязные ублюдки-еретики.

Если я воспользуюсь этой ситуацией, то, возможно, просто смогу изгнать всех этих отвратительных магов из императорского дворца.

После поимки Алея и объявления о том, какую опасность могут представлять маги, занимавшиеся чёрной магией, я смог бы таким образом призвать к искоренению всех еретиков. Ясно, что у Императорской семьи Милескэт не будет иного выбора, кроме как принять сторону Храма, если это произойдёт.

Хоть записка звучит правдиво, и я могу действовать дальше, нужно распутать ещё много узлов.

Прежде всего, кто отправил её?

Хотя до сих пор неясно, правда ли то, что написано в этой записке или нет.

Подлинность этой записки можно было бы подтвердить, если бы была раскрыла личность отправителя. К сожалению, прямо сейчас эта записка вызовет лишь подозрения.

В конце концов, я не могу действовать вслепую до тех пор, пока не будет подтверждено, является ли написанное здесь правдой.

Может, мне устроить ловушку?» – только что взгляд Верлана был переполнен отвращением, но теперь, словно крутой утёс, в его глазах появился опасный блеск.

Внезапно дверь с грохотом открылась.

– Верлан!

– Ваше Высочество Каделия? – выражение лица Верлана снова стало безобидным. Он положил записку и повернулся к Каделии, которая вбежала так, словно не знала ни строчки этикета. – Почему Вы так срочно пришли найти меня?

– Э-этот негодяй, я видела его! Тот, о ком я Вам рассказывала!

– Какой негодяй, Ваше Высочество?

– Маг, который отшвырнул меня прочь, тот самый! – воскликнула Каделия с огромной поспешностью, однако вместо своего обычного разъярённого вида она выглядела так, словно вот-вот разрыдается. – Я ведь говорила Вам, не так ли? Он действительно существует! Я ничего не выдумала!

– При всём моём уважении, я не помню, чтобы когда-либо говорил подобное Вашему Высочеству в то время.

– Я знаю! Вот почему я пришла найти Вас, Верлан! – говоря это, Каделия резко потёрла глаза, вытирая слёзы.

«Похоже, она действительно плакала некоторое время назад.

Должно быть, она была очень расстроена тем, что никто не поверил её словам.

Неудивительно, учитывая, как она прибежала прямо ко мне, вместо того, чтобы сначала довериться своим фрейлинам, которые, предположительно, её самые близкие подруги.

Конечно, возможно, это также может быть связано с тем, что у меня репутация доброго и доброжелательного человека. Но всё равно.

Есть и другие, более важные вещи.»

– Никто не поверил тому, что я говорила. Я уверена… я уверена, что это тот беловолосый маг, отшвырнувший меня и бросивший неизвестно где на территории дворца. Я же говорила Вам!

И именно с этими словами что-то вспыхнуло в сознании Верлана.

«Насколько я знаю, у Алея серебристые волосы.

И если он действительно использовал чёрную маги в погоне за аморальной силой, если у него более высокий уровень силы, чем кажется, но он молчал об этом, чтобы избежать обнаружения его чёрной магии…

Мне говорили, что заклинание телепортации – это не то, что может не сделать маг самого низкого ранга.

Поскольку это так, то содержание записки становиться всё более правдоподобным.»

– Этот негодяй маг, я его не отпущу. Я позабочусь о том, чтобы он встал передо мной на колени! – взвизгнула Каделия, тяжело дыша, словно она действительно могла заставить Алея заплатить за все унижения, которые она испытала.

Наблюдая за такой Второй Принцессой, глаза Верлана засияли.

«Ловушка, чтобы поймать Алея,» – в этот момент он решил, что Каделия точно соответствует всем требованиям.

– …Ваше Высочество правы. Тот, кто посмел презирать законную дочь Милескэт, естественно, должен быть должным образом осуждён. Возможно, у Вас есть какой-то план?

– Есть ли вообще необходимость в плане? Всего лишь один мой приказ и он будет сразу же схвачен.

– Как известно Вашему Высочеству, этот негодяй – превосходный маг. Он даже скрыл свои способности и свою истинную личность. Даже если найдётся много людей, которые бросятся ловить его, если негодяй просто использует свою магию, тогда с ним будет трудно справиться.

Пока Верлан объяснял, выражение лица Каделии становилось задумчивым. Словно она и правда никогда не думала о подобной возможности.

Проблема тугодумия Каделии была тем, к чему Верлан уже привык и испытывал много раз, пока преподавал ей теологию.

Это также означало, что Верлан был весьма искусен в том, чтобы подчинять Каделию своим прихотям.

С мягкой улыбкой он предложил Каделии сесть и заговорил:

– Ваше Высочество также должны быть в курсе этого, но в храме есть много инструментов, которые могли бы справиться с магом. Есть некоторые предметы, которые могут подавлять их магическую силу.

Маг с запечатанной магической силой был не более чем обычным человеческим существом.

– Подавите магическую силу этого негодяя, а затем заключите его в тюрьму. После этого Ваше Высочество может делать всё, что Вам заблагорассудится.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –