Выйдя из лаборатории, через некоторое время, Ясуке Мацуда остановился перед большой дверью, излучавшей торжественную атмосферу, и выпрямился.

— И чего ты так нервничаешь?

Он хотел посмеяться над собой, но в то же время понимал, что нервозность неизбежна. Это был первый раз, когда он вошёл во внутреннее святилище Академии «Пик Надежды» – здание персонала. Это было единственное здание в восточной части школы, куда студентам было запрещено входить, и, конечно же, как только он это сделал, ему пришлось объяснять ситуацию нескольким учителям, которые останавливали его по пути. Однако это было ещё не всё – его конечный пункт назначения сам по себе был особым местом, даже внутри этого запрещённого здания.

Ясуке Мацуда поднял голову и уставился на дверь перед ним.

Это была претенциозно украшенная деревянная дверь, дающая ощущение, что посетители не приветствуются. Металлическая пластина, закреплённая на ней, гласила: «Зал заседаний Руководящего комитета Академии «Пик Надежды». Это было внутреннее святилище внутреннего святилища.

Даже преподавательский состав не мог просто зайти без приглашения. Нервозность действительно была неизбежна для кого-то, кто собирался войти в эту особую комнату. Но, тем не менее...

— Это действительно не похоже на меня...

Мацуда прочистил горло. Он попытался поднять себе настроение, прежде чем оказался полностью поглощён гнетущей атмосферой. Затем он поднял кулак и дважды постучал в дверь.

— Это Ясуке Мацуда из 77-го класса Академии «Пик Надежды», — объявил он, медленно открывая тяжёлую дверь.

— ...Извините.

Комната настолько отличалась от кабинета, насколько это возможно. Потолок, колонны и стены были не в меру украшены таким образом, что Мацуда нашёл их мрачными. Он сделал шаг вперед, звук его шагов поглотил толстый ковёр.

— Мы приносим свои извинения за то, что позвали вас сюда столь внезапно.

Голос был удивительно лёгким и весёлым. Он принадлежал директору Академии «Пик Надежды» Джину Киригири. Каждый раз, когда Мацуда видел этого человека, он не мог не удивляться, насколько он молод. По его мнению, директором школы должен быть мужчина средних лет с седыми волосами, усами и серым костюмом.

Киригири, которому было едва за тридцать, был слишком молод для этой работы.

— Пожалуйста, сядьте. Будет проще вести разговор таким образом.

Большой круглый стол стоял посреди комнаты. Вокруг него выстроились старинные стулья.

— Извините, — сказал Мацуда, сев на ближайший стул, стоящий прямо напротив Киригири. В тот момент, когда он сел, он почувствовал, как несколько пар глаз пристально смотрят на него. Они принадлежали четырём старикам, которые сидели за столом с небольшой дистанцией друг от друга. Каждый из них был одет в чёрный костюм, будто специально для похорон. Их галстуки были одного цвета. Их оценочный взгляд ощущался Мацудой, как будто кто-то горячо дышал ему в затылок.

— Вы знаете, кто мы?

Голос был хриплым, и Мацуда не мог сказать, какому старику он принадлежит.

— Вы, должно быть, члены Руководящего комитета Академии «Пик Надежды».

— Мы искренне благодарны за вашу помощь в этом инциденте.

— ...Я не понимаю, о чем вы говорите.

Морщины на лицах стариков углубились. Им не понравилось уклонение от темы разговора.

— Здесь не нужно быть осторожным. Мы всё знаем. — сказал один из стариков.

— Вы помогали нам с допросом ученика, который первым обнаружил место преступления, не так ли? — сказал другой.

Ученик, который первым обнаружил место преступления. Как только Мацуда услышал эти слова, его сердце забилось чаще. Он попытался скрыть это, задав свой собственный вопрос.

— ...Вам нужно ещё больше информации от этого ученика?

— Вовсе нет, — ответил другой старик, махнув рукой. — На этот раз мы имеем дело с другим учащимся. У нас есть проблема. Проблема, которую может решить кто-то с вашими навыками. Мы с нетерпением ждем вашей помощи.

Он говорил так, будто бы вопрос уже решён. Это вызывало беспокойство.

— ...Что будет, если я откажусь?

Через несколько секунд тишины один из стариков начал смеяться. Сначала это был тихий смех, но вскоре к нему присоединился второй, третий, а затем четвёртый старик, наполнившие комнату презрительным смехом. Их голоса обрушились на Мацуду со всех сторон.

— Итак, Мацуда-кун, — смех внезапно прекратился. — Вы действительно думаете, что у вас есть выбор в этом вопросе? — старик говорил снисходительным тоном. — Та девушка, которую вы лечите... Кажется, она временно отстранена от занятий, но нет никаких признаков того, что она поправляется.

На этот раз нахмурился уже Мацуда.

— Что вы хотите сказать?

— Вы тоже всё ещё ученик. Мы не можем заставлять вас тратить своё драгоценное время на безнадёжное лечение тупицы. — Его слова были переполнены презрением. — На наш взгляд, мы не можем продолжать продлевать временный отпуск ученицы, когда мы даже не знаем, когда она сможет вернуться. Целью этой школы является воспитание таланта. Неудачники, которые не могут его использовать, должны просто уйти, ради других учащихся. Тем не менее, если вы согласны помочь нам...

― Заткнись, старик.

― ...Чт...?!

— Твой грязный рот говорит слишком много.

Атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Давление воздуха подскочило за секунду.

— У...ублюдок...!

Мацуда встал, и старики замерли. Он смотрел на них, как на червей. Нет, его взгляд был гораздо более сердитым и презрительным – он смотрел на них, как на червей, которых он собирался растоптать.

— Тупица? Неудачница? Я должен был вас предупредить. Я единственный, кому позволено смеяться над ней. Никто другой не имеет на это никакого права.

— Э...эй! Ты вообще думаешь, с кем гово...!

— Я сказал тебе заткнуться.

Его тон действительно заставил их замолчать. Он продолжил говорить вполголоса.

— Эта девушка... Даже когда люди смеются над ней, она не обращает на это внимания, потому что думает, что это «не имеет к ней никакого отношения». Вот почему я заступаюсь за нее. Я не прощу себя, если не буду этого делать.

Для Руководящего комитета его слова несли неописуемое чувство устрашения. Как они могли быть так подавлены словами того, кому нет и двадцати? Ответа на этот вопрос они не знали. Они не понимали, какой силой обладал тот, кто обладал талантом. Источником силы Академии была Надежда.

— ...Хм, могу ли я вас прервать? — Степенный голос вклинился в разговор. Это был голос Киригири. Мацуда перевёл на него свой взгляд.

— Просто я подумал, что мне пора что-то сказать...

Киригири горько улыбнулся и почесал голову. Несмотря на напряжённую атмосферу, царившую в комнате, он казался совершенно спокойным. Мацуда, остыв, медленно закрыл глаза, тяжело вздохнул и сел обратно. Как только он это сделал, Киригири продолжил говорить тихим голосом.

— Мацуда-кун, мы просто просим об одолжении. Не только для нас – вы можете считать это одолжением каждому студенту Академии. Не могли бы вы, по крайней мере, выслушать нас?

Мацуда молчал и смотрел на Киригири, не в силах понять, каковы были истинные намерения у этого человека. Киригири, со своей стороны, изо всех сил старался вернуть контроль над ситуацией.

— Я не собираюсь просить вас делать что-то ещё, кроме как слушать. Если вы решите отказаться, мы примем ваше решение.

После вступления он сразу перешел к обсуждаемой теме.

— Мне, наверное, не нужно рассказывать вам об этом инциденте, но, наверное, всё равно нужно с чего-то начать. — Киригири прочистил горло, сжал обе руки перед собой и продолжил.

— Прошёл месяц, а мы до сих пор не можем поверить в то, что произошло. Такой ужасный инцидент, произошедший в стенах Академии «Пик Надежды» ... Мне всё ещё кажется, что это лишь кошмарный сон.

— Но это действительно произошло! — крикнул один из стариков.

— Тринадцать детей! —закричал другой. — Тринадцать невинных жертв, и подробности случившегося до сих пор неясны! Почему в нашей школе произошёл такой ужас?!

Когда крики стихли, Мацуда сказал то, что вертелось у него на языке.

— Итак... Вы же не сообщали в полицию?

— Конечно, мы этого не делали! Как вы думаете, что было бы, если бы мы это сделали?! Что бы это решило?! Это не та проблема, о которой можно позаботиться, арестовав преступника!

— Но... а как насчёт семей жертв?

— Мы позаботились об этом! — еще один старик закричал, не смутившись. — Вам не стоит об этом беспокоиться!

Судя по сказанному им, школа уже приняла меры по работе с семьями. Они, должно быть, попросили о каких-то одолжениях у предыдущих выпускников. Многие из них поднялись на свои высоты благодаря силе бренда «Пик Надежды» – если этот бренд сдаст позиции, они также потеряют всё.

— ...Вы правы, мне не нужно беспокоиться об этом. Итак, что вы хотите, чтобы я сделал? Этот «другой ученик», о котором вы говорили – он, должно быть, тоже имеет какое-то отношение к этому инциденту, верно?

—Мы хотим, чтобы вы вытащили из этого студента информацию, которая поможет узнать правду об этом инциденте, — ответил Киригири.

— Узнать правду...? Разве это не противоречие? Разве вы не решили скрыть инцидент?

Секрет. Мацуда был единственным студентом, которому Академия доверила секрет. В обмен на сотрудничество он получил большой исследовательский грант и оборудование для своей лаборатории. Вероятно, это было еще одним доказательством того, что он был настоящим ученым.

Но это была не единственная причина, по которой он согласился сотрудничать. Об этом знал только Мацуда.

— Да, это действительно звучит как противоречие, — ответил Киригири после недолгих колебаний. — Но это необходимо. Мы твёрдо верим, что сокрытие этого инцидента необходимо, но мы до сих пор не знаем слишком многого. Мы не можем скрыть то, что мы сами не до конца понимаем. Вот почему мы думаем, что должны узнать всю историю о том, что произошло тогда. Чтобы защитить Академию «Пик Надежды» ... этот инцидент должен быть идеально засекречен.

Киригири сказал всё это без малейших признаков сомнения. Он сделает всё, чтобы защитить Академию «Пик Надежды».

Он такой же, как и я, не так ли? — подумал Мацуда. — Жертвовать чем-то, чтобы защитить что-то ещё – это же именно то, что я делаю прямо сейчас...

— ... Так кто же этот ученик, которого вы хотите, чтобы я допросил?

Киригири облизнул сухие губы и дал Мацуде осторожный ответ.

— Мы не говорили вам об этом раньше, но кроме первооткрывателя места преступления, есть еще двое выживших.

Двое выживших... Конечно, это был первый раз, когда Мацуда услышал о них.

— Они, конечно, необходимы для того, чтобы узнать правду об инциденте. Если бы всё было хорошо, мы допросили бы их сразу после того, как мы закончили с первооткрывателем... Но, в силу определённых обстоятельств, мы не смогли этого сделать.

― …Обстоятельств?

— Один из них находится в коме с момента инцидента. Другой, к счастью, оказался невредимым, но... вскоре после этого пропал без вести. Мы не знаем, где сейчас находится этот ученик.

Один коматозный ученик и один пропавший. Обстоятельства действительно были тяжёлыми. Но всё ещё существовала возможность...

— Вы хотите, чтобы я попытался получить информацию от коматозного студента, не так ли?

Киригири кивнул.

— Именно так.

Поиск правды для того, чтобы скрыть ее. Это, конечно, было извращённым способом, но это также было очень удобно для Мацуды.

Наверное, это мой шанс. Мой шанс защитить её.

— Я понимаю, — сказал он. У него не было другого выбора. — Посмотрим, что я смогу сделать.

— Ты думаешь, что ты на это способен? — Один из стариков быстро расслабился и попытался вернуть себе авторитет.

— Пока ещё рано говорить. Это зависит от состояния ученика. Во всяком случае, я сделаю всё, что в моих силах, — ответил Мацуда и повернулся к Киригири. — Но как насчёт пропавшего студента? Вы же не собираетесь просто сидеть здесь, ничего не предпринимая, не так ли?

После короткого молчания, Киригири наклонился вперёд и посмотрел прямо в глаза Мацуде.

— ...Вас что-то беспокоит?

Его взгляд был острым, и Мацуда чувствовал, что он может прочитать его самые сокровенные мысли. Желая избежать этого, он быстро отступил.

— Нет, мне просто было любопытно. — Его голос дрожал, и он продолжал пытаться скрыть это. — Я имею в виду, что пропавший ученик слишком подозрителен, не так ли? Разве вы не думаете, что он может быть виновником, убившим тринадцать учащихся и отправившим одного в кому?

Старики сразу же начали шушукаться, их шёпот отозвался по залу заседаний. Киригири в одиночку сохранял хладнокровие.

— Всё именно так. Судя по всему, этот ученик крайне подозрителен.

— В таком случае...

— В таком случае что? — Киригири резко его прервал. — Это ещё больше оправдывает сокрытие этого инцидента. Если мы этого не сделаем... это будет конец для этой школы.

Конец для этой школы...?

Мацуда был заинтригован словами Киригири.

Означает ли это, что пропавший без вести ученик, является кем-то особенным?

Некое имя внезапно всплыло в мыслях Мацуды. Он слышал это имя лишь в слухах и в оккультных историях, которые он всегда считал городскими легендами. Но, если этот человек действительно существует, он вполне может быть вовлечён в этот инцидент.

Если это так, то всё это имеет смысл. Имеет смысл даже назвать этот инцидент «Худшим инцидентом в истории Академии «Пик Надежды».

Это имеет смысл, но это крайне ужасно.

Капля пота упала с виска Мацуды, когда он прошептал эти слова глубоко в своем сердце.