Близится вторая ночь.

Мы без труда распределяем комнаты.

Пользуемся правилом — чем выше ставка, тем ближе твой номер к номеру детектива. Оставшиеся комнаты делят Киригири с Нанамурой. Они не играют в «камень, ножницы, бумага», просто занимают те, которые им больше приглянулись.

Вот только особого смысла распределять комнаты этой ночью нет. Минасэ, получивший «Право Детектива», заявил, что не собирается никого спасать.

Если ничего не предпринять, маньяк кого-нибудь убьёт.

Кто умрёт этой ночью?

Кто из них — цель убийцы?

Без «Права Детектива» я беспомощна. Совершенно бессильна. Я стала детективом, чтобы спасать людей, но теперь и этого не могу сделать.

А что, если убийца придёт именно за мной?

Или за Киригири?

От таких мыслей я места себе не нахожу.

Что же делать?..

Когда мы все поднимаемся по лестнице на третий этаж, Киригири тихо заговаривает со мной:

— Юи-онээ-сама, у тебя всё готово?

— Ну конечно.

Чуть раньше Киригири велела мне засунуть в рюкзак бутылки с питьевой водой, сколько влезет. Я не понимала зачем, но сделала, как она сказала — набила рюкзак бутылками.

— Когда все разойдутся по комнатам, выйди в коридор.

Она определённо что-то задумала.

Киригири не сдаётся даже в такой отчаянной ситуации. Она — мой лучик надежды.

Минасэ закрылся в комнате ещё до того, как наступило десять часов. Благодаря «Праву Детектива» он сегодня в безопасности, так что решил насладиться этой ночью сполна.

А вот на лицах проигравших читается неуверенность, и они разбредаются по комнатам, чтобы не нарушить комендантский час.

На часах девять пятьдесят.

Кажется, все уже сидят по комнатам.

Я бесшумно проскальзываю в коридор.

Из-за угла высовывается Киригири.

Меня вдруг охватывает желание её обнять, но я кое-как сдерживаю эмоции.

— Что будем делать, Киригири-тян? — спрашиваю я шёпотом.

— На этот раз нам всю ночь придётся просидеть в комнатах. Даже если мы услышим чей-то крик, не сможем прийти на помощь, — говорит она, глядя на меня с необычайной серьёзностью.

Я киваю.

— И поэтому мы сделаем всё возможное сейчас.

— Мы защитим остальных?

— …Я уже говорила тебе, что работаю детективом не для того, чтобы кого-то защищать или не из стремления к правде.

— Да знаю я.

«Знаю — что бы ты ни говорила, ты тоже хочешь защищать других людей и всегда стремишься узнать правду», — мысленно добавляю я.

Я ставлю рюкзак на пол. Внутри шесть пол-литровых бутылок воды. Киригири берёт одну из них в руки и отворачивает крышку.

Не успела я подумать, что она, само собой, сейчас сделает глоток, как она вдруг начинает лить воду на пол, возле номера «301».

— Э-эй! — негромко одёргиваю её я. — Ты что делаешь?

— Говорила же — устраиваю ловушку.

Киригири направляется в конец коридора, тут и там оставляя на красном ковре лужи.

...А-а, ясно!

Наступишь на лужу в коридоре — обувь намокнет.

А если потом наступишь мокрой подошвой на сухое место — наследишь.

— Если полить коридор водой, оставляя небольшие сухие промежутки, пройти по нему и не оставить следов будет невозможно. Вытирать следы полотенцем — слишком долго, а гарантии, что ковёр высохнет до утра, нет. На месте убийцы я бы никого не стала убивать этой ночью.

— Какая же ты умная, Киригири-тян!

— Вовсе нет. Это известный приём. Я бы предпочла воспользоваться мукой, крахмалом или каким-нибудь подобным порошком, но похоже, что здесь ничего такого нет, вот я и заменяю порошок водой.

И всё равно, оказывается, чтобы предотвратить убийство, достаточно обычной воды. Убийца будет бессилен.

— Иди в комнату, Юи-онээ-сама, времени почти нет.

— Я тебе помогу.

— Нет. Твоя комната посредине коридора. На полу останутся твои следы.

— А… Ой…

— Я справлюсь.

— Прости, что тебе приходится всё делать самой.

— Ничего страшного, — Киригири мотает головой. — Ты не могла бы… Утром выйти первой и сразу прийти ко мне?

— Ну конечно!

Киригири с радостной улыбкой скрывается за углом.

Пожалуйста, пусть с ней всё будет в порядке.

Пожалуйста…

И вот начинается ночное время.

Ночь чудовищно холодная.

Я в помещении, но дыхание превращается в пар.

Я сижу и жмусь к обогревателю, закутавшись в шерстяное одеяло.

Боюсь, что убийца вот-вот откроет дверь и набросится на меня…

Как детектив, я готова умереть. Но если я погибну здесь, вот так, можно ли будет считать, что я «умерла, как детектив»?

Гоняя в голове все эти мысли, я сижу и просто жду, пока ночная тьма станет ещё гуще.

И вдруг слышу чей-то голос.

Наверное, послышалось.

Сейчас, когда я морально подавлена, в глубине моей памяти снова звучит голос младшей сестрёнки.

Её мольба о помощи.

Да. Просто послышалось…

Нет.

Кто-то в соседней комнате молит о помощи.

За моей правой стеной, кажется, Мифунэ.

Она молотит в дверь и громко плачет.

Ждёт, что придёт детектив, откроет дверь и выпустит её из комнаты. Но этой ночью он не придёт, потому что «Право Детектива» досталось человеку, у которого нет ни соответствующих качеств, ни желания становиться детективом.

Мифунэ ещё какое-то время молит о помощи.

А потом её крики вдруг обрываются.

Хорошо, если она просто устала и решила отдохнуть.

А вдруг с ней расправился убийца?..

Я внимательно прислушиваюсь, дрожа всем телом.

Здание отеля негромко поскрипывает.

Когда я была маленькой, подобные скрипы меня всегда занимали. По-моему, как-то раз мы с сестрёнкой пробрались на чердак в поисках источника звука. Думали, с другой стороны потолка кто-то прячется.

Я что-то слышу.

Скрип.

До меня доносится приглушённый голос.

Или же… чьи-то стоны?..

Немного погодя что-то начинает шуршать… Снова и снова…

Из темноты раздаются такие звуки, будто что-то волоком тащат по земле.

Снова шуршание.

Кто это и что делает?..

Он тащит что-то в темноте?

Страшно представить, что именно.

Тьма в дальних углах комнаты пугает.

Я не могу заставить себя обернуться, посмотреть на собственную комнату, и не свожу глаз с обогревателя, пытаясь отгородиться от реальности.

Хочется завопить.

Я жду утра, отчаянно борясь с этим желанием.

Когда ты проводишь ночь в безуспешной попытке что-нибудь выучить к грядущей контрольной, утро всегда наступает в мгновение ока.

А сейчас утро всё никак не приходит.

Как там Киригири?

Она и в такой ситуации может оставаться спокойной?

Сработала ли наша ловушка с мокрым полом в коридоре?

Убийца точно удивится, увидев мокрый коридор.

А потом, наверное, заметит, что его пытаются заманить в ловушку и схватить.

Хорошо бы он решил никого не убивать.

Наконец за окном начинает едва заметно светать.

Я всю ночь не сомкнула глаз.

Наступило утро.

Я смотрю время на телефоне: шесть пятьдесят пять.

Это самые долгие пять минут в моей жизни.

Пока они тянутся, я думаю о Киригири Кёко.

Если выберусь из комнаты живой, сразу пойду к ней.

Я встаю и дёргаю дверную ручку.

Дверь пока заперта.

Вскоре щёлкает открывшийся замок.

Я тут же распахиваю дверь.

Пол в коридоре всё ещё мокрый. Ничего похожего на следы я не вижу.

Внимательно глядя себе под ноги, я двигаюсь в конец коридора, к комнате Киригири.

Подхожу к номеру «308».

До сих пор по дороге мне не попалось ни одного отпечатка ног.

То есть по коридору никто не ходил. Получается, убийца и впрямь решил никого не убивать?

Возможно, мы его обыграли.

Я стучу в дверь.

Она открывается, и на пороге возникает Киригири с немного заспанными глазами. Она с головой закутана в шерстяное одеяло и похожа на привидение.

Ни о чём не думая, я хватаю её в охапку.

Одеяло падает на пол.

По моим щекам катятся слёзы, и даже её волосы слегка намокают.

— Слава богу! Ты жива!

— Юи-онээ-сама, ты слишком бурно реагируешь. — Она смущённо смотрит на меня.

— Это же не сон? Ты правда жива?

— Проснись, не время для подобной ерунды. Ты первой вышла в коридор?

— Да, первой.

— Следы были?

— Нет.

— Нет?

— Я внимательно смотрела. Если хочешь, давай проверим ещё раз, вместе.

— Хорошо.

Мы выходим в коридор и идём по направлению к лестнице. В той части коридора, которая находится за комнатой Киригири, следов тоже нет.

Когда мы проходим по коридору, из своих комнат выглядывают Ёдзуру и Синсэн.

— Какое чудесное утро! — Ёдзуру потягивается, не выпуская из рук мешка с деньгами. — Я не резала руки, ни вчера, ни позавчера! Интересно, почему я чувствую себя такой живой? И воздух в коридоре кажется свежее, чем обычно!

Этой ночью она была на волосок от смерти и теперь счастлива, что встречает утро живой. Неудивительно, что Ёдзуру сейчас ощущает, как внутри неё бурлит жизнь, я и сама немного понимаю её чувства. Иронично, но эта «Дуэль Нуар» даёт нам возможность почувствовать себя живыми.

— Доброе утро! Вижу, с вами тоже всё в порядке, — доносится до нас спокойное приветствие.

Синсэн Микадо… Всё-таки он очень загадочная личность. Кажется, что он несёт в себе непроглядную тьму, и в то же время он похож на самого обычного человека, у которого просто есть свои секреты. Мужчина, которого Тягэ назвал богом смерти. Что же он увидел здесь на самом деле?..

Мы вместе движемся дальше по коридору и доходим до комнаты Мифунэ.

Я стучу.

— Мифунэ-сан, ты там в порядке?

Она не отзывается.

Ночное время уже закончилось, нет никакой нужды и дальше сидеть по комнатам. Все, наоборот, стремятся как можно скорее выйти наружу. Но её до сих пор нет, так неужели она…

Господи…

— Я захожу, — с этими словами я открываю дверь.

Мифунэ лежит на полу ничком, недалеко от двери.

— Мифунэ-сан! Что с тобой?!

Я трясу её за плечо.

И она… тёплая.

— Ай, — вдруг восклицает Мифунэ и подскакивает.

— Похоже, всё в порядке, — из коридора в комнату заглядывает Синсэн.

— Я сама не поняла, как уснула!

— Хорошо, что с тобой всё нормально, — я с облегчением вздыхаю. — Ты громко кричала и плакала, а потом устала и уснула, да? Я за тебя волновалась.

— Все тоже в порядке? Ура! — Мифунэ радостно окидывает каждого из нас взглядом, выходя в коридор. — Ой, тут мокро! Крыша, что ли, протекла?

Тут нас нагоняет припозднившийся Нанамура. В своём щегольском костюме он выглядит безупречно, как и всегда.

— Коридор — ваша работа, — провозглашает он, глядя на нас с Киригири. Он быстро всё понял, как и следовало ожидать. Мы пока ничего ему не объясняем и все вместе идём дальше по коридору.

Вот и номер «302».

И тут я замечаю кое-что странное.

— Смотри, там следы. — Киригири указывает на коридор.

Перед дверью и впрямь остался след, будто кто-то вошёл в комнату и вышел из неё.

Следы ведут из номера «302» к номеру «301». И их всего одна пара.

— Я думала лишь о том, как бы поскорее до тебя дойти, и не заметила, что позади меня были следы.

— Пойдём, посмотрим.

Киригири открывает дверь номера «302».

Это комната Тояноо.

И внутри мы видим…

Бездыханное тело Тояноо, сидящее на полу справа от кровати.

Его голова покоится на матрасе.

Поза трупа, его вид — всё почти как у Тягэ.

И всё же одно отличие нашлось: на кровати валяется странная кукла.

Я уже видела подобную раньше.

Это была та самая фарфоровая кукла-старуха, которая назвала себя мамой Нормана. Но как она очутилась в комнате?

На шее у куклы висит нечто похожее на табличку. На ней светящейся розовой краской нарисован крестик.

А под ним написано: «Свершилась вторая месть!»

— О-о… Он мёртв? — хрипло спрашивает Мифунэ.

Нанамура с Киригири входят в комнату и приближаются к Тояноо. Они действуют быстро, как и полагается детективам. Киригири надевает чёрные перчатки и, несколько раз прикоснувшись к телу, убеждается, что Тояноо действительно мёртв. Они с Нанамурой со знанием дела начинают изучать обстановку.

— С момента смерти прошло уже несколько часов. Смерть наступила от механической асфиксии. Его задушили.

— Совсем как Тягэ-сана… — бормочу я.

— Он уже был мёртв, когда я зашёл к нему в комнату вчера ночью, — слышится голос сзади.

Обернувшись, мы видим в коридоре Минасэ со скрещенными на груди руками.

Мифунэ смотрит на него с нескрываемой неприязнью. И неудивительно. Она так жалобно молила о помощи, а Минасэ с «Правом Детектива» бездействовал.

— В соседней комнате творилась какая-то хрень, мне стало интересно, и я заглянул внутрь. Да и хотелось хоть раз воспользоваться универсальным ключом. Было… Около трёх часов ночи. Когда я открыл дверь, дед был уже мёртв. Сейчас в комнате всё так же, как ночью. И кукла уже лежала на кровати. Я вернулся в свою комнату и уснул.

— А вы случайно не слышали такого звука, как будто… что-то волоком тащили по полу? — уточняю я.

— Дай подумать… Да, может, и было что-то такое. Но меня насторожило не это, а стоны.

Стоны!

Кажется, я тоже их слышала.

Комната, ставшая местом убийства, находилась между двух других: моей и Минасэ. То есть велика вероятность, что мы с Минасэ слышали одни и те же странные звуки.

Неужели то были стоны Тояноо, которые он издавал, когда его душили?..

От таких мыслей мне вдруг становится страшно.

А шуршащий звук тогда — от тела, которое волокли по полу? Если труп сидит в точно такой же позе, как труп Тягэ, есть резон думать, что его намеренно так усадили.

Но зачем убийце было возиться с трупом и усаживать его?.. Загадка.

— Минасэ-сан, — обращается к нему Киригири. — Когда вы сюда шли, видели в коридоре чьи-нибудь следы?

— Следы?.. Вроде нет.

Единственной парой следов в коридоре были следы из комнаты Минасэ в комнату Тояноо и обратно. Если верить показаниям Минасэ, то это могли быть только его собственные следы.

Других следов нет. Это означает, что прошлой ночью больше никто не выходил из своих комнат.

— Так ты, наверное, и есть маньяк, Минасэ-сан? — указывает на него Ёдзуру.

Рано или поздно кто-то должен был это сказать.

— С ч-чего ты взяла?

— Только ты мог войти в номер «302» и выйти из него.

— Погоди! Ну да, у меня универсальный ключ, по «Праву Детектива». Но ведь он есть не только у меня, у маньяка тоже! Маньяк пришёл сюда и убил деда!

— И откуда же пришёл маньяк?

— Ты меня спрашиваешь?!

— Вчера вечером мы с Киригири-тян разлили в коридоре воду, — вмешиваюсь я. — Сделали так, чтобы любой вышедший из комнаты человек точно оставил бы следы. И единственные следы, оставшиеся в коридоре ведут из вашей, Минасэ-сан, комнаты в комнату Тояноо-сана и обратно. Других нет.

— И поэтому ты думаешь, что его убил я? Полный бред! Когда я вошёл, дед уже был мёртв! Это правда!

— Правда ли?.. — Ёдзуру ему явно не верит. — Ты и есть убийца, но ты не заметил мокрого пола в коридоре. И того, что наследил — тоже не заметил. А сейчас ты из кожи вон лезешь, чтобы отвертеться. Хех.

— Н-ничего подобного! Я его не убивал! — рявкает Минасэ.

Подозрительные взгляды всех присутствующих упираются в него.

— Кучка непонятливых идиотов! — орёт всё сильнее распыляющийся Минасэ. — Чтоб вы все сдохли! Все до одного! Чтоб маньяк вас всех порешил! Я точно заполучу «Право Детектива» и на сегодняшнем аукционе. Я могу! Я знаю, как гарантированно выиграть! — выкрикивает нам в лицо Минасэ и скрывается в номере «301».

— М-Минасэ-сан! — я зову его снаружи.

— Не собираюсь я к вам выходить! Я останусь здесь, один. Держитесь от меня подальше!

До него не достучаться.

— Теперь я отчего-то вижу его смерть, — бормочет Синсэн.

Нельзя, чтобы погиб кто-то ещё. Если всё будет идти, как сейчас, то «Дуэль Нуар» точно закончится победой убийцы.

Мы оставляем Минасэ одного и спускаемся на первый этаж, в вестибюль.

Все рассаживаются на диванах и выглядят понурившимися. Стало больше свободного места. Это осознание меня пугает.

— Нанамура-сан, — шёпотом обращаюсь к нему я. — Вы поняли, кто убийца?

— За кого ты меня принимаешь, Самидарэ-кун? Я Нанамура Суйсэй, мужчина, который раскрывает дела быстрее, чем любой другой детектив из всех шестидесяти пяти тысяч пятисот зарегистрированных в Библиотеке.

— Мне это прекрасно известно, но…

— Я с самого начала понял, кто убийца.

— Что?! — вырывается у меня. — Тогда почему вы его до сих пор не изобличили? Нужно как можно быстрее закончить эту игру!

— Увы, не получится. Я не могу действовать из-за одной причины, кроющейся в правилах этой «Дуэль Нуар».

— Не можете… действовать?..

— Но не пора ли нам перейти к следующей сцене нашей пьесы? — с этими словами Нанамура неожиданно поднимается.

Он своей обычной театральной походкой выходит вперёд, чтобы быть на виду.

— Итак, друзья, я уже говорил вам, что я — детектив. Я также говорил вам и то, что меня заранее известили о грядущем убийстве.

— С ч-чего это вы вдруг об этом заговорили? — Мифунэ смотрит на Нанамуру округлившимися глазами. — Сейчас что, будет разгадка тайны?

— Прошу, дослушай до конца, о несравненно прекрасная юная леди! — Нанамура поднимает правую руку, призывая Мифунэ замолчать. — На самом деле серия убийств, произошедшая в отеле «Норманс» в последние несколько дней, связана с деятельностью одной организации.

Нанамура пускается в красноречивые объяснения о Комитете по оказанию помощи жертвам преступлений и играх, которые он организует — «Дуэль Нуар». Говорит он и о том, что одна из таких игр проходит здесь и сейчас.

Мифунэ, Синсэн и Ёдзуру слушают Нанамуру, кто с удивлением, кто с видимым недоверием.

— Жертвой в «Дуэль Нуар» может стать лишь тот, кто в прошлом совершил некое злодеяние и не был наказан. Поэтому я хочу задать вам, друзья, вопрос: не были ли вы в прошлом повинны в каком-нибудь преступлении, пусть даже и косвенно? Не волнуйтесь, я клянусь — всё, в чём вы сознаетесь, навсегда останется в этих стенах. Никто в мире не хранит секреты так хорошо, как детектив.

— Погодите, — заговаривает Синсэн, зачёсывая волосы назад пятернёй. — Если то, что вы рассказали, правда, то, получается, убитые Уодзуми-сан, Тягэ-сан и Тояноо-сан были преступниками?

— Это очень вероятно. Однако, в зависимости от ситуации, убийца порой может лишить жизни и ни в чём не повинного человека. В нашем случае вероятно, что Уодзуми Таэхимэ не была преступницей и погибла, потому что так было нужно убийце.

На самом деле Уодзуми была детективом.

Детектив, конечно, тоже может оказаться преступником, но я не думаю, что она из таких. Когда она погибла, убийца не оставил сообщения: «Месть свершилась!» — и поэтому она вряд ли была одной из его целей.

— Можно я?.. — Мифунэ поднимает правую руку, смущённо отворачиваясь.

— Ты? Ну что же, признавайся!

— Когда я была маленькой… Я собирала вкладыши от конфет, мне одного не хватало… Я сама его нарисовала и отправила вместе с остальными… И мне прислали баночку с игрушками…

— Что ты такое говоришь? Я спрашиваю вас о серьёзных преступлениях. Полагаю, убийца сам стал жертвой преступления и сильно пострадал. Это не какая-нибудь мелочь. Если среди вас есть следующая цель… То этот человек сейчас точно понимает, о чём речь.

— Я-то уж точно не понимаю, — уверенно говорит Синсэн. В его глазах я не вижу ни капли лукавства. Как раз наоборот, у него лицо святого. И не похоже, что он притворяется.

— А ты что скажешь, Мифунэ-кун?

— Ну-у… Если дело не во вкладышах, то… Может, дело в том, что я согнула очень много ложек?.. Думаю, люди, которые делают ложки, меня ненавидят…

Кажется, Мифунэ тоже ничего не понимает.

Если она строит из себя тыковку, и всё это — один большой спектакль, остаётся ей только поаплодировать.

— А вы, Ёдзуру-кун?

— А мне обязательно… рассказывать? — она бросает на Нанамуру игривый взгляд.

В ответ Нанамура молчит.

— Ну хорошо, я всё расскажу. Я… уже три раза была замужем. Но в семейном реестре* об этом ни слова. Вам ясно, к чему я веду?

— Брачные аферы?

— Ах, что же вы сразу — «аферы»? Такое неприятное слово. Я любила своих мужчин, ведь они давали мне много денег. А когда начинали говорить, что денег больше нет, я их бросала. Обычное дело для мужчин и женщин в нашем мире.

— А ваш покойный супруг, о котором вы говорили, когда мы познакомились?..

— Он умер до того, как мы внесли наш брак в реестр.

— Почему он умер?

— Наглотался таблеток, чтобы навеки уснуть. Сказал, у него больше не осталось денег. Но разве это преступление? Я же ни в чём не виновата.

…У меня мороз по коже.

Она вполне может оказаться целью убийцы.

— Хм… Ясно. Спасибо за признание, — Нанамура скрещивает руки и садится на диван. — Если принимать во внимание то, что мне теперь известно, то у вас, Ёдзуру-кун, велики шансы стать следующей жертвой.

— Что? Но почему? — Ёдзуру недоумевает. Интересно, искренне ли?..

— А как же Минасэ-сан? — напоминает Синсэн.

— Он бездельник, не учится и не работает. Я в этом точно уверена, — неприязненно бурчит Мифунэ. — Я тоже не учусь и не работаю, но он другой, он нехороший. Таких, как он, многие ненавидят.

— Он и есть убийца, не сомневаюсь, — говорит Ёдзуру, закидывая ногу на ногу.

Но права ли она?..

— Как мы поступим на сегодняшнем аукционе? — спрашивает у всех Синсэн. — Мы не можем позволить Минасэ-сану заполучить «Право Детектива». Но он выглядел весьма самоуверенно.

— Неужели и впрямь есть способ всё время выигрывать?.. — Мифунэ глубоко задумывается. — Он как будто что-то понял…

— А сколько у мальчишки осталось денег? — спрашивает Ёдзуру.

Я заглядываю в записную книжку. Я записывала, кто и сколько поставил. Если верить моим записям, то…

— В прошлый раз он выиграл аукцион, поставив пятьдесят миллионов, — отвечает Киригири. — В первый раз он ничего не ставил, так что у него осталось пятьдесят миллионов.

— Пятьдесят миллионов?.. Но ведь у любого из нас больше денег.

Даже у меня осталось восемьдесят миллионов.

Вот она, вся сложность этого аукциона: заплатив очень много, ты один раз обеспечишь себя «Правом Детектива», но при этом у тебя останется мало денег, и на следующих аукционах ты будешь в невыгодном положении.

Сейчас меньше всего денег у Минасэ.

И при этом он заявил, что победит.

Почему?

— Вы не могли бы предоставить сегодняшний аукцион мне? — неожиданно говорит Киригири.

— Ты что-то придумала? — интересуюсь я, и она кивает в ответ.

— Само собой, только вам решать, сколько поставить, но я советую воздержаться от лишних трат. Следующий аукцион станет нашей с Минасэ-саном схваткой… Смотрите, чтобы мы случайно не втянули в неё вас, — предостерегает Киригири.

Следующий аукцион тоже обещает быть жарким…

Мы все вместе обедаем в вестибюле, а потом расходимся: кто-то идёт по комнатам, чтобы принять душ, а кто-то остаётся дремать на диванах.

На этот раз мы вдвоём с Киригири устраиваемся в номере «303». Мы по очереди принимаем душ, я, как в прошлый раз, вытираю её волосы полотенцем и заплетаю ей косы.

В соседней комнате тело Тояноо. При этом время идёт спокойно и безмятежно, не под стать обстоятельствам.

— Ты тоже слышала какие-то звуки из соседней комнаты прошлой ночью, Юи-онээ-сама?

— Да, стоны. Только тогда я подумала, что они мне почудились…

Тояноо до смерти задушили голыми руками. Значит, убийца был в соседней со мной комнате.

— Ещё я слышала, как волокли тело. Наверное, это убийца оттаскивал его к кровати, да? Вот только не могу понять, зачем ему оставлять тело именно в таком положении.

Убийца усаживает трупы справа от кровати так, чтобы голова лежала на матрасе. Есть ли в этой позе какой-нибудь смысл?

— Пойдём на место убийства. Я хочу кое в чём убедиться.

Киригири перевязывает косы лентами и направляется в соседнюю комнату. Я иду за ней.

Тело Тояноо лежит в том же положении, что и раньше. Может, мои чувства уже притупились, но мне не страшно и не противно смотреть на труп. Вот только подходить к нему близко всё-таки пока не хочется.

Киригири берёт куклу, лежавшую на кровати, в руки и подходит с ней к окну.

А потом она вдруг швыряет куклу в окно с металлической решёткой.

Но, ясное дело, кукла просто ударяется о прутья и падает на пол. Как ни посмотри, она больше, чем расстояние между прутьями.

Киригири поднимает куклу с пола и начинает раздевать.

— Ч-что ты делаешь, Киригири-тян?

— Неужели похоже, что в куколки играю?

Киригири снимает с куклы всю одежду и с довольным видом кладёт её обратно на кровать.

Потеряв к кукле всякий интерес, она начинает расхаживать по комнате от одной стены к другой. Похоже, она шагает, считая шаги.

— Киригири-тян, ты думаешь, что убийца — Минасэ-сан?

— Кто знает…

— В коридоре же не было никаких следов, кроме тех, что вели из его комнаты сюда и обратно? Никто другой точно не мог совершить убийства.

— Не следует думать о чём-то, кроме фактов. Мы знаем, что никто, кроме Минасэ-сана, не выходил в коридор.

— Тогда он точно…

— В этом деле ещё остались загадки. — Киригири указывает на труп. — Судя по следам от механической асфиксии на шее Тояноо-сана, пальцы рук душителя опять были перевёрнуты. Если Минасэ-сан и впрямь убийца, и он вошёл в комнату через дверь, зачем ему было душить Тояноо-сана сверху вниз?

— Это очень легко объяснить. Тояноо-сан спал, уж не знаю, на полу или на кровати. Минасэ-сан подкрался к спящему Тояноо-сану со стороны головы и задушил.

— Тогда зачем он потом потратил время и силы на то, чтобы усадить тело сбоку от кровати?

— А… Ну… — в ответ я могу лишь промычать нечто невнятное.

— Посмотри, у него на шее тоже есть след от чего-то, похожего на верёвку, помимо следов от пальцев.

— «Посмотри» — это, конечно, здорово, но…

Я разглядываю труп издали. Мне самой не разобраться, где там какие следы.

— Зачем убийце было душить его и верёвкой, и руками? — задаётся вопросом Киригири.

— Разве не для того, чтобы совершенно точно его убить? Говорят же, что трусы обычно наносят жертве множество ударов.

— Нет смысла душить жертву дважды. Здесь должно быть что-то другое… — бормочет Киригири и с этими словами выходит в коридор. Я спешу за ней. Чувствую себя при этом так, будто гоняюсь за непоседливым ребёнком.

Киригири ходит по коридору туда-обратно, считая шаги.

— Что ты делаешь?

— Меряю длину комнаты.

— Могла бы взять у меня рулетку.

Я достаю рулетку из рюкзака.

Киригири оборачивается и сердито смотрит на меня.

— Почему ты не сказала, что она у тебя есть?

— Ты же ни словом не обмолвилась о том, что она тебе нужна.

— Но ты видела, что я делаю.

— Не жди, что я мгновенно пойму, что и зачем ты делаешь.

— …Забудь. Рулетка не нужна.

Надувшаяся Киригири, не обращая внимание на рулетку в моей руке, продолжает мерить коридор шагами.

— Киригири-тян! — окликаю её я и хватаю за тоненькое запястье. — Ты соображаешь намного быстрее меня, и я изо всех сил стараюсь за тобой поспевать. Но если тебе что-то нужно, я всё сделаю. Возможно, я не так много могу для тебя сделать, но… — я кладу рулетку в её ладонь.

Она отворачивается и говорит:

— …Прости меня.

— Ничего страшного! Я тоже погорячилась и сказала лишнего. Извини.

Понурившись, Киригири возвращается в номер «302».

Чем дольше мы вместе, тем больше эмоций она мне показывает. Сначала я думала, что Киригири уж слишком невозмутима, но теперь вижу, что она обычная девочка, которой не чужды самые разные чувства.

Я иду за ней и тоже возвращаюсь в комнату.

— Так что ты хотела узнать?

— Толщину стен, — отвечает Киригири, прикасаясь к стене. — Подумала, не может ли между ними быть пространства, чтобы поместился человек. Похоже, что нет.

Человек внутри стен…

У меня тут же возникает ассоциация с убийством, которое случилось здесь в прошлом, но если принять в расчёт толщину стен, версию с человеком между ними можно отмести.

Киригири методично исключает разные версии.

И в конце должна остаться только правда.

Мы осматриваем вещи Тояноо. В его большой кожаной сумке не нашлось ничего особенного: только сменная одежда и набор для путешествий. На удивление обычные вещи.

Я-то думала, что, раз он назвался фокусником, то привёз с собой какие-нибудь приспособления для фокусов, но ничего похожего в сумке нет.

— Интересно, он действительно был фокусником?..

— В итоге ничего, похожего на фокус, он нам так и не показал, — Киригири медленно качает головой. — Если то, что говорила Уодзуми-сан, было правдой, то он мог лгать о том, что фокусник.

«Фокусник — только прикрытие. На самом деле он сбывает подделки».

Возможно, если бы Уодзуми мне этого не рассказала, мы бы и сейчас считали Тояноо фокусником.

Потом Киригири, вооружившись рулеткой, начинает измерять длину самых разных мест в комнате. Раз она меряет и не делает никаких пометок, значит, держит всё в голове? Я бы точно так не смогла. Напоследок она изменяет даже рост трупа.

— Рост примерно сто семьдесят пять сантиметров… А вес не больше шестидесяти килограммов. Телосложение почти такое же, как у Тягэ-сана. От пола до окна около двух метров… Даже вытянувшись и встав на цыпочки, он бы не достал… Если бы поднял руки, то еле-еле дотянулся бы кончиками пальцев. А, нет, не дотянулся бы… — бормочет Киригири себе под нос, а потом с удовлетворённым видом убирает рулетку в карман школьной формы. — Юи-онээ-сама, напоследок мне бы хотелось провести один эксперимент.

— Что ты хочешь сделать?

— Дай мне самую ненужную вещь из тех, которые лежат в твоём рюкзаке.

— Опять она со своими чудачествами… — я заглядываю в рюкзак и осматриваю содержимое. — Вчерашняя пустая бутылка мне без надобности.

— Подойдёт.

Она забирает бутылку и подходит к окну. Не произнося ни слова, она поднимает взгляд на решётку, а потом поворачивается ко мне с таким видом, будто ей в голову пришло что-то ещё.

— А можно тебя ещё кое о чём попросить?

— Что такое?

— Возьми меня на плечи.

— …Хочешь выглянуть в окно?

Киригири кивает.

Я приседаю на корточки рядом с ней. Подобрав подол юбки, она усаживается мне на спину. Она оказывается настолько лёгкой, что кажется, будто у меня на плечах мягкая игрушка. Её холодные ляжки касаются моих щёк. Я встаю и подхожу ближе к стене. Лицо Киригири как раз примерно на одном уровне с окном.

— Всё видно.

— Теперь вы довольны, юная госпожа?

— Подойди поближе, — Киригири протягивает руку к окну. — Прислушайся как следует.

Киригири просовывает руку с бутылкой между прутьев.

— Я сейчас отпущу бутылку, — поясняет Киригири.

Через несколько секунд снизу и издалека слышится звук упавшей и отскочившей от земли пластиковой бутылки.

— Спасибо. Спусти меня на пол.

Я спускаю её, как она и велела.

— В чём ты хотела убедиться?

— Думала, что за окном могут быть леса или что-то подобное. Вроде тех, которые бывают на стройках.

— Строительные леса?

И она права — если бы леса стояли прямо под окном, то, просто выглянув наружу, их было бы не увидеть. Вот такое необычное слепое пятно.

— Но бутылка упала прямо на землю. Будь там строительные леса, она бы их задела.

...Так ей удалось выяснить, что лесов под окном нет.

Но, даже окажись они там, в этом бы всё равно не было никакого смысла. Что же творится в голове у Киригири? Нет, всё-таки мои мысли за ней пока не успевают.

63:58:45

Шесть часов вечера.

Пришло время третьего аукциона.

На сей раз на дисплее-портрете изображение старого автомобиля.

— Ну чего, привет, народ. Уже шесть часов, пора бы и начать аукцион. Кстати, я — утонувшая в болоте машина. Буду следить за ходом аукциона вместо Нормана и его мамки. Во мне нет особого смысла, так что не берите в голову.

— Ну всё, начинаем, — в ресторан выходит Минасэ со слегка уменьшившимся мешком за спиной.

Аукцион постепенно превращается в битву Минасэ со всеми остальными присутствующими.

И не удивительно, учитывая поведение Минасэ и его недавнее заявление. Возможно, следует сказать, что он сам это заслужил. Если бы он пообещал, что, став детективом, всех защитит, этого противостояния бы сейчас не было, но если всё будет так же, как прошлой ночью, придётся сражаться с ним за «Право Детектива» и победить.

Между тем, Минасэ выглядит очень самоуверенным.

Откуда такое спокойствие?

Что бы он ни делал, поставить больше пятидесяти миллионов он не сможет. У всех остальных присутствующих участников на руках больше денег.

Если все думают о том, что будут делать дальше, то не поставят больше половины имеющегося у них капитала. И всё равно — Минасэ находится в невыигрышном положении с точки зрения денег.

Как же он собирается победить?

И каким образом следует выигрывать нам?

Киригири попросила предоставить всё ей.

И я решила в неё поверить.

Настало время делать ставки.

— Уж простите, но «Право Детектива» будет моим, — громко объявляет Минасэ и направляется к будке для ставок. Остальные просто смотрят на него, разинув рты.

— Минасэ-сан, — окликает его Киригири.

Он как раз протягивает руку к будке, но оборачивается.

— К сожалению, в этот раз выиграю я.

— Пф-ф, — Минасэ фыркает. — Ты школьница, но припёрлась сюда вместо того чтобы сидеть на уроках. Сначала закончи школу, а потом уже лезь ко взрослым, — язвительно бросает он и заходит в будку для ставок.

К слову, в школе сейчас зимние каникулы.

— Ты уверена, что всё получится, Киригири-тян?..

— Я думаю, что да.

Уж не знаю, с чего она так решила, но Киригири уверенно улыбается.

Примерно через пять минут Минасэ выхдит.

На вид его заплечный мешок почти пуст.

Неужели он поставил всё, что было?

— Я пойду последней, — говорит Киригири.

Мифунэ, Ёдзуру и Синсэн по очереди заходят в будку. Думаю, можно сказать, что в этот раз мы с ними на одной стороне. Временно объединили усилия. Но денег друг у друга мы не брали. Скорее всего, если бы Киригири попросила отдать ей деньги, никто бы не доверился ей так просто.

Да и нет никакого смысла давать ей деньги, потому что у Минасэ их и так меньше, чем у неё.

— Ну… Я пошла.

Я захожу в будку.

Нужно как можно скорее закончить «Дуэль Нуар» и эту нелепую игру в аукцион. Я раздражённо берусь за автомат для ставок.

Сделав ставку, я возвращаюсь к Киригири.

Киригири уверенно подходит к будке.

— Эй, школьница! Если маньяк придёт тебя убивать, помощи не жди! Хрясь-бум-бам! — выкрикивает Минасэ ей в спину.

Он издаёт какие-то бессмысленные звуки.

Вскоре Киригири выходит.

Раздаётся сигнал, возвещающий об окончании аукциона.

Мы поспешно собираемся у дисплея с результатами.

Я пробегаю глазами по строчкам, снизу вверх…

«Ёдзуру Саэ — 0 мил.

Мифунэ Мэруко — 0 мил.

Синсэн Микадо — 0 мил.»

Они ничего не поставили.

Они послушались Киригири.

И…

«Киригири Кёко — 51 мил.»

У Минасэ оставалось пятьдесят миллионов. Киригири предвидела, что он поставит всю сумму, и прибавила к ставке один миллион. Она в любом случае должна была выиграть, потому что это на миллион больше, чем максимально возможная сумма его ставки.

Вот только…

— Видали?! Я выиграл! — ликует Минасэ.

…Выиграл?

В списке ставок его имя строчкой выше имени Киригири.

«Минасэ Юдзэн — 52 мил.»

Как же так?

Почему у него больше пятидесяти миллионов?

Я совсем ничего не понимаю.

— Слышь, школота, я не просто так десять лет затворничал наедине с компом! Я предвидел, что могла выкинуть малявка вроде тебя, хе-хе-хе…

«Самидарэ Юи — 53 мил.».

— Хе… Чего?..

— Киригири-тян! Получилось!

— Всё как я думала, — говорит Киригири, отбрасывая со щеки прядь волос.

«Результаты сегодняшнего аукциона:

Самидарэ Юи — 53 мил.

Минасэ Юдзэн — 52 мил.

Киригири Кёко — 51 мил.

Ёдзуру Саэ — 0 мил.

Мифунэ Мэруко — 0 мил.

Синсэн Микадо — 0 мил.».

Сегодня детективом стала я.

— Ч… Чт… Что за?.. — Минасэ трясёт портрет, вцепившись в раму. — Что это значит?! Почему? Почему?

— Я предположила, что если спровоцирую вас, вы будете думать только обо мне. Как я и думала, вы добавили к «максимальной ставке» два миллиона, чтобы побить мою «максимальную ставку плюс один миллион».

— Т-твою мать…

— Не волнуйтесь так, Минасэ-сан. Не важно, какой вы человек, всё равно сегодня ночью Юи-онээ-сама вас защитит. Ведь так, Юи-онээ-сама? — Киригири смотрит на меня с невинной улыбкой.

Всё так — теперь, когда у меня есть «Право Детектива», я не позволю никому умереть.

Вот только я сама толком не понимаю, почему заполучила «Право Детектива». Я всего лишь доверилась Киригири и поставила столько, сколько она велела.

Каким образом Минасэ поставил больше денег, чем было у него на руках?

— Теперь я знаю, что моя теория была верна, — шепчет Киригири так, чтобы никто не услышал.

А вот она, кажется, понимает, почему так вышло.

Я собрала всех в вестибюле до наступления ночного времени, чтобы обсудить, как мы поступим.

— Для начала мы изменим принцип, по которому распределяем комнаты. Детектив больше не будет ближе всех к лестнице. Я займу самую последнюю комнату, в конце коридора, и по порядку открою все ваши двери, когда наступит десять вечера.

Если использовать схему, в которой детектив занимает номер «301», то пространство за углом будет для него мёртвой зоной, пока он не доберётся до последнего номера, «308». А вот если наоборот, начать с номера «308», в конце коридора, то мёртвой зоны не станет почти сразу.

— И ещё — я решу, кто будет в каком номере.

— Эй, а как же свобода выбора?! — возмущается Минасэ. Может, он и ведёт себя отвратительно, но я постепенно начинаю видеть в нём некое очарование.

— Если хотите, чтобы я вас всех защитила, то придётся смириться, — твёрдо говорю я.

Мы распределили комнаты в следующем порядке, начиная от «301»: Синсэн, Минасэ, Нанамура, Ёдзуру, Мифунэ, Киригири, Самидарэ.

— Погоди-ка, у меня же комната с трупом деда. Чёрта с два я туда войду. Чёрта с два!

— Мы перенесём труп в свободную комнату в конце коридора.

— Дело не только в этом! Я не дам запереть себя в номере, где лежал труп!

— Да замолчи уже! Будешь капризничать, как мальчишка, и я тебя стукну, как взрослая! — Мифунэ несколько раз неуклюже бьёт по воздуху, будто борется с воображаемым противником.

— Давай, рискни здоровьем, голова-тыква!

— Споры — пустая трата времени. Я в соседней комнате и готов с ним поменяться, — предлагает Нанамура. — Не хочу терять драгоценное время из-за такой ерунды.

— Спасибо, так и поступим, — соглашаюсь я. — У кого-нибудь ещё есть что сказать про распределение комнат? Больше возражений нет?

Все кивают.

— Тогда готовьтесь. Этой ночью детектив обязательно принесётся к вам со всех ног! Я не позволю никому умереть!

Близится ночное время.

Мы все вместе идём на третий этаж. Судя по виду, пол в коридоре, который мы намочили, уже высох.

Мы с Киригири уходим в конец коридора, оставив остальных людей, занимавших собственные комнаты с обеспокоенными лицами, позади.

Комната Киригири сразу за углом.

— Я думала, что это так просто — открыть двери, когда настанет десять вечера, и всех спасти… Как же вышло, что двоих уже убили?

— Всё потому, что среди нас человек, который сеет смуту, — холодно говорит Киригири и тянет дверь номера на себя.

Девять пятьдесят восемь.

Если допустить, что у убийцы часы могут идти чуть вперёд, то пора и мне занять свою комнату.

— Ты думаешь, убийца — один из участников аукциона?

— Да, — кивает Киригири. — Так что не расслабляйся раньше времени, онээ-сама.

— Я и не собиралась.

Мы обмениваемся кивками, открываем двери своих комнат и заходим внутрь.

Этой ночью я впервые получила «Право Детектива».

У меня в душе разыгралась небольшая буря чувств: и неуверенность в себе, и нетерпение, и стремление не дать убийце избежать наказания.

А ведь подобные чувства овладели мной и в тот день, когда я зарегистрировалась в Библиотеке Детективов.

Признаться честно, сначала я не знала, какой толк мне, простому человеку без какого-либо таланта, регистрироваться в Библиотеке. И всё равно, когда у меня в руках оказалась моя библиотечная карточка, вместе с ней ко мне пришла и решимость бороться, а не просто сидеть и плакать. Став детективом, я обрела смысл жить дальше.

Я расследовала мелкие дела, вроде случая домашнего шантажа или похищения маленького ребёнка (которое, как оказалось в итоге, инсценировал сам ребёнок), и благодаря этому мой ранг поднялся на один пункт. Я была счастлива, что меня признали детективом.

Всё, что я до сих пор делала, наверное, полная ерунда по сравнению с тем, через что прошла Киригири. И всё равно — «для меня быть детективом — это то же самое, что жить».

Для меня тоже, Киригири-тян.

И сначала я спасу тебя.

Ровно десять часов.

Раздаётся щелчок замка, значит, началось ночное время.

Я засовываю универсальный ключ, который уже держала наготове, в щель под дверной ручкой.

Замок открылся.

Я пинком открываю дверь и выскакиваю наружу.

Тут же отпираю дверь соседней комнаты.

На всё про всё у меня ушло не больше минуты.

Стоит мне открыть дверь, как из комнаты выходит Киригири.

Мы воссоединились после всего нескольких минут разлуки.

Вместо того, чтобы радоваться, мы спешим завернуть за угол.

В сумрачном коридоре никого нет.

И теперь двери всех комнат у нас на виду.

Я отпираю номер «306», и оттуда вылетает Мифунэ.

Не обращая на неё внимания, мы устремляемся к следующему номеру.

Номер «305». Ёдзуру ждала сразу у двери.

В коридоре становится всё больше выживших.

Номер «303». Оттуда, выругавшись, выходит Минасэ.

Номер «302». Здесь Нанамура.

Последний номер, «301». Когда я отпираю дверь, в коридор выходит Синсэн.

Теперь все в сборе.

— Три минуты и двадцать пять секунд, — объявляет Нанамура, глядя на часы. — Столько времени тебе понадобилось, чтобы всех выпустить. Быстрее, чем я предполагал.

— Ура! Все в порядке! — ликует Мифунэ, прыгая от радости. — Мы обыграли маньяка!

— Н-ну надо же, и от тебя есть толк… — бурчит Минасэ.

И вот в ночь после третьего аукциона все, наконец, смогут дожить до утра.

Всего три минуты и двадцать пять секунд.

Вздохнув, я опускаю плечи, ощущая на них всю тяжесть этого времени. В нашем положении всего за несколько минут можно серьёзно повлиять на чьё-то будущее.

Мы спускаемся в вестибюль.

— Ночное время ещё не кончилось, — говорит Синсэн, устраиваясь на диване. — Полагаю, нам всем следует держаться друг друга до семи утра.

— Вы правы. Расслабляться пока рано.

Детективу нельзя спать.

Я не сажусь на диван, вместо этого начинаю бесцельно слоняться по вестибюлю. Всё происходящее меня утомило, и я рискую заснуть, если остановлюсь. Я бы не отказалась сыграть в баскетбол, будь у меня такая возможность. Вот только нас стало меньше, чем в начале.

Киригири повсюду следует за мной.

— Можешь пойти поспать.

— Нет. Я должна разбудить тебя, если ты уснёшь.

— Ты в меня не веришь?

— Не особо.

А ведь её можно понять — в прошлый раз, оставшись на страже, я быстро провалилась в сон.

Мы с Киригири болтаем, бродя туда-сюда по вестибюлю, как на прогулке.

— Слушай, Киригири-тян, а ты уже поняла, кто убийца?

— Да, — кивает она.

— Ясно… Что?!

— Не кричи так.

— Прости. Но если ты знаешь, кто убийца, давай поскорее закончим эту «Дуэль Нуар».

— Юи-онээ-сама, сейчас детективы — не мы. В прошлый раз убийца сам сдался, признал свою вину, и поэтому нам засчитали победу, но нынешний убийца может и не сознаться.

— Думаешь, даже если твои выводы верны, «Дуэль Нуар» не закончится?

— Я думаю… по правилам раскрыть дело должен тот детектив, которому бросили вызов.

— Тогда давай поговорим с Нанамурой-саном.

— Нет, погоди. Не стоит этого делать.

— П-почему?

— Давай пока не будем ему ни о чём рассказывать. Мне нужно ещё кое-что проверить.

— Н-ну ладно…

Разве сейчас не самое время положиться на Нанамуру?

Так или иначе, Киригири уже открылась правда. Мы с ней видели почти одно и то же, почему же только она знает разгадку тайны?

Я понятия не имею, кто убийца.

И вообще… Возможно ли раскрыть тайну исчезновения убийцы и загадки двух запертых комнат?

Ночь тянулась так медленно, что я вот-вот была готова упасть без чувств, но, наконец, часы показали семь утра.

Все сидят на диванах, людей не стало меньше.

— Поздравляю, Юи-онээ-сама, все пережили эту ночь.

— Спасибо. Всё благодаря тебе.

Я смогла победить на аукционе благодаря Киригири, и она же посоветовала, как лучше распределить комнаты до наступления ночи. В итоге, я всего лишь на бегу пооткрывала все двери.

Но главное — все встречают рассвет живыми, а чьи-то личные заслуги не имеют такого уж большого значения.

Этой ночью я поняла смысл слов «спасать людей» и прочувствовала всю их важность и серьёзность.

Ночное время кончилось, мы вновь в безопасности, и все расходятся из вестибюля.

Меня вдруг накрывает неимоверной усталостью.

Я решаю отдохнуть в номере «301».

Нужно готовиться к следующему аукциону.

По правилам я в безопасности, но всё же трое из нас уже мертвы, и, возможно, мне не следует опрометчиво засыпать в комнате одной. Вот только я так вымотана, что засыпаю, стоит мне упасть на кровать.

Хорошо бы мне не приснился тот самый сон.

Пожалуйста, хватит снов о мёртвой сестре…

↑В Японии используется система семейных реестров, с помощью которых власть может видеть динамику населения страны. Все официальные браки обязательно вносятся в реестр.