Благодаря разрешению Канси, в последние дни, как только у меня появлялось время, я просила лошадь и шла в укромное месте, где солдат, отлично владеющий верховой ездой, учил меня. Он не разрешил мне обращаться к нему в вежливой форме, кажется, он был испуган. И поэтому я просто называла его по имени - Нимань. Увидев его, я не могла не подумать о старшей сестре и том человеке, в которого она была влюблена. Он скорее всего никогда не смотрел так почтительно, не испытывал страха, не был так напряжён и осторожен. Я посмотрела на Ниманя и не смогла сдержать вздоха. А тот заметив, что я взглянув на него, почему-то вздохнула, стал ещё более сдержан. Его речь трудно было назвать живой. И как он мог обучить меня верховой езде?

Он обучал так, словно ступал по тонкому льду. И я была очень разочарована. Но несмотря на всю унылость сложившейся ситуации, я в конце концов смогла самостоятельно ехать на лошади, хоть и медленно. Несколько раз мне хотелось сдавить бока лошади ногами, взмахнуть нагайкой и пуститься вскачь. Однако Нимань всегда останавливал меня, говоря, что в моих руках нет достаточной силы, что я ещё не знакома с норовом лошади и что не стоит торопиться. Единственным заметным результатом тренировок было то, что я могла медленно ехать на лошади!

На самом деле я сомневалась, что Нимань по-настоящему собирается учить меня верховой езде, вероятно боясь, что я могу упасть, поэтому он как мог тянул время, ожидая когда мы вернёмся в столицу и тогда для него всё счастливо закончится.

Солнце постепенно клонилось к закату, а я всё так же каталась на лошади по степи. Нимань несколько раз уговаривал меня вернуться. Но я делала вид, что не слышала. Поэтому он только и мог, что ехать сбоку, отставая на половину корпуса лошади.

Я как раз каталась, когда обратила внимание на пару резвых скакунов, мчащихся куда-то. Кажется, большая чёрная лошадь принадлежала тринадцатому брату. Я поторопила своего коня и через некоторое время уже была близко. Это действительно был тринадцатый брат, а рядом с ним ехал четвёртый. Оба мужчины были одеты в плотно облегающие костюмы для верховой езды, подвязанные кожаным ремнём, а с их седел свисал колчан, в котором торчало несколько стрел с белыми перьями. Только на четвёртом брате был костюм цианового цвета, что подчёркивал его стройность. Он казался воплощением решимости. А тринадцатый брат был в белом, лишь края его одежды были отделаны серебром, что ещё сильнее оттеняло его твёрдую осанку.

Нимань увидев их, торопливо спрыгнул с коня и поприветствовал. Мне однако слезать с коня не хотелось, поэтому, когда они приблизились и осадили лошадей, я просто поклонилась им. Тринадцатый махнул рукой, разрешая Ниманю встать, и обратился ко мне:

- Уже научилась?

- Сидеть в седле и не падать, это все что я усвоила. - надув губы ответила я.

Тринадцатый, взглянув на Ниманя, сказал:

- Возвращайся!

Нимань взглянул на меня и, увидев, что я не против, ещё раз поклонился и, сев на лошадь, медленно поехал назад. Когда он уже был далеко, я пожаловалась:

- Почему именно он учит меня ездить верхом? Он обращается со мной так, словно я ребёнок.

- Не сравнивай себя с детьми, они ездят на лошади гораздо лучше тебя! - Тринадцатый улыбнулся.

Услышав это, я подумала о том, что все эти монголы и маньчжуры всё-таки народы, которые выросли на спине коня. Ещё даже не умея ходить, они уже катались на лошади вместе со своим отцом. Я рассмеялась и вздохнула, но ничего не ответила.

- Сейчас я голоден, хочу вернуться и поесть. Но вечером у меня будет время, если ты будешь не занята, я научу тебя. - Немного подумав, сказал тринадцатый.

Услышав это я обрадовалась, захлопала в ладоши, и уже собиралась согласиться, когда лошадь, испуганная неожиданным шумом, который я произвела и из-за того, что я ослабила поводья, прямо с места рванула вскачь. Я испуганно вскрикнула и зажмурилась, когда внезапно почувствовала, что лошадь больше не двигается. Открыв глаза, я увидела, что тринадцатый вместо меня натягивает поводья. Вернув их, он посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на четвёртого брата и вздохнул:

- Кажется, в взвалил на себя тяжёлое бремя!

Уголки рта четвёртого брата приподнялись вверх, со слабой улыбкой мужчина взглянул на меня. Он ничего не сказал, лишь сочувственно взглянул на тринадцатого брата.

Вечером, кое-чего перекусив и в спешке прополоскав рот, я оставила несколько указаний Юнь Сянь и Ю Тань, а затем поспешила в условленное место. Когда я пришла, там ещё никого не было и я осознала, что так торопилась, что пришла раньше назначенного срока. Поэтому я расстелила плащ на земле и, улёгшись на него, начала смотреть на звёзды в терпеливом ожидании.

Внезапно я почувствовала, что кто-то смотрит на меня, и пришла в замешательство. Я торопливо открыла глаза и увидела четвёртого принца Я быстро поднялась и поприветствовала его, подсознательно осматриваясь по сторонам.

- Наследник задержал тринадцатого брата, поэтому он поручил мне придти сюда. - сказал четвёртый.

- Тогда ваша служанка уйдёт. Надеюсь, что в другой день ещё появится возможность научиться.

- Ты не хочешь чтобы я учил тебя? - холодно спросил он.

Я быстро замотала головой:

- Это не так.

- Тогда садись на коня.

Я задумалась, отчего четвёртый брат так безразлично себя ведёт, только потому что тринадцатый господин попросил его? Я взглянула на двух лошадей, которых четвёртый привёл с собой.

Он указал на одного коня, который выглядела поменьше, и сказал:

- Его Тринадцатый специально отобрал ещё жеребёнком. Он очень послушный. Он последует за кобылой, на которой поеду я.

Закончив говорить он повернулся к лошади побольше, я тоже поспешила сесть на маленького коня. Четвёртый неторопливо ехал на лошади впереди и обьяснял:

- Сначала мы проедем круг медленно, чтобы ты и лошадь познакомились друг с другом. Кстати, заодно я расскажу на что нужно обратить внимание, когда позже мы поедем быстрее.

Я торопливо согласилась.

* * *

Нельзя сказать, что четвёртый принц был плохим учителем. Я очень быстро прогрессировала, так что в этом он был хорош. Всего за одну ночь я уже могла ехать неспешной рысью вслед за кобылой. Но я чувствовала себя не в своей тарелке, когда четвёртый брат был рядом. Одна только мысль, что в будущем он станет Юнчжэном, что будет молниеносно и верно разрешать все свои проблемы, подавляла меня.

Только сейчас я осознала, что я больше не Чжан Сяовэнь. Ей нравился Юнчжэн, она восхищалась им. Она считала, что в борьбе за императорский трон ты либо выживешь, либо умрёшь. Быть снисходительным к врагу, значит быть жестоким к самому себе. К тому же и восьмой брат вместе с девятым также пытались убить Юнчжэна, а потому в том, что тот в конце заключил этих двоих в тюрьму, не было ничего плохого. Но теперь подобный исход мне не нравился, ведь я уже стала Маэртай Жоси. Когда это случилось? Пока я, оказавшись в этой эпохе, пребывала в растерянности, время не стояло на месте, постепенно меняя меня.

Также я тщательно размышляла, надо ли воспользоваться этой возможностью и укрепить свою связь с четвёртым братом, чтобы в будущем я могла получить гарантию безопасности или благоприятные возможности. Я обдумывала, стоит ли подлизаться к нему, и в конце концов даже попыталась сказать ему несколько льстивых слов. Но глядя на него, трудно было сказать, разозлился ли он или обрадовался. Все свои эмоции он хранил в глубине сердца. Этой ночью помимо того, что мне нужно было многое обдумать, к тому же надо было ещё обучаться верховой ездой. К счастью, тринадцатый брат подобрал хорошего коня, и я уже кое-чему научилась днём, в противном случае даже речи не могло бы идти о верховой езде, было бы большим везением, если бы я не упала.

Вечером, лёжа в кровати, я ворочалась с боку на бок, чувствуя, что так не пойдёт. Раньше думала, что три года работы белым воротничком дал мне кой-какие навыки борьбы, а если к этому ещё добавить и три года строгой жизни во дворце, то я уже была человеком с большим жизненным опытом. Но я не предполагала, что встречу по-настоящему безжалостного господина, который в одно мгновение перечеркнёт все мои достижения. Даже в лести с ним придётся тренироваться ни один год.

Я долго размышляла об этом, но в итоге пришлось утешить себя словами, что всё хорошо, не стоит ни о чём просить четвёртого брата и не стоит ждать слишком многого. Всё будет нормально, если я не вызову его недовольство. Утешив себя подобным образом, я решила, что не буду больше обучаться верховой езде у четвёртого брата. Это всё равно что держать рядом с собой бомбу, готовую взорваться в любой момент. Это могло закончиться большими неприятностями.

* * *

В этом мире людские невзгоды всегда были просто развлечением для небес. Тринадцатый пообещал мне, что научит ездить на лошади, и конечно не мог нарушить своё слово. Вот только сейчас передо мной опять стоял четвёртый принц. Вздохнув, я решила отправиться на поиски тринадцатого, чтобы хорошенько отчитать его. Улыбнувшись, я взглянула на четвёртого принца и сказала:

- Ваша служанка немного устала сегодня днём, поэтому сейчас не в силах учиться.

Холодное выражение лица четвёртого нисколько не изменилось, пока он слушал мои слова. Он только внимательно взглянул на меня и я, воодушевившись, продолжила:

- Если у Четвёртого господина нет других дел ко мне, то ваша служанка уйдёт первой.

Закончив говорить, я согнулась в лёгком поклоне, но увидев, что он никак не отреагировал, выпрямилась. Мысленно облегчённо вздохнув, я чрезвычайно медленно прошла мимо него. На это четвёртый тоже ничего не сказал. И я, втайне радуясь, не удержалась и зашагала быстрее.

Однако я ещё не ушла далеко, когда услышала за спиной топот лошадиных копыт. И даже не успела обернуться, когда почувствовала, как четвёртый брат, одним движением соскочив с коня, схватил меня. Я вскрикнула, когда лицо четвёртого оказалось так близко.

Даже после того, как я замолчала, его лицо осталось безразличным. Он равнодушно смотрел на меня. Казалось, что в наших позах, когда мы так близко стояли друг к другу, не было ничего неестественного. Я попыталась бороться, но вырваться не смогла, наоборот он ещё сильнее схватил меня и прижал к себе. Я затихла и, широко раскрыв глаза, уставилась на четвёртого принца. Неужели он собирается домогаться меня?

Не успела я додумать эту мысль, как почувствовала его холодные губы на своих. Я, запрокинув голову назад, попробовала оттолкнуть его, но сила женщины и мужчины не равна. В итоге все мои усилия были тщетны. Он опять прижался к моим губам, несколько раз пытаясь сделать поцелуй более глубоким, но я поджала губы, не позволив ему этого. Четвёртый принц поднял голову. И я рефлекторно сделала то, что и женщины в телесериалах, когда те подвергались домогательству, отвесила ему пощёчину, жалея, что он не Минъюй гэгэ. Вернее попыталась, потому что он схватил мои руки и завел за спину удерживая крест на крест. В его глазах читалась лёгкая насмешка. Он, мягко поцеловал моё лицо и сказал:

- Ты столько лет беспокоила меня, мелькая передо мной, пытаясь завоевать моё сердце, и сейчас снова начала свою игру, в недотрогу, желая ещё сильнее привязать к себе! - Его холодные губы слегка коснулись моей щеки: - Поздравляю, ты добилась своего!

Я в гневе уставилась на него и открыла рот, чтобы возразить, но сейчас мои мысли были настолько путаны, что в конце концов я просто сердито сказала:

- Отпустите меня!

Он снова наклонился ко мне и, мягко дразня, прошептал на ухо:

- Если хочешь остаться со мной, я попрошу у Отца Императора, чтобы он дал разрешение.

Я почувствовала, что силы покинули меня, руки и ноги обмякли, а тело наполнил жар. Но моё сердце всё сильнее сковывал лёд. Я глубоко вздохнула и успокоила свой разум, а потом тихо расхохоталась. Он, услышав мой смех, невольно отодвинулся. Я же наклонила голову и, вздохнув, прошептала:

- Четвертый господин не взял с собой женщину и теперь ему надо погасить внутренний огонь?

Его тело одеревенело, а я, выждав паузу, сказала с насмешкой:

- У вашей служанки не тот статус, чтобы противиться, если Четвёртый господин желает применить силу. Я подчинюсь, если вы пожелает вступить в небрачную связь в этом поле.

Услышав это, он выпрямился, глядя мне в лицо. Я, холодно усмехнувшись, приподняла подбородок и, прищурившись, взглянула на него, словно оценивая. Внезапно он улыбнулся. Я вздрогнула и ухмылка застыла на моём лице. Четвёртый принц медленно наклонил голову ко мне. Я попробовала увернуться, но он не дал мне такой возможности. И я почувствовала, как холод с его губ быстро достиг моего сердца. Я медленно закрыла глаза, безразлично подумав, что это конец! В самом деле конец! Я попробовала "вышибить клин клином" , но это с самого начала было неверным решением.

Моё сердце словно превратилось в лёд, а я сама оказалась в холодном погребе. Но неожиданно четвёртый оторвался от моих губ, разжал свои объятия и повернулся к своей лошади. Некоторое время я не могла придти в себя, когда он так неожиданно отпустил меня, и осела на землю. Он же холодно взглянул на меня и сказал:

- Садись на лошадь!

Неожиданно я поняла, что мне удалось спастись. Благодаря всех небожителей, я с трясущимися ногами кое-как взобралась на лошадь. Но увидев, что четвёртый брат направляется не в лагерь, а в противоположном направлении, моё облегчение снова сменилось тревогой.

- Успокойся, в конце концов ты не настолько красива, чтобы разрушать города и страны. - равнодушно сказал он.

После его слов я опять немного расслабилась.

Едя рядом со мной, четвёртый принц начал ускорятся, одновременно указывая на мою неправильную осанку. У меня больше не осталось храбрости выступать против него, пришлось послушно собраться силами и начать учиться.