Императрица скончалась.

Похороны длились десять дней. Персонал дворца привлекли для проведения траурной церемонии, так что у Дафны и других не было времени перевести дух.

Вместо пышных украшений, прежде блестевших в залах, повсюду развесили чёрные полотна. Свежие белые розы доставляли каждый день.

Дворец заполонили священнослужители и иностранные сановники — чем больше гостей прибывало, тем тяжелее становилась работа.

Дафна подвергалась давлению и в конце концов была вынуждена взять на себя работу по уборке гостевых комнат, которой все избегали. Ей приходилось ежедневно наводить порядок в помещениях для прибывших гостей.

Она огляделась.

Ноуэлла нигде не было видно. Конюхи подняли шум, что-то яро обсуждая. Неужели его перевели туда?

Дафне стало пустовато на душе: тот, кто говорил с ней так тепло, исчез слишком быстро.

«Как всегда...»

Люди, проявлявшие к ней хотя бы каплю дружелюбия, рано или поздно пропадали. Ничего удивительного. Во дворце слуги часто перемещались между службами.

Из-за высокой нагрузки у Дафны не оставалось и минуты на роздых. Друзей, с которыми она могла бы разделить тяжелую ношу, у неё не было. Рабочих рук не хватало, чтобы справиться с объёмом работы, поэтому Дафне было просто некогда думать о Ноуэлле, как и об остальных, кто подходил к ней раньше.

Ещё одна причина заключалась в том, что она не переставала беспокоиться за Ашерада. Её абсолютно не волновал какой-то мужчина, обменявшийся с ней парой фраз и канувший в небытие.

Она искренне сочувствовала Ашераду, потерявшему мать.

Но Ашерад сильный духом.

Он был для неё недосягаем — куда выше и благороднее. Разумеется, похороны пройдут с подобающим достоинством. Словно грусть — элегантная завеса, окутавшая его лицо.

Ашерад попросил меня всегда находиться рядом.

Она захотела поскорее встретиться с ним. Не будет ли ему слишком тяжело?

Он плачет в одиночестве?

Губы Дафны дрогнули, когда она вспомнила свою мать, по которой никто не скорбел. Она тоже плакала в уединении после смерти матери. В памяти всплыл образ Ашерада, сидевшего в саду наследного принца, куда не ступала нога тех, кому не дозволялось войти.

Дафна хотела навестить его. Однако, по правилам, она не могла прийти к нему, пока он её не позовёт.

Но ей не терпелось увидеть его.

После изнурительного рабочего дня Дафна задумалась, не плачет ли он всё-таки?

— Тебе невероятно повезло.

Дафна обернулась, услышав язвительный голос. Она так увлеклась чисткой окна, что не заметила, как к ней подошли.

Девушка с тёмно-каштановыми и голубыми глазами. Аманда. Тело Дафны сковало напряжением. За время нахождения во дворце Дафна мысленно разделила всех на три группы: враждебные, нейтральные и... Ашерад.

Аманда была в числе враждебных. Когда их взгляды встретились, Дафна тут же потупила голову. От этого глаза Аманды сузились ещё больше.

— У тебя, как я вижу, есть время валять дурака?

— Аманда, хватит, — вмешалась Сара, стоявшая рядом. Она была одной из нейтральных по отношению к Дафне людей.

Она всегда смотрела на Дафну с жалостью, но никогда не шла дальше молчаливого сочувствия.

— Ты — корень всех бед, — сквозь зубы процедила Аманда.

— Аманда! — Сара повысила голос.

В её глазах блеснули слёзы. Дафна была озадачена их словесной перепалкой и не понимала, что происходит.

— Почему ты ничего не хочешь рассказать ей? — крикнула Аманда, обращаясь к Саре.

— Это не имеет смысла.

— Сколько ещё ей оставаться в неведении? Пусть знает правду!

Дафна и правда не понимала, о чём речь.

— Ты действительно не знаешь, что случилось с Ноуэллом? — спросила Аманда с усмешкой.

Дафна выглядела озадаченной. Почему они вдруг вспомнили о нём? Дафна, набравшись смелости, только собралась ответить ей, но Сара опередила:

— Аманда, перестань уже. — Её голос прозвучал твёрдо. Обычно спокойная Сара порой сердилась так, что даже Аманда не решалась перечить.

Она вздрогнула, сделав шаг назад. Сара взяла Аманду за руку и произнесла:

— Я сама разберусь. Хватит.

— ...

Аманда непонимающе взглянула на Сару. Та улыбнулась.

— Прости, Дафна. Ты не испугалась? Аманда вечно срывает гнев на тебе... — Голос её оставался мягким, но лицо выдавало напряжение.

Дафна, однако, не заметила этого и задала вопрос, собравшись с духом:

— ...С тем парнем, Ноуэллом, что-то случилось?

Сара на мгновение опустила голову, а потом подняла её, улыбнувшись ещё шире.

— Нет, ничего.

На этот раз Дафна уловила в ней фальшь. Когда она попыталась копнуть глубже, Сара вновь перебила её:

— О, Дафна! Совсем забыла. Поторопись с окнами. Его Величество скоро будет здесь.

Глаза Дафны округлились. Едва Сара с Амандой скрылись за углом, она принялась тереть стекло с удвоенной силой. Если император заметит её — снова начнётся ад. Он не упустил бы шанса поиздеваться над ней.

Когда Дафна второпях закончила работу, она схватила ведро и швабру, направившись в другое место. Внезапно послышался шум.

Дафна вздрогнула и прижалась к стене. Как и предупреждала Сара, в окружении свиты по залу шествовал самодержец. К счастью, он не заметил её, и девушка смогла улизнуть.

«Неужели Сара спасла меня?»

Среди этого хаоса непонятных намёков и перешёптываний Дафна сосредоточилась лишь на одном: даже Сара, всегда державшаяся в стороне и бросавшая на неё одни лишь жалостливые взгляды, в самом деле помогла ей.

***

— Это ещё что за безобразие?

День не задался с самого утра. Дафна замерла, широко раскрыв глаза. Уборку в гостевых покоях всегда назначали на время, когда хозяин отсутствовал.

— Неужто в империи Пеней работают одни безмозглые?! — Гость пнул ногой её ведро. Вода расплескалась по мрамору.

— Ваше Высочество! Пожалуйста, успокойтесь.

— Я ясно дал понять, что меня не нужно беспокоить после завтрака!

Его резкий голос ударил по слуху. Дафна зажмурилась. Она уже готовилась огрести по полной.

В конце концов, уборка апартаментов иностранных гостей была работой, которой все боялись.

Сделаешь идеально — не похвалят. Ошибёшься — голову с плеч долой. Неудивительно, что эту обязанность свалили на Дафну, изгоя.

Дафна опустилась на колени.

— Прошу простить меня... — Голос предательски дрожал.

Она точно помнила: принц Пинда должен был отсутствовать до вечера.

Дафна прикусила губу. Кто-то подал неверные сведения. Но он не стал слушать её оправдания.

Дафна собиралась как следует извиниться. Но как только она подняла взгляд, в неё полетел удар.

— Кто разрешал тебе поднимать голову?!

Дафну со всей силы толкнули в плечо, и она отлетела в сторону. Резинка, стягивавшая волосы, лопнула, так что пряди рассыпались по плечам.

— Подождите-ка...

Было больно. Очень больно. От удара по плечу и падения на пол.

Её часто унижали, но с прямым насилием она сталкивалась довольно редко.

Такую боль обычно причиняли, не задумываясь, выживет жертва или нет. Боль разлилась по всему телу Дафны, прокатившись волной по жилам. У неё перехватило дыхание. Сквозь туман в глазах она посмотрела на принца, совсем не похожего на Ашерада.

В отличие от него, этот принц был полноватым молодым человеком с одутловатым лицом и рыхлым телом. Нет, стоило постыдиться сравнивать его с Ашерадом, обладавшим сказочной красотой.

Он окинул девушку оценивающим взглядом, потом вдруг усмехнулся и схватил за шиворот рыцаря, который пнул Дафну:

— Кто велел тебе бить её?

— ...

— Судя по всему, я ошибся. Пеней не столь варварская страна...

Он присел на корточки рядом с Дафной, лежащей на полу, грубо приподнял её подбородок пальцами и принялся разглядывать девушку, как дорогой фарфор, с любопытством коллекционера. Принц облизнул губы.

По телу Дафны пробежали мурашки — словно он провёл по нему языком.

— Разве можно злиться на такую красавицу, допустившую крохотную оплошность?

— ...

— Встань, встань же. — В его голосе таилась угроза, и Дафна понимала, что неповиновение может обернуться очередным ударом.

С трудом поднявшись, она встретилась глазами с принцем Пинда. Тошнота внезапно сдавила ей горло.

— Твоя красота раскрывается, когда ты распускаешь волосы. Почему все заставляют тебя заплетать их? Это же так скучно…

— Ваше Высочество, разве не следует наказать её? — осторожно произнёс один из рыцарей.

—Заткнись! — рявкнул принц.

— ...

Дафна, стоявшая перед ним, вздрогнула от его резкого голоса.

— О, я не на тебя кричал, — тут же смягчился принц, протягивая руку к обнажённому запястью девушки.

Большой палец скользнул по коже, вызывая щекотку. Ощущение было странным — будто по руке поползли муравьи.

— Я прощаю тебе это маленькое недоразумение

— ...

— Но всё имеет цену, правда?

Рука, гладившая её щёку, поползла к уху, затем вниз — к плечу и спине. Лицо Дафны побледнело.

И хотя она не знала, что принц Пинда слыл развратником, она инстинктивно почувствовала, чего хочет этот мужчина.

Ах, Ашерад.

Дафна мысленно обратилась к тому, кто не выходил у неё из головы. Она помнила, что он сейчас с головой погружён в дела и ему, вероятно, некогда думать о ней.

И всё же в этот миг взывать к нему было так же естественно, как молиться святым. Дыхание принца Пинда участилось. Когда Дафна ощутила жар от волнения, он вдруг крикнул:

 — Все, выйдите!

Каждый развернулся на слова принца. Сейчас произойдёт что-то непоправимое. Дафна стиснула веки. Но стука сапог рыцарей не последовало.

— Тц... — Принц цокнул языком, скривившись.

За спиной Дафны раздался голос — холодный, отточенный, как клинок:

— У вас возникла какая-то проблема, принц?

Сердце девушки пропустило удар. Никогда ещё простые слова не звучали для неё как хор ангелов.

Тем, кто вошёл в неприбранную комнату, оказался Ашерад. Заметив его, она безумно обрадовалась, как собака, увидевшая хозяина.

Он был одет в чёрную траурную одежду, которая сливалась с его чёрными волосами в зловещую гармонию. Острые скулы, впалые глаза заглядывали прямо в душу.

Ашерад медленно обвёл комнату своим пронзительным взглядом и остановился на принце Пинда, прищурившись. Он явно оценивал ситуацию. Молчание сгущалось, как грозовая туча. Принц, казалось, был ошеломлён происходящем, поэтому его голос дрожал:

— Эта стерва допустила серьёзную ошибку. Она поленилась закончить уборку к моему приходу.

— Да?

Дафна выглядела обиженной. Однако её слова здесь ничего не решали.

Ашерад, как всегда, мягко улыбнулся. Уголки губ принца Пинда, ободрённого молчанием кронпринца, приподнялись в ответ.

— Итак, я готов закрыть глаза на это при условии, что вы позволите мне взять её. Разве не заманчивое предложение?

Дафна сдержала отчаянный вопль, вот-вот готовый вырваться наружу. Она не ожидала, что принц так прямо заявит о своём намерении.

— Полагаю, вы не будете возражать, Наследный принц Ашерад. У вас ведь нет выбора, не так ли?

Подобное обращение с наследником империи было неслыханной дерзостью. Рыцари королевства Пинд глядели на принца, который вёл себя так нахально, обливаясь холодным потом. Когда Ашерад не ответил, принц продолжил, не переставая провоцировать его:

— Если вы, конечно, не хотите навлечь на себя гнев отца.

Взгляд Ашерада тотчас вспыхнул ледяным блеском. Но лишь на мгновение. Ашерад повернулся к Дафне, всматриваясь в её лицо. Глаза девушки наполнились слезами. В них читались и мольба, и упрёк одновременно. На устах Ашерада тут же расцвела улыбка — прекрасная, как лезвие в лунном свете.

— Наслаждайтесь ей столько, сколько захотите, — выплюнул он жестокосердные слова.