Хотя Винтер обычно и так плохо спала, прошлая ночь оказалась особенно тяжёлой.

Она попыталась ненадолго прилечь, чтобы сберечь силы, но в итоге так и не сомкнула глаз до самого утра.

Она не понимала, что в ней сильнее — ожидание или тревога. Всё ощущалось так, будто стоишь одна в густом тумане и не видишь, что впереди. Добровольно ввязавшись в этот план мести и не зная, обернётся ли он успехом или провалом, она могла только идти вперёд.

Когда она оделась и поела, служанки удалились, и в комнату к Винтер наведался Ширан.

Видеть, как взрослый мужчина вбегает, пунцовый от смущения, — такое с ней впервые.

— Ваша новая история готова. Пожалуйста, прочтите и запомните всё как написано.

Сегодня он уже не заикался, как вчера, но руки всё равно дрожали, когда он протянул документы.

Винтер пролистала пару страниц, затем остановилась и подняла взгляд, уставившись на Ширана. Тот стоял, сложив руки перед собой, терпеливо дожидаясь её реакции.

— Винтер Фрост? Да я ледышка и тут и там.

Она пошутила, чтобы разрядить обстановку, но…

— …Это настоящее виконтство на землях Хельграм.

— …Ой. Простите.

Вышло наоборот. Она невольно подумала: не так ли себя чувствовал Ван вчера, когда шутил с ней? Смутившись, она вернулась к документам.

Винтер Фрост. Вольная деревенская девушка с окраины владений Хельграм. Сирота; жила как хотела, перебиваясь любимыми занятиями в деревне, пока её не удочерила семья Фростов, потерявшая родную дочь. Во время одного из дозоров по территории на неё обратил внимание Ван.

В досье были тщательно прописаны дата рождения, уровень образования, отношения с соседями, воспоминания о владениях Хельграм — всё так подробно, что казалось почти правдой.

Под аккуратно составленным документом лежала записка: «Пожалуйста, веди себя милой и невинной деревенской девочкой. Умоляю».

Кто-то хотел подделать подчерк Ширана, но подделка слишком очевидна.

В этот момент дверь в её комнату распахнулась. Разумеется, без стука.

— Моя милая и невинная деревенская девочка. Я скучал по тебе прошлой ночью.

Человеком, который столь небрежно оставил ту записку, оказался сам Ван.

***

Ван привёл Винтер в самый большой и известный бутик столицы. Ширан остался снаружи с каретой, а Ван с Винтер зашли внутрь.

— Мы пришли подобрать платье для моей невесты.

Похоже, это был первый раз, когда продавец видел вживую печально известного Вана Хельграма — он заметно растерялся, но всё же проводил их вглубь зала.

Он шёл, опустив голову, иногда косясь на них через плечо, и это выглядело довольно забавно.

Даже юные дворянки и их матери, перебирающие наряды, с интересом посматривали на них из-за вееров.

Возможно, всё дело было в том, с каким нажимом Ван произнёс слово невеста.

Сплетни так громко разносились из их ртов, что невозможно было не услышать.

Кто-то удивлялся, что об их помолвке никто не слышал раньше, кто-то шептался, что свадьбу, видимо, спешат сыграть из-за беременности. Слышать такое было неприятно.

В конце концов, если такой влиятельный человек, как герцог Хельграм, внезапно появляется с невестой, слухов и домыслов избежать невозможно.

— Уже завтра вся столица будет гудеть от разговоров, — прошептал Ван с той самой мягкой улыбкой, за которой всегда скрывалось что-то более зловещее. Похоже, он был доволен эффектом.

— Я провожу вас на второй этаж, — вмешался продавец, всё ещё выглядя неуверенно.

Когда они оказались вне зоны слышимости, Винтер тихо сказала:

— Невеста? А когда, прости господи, была церемония помолвки, которую я совершенно не помню?

— Ах, наверное, Ширан забыл включить это в документы. Нет смысла устраивать церемонию дважды — в столице и ещё где-то.

— Невеста без кольца? Прекрасный повод для жалости.

— Это расстроило тебя? Полагаю, я был немного невнимателен.

Винтер просто улыбнулась. Улыбка осветила её лицо, но для Вана это была очевидная насмешка.

— Сними перчатку.

Эм… а к чему это вдруг?

Винтер удивлённо уставилась на него, но Ван легко взял её за руку и снял кружевную перчатку сам. Увидев многочисленные шрамы на её бледной коже, он снова вспомнил, кем она была раньше.

— Будет немало слухов, что леди Хельграм — неотёсанная деревенщина. Хотя это всё же лучше, чем быть убийцей.

Несмотря на шутливый тон, Ван не отпустил руку Винтер.

Она уже собиралась спросить: «Что ты делаешь?» — как он снял со своего мизинца старое платиновое кольцо и надел его ей на безымянный палец.

Поскольку раньше он носил его на мизинце, оно должно было быть велико, но кольцо медленно подстроилось и идеально село на её палец.

Ван вряд ли стал бы так просто раздавать фамильные реликвии — кольцо явно было зачаровано древней магией.

Во владениях Хельграм полно тайн, так что ничего удивительного в этом не было.

— Это обручальное кольцо.

Винтер уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но продавец позвал их, и они продолжили подниматься по лестнице.

На втором этаже их ждал зал, предназначенный для особых гостей.

Усевшись на диван, обитый красным бархатом, Винтер отметила, что он такой же мягкий, как в доме Вана. Роскошь вполне соответствовала такому заведению.

— Вы не будете против… немного подождать?

Продавец нервно спросил разрешения у Вана, подавая поднос с чаем.

Несчастный принц, убивший двух своих сводных братьев. Похоже, слава о нём гремела не меньше, чем сочувствие к нему.

Ван лишь равнодушно кивнул, и только тогда продавец с облегчением выдохнул и вышел.